Обыкновенное утро

Это было обычное раннее утро, когда птицы ещё не поют, а солнце только-только взошло. Оно освещало всё, что не скрывали тени. Лучики играли с потоками воды в озере и будили людей, которые прятались под одеялом, стараясь урвать ещё хоть минутку волшебного сна. Мэл в этот момент уже встала и пила какао, сидя в сером отцовском кресле. С виду оно казалось неказистым и совершенно неудобным, но на самом деле, несмотря на весь его вид, оно было вполне мягким. Ей нравился запах, что витал в воздухе. Он был родным и знакомым ещё с детства, на уровне подсознания. Честно говоря, девушка не спала всю ночь, размышляя над всем тем, что недавно произошло. Её мать превратилась в ящерицу, она сама поняла, что не хочет находиться в Аурадоне, так как ей ближе распорядок острова с его шумом и гамом, тусовками и драками, с его постоянным движением будто все они в муравейнике, где каждый сам за себя. Ребята остались по ту сторону барьера, а она вернулась сюда. Прошло уже полгода с того момента. Она покачала головой. «Как быстро летит время.» — пронеслась в её голове мимолетная мысль. Когда её привезли на остров Потерянных она пришла в дом матери, собираясь там все исправить, переделать и вообще все координально изменить, ведь стиль матери ей не особо нравился, а если быть честной, то она с удовольствием сожгла бы там все и гори оно адским пламенем, но, к огромному удивлению, ее навестил Аид, что является её отцом по назначению, чего тот упорно избегал все эти шестнадцать, а точнее уже семнадцать лет. Стоял в проёме двери с полыхающей, в прямом смысле, головой и мягко улыбался ей, пристально разглядывая. Его голубые глаза смотрели прямо в её зелёные и, казалось, будто сам Хронос остановил для них время в тот момент. — Явился. — проконстатировала факт Мэл, продолжая наблюдать за отцом, который наконец вернулся из похода за хлебом. — Как видишь. — спокойно отреагировал он. — Даже хлеб принёс. — с кривой усмешкой сказал он, словно прочитал мысли дочери, после чего показательно потряс самим хлебом в воздухе, как доказательство. — Хоть что-то. Проходи давай, папаша. Чайник скоро должен вскипеть или чай ты в термосе принёс? — в своей манере ответила девушка. — Хватит язвить, Мэл. — ответил тот усмехнувшись. — Чая в термосе нету, но если захочешь, то приходи ко мне — угощу. — Я подумаю над твоим предложением, о великий Бог Аид, главное не забудь открыть ворота. — этим ответом она намекала тогда на всю пафосность его ворот и на то, что он не пускал её все эти годы. Было обидно, но со временем это чувство притупилось, так что тогдашней ее целью было просто задеть отца, а точнее его совесть. Если она осталась, а она осталась, чему свидетельство их следующий диалог, в котором Аид рассказывал почему так поступил. Естественно Мэл не кинулась к нему в объятия и не простила все грешки сразу. В конце концов она дочь своего отца, как тот верно подметил, да и от матери, чего греха таить, немало чего передалось. Поизводила того две недельки и спустя ещё несколько месяцев начала иногда гостить у отца с ночёвкой, что длилась неделю, а иногда больше. Они узнавали друг друга заново, искали точки соприкосновения и просто проводили время вместе, так что в скором времени их отношения наладились, а сами отец с дочерью стали привязаны друг к другу. Что касается Малефисенты, то та оказалась непосредственным наблюдателем всего, что происходило в Аурадоне. Правда ничего особо не поменялось. Решили привезти ещё нескольких ребят с острова, да ввели ещё какие-то законы. Скука смертная, как сказала Мэл. — Над чем задумалась, моя фиолетовая принцесса? — раздался с беззлобной насмешкой, но хриплый после сна, голос властелина подземного мира и душ, а если по-простому то Аида. — Да просто вспоминала произошедшее за эти шесть месяцев. — ответила Мэл, откидываясь на спинку кресла и тем самым кладя свою голову на руку Аиду, что стоял в полусогнутом положении, положив ту самую руку на перекладину. — Воспоминания это, конечно, хорошо, но только не говори мне, что ты так и просидела здесь всю ночь не сомкнув и глаза. — пробормотал Бог видя красные глаза дочери. — Ну раз ты просишь не говорит, значит не буду. — Мэл, мы же уже рассуждали на тему полноценного сна, а ты снова за своё. — устало проговорил мужчина, проводя рукой по волосам девушки. — Я все помню, папа. Лучше бы отнёс меня в мою комнату, а лучше в свою. Там теплее. — сказала дочь Аида сама не замечая того, как вырубается. — Отнесу. Только постарайся больше так не делать. Я разбужу тебя в час дня. — тихо произнёс её отец, беря Мэл на руки и спустя несколько секунд неся ту в свою комнату, где укутает девушку в свое одеяло, а после пойдёт пройдёт я по магазинам. В конце концов это было лишь обычное утро.