Почему он не выходит из моей головы?

Александр проснулся рано. Казалось, что это сон. Он не верил в то, что все его самые смелые мечты начинали сбываться. Опустив взгляд на свою грудь, он увидел сладко спящую девушку. «Она такая красивая, маленькая, беззащитная. От нее пахнет сладкой вишней, совсем слегка, но очень приятно. Локоны щекочут мой нос. Горячее дыхание обжигает мою кожу, а тоненькая нежная ручка лежит на моем торсе. Она сопит, словно маленький ребенок. Я хочу защитить ее от всех неприятностей, дарить ей радость. Хочу, чтобы с этого прекрасного лица не сходила улыбка», — из раздумий его выдернула Агата. Нежно вытянувшись, она, не поднимая головы, сказала: — Я боялась проснуться и понять, что ты сбежал. Я правда не хотела быть одна. Спасибо, — улыбнувшись, она взглянула ему в глаза. — Прости, если тебе было неудобно спать. — О, все прекрасно. Но ты так громко храпишь, что я практически не спал, — еле сдерживая смех, произнес парень. — Я не храплю, я в этом уверена, — с легкой паникой произнесла девушка. — Ага, кто тебе это сказал? Сама ты не могла этого понять. Ты спишь и не слышишь. Хотя я не понимаю, как такое можно не услышать? — Агата резко закинула подушку Александру на лицо и придавила своими руками. — Я придушу тебя прямо сейчас. У парня это вызвало только смех. Он с легкостью перекатился, подмял под себя Агату и отбросил подушку, которая всего мгновение назад угрожала его жизни. Нависнув над девушкой, Алекс смотрел в зеленые глаза хищным взглядом, который заставил ее тело сжаться. Наклонившись к лицу Агаты, он прошептал ей прямо в губы: — Как жаль, что ты хочешь меня убить. Я бы предпочёл тебя поцеловать, — и в ту самую секунду их губы слились в нежном поцелуе. В комнате стало жарко. Воздуха катастрофически не хватало. В этот момент Александр резко отстранился. Встав на ноги, он взял свою одежду с тумбочки и в одних боксерах удалился из комнаты, подмигнув напоследок. До обеда Агата провела время в своей комнате. В столовой еще никого не было. Как вдруг кто-то наклонился к ее уху и прошептал: — Нам нужно поговорить. — Данте? Что случилось? — Я боюсь, ты неправильно поняла события прошлой недели. Я позволил тебе себя поцеловать, только для того, чтобы понять, есть ли у меня к тебе чувства. — Но… — Подожди, дай мне закончить. Я хочу, чтобы ты понимала, я к тебе ничего не чувствую. У меня есть девушка. «Девушка? Это он про Элизу? У них все серьезно». — В общем, ни на что не надейся, — с самодовольным видом сказал Данте и, взяв ее за руку, продолжил, — и только прошу, не нужно расстраиваться. В столовую зашел Чарльз, Элиза и Фредерик, за ними появился Александр. Он и Элиза посмотрели на разговаривающую пару странным взглядом, в их глазах читалась… Ревность? Обед проходил напряженно: Фредерик с Чарльзом говорили про бизнес, Данте несколько раз пытался заговорить с Элизой, но она отвечала ему только сверлящим взглядом, который иногда переводила на Агату. Александр подал голос всего один раз, когда просил передать соль. Агата не обращала на все происходящее внимания, она просто смотрела в одну точку. Со стороны можно было подумать, что девушка задумалась. Однако мыслей в ее голове почти не было. Она просто хотела испариться из этой комнаты, дома, города, страны. Подальше от проблем. Из своеобразного транса ее вырвал резко завибрировавший в кармане телефон:

«Сегодня, через 15 минут после обеда, жду тебя в своей комнате. Думаю, пора рассказать про ту девушку… Кстати, тебе очень идут синяки под глазами и припухшее лицо, бурная ночка? P.S Александр»

Глаза девушки округлились от удивления. Она посмотрела на Нильсена, но он смотрел только в свою тарелку. 15 минут длились, кажется, вечность. 5 из них девушка провела у него под дверью. Ввалившись в комнату, она села в кресло и сказала: — Рассказывай. — Сначала ты. — Я? Мне нечего рассказать. — Ну как же? — голос Александра звучал холодно и безразлично. — О чем так сладко ворковали с Данте? — Эм… Он просто мне сказал, чтобы я ни на что не рассчитывала и то, что у него есть девушка. Стоп. Это тут вообще причем? — с недоумением сказала Агата. — И кстати, откуда у тебя мой номер? — Ни при чем, просто любопытно, — его явно удовлетворил ее ответ, поэтому, лукаво улыбнувшись, он сказал, — а что касается номера, так он у меня появился в тот же день, когда ты по своей невнимательности сбила одного красавчика и даже не отвезла его в больницу. — Что? Но ты сам отказался ехать… Александр, я не за этим сюда пришла. Ты написал, что готов рассказать про ту девушку. Я жду… — Я знаю, что написал. Просто это не так легко; я не знаю, как ты на это отреагируешь, — в его глазах была паника, которую он безрезультатно пытался спрятать. — Я никому этого не рассказывал. Никому. Поэтому я даже не знаю, с чего начать… — Ты меня пугаешь… — На самом деле, все не так уж и страшно, просто часть моей жизни. Я бы не рассказал, наверное, никогда. Но раз она тут, лучше это сделаю я, чем ты узнаешь от кого-то другого. Александр сел на соседнее кресло и начал свой рассказ. — Мое детство прошло не очень гладко. Несколько раз я сбегал из дома. Мои родители не были идеальными. Отец уничтожал меня морально при каждой возможности. А иногда даже от скуки. Мать никогда не вмешивалась, она боялась отца. Свои действия он оправдывал словами: «Ты мужчина, Александр, а мужчины должны быть сильными. Ты должен быть сильным. Жизнь не сказка. Не позорься и засунь свои сопли подальше», — тяжело вздохнув, парень взъерошил волосы и слегка улыбнулся, — Мне было 6 лет, когда я первый раз услышал эту фразу, тогда-то я сбежал из дома. Далеко, конечно же, не ушел, и меня быстро вернули назад. В эти несколько часов я был так счастлив. Потом я сбежал, когда мне было 12, через три дня вернулся. Отец не заметил моего отсутствия. Мать начала пить, якобы от стресса. Но они даже не пытались меня найти. Вернулся потому, что жил у друга, и его родителям было накладно кормить еще один рот. Я подслушал их разговор совершенно случайно. Когда же все легли спать, я убежал и от них и понял, что мне больше некуда идти, — взяв со столика бутылку коньяка, он налил себе половину бокала и залпом выпил. — Угощайся, если хочешь. — Пока не хочу, спасибо, — на лице Агаты была гримаса боли, а голос дрожал. Поэтому Александр смотрел куда угодно, но не на нее. — Прожив с ними еще 4 года, я понял, что хочу забыть своих родителей. И больше никогда не встречать. Никогда не слышать эту фразу, не видеть глаза отца и пьяную мать. Мне так хотелось выбраться из того города и забыть свою жизнь. Именно это я и сделал. Когда мне исполнилось 16, я сел в поезд и уехал. Устроиться на работу было сложно. Но один мужчина согласился взять меня на должность уборщика в библиотеке. Он был добрым старичком, даже разрешил мне жить там. Ночами я читал, а утром и вечером убирался. Денег было мало, но на еду хватало. Однажды он меня позвал на ужин в ресторан. Сначала я отказывался, но он был очень настойчивым, — Агата заметила, что вспоминая этого старичка, Алекс улыбается. — Я чувствовал себя не в своей тарелке весь вечер. Но я его не забуду, поскольку он полностью изменил мою жизнь. Я познакомился с Фредериком. Как позже оказалось, тот старик был его отцом. Библиотека, в которой я работал, — это их семейное дело. Именно в тот вечер Фредерик предложил стать его помощником. Он начал меня всему обучать. После так называемых занятий, я гулял в парке. Именно в нем я познакомился с Викторией. В тот день я сидел на траве и радовался тому, что моя жизнь пошла в гору. Ко мне подошла привлекательная блондинка и сказала, что я выгляжу скованным. Ее слова кольнули мое самолюбие. Агата, это не веселая история, она надломила меня. Я не думаю, что она тебе понравится, но слез точно не вызовет. Но все-таки пообещай мне кое-что, — он взглянул на нее первый раз за все время своего рассказа. — Конечно, что угодно. — Если вдруг эти слова вызовут у тебя смешанные чувства, не зови к себе в постель Сэма, и уж тем более Данте, — парень расплылся в улыбке — Боже, Александр, ты хоть полчаса можешь обойтись без своих дебильных шуток? — Нет, они же часть меня. — Ты уходишь от темы. — Ладно-ладно… — выдержав паузу, он продолжил, — как я уже сказал, она была привлекательной, я позвал ее прогуляться, чтобы показать, что скованность — это не про меня. Я пытался с ней заигрывать. Во время беседы выяснилось, что она старше меня на 7 лет. Хотя я бы даже не подумал, ведь она молодо выглядела, как, в принципе, и сейчас… Незаметно мы оказались возле ее дома. Было уже поздно, и она предложила остаться у нее. Позвонив Фредерику, я сказал, что останусь в библиотеке. В ту ночь был мой первый раз… Подробности я, пожалуй, опущу. Это было странно. Она использовала наручники, плетки, маски и всю подобную атрибутику. Другого я не знал и подумал, что все так делают. Со временем мне начало это приносить удовольствие. Я стал чаще ходить к ней в гости. Для разнообразия она приводила мне девушек. Красные отпечатки на бледной коже у меня вызывали дикое желание. Со временем мне стало скучно, и тогда я решил, что мне нужно больше. Больше веревок, больше грубой силы. Мне было плевать, что я приношу девушке не удовольствие, а боль. Мне это нравилось. Так я выплескивал свою злость. Однажды я перегнул палку во время секса с Викторией. Она была в ярости и прогнала меня. Я обратился за советом к Фредерику. И был сильно удивлен, когда он сказал, что так делают только психи. Я ему не поверил и пошел в бар на охоту. Но, к моему сожалению, Ларсен оказался прав. Я пробовал обычный секс. Но я ничего не чувствовал. Ни капли удовольствия. После нескольких попыток я окунулся в работу с головой. Вообще не вылезал из офиса. Фредерик это видел, но не доставал с расспросами. Я понял, что никогда не смогу быть с нормальной девушкой. Нормальные таким не занимаются. А с ненормальными я не хотел встречаться. Начал копаться в себе, — усмехнувшись, он сказал, — даже к сексологу сходил пару раз. Спустя пару месяцев решил, что я теперь нормальный. Убедил себя, что чужая боль не приносит мне удовольствия. Я решил это проверить и, оказалось, ошибся. Девушку положили в больницу… На утро Фредерик сообщил, что нам нужно срочно лететь в Англию. Я собрал свои вещи за 10 минут. Так я оказался в этом доме. Несколько месяцев я думал, что всю жизнь проведу в одиночестве. Меня никто не привлекал. И тут меня сбивает шикарная девушка, а мое сердце сделало кульбит. Пока я шел домой, раздобыл твой номер через знакомых, а у ворот увидел твою машину. В тот момент моя жизнь заиграла совершенно новыми красками, — Александр хотел продолжить, но девушка его перебила. — ХВАТИТ! С меня довольно. Мне нужно подумать… — Агата вскочила с кресла и выбежала прочь. — Я изменился. Уверен, что изменился. Ты единственная, кому я не хочу приносить боль, — Нильсен произнес это еле слышно даже для самого себя. Взяв бутылку в руки, он начал пить прямо из горла.

***

Неделю девушка не выходила из своей комнаты. Еду ей приносила одна из служанок. Марте после рассказа Алекса она не доверяла. Но в один из вечеров к ней в комнату зашла Элиза с подносом еды и бутылкой игристого за спиной. — Я принесла все твои любимые блюда, и даже любимый напиток! — с лучезарной улыбкой, которая озарила всю комнату, сказала белокурая девушка. — Лиззи, я так рада тебя видеть. — Мне кажется, тебе пора развеяться. Включи свою любимую музыку, поужинай, открой эту волшебную бутылочку и собирайся. Через час я зайду за тобой, и поедем в бар веселиться. Я нас отпросила у этого усатого детектива, — проговорив это, она удалилась из комнаты. Харрис решила, что это отличная идея. Не обращая внимания на еду, она открыла шкаф и начала искать что-нибудь максимально элегантное и сексуальное. И она нашла. Как только девушка завершила макияж, в комнату постучали. — Входите! — Я пришла, ты готова? — увидев Агату, Элиза открыла рот и сказала, — ВАУ, ты выглядишь сногсшибательно. Пошли! Взявшись под руки, девушки покинули дом и уже собирались вызвать такси, как позади них донесся голос. — Стоять! — Данте? — развернувшись, девушки его не увидели. — Я наверху. Элиза, можно тебя на минутку? — его голос звучал властно, и девушка промямлила: — Конечно, встретимся у лестницы. Прости Агата, я быстро, — улыбнувшись, она ускакала. Воспользовавшись случаем, Агата зашла в сад, и, встав между деревьями, закурила. В ее семье никто об этом не должен был узнать. Она так делала, только когда нервничала или была расстроена. Сделав пару затяжек, девушка услышала голос позади себя и напряглась. — И давно у тебя появилась тяга продолговатые предметы в рот совать? — Что тебе нужно? — Вышел развеяться, а тебе? Развернувшись к парню, Агата хотела что-то сказать, но Александр ее опередил: — Выглядишь просто… — он не смог подобрать слов, чтобы описать то, как она прекрасна. На ней было черное платье-карандаш по колено, с очень глубоким декольте, открытой спиной — что говорило о том, что на ней нет лифчика — и рукава фонарики. Юбка от платья обтягивала ее бедра и сочную попу. Высокие каблуки делали ее ноги еще более длинными. Собранные в шишку волосы открывали ее длинную шею. Нежный макияж на глазах и ярко красная помада. Собравшись, он сказал, — ты великолепна. — Спасибо. — Куда ты собралась в таком нескромном наряде? — парень сократил расстояние между ними, сделав два шага навстречу. — Мы с Элизой едем в бар, — гордо сказала Харрис. — В таком виде? — с недовольным тоном спросил Александр и сделал еще один шаг в ее сторону. — Верно, — парень почувствовал запах перегара вперемешку с сигаретным дымом. — Ты уже пила? — А ты мне кто? Папочка? — Агата, в таком виде в бар одной ходить не рекомендуется, — его тон заставил табун мурашек пробежать по телу девушки. Она напряглась. — Я еду не одна! — буквально выпалила наследница. — Твоя сестра не в счет. — А кто в счет? Ты? Данте? А может Сэм? — терпение Александра явно заканчивалось. — А вообще знаешь, если бы не вы, я бы спокойно сидела в комнате. Но нет же, вам нужно было завалить меня своими проблемами. Мне нужно отдохнуть от этого дома, от вас, от тебя… Развернувшись девушка пошла в сторону ворот. Но Нильсен резко схватил ее за запястье — сильнее, чем рассчитывал — и притянул к себе. Когда их лица были в сантиметре друг от друга, он увидел в ее глазах растущую панику. — Отпусти меня… — дрожащим голосом произнесла Агата. Явно не ожидая такой реакции, Александр отстранился и смотрел на удаляющуюся в тени фигуру. И как только она пропала из вида, парень вернулся в свою комнату. Через 4 часа после ухода девушек к нему в комнату ворвалась Элиза с криком: — Агату похитили!