Омегаверс каменного века

      Пробуждение ранним утром ознаменовалось неожиданным осознанием. Не то, чтобы это было чем-то плохим, однако Сенку не хотел бы, чтобы что-то подобное начало происходить каждый день. Раз его царство так разрослось, и раз он уже успел проверить всех на вторичный пол, то в срочном порядке нужна куча подавителей. Огромное, просто громадное их количество. Но помимо этого стоило обговорить со всеми альфами, помимо деревенских, нужны ли им таблетки. Всё-таки, гон тоже ощущался довольно сильно - конечно, не так, как омежьи течки, да и длился намного меньше, однако скосить и оставить в постели на целый день точно мог. Ишигами знал, что мог, он тоже был альфой. Но за себя он был на все 100 миллионов процентов спокоен. Гон не сильно мешал ему, тем более он совсем не терял рассудок, а потому его невозможно было спровоцировать на нелогичные действия при помощи феромонов.       Ген спокойно сопел совсем рядом - учёный мог дотронуться до него, если бы вытянул руку. Именно он будет помогать ему сегодня в довольно нелёгком изготовлении кучи подавителей. Но сначала нужно было собрать всю альфа-популяцию, обговорить с ними нынешнюю ситуацию и принять решение голосованием.       Спустя полчаса на поляне сонно мялись новые члены научного царства. Кто-то даже успел прикорнуть у дерева, ожидая появления главного научника. Как только тот появился на пороге хижины и вышел в центр, люди начали подтягиваться к нему, перешёптываться и переглядываться. Всем было интересно, зачем их собрали так рано и в срочном порядке.       - Итак, господамы, у меня к вам есть парочка вопросов, - кто-то из толпы хихикнул от такого странного обращения, а Сенку спокойно продолжил, - Дело в том, что все здесь собравшиеся - альфы. И мы все, как взрослые люди, которым далеко за три тысячи, знаем, что у альф бывает гон. Итак, вопрос первый: кто не может себя контролировать во время гона? - Ишигами прошёлся взглядом по толпе, которая окружила его со всех сторон. Ребята начали немного неуверенно поднимать руки, а учёный посмотрел на их количество и на примерное соотношение тех, кто их поднял, и тех, кто не поднял.       - Хорошо, вопрос следующий: кому позарез нужны подавители? - люди зашумели и начали что-то активно обсуждать, а учёный просто ждал, когда народ наконец поднимет руки. К его удивлению, ни одной руки не поднялось, и даже когда гул затих, никто так и не проголосовал за надобность таблеток для альф. Сенку присвистнул и огласил, что встреча окончена и что все могут идти по своим делам. Толпа исчезла так же быстро, как и появилась буквально недавно для решения важного вопроса. Ишигами лениво забрёл в хижину, зацепился взглядом за всё ещё спящего менталиста и тихо хмыкнул. Обычно болтолог вставал с первыми лучами солнца, а порой не спал допоздна, уходил куда-то в сторону моря, а потом возвращался счастливый и довольный и валился на лежанку, мгновенно засыпая. Сейчас же, видимо, парень просто вымотался, а потому большую часть сегодняшнего утра провёл в постели.       - Эй, болтолог, просыпайся. Уже самое время начать собирать материалы для таблеточек, - лёгкое прикосновение чужих холодных пальцев к шее почти мгновенно подняло сонного Асагири с плотной ткани.       - Сенку-чан, божечки, ты меня напугал! - менталист потёр шею в том месте, где её коснулись пальцы Ишигами. Сенку ухмыльнулся и отошёл от растрёпанного болтолога, который спешно складывал покрывало и настил, чтобы убрать их на полочку в углу. Для него давно стала привычна жизнь бок о бок с этим человеком, а ведь до массового окаменения всего человечества он думал, что этот парень всего лишь жулик, который пишет дерьмовые книжки.       "Что ж, я тоже могу ошибаться", - учёный вздохнул и повернулся к своему сожителю. Ген метался по хижине, надевая вещи и расталкивая по слоям свои фокуснические штучки. А ведь Сенку ни разу не видел, как этот менталист-паникёр выглядит с утра, когда только поднялся с лежанки и не до конца проснулся. А выглядел он весьма комично: его волосы немного торчали, одежда была небрежно накинута, а мешочки и свёртки то и дело вываливались из рукавов и разлетались по полу. Одна из мягких тряпичных сумочек подкатилась прямо учёному под ноги, и тот, не задумываясь, поднял её, собираясь протянуть Асагири. Но почти тут же повалился на пол вместе с растерянной тушкой болтолога, который хотел перехватить свой мешочек и засунуть в широкий рукав своего хаори, но в итоге запутался в ногах и приземлился прямиком на сожителя. Ишигами был не особо рад такому неожиданному падению, пусть и успел смягчить падение.       - С-Сенку-чан, прости! Айя, я случайно, честное слово! - кажется, эта ситуация заставила взволнованного Гена заволноваться ещё сильнее. Но, если уж говорить начистоту, учёный даже успел согреться от тепла тела, лежащего поверх его собственного, и чуть не задремал.       - Сенку-чан? Ты в порядке? Головой не ударился? - менталист сполз с Сенку и встал на ноги, протягивая лежащему на полу парню руку. И он чуть было не запаниковал, когда в ответ не последовало ни ответа, ни движения. Однако спустя минуту Ишигами самостоятельно поднялся, и болтолог наконец успокоился.       - А я смотрю, с утра ты не пыщешь грацией, как обычно, кукуку, - учёный поправил свою накидку и направился ко входу, - Сегодня у нас куча работы, так что давай постараемся на славу, - и главный научник покинул хижину, отправляясь к лаборатории.       Его же нынешний несчастный помощник ввалился в лабу с тяжёлым вздохом.       - Сенку-чан, я очень-очень устал. Мы же сможем отдохнуть, когда доделаем таблетки? - он воззрился на учёного, надеясь, что ответ будет положительным. Сенку взвесил все за и против и довольно ухмыльнулся.       - Да, болтолог, завтра будем отдыхать весь день, - менталист радостно засиял и прошествовал к Ишигами, готовый помочь всем, чем сможет.       Помощи понадобилось много. Пришлось запрячь даже деда Касеки, чтобы тот сварганил пару десятков баночек для таблеток. Сам же Ишигами старался успеть сделать всё до заката, чтобы после этого ещё успеть отдохнуть на уже не таком палящем вечернем солнце. Таблетка за таблеткой, баночка за баночкой - и так без перерыва почти 6 часов. Как только последняя этикетка была налеплена тонкими изящными пальцами менталиста прямиком на последний набор таблеток, можно было считать эту работу полностью завершённой. Состояние после такой нудной и будто бы бесконечной работы было не самое лучшее - руки ныли, глаза болели, а в голове гудело так, что заглушало все внешние звуки. Тихие шаги Гена укрылись от внимания Сенку, а потому он даже не заметил, как тот подошёл к нему сбоку.       - Сенку-чан, это всё? - у менталиста был уставший голос, немного хриплый и как всегда мягкий. Научник устало кивнул и повернулся к выходу из лабы - снаружи было ещё светло, так что они точно успеют отдохнуть под деревом перед вечерним ужином, на котором доставят подавители до всех местных омег. Естественно, Гену они были не нужны, и Сенку в какой-то степени был ему благодарен. Ещё одна баночка таблеток - большее количество затраченного времени, не так ли?       Парни медленно плелись в сторону ближайшего дерева, надеясь как следует отдохнуть. Шли молча, так как сил на разговоры не было, да и не хотелось прямо сейчас ничего обсуждать. Асагири первым решил устроиться поудобнее под широкой кроной: он прислонился спиной к стволу и медленно съехал на густую растительность, усаживаясь в традиционную японскую позу. Ишигами сначала с минуту что-то обдумывал, а потом тоже опустился на траву и приземлил голову прямиком на чужие бёдра. Менталист не был против - всё-таки, это был Сенку, так что он спокойно мог позволить ему сделать что-то подобное. Уснул учёный почти мгновенно - тёплые лучи садящегося солнца согревали тело, мягкие и удобные ноги менталиста будто бы были созданы для того, чтобы на них лежать, а вокруг не было ни души, кроме них самих. Идеальный набор для полноценного отдыха.       Болтолог запустил пальцы в волосы парня, плавно поглаживая и проводя рукой от корней до кончиков. Сам он задремал чуть погодя - отключился, оставив одну руку покоиться на волосах научника, а вторую уложив на его плечо. Любопытные взгляды случайных прохожих, уже готовившихся к ужину, не могли не уцепиться за парочку, устроившуюся в тени дерева. "О них точно поползут слухи", - отметила про себя проходящая мимо Кохаку и, хмыкнув, направилась прочь, оставляя ребят восполнять израсходованную за день энергию. И львица была права - вскоре, уже во время приготовления еды, все шептались и обсуждали то, что успели увидеть. Шумные разговоры и громкие теории перелетали от одного человека к другому, а потом оседали в воздухе тёплым паром и быстро растворялись. Гул постепенно затихал. Солнце плавно закатывалось за горизонт. Наступала ночь.