Кровь растекается по руке, как вены по всему телу.
Вновь, Рома рассекает тонким лезвием свой внутренний космос, чтобы найти того кто
спасет его.
Снег падает на новые оголенные глубокие порезы, и они шипят,шипят,шипят.
Он, давно не чувствовал боли, с момента где все отвергли его.
С тех дней когда, подсел на иглу.
Два года назад, лёжа в одиночестве с подушкой на окне, думая что он единственное статическое тело во вселенной.
После того случая, его новыми друзьями стали ЛСД марки, фен и лезвия.
По ночам, смотря на скопления миллионов звезд, я мечтал стать одной из них.
Чтобы ко мне тянулись, но боялись.
Вдохновлялись и отторгались, такие же запутавшиеся души смотрели на то как ярко я горю, среди своих тусклых братьев и сестёр.
мне нечего терять, мне нечего терять.
Решив употребить космос, я взял лежавшую рядом марку и положил на язык.
Приняв уже 5 дозу за неделю. Глаза ловили огоньки, а желудок будто вводил в себя маленькие иглы.
Сердце билось как колокол, что отдавал в голову разрывающую круговоротом.
Стены плыли как слизь, стекая на пол.
А мои звезды, и туманности появились на потолке квартиры.
В комнате было неимоверно холодно, как и в космосе.
Я был близок, чтобы оказаться там
Под кайфом я думал лишь о вечности.
То, как миллионы людей погибают каждый день, и равное количество вновь заменяют их.
Мы, сами загнали себя в тупик.
Мы, роботы выполняющие приказы, лишь числа в программе, которую создали такие же механические машины.
Под кайфом я думал лишь о нем.
С прошлой жизнью Рому соединяла лишь одна тоненькая нить, в которой он сейчас нуждался больше всех.
Джонни Колбая,
Мы, были давними знакомыми, и по началу я не замечал как учащается мой пульс, когда рядом находился старший.
А зря, зря, зря.
Я завидовал, тем что он умеет улыбаться, и эмоции на его лице были живыми, внутри цвели сады, а в глазах отражалось солнце.
Он был счастливым, а я одиноким.
С каждым днем мы все больше проводили времени вместе, и были до ужаса разные, как две планеты.
Я–холодный покрытой толстым льдом Уран.
Джонни–теплый и яркий как звезда Солнце.
И большая огненная материя вскоре растопила лед внутри меня.
Я, слышал теплое биение сердца, когда старший обнимал меня, провожая домой после прогулки.
Боясь любви, я знал что он никогда не влюбит,скелета–наркомана.
Но, все же он навещал в мою квартиру-космос, молча смотря на разбросанные шприцы.
Ложась рядом со мной, Колбая слушал мои рассказы о замкнутом вакууме и рождении вселенной.
Смотря на вверх, я видел звезды.
А он лишь потолок.
Джонни был для меня космической сингулярностью.
в которую, я вечно был влюблен.
Из-за наркотического влияния, оставаясь одним я падаю в бесконечную темную бездну к своим страхам.
мне страшно, страшно,страшно.
Изуродованные руки тянулись до смартфона, в голове прыгали мысли.
Не делай этого.
И не дави на жалость..
Экран мобильника расплывался как глубокий океан, но руки помнят цифры, и сами набирают номер будто просят помощи.
На звонок ответил, сонный и хриплый голос
-Алло? Рома? что-то случилось
: мысли рассыпались на миллионы частиц, но все же я смог ответить :
- да, Джонни..и.и, прийдд.и ппожжалуйста,... мне пиздецц хуййо.во...
По сторону послышался резкий и отчетливый ответ.
- через 20 минут буду, прошу не делай себе хуже.
-хоррошо, не успев сказать, как абонент сбросил вызов.
Руки швырнули телефон, а сердце застучало как поезд по рельсам.
В голове металась мысль –
Зачем я сделал это, и
какая же я жалкая тварь.
Сползая с широкого окна, я шагнул в сторону ванны, чтобы смыть кровь с тела и снять запачканную одежду.
Перед глазами кружилось и плыло со световой скоростью..
Дойдя до точки назначения, я аккуратно снял футболку, и поднял голову, пошатнулся от отражения в зеркале.
В отражении, стояла длинная бледная, и худощавая фигура с белокурыми волосами как падающий снег.
Мое тело украшали только шрамы и рубцы на ребрах.
Зрачки, были как бесконечно–поглощающие чёрные дыры, а впалая щека была измазана засохшей кровью.
Включив холодную воду, я наблюдал как она течёт к потолку.
Зажмурив глаза до белых искр и вновь их открыв, гравитация отпустила буйную жидкость, и вновь все встало на свои места.
Предоставив порезанную руку под струю холодной воды, я начал стирать засохшую кровь.
Жидкость, стекающая в водопровод имела бледно–бордовый окрас, а порезы шипели как змеи.
Очистив запястья от кровавой грязи, порезы тут же опухли и вновь налились красным веществом.
Натянув белое худи с длинными рукавами, прикрывающие новые порезы, я вернулся наблюдая как сверхлегкие частицы пожирали стены.
И ждал когда спасут меня.
