Слишком часто возвращался

Хэнк с каким-то отупелым интересом смотрит на место преступления: кровь по столу, по полу, ошметки мозгов с осколками черепа (у андроидов это выглядело намного аккуратнее: дырка в голове и тонкая струйка голубой крови), след от пули в стене, револьвер в руке. Пес уже перестал лаять, только воет тихонько на одной ноте. Очевидное самоубийство, и все на месте. Кроме тела. Хотя не совсем. Тело есть. Только по какой-то необъяснимой причине все еще живое. С волос капает кровь, но она как голограмма - не остаётся на руках. Хэнк ничего не понимает. - Сумо, мальчик, заткни пасть, без тебя хреново. Пес мгновенно замолкает, шумно подходит и кладет лобастую голову на колени. Капли крови падают и на его морду, мгновенно исчезая, но он на это только вздыхает. Возможно Андерсон теперь призрак, а возможно он давно в аду, и от того, что он застрелился, ничего не изменилось. Это бы все объяснило. На столе нет бутылки и фотографии, да и вообще как-то подозрительно чисто в доме (конечно, если не считать призрачной крови повсюду). Вероятнее всего, он мертв уже не первый день. Но тогда почему выл Сумо? И почему его никто не забрал? Дверь открывается, и сенбернар встаёт чтобы встретить прибывших. Хэнк не оборачивается и не прислушивается, пока не звучит ёмкое "пиздец" его собственным голосом.

***

Никто, конечно, ни черта не понимает. Они сидят втроём за столом, и тишину разбивают только хриплые вздохи пса и звук падающих капель крови. У Коннора его мигалка на виске не перестает гореть красным, и Хэнк про себя ухмыляется, ведь какая жалость - эти улики в рот не затащишь. - Ладно, я все ещё не знаю, что за срань здесь творится, но понятно одно - гостей мы в ближайшее время не зовём, - подаёт голос в итоге тот, другой. Он выглядит удивительно неплохо с этим дурацким хвостиком (а может потому что вторая фраза после "пиздец" была "а я ведь даже не пил", и Хэнк с такого контраста чувствует себя ещё дерьмовее, хотя куда уж). - Сюда кто-то ходит не для того чтобы проверить, не сдох ли ты? - цедит сквозь зубы он, чтобы не захлебнуться собственным ядом - а то мало ли, отравится, и вместо крови с волос будет капать блевотиной с губ. Но тот только пожимает плечами: - Про всех не знаю, но Девятисотка припирается ради Сумо и брата, а Рид - ради Сумо и еды. И ты не хочешь знать как так получилось. И правда не хочет. Он уже давно ничего не хочет. Только спать. Или снова напиться, но с этим явно ждёт облом, поэтому он идёт раскладывать диван. Другой разворачивает собравшегося что-то вякнуть по этому поводу пластик и толкает в спальню, вполголоса пытаясь втолковать ему, что "сейчас это идеальный вариант, не моргай на меня недовольно лампочкой, ты явно что-то натворил, и он тебе эту самую лампочку..."

***

После того обсуждения они почти не общаются. Хэнк - "Окей, блядь, теперь ты Генри, потому что я задрался путаться" - во избежание нежелательных встреч сидит дома и плюет в потолок от скуки. По ночам выходит гулять с Сумо, потому что ночью призрачная кровь не так заметна. И курит, потому что Хэнк показал, куда Генри может пойти, если дома окажется алкоголь. " - Хули я один буду страдать от последствий робо-революции? Да блядь, Коннор, не начинай..." Все как-то резко меняется во время особенно сложного дела, когда Хэнк кидает планшет на колени залипающему на какое-то тупое шоу Генри-сука-как-же-запомнить-то и садится рядом, сразу начиная пояснять детали, которые ещё не вошли в отчет. Чуть позже подтягивается Коннор и тоже вливается в обсуждение, и во время работы его сиплый голос даже не раздражает. В конце концов Хэнк, вымотавшись, засыпает на диване, и Генри собирается уже взять поводок Сумо, когда его останавливает вопрос Коннора: - Что он... я... что ваш RK800 сделал не так? Генри горько и смешно. И вместо того, чтобы ответить что-то вроде "слишком хорошо выполнял свою работу" и "был именно тем, кого создал сраный Киберлайф, чем не оправдал моих дурацких надежд" шепчет, уверенный, что его услышат: - Он слишком часто возвращался. И, кажется, Коннор не только слышит, но и понимает, потому что ничего больше не говорит. Хотя кто его знает - может просто завис. Андерсон хмыкает и закрывает дверь. Возможно ему только кажется, но к стуку мелкой мороси по асфальту больше не примешивается тяжёлый звук призрачных капель.