Правила созданы, чтобы их нарушать..

—Спустя четыре месяца —01.09—

10:03 gucciyama21: Ну и где вы? kodzuken55: Иду hindarin01: Уже подхожу gucciyama21: Болваны, мы договорились встретиться за час до поезда, в 10, какого хрена?! 10:16 gucciyama21: Вы гдее? kodzuken55: Почти пришел hindarin01: Уже подхожу 10:32 gucciyama21: Я вас ненавижу gucciyama21: Предатели kodzuken55: Не драматизируй kodzuken55: Что случилось? gucciyama21: Мало того, что я _полчаса_ сижу брошенный, одиноко попиваю свой коктейль, так ещё и телефон садится, чтоб вас; -; kodzuken55: Коктейль вкусный? gucciyama21: Да kodzuken55: Видишь, все не так ужасно gucciyama21: Пошел ты gucciyama21: Ты вообще где? kodzuken55: Здесь gucciyama21: «Здесь» тебя нет kodzuken55: Я есть kodzuken55: Я здесь kodzuken55: За тобой Ямагучи обернулся. Козуме владел неприятным талантом ходить буквально беззвучно. Идеально для шпиона, но не для опаздывающего друга, потому что Тадаши почти словил инфаркт, увидев Кенму в паре сантиметров от себя. — Бу. — Я тебя ненавижу… — брюнет держался за сердце, пытаясь успокоиться. — Повторяешься. Тадаши нечаянно дёрнул рукой, поворачиваясь назад, к столику, и задел бокал с шоколадным коктейлем. Бокал немного проехался по столу и остановился, разлив малую часть напитка, попав на телефон Ямагучи; но, к счастью, только на верхнюю часть, где отверстие для наушников, камера и динамик для разговора. — Чёрт. Кенма, пряча ухмылку за упавшими на лицо волосами, — его всегда забавила чрезмерная пугливость друга, — припарковал свою тележку с чемоданами рядом с Тадашиной и сел напротив того. — Ну ты не злись… — Козуме изо всех сил пытался изобразить виноватый тон. Он протянул брюнету свой «power bank» и его же телефон, предварительно очистив, и состроил щенячие, насколько мог, глаза. Но на пуффендуйца такое не действует, он вздохнул: — Я понимаю, что для тебя «убить босса» важнее собственных друзей, но надо же иметь немного совести, — Тадаши отвернул голову к окну, показывая лёгкую обиду. Там из черного Ford выходил староста Когтеврана — Суга-сан, вместе с его лучшими друзьями — Яку-саном и Акааши-саном. В их руках пакеты со знакомой Ямагучи эмблемой, но какой именно, он не вспомнил. — Прости, — Кенма пододвинул к брюнету большую картошку Фри, купленную в Маке за углом. На его обычно безэмоциональном лице в глазах Тадаши разглядел задорные искры и одновременно извиняющийся взгляд. Пуффендуец с вызовом смотрел в эти глаза секунд тридцать, пару раз переводя взгляд на своеобразную «взятку». С списке «Слабости Ямагучи Тадаши» в подпункте «Быстро прощает» на почетном первом месте расположен этот вид вредного фастфуда. И, черт, как же бесит, что друзья постоянно и нагло этим пользуются. Хотя, если он может есть свое любимое блюдо так часто, он точно в проигрыше? Поддаваясь соблазну, но идя до конца, Ямагучи аккуратно тянется и берет только одну картофельну. К сожалению, распробовать столь привычный и любимый сердцем вкус совершенно не удается, ведь этого нереально не хватает. Принимая поражение, Тадаши с горечью вздыхает и берет целую пачку. Улыбка сама возникает на лице. Кенма лишь хихикает: — Тебя очень легко купить едой, ты знаешь? А ещё ты пытаешься сопротивляться, это очень смешно. — А ты знаешь, что твоя перекраска волос миссию не выполняет, и спор с Куроо, по-сути, проигран? — мгновенно парирует Ямагучи. Эти слова давно крутились на языке на пару с мыслями, что Козуме серьёзно ступил. — Тц. Справа от брюнета послышался болезненный стон. — Ва-а, это очень больно… — Хината буквально упал на стул рядом. Обеими руками он держался на левый бок. — Что на этот раз? — протянул Козуме, подперев подбородок ладонью. — Не говори так, будто я все время вляпываюсь в неприятности! — надулся рыжий. — Не-ет, что ты, — Тадаши отзеркалил позу теперь-уже-светловолосого друга, и они многозначительно переглянулись. — Да хватит! — Хината сильно ударил по столу, привлекая внимание нескольких близлежащих столиков. Его это, конечно, смутило, он порозовел и убрал руки под стол. — Да ладно, Шое, мы же шутим! — улыбнулся брюнет. Козуме захихикал в ладонь, а рыжик недоверчиво фыркнул. — Так что же случилось? — Ямагучи снова принялся за коктейль. — Ох, ну… — Он немного постучал пальцами по столу в такт американской рок-н-ролльной песни, играющей из колонок заведения. Козуме пока проверил зарядку на своем Psp и решил «незаметно» поиграть под столом. «Незаметно» не получилось, но Ямагучи с Хинатой говорить ему не стали. — Короче, я ТАК СПЕШИЛ к своим ЛЮБИМЕЙШИМ друзьям, — это не предвещало ничего хорошего, — что… случайно, подчеркиваю: случайно, не заметил Яку-сана, и… мы врезались в машину Суги-сана… Там появилась царапина… Ну, я хотел загладить свою вину и исправить недоразумение, поэтому достал палочку… Треск. Зубочистка в руке Тадаши сломалась пополам, а на лице вот та же самая добрая улыбочка. Кенма уже прошел бонус-уровень в относительно новой RPG, он просто глубоко вздыхает и смотрит на брюнета. Тот мысленно считает до десяти, но решает дойти до ста. Так эффективнее. — Слушай, а из тебя хороший актер получится, — Кенма упирается на локти, немного приближаясь к Ямагучи, — ты так зол, но даже виду не подаёшь. Только на съёмочной площадке реквизит в руках не держи, не расплатишься потом за него, — он аккуратно изымает бедную деревяшку из сильных рук. — Т-т-ты только не переживай! — Хината в защитном жесте замахал руками, — Я-яку-сан остановил меня! Он как увидел палочку, сразу у-ущипнул меня в бок. Больно, правда, н-но как видишь, действенно!.. Когда Тадаши наконец произносит в уме «сто», он, решая проигнорировать высказывание Козуме, отвечает Хинате своим абсолютно спокойным обычным голосом: — Ты хоть понимаешь, что можешь вылететь из школы? — В ответ неуверенный кивок. — Что тебя могут арестовать? — В ответ снова неуверенный кивок. — Что это не первый, и даже не десятый раз? — ещё кивок. — Ты собираешься исправляться? — Конечно, — нервно посмеялся Шоё, и чуть тише: — наверно. Ямагучи, тяжело вздохнув, решает допить свой коктейль. Хината открывает меню и выбирает, что бы заказать, а Кенма решает взглянуть на свои наручные часы. Тематические, кстати, тёмно-синие с голубой подсветкой, в виде треугольника с кнопок джойстиков, внутри квадрат, круг и крест. Он выиграл их за победу в турнире «Кубок Мира» по «Don't doubt life». Времени оставалось чуть больше семнадцати минут до отправления поезда. — Кажется, нам пора, — говорит Козуме, поднимаясь со своего стула. — Что? Уже?! — расстроился рыжий, — но я ещё не заказал пончиков! — он делает самое печальное в мире лицо. А что? Пончики — это святое. — Вот пришел бы ты пораньше, Шое, — Ямагучи подошёл к своей тележке с сумками и легонько постучал по клетке, дабы проверить, как там Звёздочка. Обычно сова протягивает голову ближе к прутьям, чтобы хозяин ее погладил, но сегодня она почему-то вялая, грустная и сонная. — Хей, — прошептал брюнет, — ты чего, заболела? Держись, до Хогвартса недолго осталось. — Ну, мне правда очень жаль… — Хината нехотя встал со стула, держа руку на животе, — н-но, это же не займет много времени, ну? — он щенячьими глазами посмотрел на Тадаши. Но мы уже проходили: не действует. Тем более не сейчас, они ведь могут опоздать на поезд! — Еда — это конечно хорошо, и это святое, не спорю, — Ямагучи облокотился спиной на тележку, — но сегодня нет. — потом он сделал лицо ещё серьезней, каким иногда может отчитать или научить, но была видна маленькая ухмылочка, — в следующий раз будешь пунктуальнее. Пойдём. — Брюнет развернулся и ушел в сторону выхода. — Пфф, у кого язык повернулся назвать этого человека «Ангелом»? — тихо проворчал Шое, закидывая арбузную жвачку в рот, попутно протягивая такую же со вкусом яблока Кенме, какие он любит. — У Бритни и Мелоди, — Козуме кивает в знак благодарности за угощение, — Они, вроде, с Пуффендуя. Количества раз их общения с Тадаши можно на пальцах посчитать, неудивительно. Ямагучи стоит перед входом в кафе с прикрытыми глазами. Лёгкий ветерок поднимает отросшие волосы, которые частенько мешают, и надо бы уже придумать, что с ними делать, веет в лицо сочным ароматом кофе, корицы и булочек. Как бы это странно не звучало, суетливый шум общественных мест часто помогает собраться с мыслями не хуже пения птиц на фоне шелеста листьев в четыре утра. Из раздумий и ожиданий чего-то нового от без-пяти-наступивщего учебного года вырывает звук трёх упавших в воду капель. Да, всего лишь уведомление. yachixitt14 Привет, вы где? gucciyama21: Привет, мы выходим из кафе gucciyama21: Ты что-то хотела? yachixitt14: Мы можем встретиться в поезде? gucciyama21: Конечно) yachixitt14: (˘ ³˘)♥ gucciyama21: (｡•̀ᴗ-)♥ Общение с Хитокой Ячи, — в любом виде: перепиской, разговором в живую или по телефону — даже такое короткое, согревает душу. Такая тихая, милая, скромная девушка просто не умеет оказывать другого влияния. С первого дня знакомства, — ещё когда в первые же сутки она испугалась его «внезапного» — по ее словам, хотя это не так, — появления в их общей ночной гостиной Пуффендуя, потому что, как оказалось, они оба разделяют пристрастие к ночному звёздному небу — рядом с ней чувствуется уют, спокойствие и веселье. Они стали лучшими друзьями. Тадаши даже познакомил её с Хинатой и Кенмой, очень удачно — все друг другу понравились. Вчетвером время они проводят нечасто, зато вдвоем они обмениваются записками на уроках, рассматривают звёзды, загадывая желание на каждой падающей, ходят на тренировки по Квиддичу, смотрят аниме и читают мангу. Кстати, в некоторых совместно прочитанных романтических Сёдзё — им больше по душе Сенен, к слову — находился сюжет, похожий на их дружбу. Им было тринадцать, и они даже задумывались: что чувствуют друг к другу? Теплая родственная любовь? Они друг другу — как брат сестре. Определённо, — подытожили они, — это намного лучше, — затем обнялись крепко-крепко; дали клятву на мизинцах — дружить вечно. Тадаши негромко засмеялся собственным мыслям. Он убрал телефон в задний карман, когда почувствовал лёгкий щелчок в затылок. Это был Кенма, напоминающий о реалии и о том, что если они не поторопятся — вспомнят, как не прикольно бежать и лететь за поездом, хватаясь за непрочные перила задней площадки, а потом получить за это от Директора Макгонагалл. Хоть это и были жалкие двести метров, им тогда хватило с головой. Да, веселое было начало четвертого курса. По дороге на платформу 9¾ ребята болтали, иногда шутили и могли передразнивать друг друга. После того, как Кенма третий раз за две минуты встретился лицом к лицу со столбом, Тадаши и Шое придумали хитрый несложный план «выманить бедную приставку у злого — просто хмурый и рассеянный! — Кенмы», иначе ни тому, ни другому не поздоровится. Геймеру не удалось допрыгнуть до «жизненно важного», по его словам, PSP, поднятым веснушчатым парнем — вырос, зараза! — над головой. Он потом ещё долго ворчал и дулся, обещая отомстить, ибо они прервали заключительный самый важный бой, а он ведь почти победил! Этим двоим на минуту даже стало стыдно, но со словами «Вот сломаешь себе нос, и восстановить не сможешь! Мы тебе помогать не будем!» они сменили тему и вовлекли друга в разговор. — Серьезно? То есть, как это Нацу поступает в Хогвартс? Уже? — Тадаши неподдельно удивился, что даже споткнулся. — Ага, — Шое радостно кивнул. Он очень гордится своей сестрёнкой, уверен, что она будет учиться на Гриффиндоре и станет великой волшебницей, а он всегда будет стоять у нее за спиной и защищать. — Неужели я застрял в прошлом?! — брюнет драматично приложил тыльную сторону ладони ко лбу, — Ещё недавно она была такой малышкой! А теперь?! Ученица почетной школы волшебства! Куда летит время?! — с паузами произнес Ямагучи, и они с Хинатой весело засмеялись. Тадаши был очень рад за свою маленькую подругу, с которой у них были прекрасные отношения. Настолько, что даже Шое пару раз ревновал, а веснушчатый горячо разубеждал того в своём намерении отобрать обожаемую сестру. — Да вас приближающиеся СОВ волнуют меньше, — Кенма заправил половину челки со стороны друзей за ухо; сегодня ветрено. Он вспомнил, как извел себя в прошлом году из-за дурацких экзаменов. Кто бы мог подумать, что оценки отчаянного задрота волнуют ничуть ни меньше битвы с Боссом или собственных друзей. Нет, ему не приходилось сидеть ночами и зубрить слова на эльфийском, — во всех смыслах — он довольно хорошо учился и много знал, но постоянно нервничал на всех экзаменов, боясь все завалить. Страхи не оправдались, и Козуме выдохнул и вдохнул уже полной грудью после объявления последних результатов. Он безумно благодарен друзьям, который не дали ему пасть духом и поддерживали его во все тяжёлые и не очень моменты. Их ободряющие слова успокаивали, а шутки смешили и позволяли забывать все плохое. Ему бы хотелось отплатить им тем же, но они утверждают, что он совсем не обязан, да и они особо о таком не волнуются. Как минимум, не сильно. Времяпрепровождение в поезде, как и сама атмосфера, особо не отличались из года в год. Обычно троица просто болтает обо всем на свете и одновременно ни о чем, хотя иногда могут немного поспать, включить рандомный сериальчик или фильм или же сразиться в какую-нибудь мобильную игру. (В прошлом году они четыре часа играли в Тетрис, и Тадаши, набравший большее количество очков почти во всей раундах, заставил друзей съесть очень противные конфеты; жуть.) —…А я отвечаю: «Бакагеяма! Я же не виноват, что ты–» Хинату прервал робкий стук в дверь. Ячи негромко извинилась и вошла внутрь, прикрывая за собой дверь. Она стала в некотором роде маленьким сюрпризом для Хинаты и Кенмы. Все вместе они очень давно не общались, и парни не знали о ее приходе. Шое сразу же громко весело поздоровался, Козуме лишь легонько помахал в знак приветствия. Хитока, вопреки ожиданиям Тадаши, пришла немного нервной и точно злой. Она бросала косые недобрые взгляды в сторону коридора вагона, на автомате сильнее сжимая бархатный мешочек жёлтого цвета в руках. — Ячи? Все в порядке? — обеспокоенно поинтересовался Ямагучи. — Да, в полном, — ответила девушка немного саркастично, но не чтобы это сильно бросалось в глаза. Она вздохнула, привычно улыбнулась и шагнула ещё ближе к друзьям, попутно доставая из мешочка три вязанных браслета: красный, синий и жёлтый; на каждом из них был выпуклый узор в виде герба факультета и рядом герба Квиддича. — Недавно Киоко учила меня вязать. Вот, это вам, — она протянула свое творение, — талисман… на удачу. — ВАУ, мне нравится! — Хината взял подарок и быстро надел его на руку. Покрутил, любуясь. Он обожает подарки, отметил для себя Ямагучи, особенно если что-то связано с любимым видом спорта. — Миленько, спасибо, — улыбнулся Кенма, разглядывая браслет. — Хитока, это классно! — восклицает Ямагучи, обнимая за плечи подругу, уже сидевшую рядом с ним. Он возвращает внимание к браслету, дабы рассмотреть поближе. Само украшение было тянущимся и плотно прилегало к запястью; в ширину около пяти сантиметров. Жёлтые нити светлого оттенка пересекались с тёмными, создавая приятный градиент. Два герба поочередно чередовались, обвивая браслет по периметру. Каждое было сделано практически до малейших деталей. Разумеется, кое-где есть маленькие недочёты и неровности, но в целом, вышло очень искусно и аккуратно. Наверняка девушка вложила в это очень много сил. В списке Ячи «То, ради чего я живу» на почетном втором месте расположен пунктик «Вручение подарков». Она просто обожает это дело, может подарить абсолютно что угодно, абсолютно в любое время и абсолютно любому. Даже своему заклятому врагу. Хотя, скорее всего, ему особенно. Она никогда не просит ничего взамен, она просто любит отдавать, любит делать людей счастливыми, любит их улыбки. Ещё выше в этом списке, на главном первом месте находится «Создание подарков своими руками». Пожалуй, это действительно самое любимое и самое главное в ее жизни. Эта девушка просто влюблена в рукоделие, умеет многое и мечтает научиться тому, чем не владеет. Она в любое свое творение вложит всю свою душу, силы, любовь на все тысячи процентов. С таким же усердием, она даже сама выроет могилу своему заклятому врагу, хоть на самом райском острове. Создаст ему самые комфортные условия, настолько возможно и необходимо для трупа. (К слову, на третьем месте уверенно стоит «Дружба с Тадаши». Когда Ямагучи об этом узнал, до конца дня ходил красный, как рак, и счастливый, как человек, выигравший в лотерею не жалкий миллион, а целую золотую карту.) И сейчас Ячи выглядит настолько же счастливой. Она о чем-то спорит с Хинатой, весело смеётся, иногда мотая головой в знак отрицания. Ее волосы немного разлохматились, а хвостик ослаб и сполз вниз. Ямагучи, словно в трансе, дотрагивается до него и не сразу замечает, как все трое замолчали и смотрят на него. Ох, он опять забылся в мыслях? Когда он в таком состоянии, слишком сложно сформулировать даже одну фразу. — М-могу я… поправить? — Конечно, — задорно отвечает Хитока, с интонацией, мол, мог бы и не спрашивать. Ямагучи аккуратно берет ее золотистые локоны. По ощущениям — очень мягкие и до жути приятные, как будто в руках шёлковое полотно. Хочется трогать ещё и ещё. Ячи — девушка чистоплотная, и уход за волосами — особая часть во всех процедурах. Как-то она описывала Тадаши всё, вроде несложно и в подробностях, но, будем честны, понял он немного. Он поднимает вверх упавшую резинку, стараясь сделать все максимально без петухов. Кажется, получается неплохо. Подруга благодарит его. — Хм-м, Тадаши? — спустя время окликает его Ячи. — М? — Твои волосы отросли, — она аккуратно пропускает его пряди сквозь пальцы, мысленно отмеряя. — Оу, да, — отвечает Ямагучи, от смущения дотрагиваясь до шеи, — Просто мне не нравятся слишком короткие прически, но что делать с этой непослушной ахинеей я ещё не придумал. Хитока кивает, встаёт и просит веснушчатого друга повернуться к себе спиной. Она быстро колдует расчёску. — Позволишь? — перед началом работы спрашивает девушка, в ответ получает кивок. Пока Пуффендуйка искусно экспериментирует с темно-зелёными волосами, Кенма, оторвавшись от сумеречных пейзажей, переводит на неё взгляд. — Кстати, Ячи. — Да? — Когда ты зашла сюда, ты явно была не в духе. Что-то случилось? Тадаши ойкает, когда девушка в процессе расчёсывания резко дёргает рукой вниз. В ее глазах были недобрые обиженные огоньки. — Прости, Тадаши. Вообще, я не хотела возвращаться к этому, но по дороге сюда какой-то грубиян нахамил мне. Очень неприятно, между прочим. — Оу, мне жаль. Чтобы там ни было, не зацикливайся на этом, хорошо? Кенма всегда считал, что ни коем образом не умеет поддерживать людей, хотя его слова часто являются правильными и подходящими под ситуации, пусть и до чёртиков банальными. Они служат для людей не столько открытием, а напоминанием. И это по своему важно. — Да я и не зацикливаюсь, — задумчиво протягивает Ячи. Она продолжает перебирать темно-зеленые пряди, поочерёдно примеряя и подбирая идеальную причёску, — просто… он так быстро и пафосно ушел, что я даже ответить ничего не успела! Бесит! Я не называю себя святой, но это— — И это ты называешь «не зацикливаюсь»? — хихикает брюнет, за что легонько получает расчёской по голове. — Ты не понимаешь! Нельзя, нельзя выслушать о том, какая я тупая, и совсем ничего не ответить! — Он назвал тебя тупой? — лицо Ямагучи становится серьезней. — Это я ещё мягко перефразировала, Тадаши. Хината вскакивает. — Я считаю, что Ячи-чан не заслуживает такого отношения к себе, и мы должно что-то сделать! — Спасибо, Хината-кун. — «Что-то»? — Козуме вопросительно поднимает одну бровь. — Проучить, например? — И что же ты предлагаешь? — Мы можем просто поговорить с ним, — встревает Тадаши. Девушка за его спиной делает последние штрихи и даёт другу зеркало, когда все готово. Ячи сделала ему низкий хвост, до которого не тонянулись пряди отросшей чёлки; непослушные и неукладывающиеся волосы на затылке она вплела в 2 маленькие косички, по форме напоминающие дреды, которые в свою очередь ввязала в хвост. Прическа выглядела опрятно, обычно и удобно. Нигде не тянуло, не мешало и не привлекало лишнего внимания. В благодарность парень обнимает подругу, — Хитока, ты — золотце! — Я знаю, дорогой, я знаю. — Можем, — кивает Кенма в согласие на предыдущую фразу Пуффендуйца, — Ты можешь описать его, Ячи-чан? — Ох, ну… — волшебница вновь поудобнее усаживается, поправив юбку с задумчивым взглядом, — он блондин… — Блондин. —… Кажется, кудрявый… — Кудрявый. — Тебе не обязательно повторять за ней, Шое. — Кенма, это чтобы лучше запомнить! —…В очках. О, и, он был высокий. Всмысле, очень высокий. Когда в голове Ямагучи примерно вырисовывается образ обидчика, он кажется смутно знакомым, словно супер старые флкшбеки в супер древних кинофильмах, но память не хочет давать более четких и полезных ответов. Окей, тогда это не важно. — Очень высокий? — Хината нахмурился, — это насколько? Выше Тадаши? — Думаю, да. — Ого! — Но у меня не такой уж и высокий рост… — Твой — да, но куда ещё выше?! — Это комплимент или оскорбление? — Шарф, — вспоминает Когтевранец, — какой у него был шарф? Галстук? Факультет? — Шарф? Галстук? — опешивает Ячи, понимая, что не может вспомнить у неизвестного такую важную деталь, — А его… не было. Да, точно, не было. — Как это? — недоумевает Шое. — Это новенький, — подытоживает Козуме, — можно было и догадаться. — Уже подъезжаем, — слова из уст семикурсника Яку-сана, появившегося в дверях, дабы предупредить всех учеников, звучат достаточно неожиданно и отчасти пугают внезапностью. — Хорошо, спасибо, Яку-сан, — отвечает Тадаши. Охотник из Когтеврана, он же — Мориске, глазами оглядывается по сторонам, прежде чем зайти в купе к ребятам, и обращается к Хинате. — Прости за то, что было утром, я переборщил. Сейчас все хорошо? По глазам Шое можно понять, что такое поведение старшего малость удивляет и озадачивает его, но некоторые отголоски заботы, образующиеся вследствие банальной ответственности за свои действия, ему явно нравятся. — Всё в порядке, спасибо. — довольно отвечает рыжик. Яку-сан достает из-под рукава небольшой конверт, которого точно не было там пару секунд назад. — В Хогсмиде откроют первый Кинотеатр во время Большого фестиваля, здесь три билета на премьеру. Боевик, вроде. Глаза у трёх друзей загораются, а рядом сидящая подруга не сдерживает улыбку, наблюдая такую забавную реакцию. Перед оглашением всё-таки повисшего в воздухе немого вопроса, Мориске отвечает на него. — Они остались у нас из-за определённых обстоятельств, и вам, парни, кажется нравится подобное. К тому же, можно считать это частью моих извинений, — он указывает большим пальцем на Гриффиндорца. Когда семикурсник уже собирается уходить, Кенма отрывает внимание от тёмно-синего билета и окликает того. — Вы знаете, что будет на Большом фестивале? «Доброго утречка! ☀️❤️ Как делишки и утренний кофе? ☕ У меня тоже все потрясно! 😌 Ну что ж, а я к вам с новостью! 🤩 Седьмого сентября в красивой деревушке Хогсмид стартует ежегодный Большой фестиваль! 🎉 Что же это, спросите вы? 🧐 А я отвечу! 🤭 Этот грандиозный праздник готовят самые творческие и креативные ученики Хогвартса! 🧩 Разумеется, при поддержке школы. Нас приглашают красиво и весело проводить лето☀️, отметить начало нового, и для кого-то даже последнего (😢), учебного года📚 и, самое главное❗, сплотиться, подружиться и провести время с ребятами с других факультетов! 👯 По-моему, это так классно, не правда ли? 🥰 В школе вам ещё напомнят об этом. А сейчас всем пока и всем удачи! 🍀 Встретимся 1 сентября🍂» — такой пост неделю назад опубликовал Ойкава Тоору в новостном блоге Хогвартса, в которой и является главным админом. Как возмущался Кенма в голосовых: «столько бесполезных эмодзи за три строчки, глаза режет, а полезной информации слишком мало! Раздражает!» Мориске разворачивается на пятках, кладя руки в карман. — Откроется кино с фильмами разных жанров. Для детей помладше будут пара конкурсов, для всех несколько развлекательных точек, будка с фотографиями. Везде будут стоять ларьки с волшебными и неволшебными предметами, едой и… — он приоставливает свой нудный монолог на пару секунд, для того, чтобы протереть глаза. На лице появляется улыбка, какая бывает тогда, когда видишь или вспоминаешь что-то очень забавное, — алкоголем. Я надеюсь, вы умеете пить. Потому что если это не так, вас за ваши проступки школа без наказаний не оставит. Когда Яку выходит в коридор и проверяет время в телефоне, говорит последнюю фразу: — Ещё будет шанс наткнуться на омелу. Осторожнее, если боитесь, ха-ха.

* * *

Как бы слишком хорошо это не звучало, Кею досталось укромное одинокое купе где-то в самом конце. И оно стало ещё более никому не нужным после того, как парень в грубой форме отшил несколько малолеток, хотевших нарушить его покой. Хорошо, ладно. Тсукишима правда не всегда настолько эгоистичен и невыносим, — хотя, его прошлая школа любит доказывать обратное, — но сегодня день какой-то особенный. И совсем не в таких красках, как его видят большинство: важный, красочный, долгожданный. Наоборот. С утра парня тошнит и лихорадит, настроение паршивое ещё со вчерашнего вечера, а ссора с отцом прямо на перроне этого недопоезда только усугубляет ситуацию. Почему этот великовозрастный мудак не понимает, что Кею уже пятнадцать, что ему не нужны идиотские нравоучения? Что у него есть мозги, что он не вылетит в первый месяц, и что вообще сам лучше знает, как ему поступать? Как вбить людям в головы элементарные вещи? (P.s. автор категорически против оскорбления родителей). Злые мысли густым туманом засели в мозгу, вытесняя малейшие попытки продолжить чтение третьесортного триллера, который от скуки он взял из домашней библиотеки. Книга не волшебная и не будет задавать тупых вопросов, — пожалуй, единственная причина, почему она здесь. Через край бесвкусная лиловая обложка мозолит суженные зрачки, находясь на волосинки от смерти. Тсукишима на грани. Прыщавое лицо главной героини, в попытках пафосно смотреть на читателей, сталкивается с чем-то металлическим и выпирающем, но вешалка для одежды в другом конце комнаты оставляет лишь еле заметную царапину на лаковой обложке. Кей с грохотом прикладывается головой к стеклу, провожая глазами зелёные с отливом красного заката деревья. На языке ни одного приличного слова, ему хочется вылить все говно наружу, но он ещё не спятил, чтобы говорить сам с собой. Мысли про Мичико все время жжужат на заднем плане, как бы напоминая, что блондин ещё не до конца отшельник, что ему есть, с кем поговорить, и что пора бы уже взять телефон в руки и ответить девушке на сообщения, висевшие уже который час.

Чат с michifack27

13:03 Привет, Корнс (*) 13:04 Ещё не отчислили?

17:11 Было бы неплохо

17:13 Хах, даже так

17:14 А я смотрю, у тебя сегодня хорошее настроение?

Божественное, ибо я заболела

Всегда знал, что у тебя странный взгляд на жизнь

17:15 У меня есть права на недельный выходной, ок?

Хорошо-хорошо, не злись

По лицу Кея впервые за последние несколько дней проносится мимолётная улыбка, на которую он уже практически не обращвет внимание. Пора бы привыкать, что в какой-то момент общение с этим человеком становится не только лучше, но и приятнее. 17:23 Но не меняй тему, мы говорили о тебе Уже растерял последние капли энтузиазма?

17:24 Хотел бы я сказать, что его и не было

17:25 Так что случилось?

Просто мне хуево

То есть уже не такое состояние, как 24/7?

17:27 Ещё хуже

Мда, запущено Кей вздыхает, закатывает глаза, убирая телефон. Он хочет рассказать все Мичико, но для этого ему придется собрать мысли в кучу, чтобы не записать позорного голосового сообщения. Пусть девушка уже знала его в состоянии, когда связать между собой два слова — настоящая пытка, сейчас больше всего хочется отрепетировать даже вздохи между предложениями. Он просто не хочет почувствовать себя тупым, он делает это слишком часто. Первая попытка записать адекватную историю оборачивается провалом, когда в купе стучится и заходит какой-то коротышка в синим галстуке. После своего объявления о скором прибытия поезда, тот смотрит на Кея странными глазами и удаляется, не сказав ни слова. Блондин будет польщён, если окажется, что это случилось из-за его рефлекторно сделанного угрожающего лица. Наконец Кей изливает чувства в микрофон своего гаджета, стараясь говорить максимально холодно и безэмоционально.

17:35 [Голосовое сообщение]

Собеседница почти сразу прочитывает сообщение, но слушать не торопится. Ищет наушники, думает Тсукишима, и ещё проклинает меня. Точно забыла, куда дела их в прошлый раз. 17:42 Кто бы знал, что перемены сильно действуют на тебя

Я так не думаю

Как бы ты не строил из себя каменную статую, ты способен бояться и нервничать

Может быть, но легче не становится

Но вот насчёт сцены на перроне: Кей, ты ведёшь себя хуже гребенной истерички с пмс, пакетом комплексов и отсутствием логики как минимум

Ну, спасибо за честный ответ

Не то чтобы такой ответ сильно удивляет блондина, в конце концов он знал, на что шел, связываясь с пассивно-агрессивным правдарубом. Хотя в чем-то, самую малость, он согласен с ней. Теперь хочется убиться головой об стену. 17:45 Советую подумать над тем, как извинятся будешь

Не уверен, это не для меня

Кей бросает взгляд в сторону природы, проносящейся за окном. Ранняя осень — блистательно зелёную композицию портят жёлтые пятна. Они уродливы, абсолютно не к месту, их хочется вырезать. Парень чувствует себя похожей ошибкой сумасброде новой школы. Поезд постепенно снижает скорость, пейзаж меняется с такой же скоростью. Одна часть Тсукишимы желает, чтобы этот транспорт никогда не останавливался, а другая требует, чтобы все случилось сию секунду и не душило ожиданиями. И совсем крохотная в душе просит развернуться в другую сторону. Кей протирает чистые очки в надежде отвлечься.

17:55 Мне уже пора

Прощай, обычный Тсукишима Кей. В следующий раз мне напишет истинный Слизеринец

Слизерин? Зелёный? Почему ты так уверена?

Ну, а что ещё?

Когтерван, например?

Ты не настолько умный, прости Тсукишима цыкает и закатывает глаза одновременно. Поезд уже почти не движется, когда парень выходит из купе, решая выйти первым и привлекать минимум внимания. Пройдя мимо нескольких дверей, за которыми не так шумно, как он предполагал, Кей спокойно выдыхает. И только из последней, самой громкой и неприятной, вылетает идиот, со своей силой врезаясь в блондина. У него зелёный примятый галстук, заспанные глаза, черная стремная прическа, шутить про которую Тсукишима даже не видит смысла, и три корявые надписи на щеке черной ручкой, в которую Кей даже не собирается вчитываться. Понятно только, что там арифметическое действие с именами, какие он последний раз видел на третьем курсе. — Решил подработать тетрадью Купидона? — не сдерживается Кей, презрительно ухмыляясь, и идёт дальше. Стараясь не слушать обвинительные и сожалеющие громкие диалоги. — Бро, ну я же просил! — Ну прости-и, не удержался! — Хе-ей не ссорьтесь! Наконец оказавшись на улице, Тсукишима делает глубокий вдох и быстро ищет глазами молодого профессора, обещавшего его встретить. — Тсукишима Кей? — мужчина подходит раньше. — Невилл Долгопупс? — блондин кивает на предыдущий вопрос, но для справки страшивает сам. Мужчина кивает и жестом руки просит новоприбывшего проследовать за ним. Парня доставляют в Хогвартс, где ещё нет остальных учеников. Ещё при приеме его в эту школу обговаривалось, что момент распределения для него состоится раньше и как можно скорее, без лишних глаз. Распределяющая шляпа сидела на светловолосой голове секунд пять, что-то ворча или причитая про себя. — СЛИЗЕРИН! — выкрикивает волшебный предмет, пугая парня внезапностью и начавшимся звоном в ушах. Как будто зная заранее, ему выдают новый галстук, шарф и накидку, повелевая готовиться. Вступительный праздник в самом разгаре. Первокурсников распределили на факультеты, Нацу без раздумья шляпа определила в Гриффиндор, и теперь она знакомится с новыми друзьями, переодически мучая и щекоча старшего братика, бесконечно расхваливавшего и гордившегося сестрёнкой. Кенма тихо жуёт крабовый салат, изредка подавая голос в беседе с Сугаварой, Акаши и Яку. Ячи бурно рассказывает про новое просмотренное аниме «Bungo Stray Dogs», а Тадаши пытается слушать ее, мыслями улетая к предстоящему празднику и любимому питомцу. Звёздочеке нездоровится, хотя пока ничего серьезного. Постепенно Ямагучи начинает чувствовать внутри лёгкое напряжение, как будто не просто смотрит на него, а буквально прожигает взглядом. Пуффендуец ёрзает, делает глубокий вдох и начинает аккуратно осматриваться по сторонам, не подавая виду. Сам себя накручивая, он просто начинает чувствовать опасность. Может, оно того не стоит, но чувствовать на себе тяжёлый чужой взгляд на себе больше минуты очень неприятно. — Тадаши, все в порядке? — спрашивает Хитока, прерывая свой монолог. — Да, все хорошо, не переживай. Брюнет поворачивает голову назад в сторону стола Слизерина. Проводит глазами по их ученикам, улыбается, когда натыкается на кривлянье Бокуто-сенпая, но почти сразу становится серьезным и даже немного напуганным. Через несколько голов после семикурсников он находит источник своих переживаний. Тсукки? Быть не может… Да нет, это не он. Тсукки не волшебник. Он учится в обычной старшей школе где-то в Японии. Наверно, я с кем-то путаю его. Да, точно. Путаю. Путаю? Тадаши не решается отвести взгляд. Как минимум, стать первым. Он несколько раз моргает, все ещё в надежде, что это всего лишь его глюки. Да уж, надо было лечь на часик раньше… Почему он все ещё смотрит на меня? Кажется, я знаю, что чувствуют люди, уж увидевшие привидение. —…чи-кун? Ямагучи-кун? — А? Ямагучи будто отмирает, переводит взгляд на двух миловидных девушек в зелёных галстуках, подошедших к нему, и тихо извиняется. — Ямагучи-кун, вам очень идёт новая причёска! — И вы очень классно играете в Квиддич! — Мы пришли спросить— — Есть ли у вас девушка? Девушки были очень взволнованы: быстро говорили и постоянно перебивали друг друга. Но Тадаши не лучше — его смогли застать врасплох, а он и в обычном состоянии не знает, что говорить в таких ситуациях. Ему первый раз теоретически признаются, он никогда даже не продумывал похожий сюжет у себя в голове. — О, эм, нет. Сейчас нет. Но я пока не задумывался об этом. Тадаши просто решает сказать правду, но тут же жалеет о своем ответе. Можно было лучше и менее обидно? Девушки не перестают улыбаться, но заметно расстраиваются и поникают. Они извиняются за беспокойство и быстро убегают. Ямагучи разворачиваются обратно к столу, он сейчас так похож на помидорку в своей тарелке. — М-м-м, покло-онницы… — пропевает Ячи с ехидной улыбкой, запивая стаканом сока, — хотя, они из Слизерина. Ничего плохого не имею, но ожидать от них надо многого. — В каждом из нас иногда просыпается стереотипное мышление, — монотонно, словно в трансе, проговаривает Тадаши, ещё раз обрабатывая фразу подруги в голове. Слизерин. Тадаши ещё раз переводит взгляд близ того места, где сидит Бокуто-сенпай. Хмурит брови, три раза тщательно осматривает зелёный стол, не находя нечто, подозрительно напоминавшее бывшего друга. Значит, правда показалось.