Never Too Late

Очередная ночь без сна в этом ужасном месте казалась уже привычной. Каждый день одно и тоже, а вечером приходят клиенты и их приходится обслуживать. Нет, это далеко не местный ресторан и не ночной клуб, это бордель. И его месторасположение известно лишь тем, кто лично знаком с миром мафии. Хотя.. И не только для них. Внешне – это ничем не приметное здание, построенное по типу всех остальных домов в городе. Многоэтажное, с магазинами на первом этаже, которые завлекают посетителей своими яркими рекламами и мигающими в ночном свете, вывесками. Все это лишь для отвода глаз, на самом деле, в этом здании не было ни магазинов, ни парикмахерских, ни других салонов, которые скрывали бы его настоящую дьявольскую сущность. Да и стояло оно не на проезжей части, а в глубине квартала, так что заметить с улицы его было довольно сложно. Третий этаж, поворот направо, длинный-длинный коридор и комната с номером 320. Кто бы мог подумать, что в этой комнате проживает.. Хм, можно сказать уже бывший босс Вонголы – Тсуна. Но сейчас его не было на месте, поскольку он отпросился у заведующего выйти на улицу. Мальчишка стоял, прислонившись к стене за углом здания, и курил. Немудрено, что у него теперь была куча вредных привычек – в таком месте можно за один день лишиться всего, что у тебя есть, и также наоборот – подняться до невероятных высот, хотя о втором варианте Тсуне как-то не приходилось задумываться. Каждый день, практически с утра до вечера, мальчишка был вынужден обслуживать тех, кто лично был с ним знаком; редко попадались те, которых он ни разу не видел. Затянувшись сигаретой, он поднял голову и выпустил в небо облачко дыма, прикрыв глаза. Ему стыдно было признаться даже самому себе, что он изредка обслуживает своих хранителей. А те, оказывается, совсем не прочь были поразвлечься. Даже Гокудера, который, как казалось на первый взгляд, чуть ли не боготворил Тсуну, оказался всего лишь лживым и падким на развлечения и выпивку. Как и все остальные. Как все. Время было уже далеко за полночь, и Тсуна не торопился идти обратно в здание, поскольку сегодня ему сделали выходной. Оглядевшись по сторонам, он вздохнул, затушив сигарету и выкинув окурок в сторону. Подняв голову вверх, он стал смотреть на звездное небо. Легкий ветерок, развевал его растрепанные волосы, а из глаз, непроизвольно потекла слеза, скатившись по щеке на губы, которые произнесли шепотом в тишину ночного города: - Какой же ты все-таки.. Козел.. - - - - - Вот уже какую ночь подряд ему снятся кошмары, в которых он оказывается жертвой собственных преступлений. Сколько бы ни пытался он от этого избавиться, все было тщетно. Сколько раз ему говорили остановиться, прекратить это все, пока не стало слишком поздно, но он не слушал. Для него это было лишь очередное развлечение, во время последней вечеринки устроенной им для мальчишки. Идеальная внешность, друзья как на подбор – лицо с обложки, он добился всего за свои 25 лет, но ему этого было мало. Растоптать, унизить, подавить морально – таков был его принцип, хотя все упорно видели другую личность – милую, добрую и приветливую. Впрочем, таким он и был, пока не взялся пить. Тогда и проявилась его вторая сторона. Так произошло и в этот раз. Добившись расположения к себе, Джиотто заманил к себе в особняк ни о чем не подозревающего мальчишку, и отвел его в свой кабинет, где уже сидели его друзья. Как не умолял мальчишка отпустить его, в ответ на все свои просьбы и мольбы, он видел лишь пристально смотрящие на него золотые глаза и ехидные насмешки в его сторону. Дошло до того, что Джиотто собственноручно лишил мальчишку девственности на глазах у своих друзей, а затем, бросив его на порог своего дома, сказал отвезти его в бордель и запереть там. Спустя два дня, когда Примо пришел в себя, он попытался прокрутить в голове события недавней вечеринки. Осознав, что же он сотворил, парень схватился за голову, но было уже поздно – он запер этого несчастного мальчишку своим словом на 5 месяцев работы в его личном борделе. Отменить так внезапно приказ он не мог, посему пришлось ждать. Как же он корил себя за то, что так с ним поступил. Ведь при виде этого жизнерадостного мальчишки, на его душе становилось теплее, словно перед ним стояло самое настоящее солнышко. Прошло три долгих месяца, и Джиотто, плюнув на все, собрался и поехал в бордель. Дело было уже далеко за полночь. Машина, мчащаяся на огромной скорости по пустынному шоссе под ночным небом, игнорировала все знаки с предупреждением на дороге. Сейчас, в голове Джиотто билась только одна единственная мысль, как вытащить мальчишку из борделя. Хотя он знал, что его слово – закон, но поскольку этот мальчишка был довольно симпатичный, то вряд ли хозяин захочет расставаться с таким щедрым, по глупости отданным подарком. Чертыхнувшись, Джиотто стукнул кулаком по стеклу, сказав водителю ехать быстрее. В считанные минуты он оказался около дороги к тому месту, куда так спешил. Выйдя из машины, он поправил свой костюм и, надев очки, направился к борделю. Пять минут ходьбы, и перед его глазами предстал тот самый дом, но.. Взгляд его упал на то место, куда светил единственный фонарь в этом месте. Сердце непроизвольно сжалось, выстукивая бешеные ритмы, сочетавшие в себе вину за свое содеянное и некое возбуждение. Вот только.. Подойдя ближе, он окинул его взглядом. Господи.. Во что же его превратили эти три месяца? Изрядно похудевший, одетый черти во что, а именно: в рваную футболку, кое-где испачканную кровью, штаны, так же все истертые и в каких-то странных следах – то ли от порезов, то ли от проволоки . Без слез смотреть было нельзя. Мальчишка заметил, что рядом кто-то находится, и поднял голову. «Так он еще и курит.. Срочно. Забрать. К себе.. » Потерев глаза рукавом, он улыбнулся и спросил: - Вы очередной клиент, да? Сердце снова сжалось. Джиотто не думал о таких последствиях. Подойдя практически вплотную, он мило улыбнулся и отряхнул рукава. - Можешь считать что да. - Что тебе здесь нужно, Примо? – приподнявшись на носочки, Тсуна снял с парня очки, посмотрев в его золотые глаза. Такие глаза он забыть не сумеет никогда. Пускай было так плохо, но.. - Ты больше не будешь тут находиться. Я тебя забираю. Сказал, как отрезал. Схватив Тсуну за руку и резко дернув на себя, он повел его к машине. Тсуна не особо сопротивлялся, да и зачем ему это нужно было. Ведь он, наконец, услышал те самые долгожданные слова. Буквально затолкнув Тсуну в машину, Джиотто зашел следом и закрыл дверь, приказав ехать в поместье, домой. Как же ему хотелось извиниться за все, что он сделал, за все, что причинил Тсуне, и за то, что он так страдал все это время. Тсуна в это время думал, как объяснить Джиотто о том, что он уже не сердится на него, что давно забыл о том, что он с ним сделал, но, только повернув голову и едва открыв рот, как губы Джиотто, накрыли его губы. Прижав мальчишку к сиденью, Примо ласково улыбнулся, стаскивая с него рубашку и все так же целуя, боясь того, что он снова может потерять это, как он однажды его назвал, маленькое солнышко. Тсуна попытался вырваться, но Джиотто и без того был сильнее, к тому же у мальчишки не было малейшего шанса, он был на его территории, в его руках. Поэтому, обняв Примо за шею, он прервал поцелуй и мило улыбнулся. Совсем как раньше. - Тебя били, Тсуна? Джиотто отстранился от Тсуны, окинув взглядом синяки на его теле. «А вот это уже плохо. Ну ничего. Скоро от того места останутся одни руины.» Вздохнув, он облизал его сосок, слегка прикусив и оттянув его на себя. Тсуна незамедлительно выгнул спину и простонал, отведя взгляд в сторону. - Тебе необязательно об этом знать. Выдохнув, Тсуна снова прижал Джиотто к себе, пока тот расстегивал его штаны. Томно выдохнув ему на ушко, еще не до конца выветрившимся сигаретным дымом, он снова вспомнил то время, когда Джиотто его отправил в это место. - Знаешь.. Я хочу тебе кое что сказать.. Благополучно избавившись от штанов Тсуны, которые уже изрядно мешались, Примо откинул свой пиджак в сторону, расстегнув свои штаны. Томно окинув взглядом мальчишку, парень улыбнулся, осторожно прижав его к себе. - Я.. Я влюбился в тебя, Примо.. Внутри словно все оборвалось. Ни слова не говоря, Джиотто вошел в Тсуну по самое основание, заткнув его поцелуем. Тсуна дернулся, пытаясь вскрикнуть, но получалось лишь томное мычание, поскольку Примо, тот, в кого он влюбился, сейчас обнимает его и целует. Прикрыв глаза, Тсуна стал отвечать на поцелуй, облизывая и покусывая язык Примо, и тот отвечал ему взаимностью. Мягко улыбнувшись, Джиотто стал двигать бедрами, с каждым разом все больше ускоряясь и входя по самое основание. Мальчишка извивался и лишь прижимался ближе к Примо, томно выдыхая и сладко постанывая, изредка запрокидывая голову. - Я тоже влюбился в тебя.. Тсунаёши.. Сладкий поцелуй напоследок, и Тсуна кончил, незаметно дрожа в руках Примо. Уткнувшись носом в макушку мальчишки, Примо в последний раз резким толчком вошел по самое основание и кончил, прижимая мальчишку к себе. Машина остановилась, и Джиотто, снова одевшись, вынес на руках Тсуну и пошел по тропинке в особняк, мягко улыбаясь и шепча в пустоту: - Теперь ты будешь жить со мной, и никто не посмеет забрать тебя у меня. В ответ лишь милая улыбка и полуприкрытые глаза, после чего Тсуна сладко заснул у Примо на руках.