Точки над "i"

      — Что вы себе позволяете, Поттер?       Профессор грозно нависает надо мной и, крепко вцепившись в ворот мантии, трясёт меня, будто кокосовую пальму. А я препогано растягиваюсь в слащавой улыбке и бесстрашно смотрю в его бездонные, чёрные от злости глаза.       — Оставь этот дешёвый спектакль для первокурсников, Северус. — Ему будто режет слух собственное имя, и он, морщась, немного отстраняется, но пальцы всё ещё крепко сжимают ткань мантии. — Я сделал именно то, что ты мне посоветовал — бесстрашно шагнул навстречу судьбе. А сам ты почему-то этого сделать не хочешь. Не следуешь своим же ценным советам, а, Северус? Или просто кишка тонка?       Произнося эти слова, я радовался, что высказал ему всё это в лицо. Я крепко зажмурился, готовясь немедленно попрощаться с жизнью. Невербальная Авада получалась у профессора не менее искусно, чем и все остальные заклинания, имевшиеся в его арсенале. Но реакция на мой выпад поразила меня не меньше, чем поразила бы Авада. Зельевар рванул меня на себя за ворот мантии и впился в мой слишком болтливый рот жарким поцелуем. Я отвечал с не меньшим пылом, иногда прикусывая его тонкие, бесцветные губы, вырывая этим глухой хриплый стон из его груди.       В конец обнаглев, я обвил его талию руками и прижался возбуждённым членом к костлявому бедру, не давая шанса змеёнышу в самый ответственный момент сбежать. Северус немного напрягся и отстранился от меня, прерывая поцелуй. В воздухе повисла звенящая тишина. Я боялся открыть глаза и увидеть на его лице отвращение. Мгновение — и мое ухо обдаёт жарким, рваным дыханием:       — Не смей больше никогда называть меня трусом, Поттер! Тебе ясно?       Мягкий поцелуй в шею заставляет содрогнуться от неожиданности. По телу пробегает волна жара, а из глотки непроизвольно вырывается тихий стон и с глухим эхом отскакивает от мрачных стен подземелья, где сегодня, без всяких сомнений, мы проведём нашу первую ночь.