Точки над "i"

      Северус всегда был настойчивым. Если бы не его настойчивость — у нас бы никогда и ничего не вышло. Раньше меня это напрягало, а сейчас нет. Сейчас я воспринимаю это, как что-то само собой разумеющееся. Он главный в нашей паре. Так он решил — и я спорить не стал. Он старше и мудрее. Это было понятно без лишних слов. Он сильнее и у него больше опыта… Глупо было бы с моей стороны это отрицать.       Ну, в общем, вы поняли. Все бразды правления без особых пререканий я отдал ему, чтобы лишний раз мне не прилетало за безалаберность и неуклюжесть. Удобно, правда? То-то же! Хороший Поттер — хитрый Поттер. Если вы всё ещё не поняли, куда я клоню, приведу пример.       Ну вот смотрите. Не далее, как неделю назад, он мне взял и заявил, что не намерен более терпеть нашу холостую жизнь и потребовал, чтобы я немедленно переехал к нему. Так я и переехал сегодня. Чего долго соплохвоста за хвост тянуть.       — Поттер, я настоятельно тебе рекомендую забрать свою зубную щётку у девчонки Уизли. Сколько можно? Вы уже год, как расстались, а ты всё не можешь вещи забрать! И живешь чёрти где. В этом блэковском клоповнике. Не дай Мерлин ещё и мне какую заразу в дом принесёшь, — раздражённо потрясая помазком, наставлял меня гроза Хогвартса.       Я обожаю смотреть, как Северус бреется. Это отдельное эстетическое удовольствие. Расставит он все свои приборы — бритовки, мыла, помазки — и начинает орудовать. Будто у себя в лаборатории. Кайф. Так бы и смотрел вечность.       — Но, Северус… — попытался отстоять я своё право на существование.       — Никаких но! — отрезал он.       Он у меня такой непоколебимый. Крепкий, как кремень.       — Но это не клоповник! — не унимался я. Кремень кремнём, а я, знаете ли, тоже не лыком шитый.       — Ещё какой клоповник! Рассадник пикси и боггартов. Мерзость какая. — Северус брезгливо сморщил нос, заставляя меня улыбнуться. — И как самому не противно? Так. Всё. Либо сегодня ты переезжаешь, либо можешь больше тут не появляться. Ясно?       Северус так отчаянно тряс своим намыленным орудием, что забрызгал вокруг всё на свете. Мне и несчастному зеркалу досталось больше всего.       На этой грубой ноте, не желая более разговаривать, мой любовник отвернулся от меня и с особым остервенением продолжил намыливать подбородок. Ну как, скажите на милость, на него можно злиться? Сущий ребёнок. Я подошёл к нему сзади и крепко-крепко обнял, уткнувшись носом в шею.       — Ты такой сексуальный, когда злишься. Меня это заводит.       Северус замер.       — Поттер, не уходи от темы. Либо ты… О Мерлин… Да-а-а…       Я поцеловал его на границе шеи и ключицы, не дав ему договорить.       — Это подлый приём, По-о-от… о-о-о-о-о-о…       Затем, мягко откинув чёрные, как смоль, волосы, чуть тронутые сединой, прошёлся по длинной бледной шее языком. Северус незамедлительно обмяк в моих руках, оставляя за мной свободу действий. Такой он у меня настойчивый, но у меня есть к нему особый подход…       — Мордре-е-ед, — хрипит в ответ он, блаженно прикрыв глаза. Ведь мой фирменный захват мочки уха всегда действует безотказно. Неожиданно выскользнувший из его рук помазок с мягким «плюмк» опустился в тазик с горячей водой. И я смело скользнул вниз по голому торсу, запуская руку под тугую резинку его пижамных брюк…       Я ведь уже упоминал, что Северус у нас главный в семье?