Изуродованная

      Она ненавидела тот момент, когда решила подружиться с Алёной. Ей было противно до безумства. Эта рыжая бестия лишила ее всего — красивого тела, любимого, спокойной жизни. Простые мечты так и не сбылись. Варя хотела, чтобы никогда не было войн. Своими же руками она развязала ее. Самое трудное противостояние в этой жизни. Она как несколько минут назад помнила, как ее лучшая подруга… бывшая подруга, лишила ее, настоящую героиню войны, счастливого будущего. В решающем сражении Варя спасла рыжую от неминуемой гибели. И чем она ее отблагодарила?       Война всегда оставляет за собой шрамы. У Вари они повсюду — зашитое бедро, порез вдоль правой руки. Отметина на боку — камень, крошки которого доставали в трудной операции. Шрам, пересекающий глаз. Чудом зрение осталось при ней.       Когда враг был повержен, заклятие с родителей царевны не спало. Варя и Влад провели множество ночей в архивах и, наконец, нашли то, что искали. Ещё столько же суток они провели в покоях их величеств, подкачивая магией. Елена и Иван, очнувшись, первым делом приказали заточить Морока в темницу до начала суда. Опять бессонные ночи. Варя искала способ вытащить его, а Влад просто думал о ней, пытаясь выжить. Снова тюрьма.       Суд. Все как в тумане. Алёна на стороне обвинения? Из девушки словно вышибли весь воздух. Она медленно заняла своё место, рядом с Машей и Снежкой. Они в таком же шоке смотрели на рыжую, которая при малейшем взгляде на неё, опускала глаза в пол. Безусловно, она рада появлению родителей, но настолько внимать их каждому слову?.. Вот и реальность добрых правителей. Ядвига тяжело смотрела на сестру, гордо восседающую на троне. Елена пыталась переманить родственницу на свою сторону, но горькая правда и Кощей взяли вверх. Ни одна из них не жалела о своём решении.       Влада запихнули в зал и грубо усадили на кресло. На руках, сведённых сзади, сверкали блокирующие магию наручники. У Вари сжалось сердце и заодно кулаки. Снежка погладила подругу по спине, успокаивая. Он подмигнул ей, одними глазами сказав: «Не дрейфь, Колючка, прорвёмся!».       Заседание началось.       Вообще, по одному слову царя, парня должны казнить. Но Варя, Маша, Снежка, Кощей с Ядвигой и Василисой подняли такой скандал, что все стены дворца дрожали перед их мощью. Последнюю, кстати, долго уговаривать не пришлось: тихое признание любимой ученицы «Я люблю его» и взгляд, полный мольбы и надежды взяли верх над чувствами строгого куратора колледжа. Она, хоть и пыталась любить всех одинаково — Варя была лучшей и самой первой. Всегда. И в учебе, и в сердце Вась-Вась.       Дошла очередь до Алёны. Ее речь не была пламенной, как обычно. Безжизненная кукла. Знакомая ситуация, да, патруль?       — Да, Влад помог нам. Да, он и Варя, — мимолетный взгляд на неё, означающий «прости», — помогли спасти мне маму и папу. Но всё же, он остаётся злодеем, как и 300 лет назад.       — Сволочь, — прошипела Варя. Растрёпанная короткая стрижка, челка, упавшая на глаза. Спокойное лицо Влада девушку не спасало — глаза выдавали его. Да, он боялся. За Варю — в первую очередь. Если его посадят — любимая маленькая Колючка этого не переживёт.       Взрослые волшебники яростно защищали своих учениц. Аленку они уже таковой не считали. Предательство просто так не прощают.       Бесполезно — решающее слово Ивана. Тут большую роль играли его дочь и жена. Вторая захватила разум обоих с предельной точностью. Спектакль был разыгран идеально. Оправданий со стороны Влада было больше. Но всегда есть одно «но». Король решил приговорить его. Всего лишь каких-то пять лет. Для Вари даже один день был бы вечностью.       Влад молча смотрел на бывшую лучшую подругу. Но она так и не подняла глаза.       Спустя месяц Варя не выдержала и послала всех и вся, уехав к родителям в Штормград. Те, конечно, были не очень довольны, но все же приняли ее, и решили короновать. Кто же знал, что и тут девушку ждёт подстава? Она и забыла, что значит лишение свободы действий. Никто не хотел брать ее замуж. Не особо надо. Изуродованная — так называли ее за спиной. Вот это уже было обидно. Очередной бал, на этот раз в честь ее дня рождения. Привычное платье, с длинным рукавом, короткие перчатки. Ни единая часть тела не открыта. Даже лицо прикрыто вуалью.       Единственный, кто пригласил ее на танец — отец. С ним было легко танцевать. Не надо поддерживать светскую беседу — делать это Варе хотелось в последнюю очередь.       Она устала. Устала от этих фальшивых улыбок, дворцовых крыс. Она просто хотела быть рядом с ним.       Варя вышла на балкон и посмотрела на закат.       — Война всегда оставляет шрамы, — тихо прошептала она и провела пальцами по лицу.       — Грустишь, Колючка? — за спиной раздался знакомый до боли голос. Хриплый, с примесью грусти и боли. Но такой родной…       Девушка резко обернулась. Зажмурилась и открыла глаза снова. Не сон.       — Влад… Влад! — казалось, что ее голос был слышен всему двору, но Варю это мало волновало.       Война всегда приносит шрамы. Но не все шрамы остаются навсегда.