MAYDAY

«Сестра, сестра, сестра» — шептал голос отовсюду. Хриплый, и слишком отдалённый, чтобы девочка его услышала. Она видела очередной сон, о котором не знала её мама. Она сидела на земле и солнечный свет озарял черные, как ночь волосы. Локоны стекали по спине до земли и полукругом расползались вокруг Лимы. Однако, Лима не различала цвета. В этом месте, столь далёком, сохранилась копия фотографии мальчика. Лима закопала её в этом странном сне, в самой его глубине. Сердце наливалось кровью от незнания всей ситуации и на землю невинно обрывались слёзы. “ А вдруг…ты мой» — подумала Лима, как она проснулась. Она находилась в той же камере, куда её поместили учёные. Тело парило в невесомости воды, и маленькая Лима прислонила руки к стеклу. Она видела маму, видела её взгляд и людей в чёрных костюмах. Десятки взглядов были направлены на девочку в резервуаре. Ада подошла к стеклу и прислонила руку, где остались отпечатки Лимы. «Милая, осталось чуть-чуть» — прочитала по губам Лима и отплыла от стекла. Она уже знала, что дяденькам в чёрных костюмах нужны её способности. А суть их заключается в том, что Лима обладает гибридной формой дыхания. Её лёгкие приспособлены и к воздуху, и к воде. Помимо это Лима умеет создавать прорехи в воде на молекулярном уровне и создавать своеобразные формы, фигуры и танцевать. Танец же её прозвали «Невинным», словно боясь гнева девочки. Однажды, в один момент эксперимента, девочкой овладела ненависть. Трёхслойное стекло было разрушено такой силой, что от него остались крохи. Вся жидкость вырвалась наружу, убив несколько представителей делегации людей в масках. Вода копьём пронзила плоть, создав дыру и заполнив её водой. В это время Лима контролировала ту часть воды, что пробиралась сквозь внутренности резьбовым методом. И когда она достигла сердец, то просто высверлила смерть. Сразу у троих человек. Отличительная черта Лимы от других объектов подобного типа — способность одновременной защиты и атаки. Ей не нужно переключаться между этим, поскольку она видит всё и сразу. Механизм действия этой аномалии до сих пор остался неизученным. А причиной этому является кратковременное пользование аномалией в силу свойств организма маленькой девочки. Для восстановления ей требуется три дня в реанимационной жидкости. Иными словами, в криогенной среде с примесью нанодронов, обеспечивающих восстановление повреждённых тканей и органов девочки. Аномалия о двух концах, так сказать. «Если кратко, то пользование аномалией убивает не только всё вокруг, но и самого носителя» — заключительная фраза описания объекта А-ранга класса Евклид. Дочерний штаб IDE, 2 года назад. 6-я попытка обуздать способности девочки, центр исследований, отдел №3 «Сэр, мы готовы произвести внутримозговые импульсы. Оборудование функционирует хорошо, никаких проблем возникнуть не должно» — доложил ассистент. «Не меня это волнует, а тех ублюдков в масках. Испытывать оружие над этой девочкой верх бесчеловечности. У нас нет выбора, поэтому запускай протокол защиты и активируй устройство» — пробубнил человек средних лет и принялся за ведение отчёта. Ассистент ввёл в монитор несколько команд, и нажал Enter, откинувшись на спинку кресла. «Готово» — произнёс молодой парень и закурил, наблюдая за статистикой запущенных процессов. «Как обстоят дела с четвертым и седьмым ядром?» — поинтересовался один из представителей людей в масках. «Хм, температура стабильно растёт до первого предела, скорость обработки в норме, процессы кодировки соблюдены» — протараторил ассистент, выдохнув струю дыма. «Отлично, тогда увеличьте нагрузку» — приказал один из представителей. «Но, ведь тогда есть угроза» — начал было говорить профессор и ввёл в ступор весь коллектив. «Я. Сказал. Увеличить» — соблюдая менопаузы и интонацию, ответил представитель повышенным голосом. «Будет сделано» — ответил профессор и кивнул ассистенту, который быстро изменил какие-то значения в командной строке и снова нажал Enter. «Отлично» — высказал представитель и улыбаясь, наблюдал за камерой. Вода внутри искрилась разрядами, и криков девочки не было слышно. Однако лишь учёные понимали, что там происходит. Это был ад для организма, поскольку высвобождались радиоактивные частицы из двух ядер, и вступающие в реакцию с водой. Звукоизоляция была отличная, вот только ассистент заметил неладное на мониторе «Профессор, вы должны это видеть» — прошептал ассистент и подозвал профессора к себе «Боже ты мой…» — смог лишь сказать профессор. На мониторе, выведенном специально для показа критического уровня, радиоактивный фон зашкаливал за 40 мбэр. И так быстро он никак не мог подняться никак. Ведь наше оборудования продлевают время перед повышением фон, оповещая при этом систему. А это означает, что… Раздался громкий треск, и все переглянулись между собой. Люди в масках стали отдаляться от камеры, но не успели они сделать три шага, защитное стекло превратилось в радиоактивные крохи. И целых 10 тонн воды обрушились стеной на представителей. «Тик-так, тик-так. Кто из вас слабак, а кто дурак?» — нежно пропела Лима, паря над водой и контролируя всё. Её тело всё в ожогах и язвах, а глаза полностью белые. Она руками создала сферу из воды и поместила в неё троих представителей. «Раз, два, три. Вас так мало, чёрт побери» — снова пропела Лима и создала три струи воды, заставив их вращаться. Резьбовидные ножи размером с ручку парили в воздухе, но атаковать Лиму не посмели. Все знали, что лучше ожидания в нынешней ситуации нет товарища. «Чего вы застыли, помогите нам» — пытались сказать представители, но из них выходил воздух и они умолкали. Волосы Лимы парили в воздухе, забывшись в полярности гравитации. Профессор вспомнил курс мифологии, который он часто прогуливал. И медузу Горгону, и её змей. Сходство будоражило ум, покрывая мурашками тело. «Вот и пришла я спасительница, мои друзья» — насмешливо выкрикнула Лима, направив резьбовидные ножи на представителей. Одновременно раздался немой крик несчастных, спины которых выгнулись в обратную сторону. Было видно, как резьба медленно входит внутрь тела, минуя ткани, мышцы, кости. Сфера стала окрашиваться в красный цвет и вскоре представители были скрыты от лишних глаз пеленой смерти. «Выходите, я же знаю ваше укрытие» — произнесла Лима, но никто не вышел. «Вы меня не слышали?» — раздался крик и столы, за которыми укрылись учёные, подлетели к потолку и были отброшены назад. «Слышали» — ответил профессор и встал наравне с девочкой. Её волосы всё еще находились в левитации, независимо от тела. Глаза уже обрели зрачки и ледниково-зеленый цвет радужки. С тела девочки проливалась кровь, создав небольшой круг под ней. Она не двигалась с места и молчала, наблюдая за реакцией учёных умов. «Запомните, вы видели всё. Записывайте в ваши отчёты все показания и увиденное, ну давайте же» — произнесла Лима, слезами размыв тонкую нить кровавого круга под собой. Её тело упало без каких-либо действий, а волосы укрыли её одеялом невинности. Сфера исчезла, и троица рухнула на пол. Тела оказались насквозь просверлены в области сердца, лица скорчились в агонии ужаса и кровь продолжала растекаться. Цвет крови девочки отличался, имея видоизменённый состав. Её цвет колебался от вишнёво-серого до чёрного, контрастируя с угольными волосами. В оцепенении стояли все, кто выжил и подбежавшая мать, в оборванном платье замерла перед картиной. Её дочь лежала в море крови, а рядом трое убитых. Проходя мимо них, она вошла в резонанс с переживаниями дочери. «Мама, я убила тех людей. Они хотели заполучить мой дар. Прости, что причиняю столько проблем…» — полушёпотом сказала Лима и полностью потеряла сознание. «Сестра, сестра, сестра» — снова нашёптывал голос из темноты, и Лима уже слышала его. Бросив всё, она побежала на этот голос. Не думая ни о чём, забыв обо всём.