Нииве

Простыми для жизни условия на Нииве назвать было никак нельзя: ядовитая атмосфера с крайне агрессивной флорой, которая регулярно портила оборудование и постройки военных на этой планете. Семена растений, больше напоминавших по виду грибы (в подобных тонкостях кадровый состав базы не разбирался, а в штате биологи, естественно, отсутствовали), попадали сквозь щели корпусов и сочленения обшивки в сложные механизмы и начинали молниеносный рост, разрушая их изнутри. Кроме того, каждый наступивший на такое чудо внеземного происхождения, получал мощный заряд кислотосодержащей слизи, которая разъедала гермокостюмы не хуже запрещённого ныне химического оружия. Хорошо ещё, что эти растения были окрашены не менее кислотными в общечеловеческом понимании цветами, так что капитан Уотсон и его подчинённые в первую же неделю научились обходить их стороной. С фауной дело обстояло проще — ничего крупного и реально угрожающего за полгода существования военной базы на Нииве ни радарами патрульных, ни камерами наблюдения зафиксировано не было. Правда, интуиция, которая Уотсона, кстати, никогда до этого не подводила, буквально благим матом орала об опасности. Его подозрения подогревали заросшие мхом и ядовитой растительностью окаменевшие остовы гигантских животных, которые он видел при выходе в патруль на дроиде. Два пилотируемых робота были самыми крупными наземными боевыми единицами, выделенными руководством. Военная база на этой дикой и, как оказалось, очень недружелюбной планете Земной федерации была необходима — Нииве выгодно располагалась на пересечении нескольких маршрутов. Постройку орбитальной станции посчитали излишней и чересчур дорогостоящей, а потому командированным сюда военным приходилось справляться со всеми невзгодами с помощью стандартных амуниции и вооружения. Служба на базе проходила без происшествий, если не считать докучливых растений, но однажды из патруля не вернулся дроид под управлением лейтенанта Норд. Перед этим она просто перестала выходить на связь. Капитан Уотсон недолго думая снарядил поисковую миссию в лице самого себя в кабине дроида и пятерых в автономных гермокостюмах. Уотсон, тяжело ступая механическими ногами по усыпанной обломками скал земле, не спускал глаз с радара, выведенного на вспомогательный дисплей. Видимость в туманных клубах ядовитых газов оставляла желать лучшего. — Стоп, что-то крупное на одиннадцать часов! — скомандовал он по рации. Увиденное через несколько секунд застывшими военными поразило их воображение. Исполинских размеров ящер — точно таких же, как скелет, в котором они сейчас остановились, — поднял шипастую морду, раскрыв горящие зелёным глаза, и, разевая испещрённую острыми зубами пасть, ринулся на них. Земля от его шагов сотрясалась, а каждая нога могла раздавить всех разом — отчасти военных спасли именно кости, принявшие первый удар монстра. — Уходим! — крикнул Уотсон, как и остальные, понимавший, что их бластеры бессильны. Невозможно было и сбежать — несмотря на размеры, гигант двигался стремительно и пытался поймать пастью кинувшихся врассыпную людей. Только дальнобойная пушка дроида могла попытать счастья в борьбе с ящером, но несколькими часами ранее лейтенант Норд, скорее всего, проиграла. Тем не менее сопротивление могло дать шанс остальным. Решение нужно было принимать мгновенно — и Уотсон решился. Он повернулся лицом к опасности и активировал оружие на максимальную мощность, отдавая приказ старшему после себя по званию: — Пирс, объявляй всеобщую тревогу и эвакуацию. Я задержу его!