Я Никогда Не

И Тэхён чувствует, кто это. Весь день на звонки не отвечал, на сообщения тоже, а теперь вот так явился. Чонгук выпивает шот. Никто не пытается спросить, что происходит, все знают, насколько Тэхён и Чонгук близки, и даже более, многие ждали дня, когда же эти двое, наконец, сойдутся. Тэхён медленно поворачивает голову, видит Чонгука, облокотившегося руками на спинку дивана, позади Тэхёна. И смотрит на него. Только сейчас до Кима доходит, на какой вопрос Чон выпил шот. Да нет. Не может быть. Омега отворачивается, тянет руку к стопкам, берёт одну и выпивает. А потом думает, точно ли он лучший друг Чонгука? Может он за такое количество времени нашёл кого-то другого, кого-то более важного, и Тэхён ушёл на второе место в пьедестале Чона? Стадия отрицания вошла в чат. Все молча улыбаются, и точно думают: «Неужели». Чонгук берёт бумажку и читает: — Я никогда не хотел лучшего друга. — Хотел, в плане секса, — уточняет Намджун. За шотами снова тянутся лишь Тэхён и Чонгук. — Ты хотел меня в плане секса? — спрашивает Тэхён. Альфа выпивает и отвечает: — Я хочу тебя во всех планах, — отвечает Чонгук и смотрит на омегу, а Хосок присвистывает. Такой родной, совсем не изменился за эти три месяца: так же морщит нос, когда задумывается, так же сводит брови, когда чего-то не понимает, и так же раскрывает свой рот, когда до него доходит, что всё-таки происходит. Чонгук очень скучал. Алкоголь бьёт в голову, но разум ещё при нём. Тэхён тоже. Он тоже любит его, тоже хочет его. Альфа тепло улыбается, и Чимин, сидящий напротив с улыбкой на лице, точно видит в глазах Гука миллиарды сердечек. Чон наклоняется и целует друга. — Резко все подорвались, вылетаем, — шёпотом говорит Чимин и встаёт, за ним и все остальные. — Но Чонгук приехал… — говорит Хосок, но его перебивает Джин, зажимая рот ладонью. — Хосок, иди вперёд, — Джин подталкивает друга в сторону кухни, и все выходят из комнаты. Музыка играет, какие-то незнакомые люди пьют и общаются в своих компаниях, а Чонгук впервые за столько лет целует своего Тэхёна. Сам поражается своей выдержке. Ким охотно отвечает, чувствует чужую улыбку сквозь поцелуй, и сам начинает улыбаться. Тэхён до сих пор не понимает, сон ли это, или на самом деле всё происходит наяву. Он так долго мечтал услышать эти слова от лучшего друга, мечтал о взаимности, будучи уверенным, что никогда не станет кем-то больше, чем друг, грезил коснуться губ альфы. А оно вон как получилось. — Как давно? — спрашивает омега, отстраняясь. — Настолько, что я и не вспомню, — отвечает Чон, а Ким впадает в ступор. Если у него каждый день сердце разрывалось от безысходности, то что чувствовал Чонгук все эти годы?! Это всё, чего хотел Тэхён. Но он не знал, что больно было не только ему. И начинает чувствовать вину. — Почему не сказал мне? — Ким теребит пальцами рукава свитера, волнуется, опустив голову вниз. — Боялся разрушить нашу дружбу, — Чон садится рядом, поворачивается корпусом к Тэхёну, подогнув ногу под себя и поднимая голову омеги за подбородок. — А ты, как давно ты? — Последний год старшей школы, примерно в этом промежутке. Я никогда и не надеялся получить взаимность, поэтому и молчал. Ты ведь всегда говорил, что мы лучшие друзья. И всегда, когда ты это упоминал, я терял надежду всё быстрее, и быстрее. Пока она не исчезла, — Тэхён грустно усмехается. Хочется смеяться от всей этой ситуации. Какие же они идиоты. Чон кладёт ладони на лицо омеги, гладит большими пальцами румяные щёчки из-за выпитого алкоголя, заставляет смотреть только на себя. Вот так теперь просто смотреть на него, знать, что всё-таки не зря решился, что ничего не потеряет, а наоборот, приобретёт целый мир. Целого Тэхёна. Всего его себе. Вот так просто касаться его, целовать, целовать, целовать, снова касаться, любить, любить, любить, и получать всё то же в ответ. Это ли не счастье? — Плевать, что было. Я хочу быть с тобой, а ты хочешь быть со мной, так ведь? — Ким кивает, за что получает самую яркую улыбку на свете. Улыбку, полную любви. — Я хочу быть с тобой больше, чем электрон хочет притянуться к протону,  — Чонгук снова целует, а друзья, что стоят в проёме и незаметно подглядывают, толкая друг друга, чтобы увидеть хоть глазком, что делают эти голубки, а когда видят очередной поцелуй, дают друг другу пять, заходят обратно в комнату и нарушают идиллию двоих. Чон отстраняется, садится ровно, закидывает ногу на ногу и кладёт руку на плечи Тэхёна, притягивая ближе к себе. — Не сказать, что мы очень удивлены, но ответьте, вы теперь сладкая парочка? — спрашивает Бэм, когда все уже расселись на свои прежние места. — Да, мы вместе, — Чонгук сплетает свою вторую ладонь с ладонью омеги, пока Ким пытается спрятать улыбку до ушей и красное лицо в изгибе шеи альфы. — Ну за это нужно выпить, Намджун, наливай, — Хосок с такой же улыбкой, как и у всех присутствующих трёт ладонь об ладонь. Главный тусовщик и по-совместительству сомелье – лучшее сочетание. — Чонгук, как твой тур? Ты на сколько приехал? — спрашивает Юнги. — Ещё два концерта осталось в Сеуле, а потом я в отпуск на месяц, — отвечает Чон, на что получает удивленное лицо своего омеги. Это значит, что он больше не уедет, не ближайший месяц точно. — Так это же прекрасная новость! Сколько вечеринок ещё устроим… — мечтательно говорит Бэм. — Мы должны записать фит с тобой, бро, — напоминает Намджун, отпивая пиво из банки. — Я тоже в деле, — влезает Юнги. — Ну тогда и я, великий рэпер Бэм-Бэм, так уж и быть, покажу вам, на что я способен, — альфа разминает шею. — Договорились. Заедем все на студию,  — Чон улыбается друзьям. Он знает, на что они способны, и уверен, что рано или поздно они бы сами добьются успеха, а Чонгук всего-то поможет им побыстрее приблизиться к нему. Тэхён теребит руку своего альфы, гладит, думает о том, что теперь может называть Чонгука своим, и что это звучит необычно, но так правильно. Вдыхает аромат граната, расслабляется, прикрывает глаза, всё ещё не может поверить. Вот он, прямо в руках Чонгука, чувствует его тепло, его руку, которая переместилась с плеч на талию, до сих пор ощущает касание чужих губ на своих, и всё ещё боится, что сейчас проснётся, из-за чего вздрагивает. — Ты замёрз? — спрашивает на ушко Чонгук. — Ущипни меня, — также на ушко просит Тэхён, а получает смешок и более крепкие объятия. — Я здесь, и никуда не исчезну. — Чон Чонгук! Только посмей мне обидеть Тэхёна! — угрожает Чимин указательным пальцем. — Чимин, — цокает Чон. Он скорее себе навредит, чем когда-нибудь ему. — Это так, к сведению, что существует омежья солидарность. Давайте выпьем, — Чимин поднимает свою стопку с текилой. Чонгук, отрываясь от Тэхёна всего на пару секунд, берёт по шоту себе и Тэхёну, протягивает одну стопку омеге и возвращает свою руку на место – на талию Кима, — За приезд Чонгука, за новую парочку, за дружбу и любовь. Чин-чин! — все чокаются и выпивают. — Поедем домой? — спрашивает Чон, Тэхён кивает. — Ребят, мы поедем, пересечёмся завтра, я напишу в нашем чате, — Чонгук и Тэхён встают с дивана, прощаются с друзьями. Ким обнимает Чимина и слышит от друга на ухо: — Я знал, что это случится. Я очень рад за вас, — Пак широко улыбается. Он правда искренне рад за друзей. — Спасибо, — Гук уже ждёт Тэхёна, протягивает ему руку и они вместе идут к выходу. Тэхён и не думал о том, что всего за один вечер его жизнь может перевернуться на 180°. Начался день с бесчисленных звонков, а заканчивается, на данный момент, поцелуем в лифте. Чонгук только его, и это всё, о чём Тэхён мечтал, больше ему для счастья ничего не надо. Поцелуй глубокий, тягучий, с гранатово-банановым привкусом. Чонгук прижимает омегу к стене лифта, ставит одну руку около головы, а вторую снова возвращает на талию, прижимается ближе. Тэхён раскрывает свой рот, позволяя альфе углубить поцелуй. Язык Чона исследует рот Кима, выводит непонятные узоры, проходится по ровному ряду зубов, по пухлым розовым губам, заставляя Тэхёна держаться крепче за куртку альфы, иначе он рухнет прямо здесь. — Я хочу… — не заканчивает омега, пытаясь отдышаться. — Чего? — Тебя, — Чонгук широко улыбается, и Ким точно замечает зажегшиеся искры в его глазах. Чонгук на старте, и намерен выиграть приз. Двери лифта открываются и пара выходит, идёт к машине альфы. Оба садятся в машину, Чон заводит двигатель и срывается с места. Чонгук живёт недалеко от квартиры Хосока, поэтому и едут они к альфе. — Ты не врал про отпуск? — спрашивает Тэхён, повернувшись лицом к альфе. Сам знает ответ, но хочет услышать это ещё раз. — Нет, ты ведь знаешь, что я никогда не вру, — альфа останавливается на светофоре. — Значит, месяц никаких разъездов, фан встреч, интервью и так далее? — Переедешь ко мне? — спонтанно спрашивает Чон, и видя удивленное лицо омеги, усмехается. — Вот и отлично, — Чон быстро целует Тэхён в родинку на носу и нажимает на газ. — Ты всё решил сам. — А ты не хочешь? — Хочу, — Чон паркует машину у своего дома, пара выходит из машины и идёт к подъезду альфы. Заходят в лифт и нажимают на кнопку 23 этажа. В этот раз к чужим губам припадает Тэхён, притягивая парня за воротник кожаной куртки. Целуясь, выходят из лифта, еле открывают дверь в квартиру, а уже в квартире сметают всё на своём пути: что-то с тумбочки в прихожей, в темноте не видно что, опрокидывают вазу на полу, еле снимают обувь и идут в спальню. — Ты ведь представлял себе это? — спрашивает Чон, снимая с себя куртку. Поворачивается к омеге, а тот опрокидывает его на кровать и садится на колени, вовсе не робко. — За столько лет я представлял наш секс бесчисленное количество раз, и от того, что это теперь реальность, я хочу тебя ещё сильнее. Чонгук целует рвано, будто с цепи сорвался, глубоко и мокро. Сплетает языки в собственный танец, пропускает ток через всё тело омеги, и держит в своих руках так крепко, что если захочешь сбежать, не получится. Ладони на талии сжимаются, но не причиняют боль, сминают нежную кожу под свитером, оставляя на ней краснеющие следы. Тэхён ведёт ладонями по спине выше и выше, гладит крепкую шею, а потом хватает за грудки и тянет на себя. Ближе. Ближе. Ближе. Ни миллиметра пространства. Тэхён разрывает поцелуй на пару секунд, чтобы стянуть мешающий лонгслив с альфы, и снова прильнуть к сладостным губам. К этому всё и шло. Они оба чувствовали это напряжение, желали прикоснуться друг к другу. — Ты не отвечал на мои звонки и сообщения, — вспоминает Тэхён, касаясь ладонями торса Чонгука, пока тот сжимает его бёдра. — Хотел сделать сюрприз, — Чон опрокидывает Тэхёна на постель и нависает сверху. Тянет свитер вверх, Ким приподнимается, помогая ему снять мешающую вещь с себя, и отбрасывает её в сторону. — Знаешь ведь, что я не люблю сюрпризы, — темноволосый целует шею омеги, кусается, втягивает кожу, оставляя багровые следы. — Но этот тебе точно понравился, — на секунду отрывается от медовой кожи, чтобы снова прильнуть. — Я волновался. — Но я ведь здесь, — Чон громко выдыхает, обжигая кожу груди своим дыханием. Смотрит из-под глаз и ухмыляется. — Ты должен был ответить, что больше так не будешь, — Чон стягивает с Тэхёна брюки, отбрасывает их куда-то в сторону свитера и ведёт губами от лодыжки до внутренней стороны бедра, на что получает тихий, но протяжный стон. Их запахи усилились, смешались во что-то невероятное. Безумное. Тэхёну кажется, что уже вся огромная квартира альфы полностью заполнилась этим ароматом, а сами они пропитались им до последнего атома. — Я так больше не буду, — альфа оставляет след на бедре, и слышит сдержанный стон. — Не сдерживай себя, иначе я остановлюсь, — нагло врёт. Он не в силах остановиться сам и не сделал бы такого с Тэхёном. Альфа сжимает ладонью выпирающий член омеги через ткань белья, и слышит стон, уже не приглушённый, а звонкий и тягучий. — Поцелуй меня, — рвано дыша, просит Ким, и Чонгук не смеет отказать. Целует и запускает руку под белье, хватается ладонью за уже вставший член омеги и размазывает большим пальцем выделяющуюся смазку. Ведёт вверх-вниз, целует и получает стоны и тяжёлые вздохи прямо в губы. Чон быстро стягивает оставшуюся, мешающую часть одежды. Повторяет движения рукой, а Тэхён выгибается в спине и касается грудью груди Чона. — Чонгук, быстрее, иначе я кончу прямо сейчас, — Ким сжимает в руках смоляные волосы, приоткрывая глаза и приподнимая голову, но сразу же откидывается обратно на подушку, потому что слишком хорошо. — Ну так давай, у нас ещё вся ночь впереди, — Чон не останавливается, доводит своего омегу до конца, припадая губами к оставленным на шее, ключицах и груди следам, зацеловывает, залечивает их. Делает ещё несколько движений, слышит протяжный стон Тэхёна и чувствует чужую сперму на руке. Тэхён пытается отдышаться, пока Чонгук вытирает руку салфеткой и избавляет себя от джинсов и белья. Ким опирается на локти и смотрит на обнаженного альфу: подтянутое тело, широкие плечи, рельефный пресс, сильные руки, крепкие бёдра, которые хочется оседлать прямо сейчас. Идеальный. Отросшие смоляные волосы спадают на лоб, но не прикрывают его из-за прямого пробора, серёжек в ушах стало больше с тех пор, как они виделись последний раз. Чон ложится поверх омеги, Тэхён разводит длинные ножки, чтобы альфе было удобнее и скрещивает руки за шеей. — Если бы я знал, что будет так хорошо, то давно бы тебя совратил, — говорит Тэхён, хитро улыбаясь. — А у тебя бы получилось меня совратить? — А разве уже не получилось? — альфа ухмыляется и втягивает в поцелуй. Руки блуждают по телу Кима, проводят по всем идеальным изгибам, останавливаются на ягодицах и сжимают их, оставляя красные следы. Ладонь скользит к колечку сжимающихся мышц, пальцами собирает выделяющуюся смазку, а после облизывая эти самые пальцы. — Вкусный, так бы тебя и съел, — Чон возвращает ладонь и надавливает на вход, а Тэхён дарит стон. Один палец входит легко, второй тоже, Ким мечется по кровати, рвано дышит и стонет, а ещё думает, что же будет, когда Чонгук заменит пальцы членом, если ему уже до чёртиков хорошо. — Что ты делал сегодня? Ты игрался с собой, — Чон ухмыляется после того, как третий палец входит абсолютно легко и, видно без боли, ибо Ким ни разу не скривился и не закричал, разве что от блаженства. — Верно, сегодня утром, в душе, я, аааах, немножко фантазировал. На тебя. Ааах, быстрее, Гук, — Чон ухмыляется, довольный ответом, достаёт пальцы и целует, входя в омегу. Сразу же начинает двигаться, сначала медленно, постепенно ускоряясь. Тэхён держится за шею альфы, скребя по ней короткими ноготочками, и стонет, а после опрокидывает Чона на спину, седлая бёдра. — Вау, — Чонгук, не ожидавший такого поворота, хватается за бёдра омеги, сжимая их, пока тот заводит руку назад, и снова направляет член альфы в себя. Поднимает голову к потолку и стонет. Ни один сон, ни одна фантазия не сравнится с реальностью. Даже близко. Кладёт руки на грудь Чонгука, скребёт ногтями по ней, оставляя красные полосы, скачет, насаживается на всю длину и выкрикивает имя Чона. Альфа подмахивает бёдрами, сбивчиво дыша и иногда рыча, тогда, когда Тэ опирается руками на бёдра позади и слегка меняет угол. Ким уже думает, что ещё несколько толчков и он достигнет пика, но Чонгук снова переворачивает их, запрокидывает ноги омеги себе на плечи и входит снова под другим углом. Темп быстрый и рваный, Тэхён стонет на каждый толчок, тянется к своему члену, но его опережает Гук, берёт в ладонь и старается двигать рукой в том же темпе, смотрит глаза в глаза, что делает это не просто сексом, а чем-то более интимным. Оргазм приходит мгновенно, Ким кончает, выкрикивая имя альфы и выгибаясь в спине, Чонгук спустя пару толчков кончает на живот омеги. Чон ложится сверху, пытается отдышаться, как и Тэхён. — Я люблю тебя, — говорит Чонгук, не отрывая взгляда от лица своего омеги. — И я люблю тебя, — Чонгук целует Тэхёна, вкладывая все чувства в этот поцелуй. Чон встаёт, уходит в ванную и возвращается с полотенцем, вытирает живот Тэхёна и свой, отбрасывает его и ложится рядом. Тэхён садится между ног альфы и откидывается спиной на его грудь, прикрывая нижнюю часть их тел простынью. — Ты веришь в реальность произошедшего? — Конечно, у нас только что был секс, как тут не верить. — Мы так много времени потеряли, когда могли быть давным-давно вместе. — Но ведь главное, что всё-таки вместе, а остальное не важно. Я рад, что мы были друзьями, потому что так пришли к тому, что имеем сейчас. — Я счастливчик, раз мне в друзья попался именно ты, — Ким улыбается. — Ну, тут не поспоришь, — с ухмылкой отвечает Чон. — Эй! — омега смеётся, поворачивается на бок и легонько бьёт ладонью по груди альфу. Чон сжимает Тэхёна в своих руках, тянет на себя, чтобы лицом к лицу. — С тобой мне повезло намного больше, — Чон прикладывает свой лоб ко лбу омеги и прикрывает глаза. Альфа открывает глаза, берёт Тэхёна на руки, встаёт с кровати и выходит из комнаты. Идёт к любимому своему месту в этой квартире, панорамным окнам в пол. Ставит Тэхёна на пол и укрывает их двоих той же простынёй, прижимая омегу спиной к своей груди. Тэхён прикладывает голову к груди Чонгука, вдыхает аромат и смотрит на потрясающий вид из окна. Чон гладит спину омеги, слегка покачиваясь из стороны в сторону. — Представь реакцию наших мам, когда они узнают, что мы вместе, — посмеивается Тэхён. — Они нас с самого рождения практически обручили, так что узнав, они начнут сразу же свадьбу планировать и внуков просить, — Чонгук вспомнил недавний разговор по телефону с мамой, которая грозилась лишить его наследства, если он не добьётся ее лапочки Тэхён~и. И то, что Чонгук давно зарабатывает самостоятельно, ее не волнует. — Нет, к свадьбе и детям я ещё не готов, — омега мотает головой, не соглашаясь. — Согласен, ещё рановато, только как это донести до родителей. — Пусть радуются, что мы хотя бы просто вместе, а остальное — подождут. — Может, в душ? — Чон смотрит на Тэхёна, ухмыляясь и играя бровями. — Ну пойдём, — Ким азартно улыбается, прекрасно понимая, что будет в душе. Чон скидывает простынь на пол, берёт Тэхёна на руки и, переступив через простынь, идёт в ванную, втягивая в глубокий поцелуй по пути. *** Семь утра. Чонгук давно не спит, пусть и уснул всего три часа назад. Смотрит на мирно спящего Тэхёна, прикрытого шёлковой простыней и с россыпью алых следов на теле. Думает, что нужно было сдерживать себя, не набрасываться так, не травмировать нежную кожу. Позже, он обязательно поцелует каждый след, прося прощения. Волосы Тэхёна разметались по подушке, губы слегка приоткрыты, а ресницы иногда подрагивают. Тэхён периодически что-то бормочет во сне и тянется ближе к любимому. Каково это засыпать и просыпаться с ним? Лучшее, что происходило в жизни Чонгука. Вот так смотреть на него, не отрывая взгляда, знать, что он теперь только его, и что это навсегда. Каково это быть только его? Правильнее этого ничего не существует, ни на этой планете, ни в параллельной вселенной. Тэхён смешно морщит носик и чмокает губками. Чонгук не может сдержать себя, и аккуратно целует его в губы. Осторожно, чтобы не разбудить, но сон омеги очень чувствительный, поэтому тот всё-таки просыпается, открывает глаза и улыбается. — Доброе утро, — Ким ложится головой на грудь альфы. — Спи, ещё рано, — Чон целует Тэхёна в макушку, обнимая, пока омега рисует пальцем понятные только ему узоры на груди Чонгука. — Постарайся всё-таки заснуть, — предлагает Чонгук. Тэхён бы всю жизнь провёл вот так, в объятиях своего парня, максимально близко друг к другу. Чонгук бы всю жизнь не выпускал его из своих рук. В этом моменте замерла вечность. — Я никогда не жалел, что полюбил именно тебя, — вдруг говорит Тэхён, поднимает голову и смотрит Чонгуку в глаза. — Мне было страшно тебя потерять, но любить... Ты всегда был для меня лучшим. И я так счастлив, что всё оказалось взаимно, ты просто не представляешь... — Ким кладёт ладонь на щёку альфы и гладит большим пальцем. — Представляю. То, что было немыслимо — стало реально, — Чон усмехается, убирает руку со щеки и целует каждый палец омеги. — У нас вся жизнь впереди, и куда бы я не уехал, знай, что я всегда вернусь к тебе. — Я всегда буду ждать, — Ким тянется за поцелуем и получает его. Наконец-то всё на своих местах. И наконец, утро по-настоящему доброе.

The end.