Попадание в Эквестрию. Новая история.

      Проснувшись, я первым же делом почувствовал сухость во рту и головную боль. Нехотя открыв глаза, понял, что валяюсь на диване. На столе стояли пустые бутылки с алкоголем, который мы вчера употребляли. Интересно, а где же Андрей?       Встав с дивана, я решил сходить на кухню и там взять попить. На кухне меня ждала жена Бервиса, что готовила завтрак. Та посмотрела на меня, улыбнулась и вежливо произнесла: — Доброе утро!       — Доброе, — ответил я, взяв стакан и налив туда воды из графина, — а вы мне не подскажите, не видели ли вы моего брата? Ну, тот гость, чьё прибытие мы вчера отмечали.       — К сожалению, я не знаю, куда он ушел. Когда я пыталась затащить пьяное тело моего муженька в спальню — его уже не было. Прошу прощения, ни чем не могу помочь.       — И на том спасибо! — ответил я и начал хлебать воду из стакана. Дикая жажда мучила меня, а голова раскалывалась. Неплохо было бы выпить какие-то лекарства, однако ничего такого под рукой, а точнее, копытом, у меня не было. Почему-то я поймал себя на мысли, что чувствую себя каким-то левым персонажем. Будто бы сейчас нахожусь в какой-то игре или фильме, в роли второстепенного персонажа и смотрю на основной сюжет глазами никому не нужного персонажа, типа как в «Half-Life: Blue Shift». Хотя, не, бред какой-то. Походу похмелье навевает на меня довольно странные мысли. Однако из них меня вывела жена Бервиса, которая поставила на стол миску с какой-то кашей.       — Садись завтракать, но сначала приведи себя в порядок в ванной, — сказала она, — ты же знаешь, где она находится?       — Да. — ответил я и побрёл в ванную.       Пока меня мутило от всего случившегося, я с изумлением понял, что выгляжу просто чудовищно. Словно из комы. Во рту был какой- то горько-металлический привкус. Я вспомнил, что вчера вечером как-то перебрал с вином. Хотя точно не помню, сколько было выпито — в итоге голова сильно заболела. Осознав, что нужно привести себя в божеский вид, иначе в следующий раз никто не предложит сесть за общий стол. Я пошел в ванную. Я резко почувствовал что меня тошнит. После опустошения, принялся за водные процедуры, после которых, я почувствовал себя несколько лучше.       Вернувшись на кухню, сел за стол и понял, что после пьянки даже забыл, как держать предметы. Сконцентрировавшись на ложке, я подумал о том, чтобы она поднялась. Мой рог, о присутствии которого я напрочь забыл, засветился, и ложка оказалась в воздухе. Теперь я подумал о том, как черпаю этой ложкой кашу. Она повторяла все действия, о которых я думал. Отлично, я теперь научился пользоваться столовыми приборами! Как бы то глупо не звучало. Я поедал кашу, а так же думал о том, чем бы заняться сегодня, как вдруг на кухню заявился сам хозяин этого поместья.       — Утро доброе, Чарли! — поприветствовал меня Бервис.       — Утра, — измотанно выдал я.       — Как твоё самочувствие?       — Хреново, — ответил я, — что мы пили-то вчера?       — Начали с вина, закончили настойкой.       Чего? Настойкой?! Что-то не припомню такого. Вот от неё-то походу меня и вырубило, уж если меня сейчас вырвало. И как я согласился на напиток покрепче? Да-а, походу, так скоро алкоголиком стану. Надо бы приостановить все эти пьянки, да прогуляться по городу, свежим воздухом подышать. И именно это я запланировал после завтрака.       — А ты не знаешь, где Парвеир? — спрашиваю Бервиса.       — Он сейчас находится у пегаски Алессии. Погостит у неё некоторое время, а затем вернётся. Кстати говоря, к нам приезжают гости в честь твоего прибытия, — ответил он, — так что сегодня ты должен выглядеть опрятно.       — Слу-ушай, друг, тебе не кажется, что мы зачастили уже с выпивкой? Может, нам стоит остановиться на некоторое время?       — Нет, я считаю, что такое событие можно отмечать хоть целый год! — заявил старик, — для меня твоё прибытие действительно многое значит, практически, я достиг своей главной цели. Остальное уже не кажется таким важным. — Бервис остановился, недолго помолчал, а затем, продолжил: — но я понимаю тебя. Тебе надоели все эти праздники. Обещаю, эта будет последней.       Почему-то в этот момент я вспомнил о служанке. Сегодня её не было видно, а я уверен, что если бы она была тут, то стала бы убирать последствия нашего вчерашнего празднества.       — А где Марта? — спросил я Бервиса.       — Она не придёт, — ответил тот, выпив стакан воды, — нездоровиться ей. Видимо, когда она вчера возвращалась домой, где-то простудилась.       — А ты не знаешь, где её дом? Я бы хотел навеститься.       — Да, я знаю, где она живёт. Всё-таки, я с её отцом знаком. Кстати говоря, я бы не прочь назначить ему визит! Если хочешь, можешь пойти со мной. — предложил Бервис.       Я согласился, мы вместе с ним пошли навещать дом Беккетов. Как оказалось, это фамилия Марты. Странно, что не спросил тогда её полное имя. Хотя, с другой стороны — на кой оно мне нужно? От таверны до дома Марты было не так далеко — всего минут двадцать неспешной ходьбы. По дороге, Бервис еще раз упомянул пегаску Алессию. По его словам, она его любовница, но что-то мне подсказывает, что он либо врёт, либо же эта любовь не взаимна. Мы как раз дошли до края города, где начинался небольшой лес. Там и стоял небольшой, довольно красивый и ухоженный деревянный дом, с красивым садом на заднем дворе.       Постучавшись в дверь, я услышал мужской голос: — кто там?       — Рэймонд, это я, Бервис. Навеститься прибыл! И не один, со своим старым другом!       — Сейчас открою! — послышалось в ответ и вскоре дверь открыли.       У порога стоял бежевого цвета жеребец, тёмной гривой и тёмно-зелеными глазами. На вид ему было лет сорок-сорок пять. Тот посмотрел на Бервиса, затем на меня, после чего пригласил внутрь. Внутри дом тоже оказался очень красивым. На окнах висели плотные занавески, очень напоминающие те, что можно увидеть в гостиной. Несколько больших фотографий в рамках висели на стене, на одной из них была изображена семья Беккетов; глава семейства, мать, молодой жеребец и еще маленькая Марта, которую я сразу узнал. Мужской голос ещё раз пригласил нас войти, и я решил, что, действительно, надо перекусить. Мы сели за стол и стали за едой разговаривать.       Оказалось, что Рэймонд знает про меня не так уж мало, как мне казалось. Бервис много ему рассказывал обо мне, от чего интерес к моей личности возрос. Ответив на пару вопросов Рэя, я оставил его и Бервиса за столом, а сам направился в комнату Марты, дабы навестить её. Дверь была приоткрыта, и я заглянул внутрь. Комната была освещена тусклым жёлтым светом, проникавшим в окна через щели. Марта лежала на кровати и читала. Я постоял у двери несколько секунд, затем постучался и после одобрения, вошёл. Увидев меня, Марта подняла голову и улыбнулась. На её лице отобразилось искреннее счастье.       — Г-господин Чарльз? — покашливая, гнусавым голосом недоумевающе произнесла кобылка, — что вы тут делаете?       — Решил тебя навестить, — ответил я, присев на стул, что стоял в комнате рядом с её кроватью, — как твоё самочувствие?       — Бывало и хуже, — довольно позитивно произнесла Марта, — кашель и насморк мучают меня. Всю ночь не спала.       — Бедолага, — жалобно сказал я, — не скучаешь?       — Как видите, нет, — ответила она, — книгу вот читаю. Долго не могла дочитать её, времени из-за работы не хватало, а вот сейчас появилось.       — Да? И о чём же она?       — Она о приключениях двух единорогов, что попали на неизведанные земли, где живут причудливые существа. Они как мы, вот только на двух копытах стоят, в высоту как мой дом! Представляете себе? — и тут в её словах я стал находить схожесть этих существ с людьми.       — А как эта книга называется?       — «Рональд и Донн в мире сапиенсов», — ответила кобылка, — за авторством Леонарда Кларка.       — Интересно, как ему в голову пришла такая идея? Да и чтоб на двух копытах, невозможно, — произнес я, хотя сам знал, что такое вполне себе возможно.       — Ну, это же фантастика, — начала та, — тут к такому не придираются… Вы прямо как мой брат, он точно так же говорил об этой книге!       — Брат? — переспросил я, — у тебя есть брат? — так значит вот кто был тот юнец на фотографии. Хотя, я мог бы и сам догадаться.       — Да, но он сейчас на фронте, — Марта закрыла книгу и отложила её, — он ушел, когда мама заболела. Добровольно. За место того, чтобы помогать нам, он ушел на войну.       — И ты ненавидишь его?       — Н-не совсем так, — ответила служанка, — я люблю своего брата, однако я обижена на него. Я считаю, что он бросил нас, прекрасно зная и понимая ситуацию в семье.       — Понимаю, я бы чувствовал тоже самое, будучи на твоём месте.       На некоторое время между нами возникла неловкая тишина. Но её прервала сама служанка: — а вы бы не желали написать свою книгу?       — Даже не знаю, — ответил я, — у меня нет никаких идей для собственной книги. Да и времени у меня тоже нет на такое занятие.       — А я вот пишу собственную. — сказала та, немного смутившись. — Она повествует об утопической альтернативной вселенной, где нет места войнам и розням, конфликтам. Где весь мир держится на дружбе, взаимопонимании и магии.       — О, да это же как в… — в «Дружба — это чудо», хотел сказать я, как вдруг прервал себя на полуслове. — …ну-у, как её? В общем, была уже похожая книга, название забыл. Извини, ты не новатор, Марта.       — Я и не претендую на новаторство, — ответила кобылка. — Просто хочу создать что-то своё.       — Слушай, а зачем ты мне всё это рассказывешь?       — Что вы имеете ввиду?       — Ну, про семью, про увлечения свои. Ты же вроде как сказала тогда, что я для тебя малознакомый пони.       — Я просто… хочу узнать вас получше!       Это меня довольно удивило. Ведь она знает меня буквально пару дней, откуда в ней такое рвение сблизиться со мной? Это никак не вяжется с нашим последним диалогом, когда она отказалась рассказывать о себе. Хотя, с другой стороны, мои вопросы были слишком личностного характера, и, разумеется, зная меня буквально каких-то тридцать минут, она не захотела делиться со мной такой информацией.       — И откуда в тебе такое рвение?       — Тот день, когда вы заступились за меня… — протянула она. — Вы были первым пони, что решил задуматься о моих чувствах. Это было очень мило с вашей стороны, я не могу оставить такое без внимания. Поэтому мне интересна ваша персона.       Слова Марты довольно сильно смутили меня. Мне было приятно, что кто-то так обо мне хорошо думает. Надеюсь, что я не разочарую её и смогу показать себя со своей лучшей стороны. На протяжении получаса я разговаривал со служанкой и дал больше информации о себе. Когда речь заходила о биографии, мне приходилось давать либо уклончивые ответы, либо же придумывать на ходу, что довольно трудно. Тем не менее, я никогда не выглядел скучным собеседником. Наоборот, я старался развлекать её своими шутками. С каждым часом мы сближались всё больше. Чтобы как-то скрыть возникшую неловкость, я решил продолжить разговор и рассказать Марте несколько историй из своей жизни. Конечно же они были выдуманы, но они не были из разряда «один против медведя», они, скорее, были просто забавными проказами из детства. Постепенно я уже чувствовал, как за всеми этими разговорами мы сближаемся, и мне начинало казаться, что она вполне доверяет мне. Поэтому я охотно пересказал несколько анекдотов, которые я помнил, интерпретируя их под мир пони. Похоже, что я смог как-то поднять настроение единорожке, на её лице я всё чаще стал видеть улыбку, она практически перестала отводить взгляд и уверенно смотрела мне в глаза. Марта была довольно милой, наверное, был бы я пони всю свою жизнь, то наверняка бы влюбился в неё. Но для меня она не более, чем просто милый неканоничный персонаж из мультика про маленьких пони.       Я и сам не заметил, как время приблизилось к вечеру. За окном уже стало темнеть. Марта сказала, что очень утомилась, и хочет лечь спать. Решив её не тревожить, я попрощался с ней и покинул её комнату. Выйдя в коридор, я услышал диалог Бервиса и Рэймонда.       — Слушай, я хочу выкупить свою дочь назад. — начал Рэй. — Я накопил достаточную сумму, бизнес наконец-то пошел в высь!       — Ох, друг, извини, но я боюсь, что такой возможности уже нет. — довольно произнес Бервис. — Я ведь ещё тогда сказал тебе, что у тебя лишь два выхода.       — Этот выбор принял не я! Марта сама вызволилась добровольцем, даже не предупредив меня!       — Это уже твои проблемы, Рэймонд. Твоя дочь полностью отработала твой долг. Рабы не выкупаются назад. Я могу лишь перепродать её другому рабовладельцу, например, семье Вельмеске. Но и те вряд ли захотят её продавать тебе.       — Ты ублюдок, Бервис… — зашипел тот. — Ты же прекрасно знаешь всю ситуацию, что после смерти жены у нас в семье были большие финансовые проблемы!       — Это были ТВОИ проблемы, дружище. И это был ТВОЙ долг, который ты не смог отдать вовремя. И теперь ТВОЯ дочурка его оплачивает своим трудом и телом!       — Ах ты ж!.. — тут прозвучал какой-то грохот, послышались звуки потасовки. И тут я понял, что стоит ворваться и попытаться унять обоих.       Вбежав в комнату, я увидел драку между Бервисом и Рэймондом. В проигрывающей позиции был последний, ибо мэр повис над отцом семейства Беккетов и бил по морде.       — Бля, ты чё творишь нахуй! — крикнул я и оттащил взбешенного Бервиса от его жертвы. — Ты с ума сошёл?! — но тот меня игнорировал.       — Тебе это просто так не сойдёт, Рэймонд! — пригрозил он. — Ты нажил себе огромные проблемы, ОГ-РОМ-НЫ-Е! — жеребец посмотрел на меня, находящегося в шоке. — Пойдём отсюда, Чарльз.       Покинув дом, по пути я пытался разговорить Бервиса, но тот всю дорогу молчал. Не доходя до особняка, он свернул в другую сторону, сказав, что «мне нужно обговорить один вопрос кое с кем, а ты возвращайся. Скоро прибудут гости!». Чёрт, он явно что-то задумал. И это «что-то» явно не хорошее. Стоит ли предупреждать Марту об этом? Вряд ли, ведь она и так поди слышала весь тот крик. В любом случае, план старого маразматика мне кажется очень мутным. Расскажу об этом Дюхе при встрече. Эх, навеститься бы щас к нему, да вот только дороги не знаю, да и наверняка я сейчас там явно не прошеный гость. Поэтому, ничего не остаётся, кроме как возвращаться назад в особняк.