Факультет имени Змеи: Философский булыжник или Спасение Василиска

Утром о новом нападении знала вся школа. Удивляло то, что на этот раз была не одна жертва, а две: пуффендуец Джастин Финч-Флетчли и привидение Гриффиндора Сэр Николас (или Почти Безголовый Ник). Школа постоянно говорила об этом. Пивз повсюду распевал своё новое творение: - Гарри Поттер, ты злодей, Убивец духов и людей! Двойное нападение на Джастина и Почти Безголового Ника обратило страхи в настоящую панику. Удивительнее всего было то, что особенно взволновала школу расправа с Почти Безголовым Ником. Все спрашивали друг друга: у кого могла подняться рука на бедное привидение, какая страшная сила сумела поразить того, кто и так уже мертв? Все билеты на экспресс Хогвартс — Лондон, уходящий накануне Рождества, были мгновенно раскуплены: из школы ожидалось массовое бегство. — Вижу, мы тут будем одни, — оценил ситуацию Драко — Я, ты, Ала и Теодор, Крэбб, Гойл и ребята с других курсов — вот и все, кто останется. Даже Блэйз уезжает. Веселые будут каникулы. Хоть Крэбб и Гойл ходили свитой Забини, было заметно, что они всегда и во всем хотели подражать Драко, поэтому остались на каникулы. Видимо, не теряли надежды стать частью нашей компании. Что касается меня, я была только рад, что почти все уезжают. На меня всегда смотрели с подозрением. Лестрейндж, как-никак. От неё можно чего угодно ожидать. И даже ввиду нападений обо мне не утихали сплетни. Если одни уже свыклись с моим существованием, то первокурсники всё ещё не верили в происходящее. А кто-то считал, что это я устраиваю нападения. Мило. Подозревают кого только можно. Нет, им определённо делать нечего. Я вот учусь, а они нет. Я не устала от того, что народ шарахается от меня в коридорах, словно я отрастила клыки или плююсь ядом, устала от шушуканья, кивков и шипения за спиной. Для меня это привычно. Просто надоело. Близнецы Уизли, однако, обратили гнетущий страх в забаву. Увидев Поттера, они все бросали и важно вышагивали впереди него, громко крича: «Дорогу наследнику Слизерина! Падайте ниц, идет самый великий маг…». Я каждый раз, проходя мимо них, выкрикивала: «Нет, Поттер, нет! Не убивай меня!». Слизеринцы, обычно всегда и во всём ищущие повод поржать над кем-нибудь, хватались за животы от смеха. Ледяная ухмылка не сходила с моего лица. Питер (или как его там) Уизли решительно осуждал их поведение. — Этим не шутят, — холодно заявил он. — Ушел бы ты с дороги, Перси, — вздыхал один из близнецов (а, так его Персик зовут). — Не видишь, Гарри торопится… — Его ждет в Тайной комнате чашечка чая и приятная встреча со своим клыкастым слугой, — добавлял другой, радостно фыркая. Но их кривляния весьма раздражали Драко: завидев их, он буквально зеленел от злости. Я не знаю, почему он так реагирует. — По-моему, его так и распирает признаться, что это он — настоящий наследник, — высказала догадку Ала. — Ты ведь знаешь, как он ненавидит тех, кто хоть в чем-то его превосходит. А тут что получается: вся грязная работа ему, а слава — Поттеру. - Я так не думаю. Вряд ли Драко - Наследник. Мы же об этом уже говорили. - Наверное ты всё же права. Наконец семестр закончился. Я потащила Алу, Драко и Теодора на озеро - кататься. Драко кататься не умел, но признавать это отказывался. В итоге, я помогла ему встать на лёд и научила кататься, ссылаясь на то, что очень беспокоюсь по поводу оценок и поэтому могу упасть в любой момент, Драко наоборот меня поддерживает. Да, конечно предлог не очень, но всё же прокатил. Теодор показывал чудеса фигурного катания, Ала наматывала на скорости круги, Драко пытался не упасть, а я ради прикола постоянно врезалась в сугроб. Вот она, настоящая я. Не лучшая ученица Хогвартса, не безэмоциональная слизеринка, не хладнокровная Пожирательница Смерти, а обычная девочка, которая любит смеяться, врезаться в сугроб и просто дурачиться. Невозможно было не отдать должное великолепию рождественского ужина в Хогвартсе. Его оценили даже те, у кого сердце замирало от страха в ожидании минуты, когда придется хлебнуть опасного зелья, составленного по рецепту из старинной книги. Большой зал выглядел изумительно. Там было не только множество покрытых инеем рождественских елей и пышных гирлянд из омелы и остролиста, но и чудесный волшебный снег — сухой и теплый, — падающий с потолка. Под руководством Дамблдора собравшиеся исполнили его любимые рождественские гимны, громче всех ревел Хагрид, голос его креп после каждого бокала яичного коктейля. Я появилась на празднике в новом платье, подаренном мне Нарциссой. Кто-кто, а Цисси разбиралась в одежде превосходно. Поттер пришёл в джемпере.Драко Малфой осыпал его внешний вид язвительными насмешками. Гриффиндорцы планировали сегодня попасть в нашу гостиную. Делика дежурила в туалете Плаксы Миртл. Переходы подземных лабиринтов были пустынны. Я тихо шла следом за «Крэббом» и «Гойлом». Как и передала Делика, гриффиндорцы уже перевоплотились, и сейчас блуждали по подземельям в надежде отыскать гостиную. Мальчики уходили все глубже и глубже под школу, постоянно проверяя по часам, сколько у них осталось времени. Через четверть часа они уже стали приходить в отчаяние, как вдруг впереди им почудилось какое-то движение. — Ха! — оживился «Крэбб». — Вот, кажется, и один из них! Из боковой двери появилась неясная фигура. Они поспешили подойти ближе. Это был вовсе не слизеринец. Это был Питер Уизли. — А ты что здесь делаешь? — изумленно спросил «Крэбб», на самом деле являющийся ни кем иным как Рональдом Уизли. Питер первым делом напустил на себя оскорбленный вид. — Вот уж не ваше дело, — сказал он твердо. — Крэбб, если я не ошибаюсь? — Ну… в общем, да, — ответил «Крэбб». — Отправляйтесь-ка в вашу гостиную, — продолжал Питер сурово. — Небезопасно вот так попусту блуждать по темным коридорам в эти дни. — Ты-то блуждаешь, — возразил «Крэбб». Питер расправил плечи: — Я — староста. Никто не осмелится на меня напасть. - Чем докажешь, Уизли? - я вышла из-за угла, - Не думала, что осквернители крови настолько смелые. К твоему сведению, Уизли, осквернители крови ничем не лучше грязнокровок! Позади нас внезапно отозвался эхом чей-то голос. К нам неторопливо шествовал Драко. — Вот вы где, — сказал он, растягивая слова в своей обычной манере. — Вы что там, заснули в Большом зале? Я вас искал, хотел показать кое-что забавное. - Да ну? - притворно удивилась я, - А почему я об этом не знаю? - Эл, не сейчас! Драко метнул уничтожающий взгляд на Питера. — А ты что делаешь у нас внизу, Уизли? — спросил он с усмешкой. Питер задохнулся от возмущения. — К старосте следует проявлять большее уважение, — заявил он. — Ваше поведение предосудительно! - И что? - подняла я бровь, - А твоё поведение безрассудно. Впрочем, как и всех на вашем факультете. Уизли, мы чистокровные, а ты нет. Ты осквернитель крови. Как и все в твоей жалкой семейке. Драко вновь ухмыльнулся и жестом приказал «Крэббу» и «Гойлу» следовать за ним. Лжеслизеринцы поторопились за Драко, который успел свернуть, сворачивая в очередной коридор. - Этот Питер Уизли слишком задается… - недовольно прокомментировал он. — Перси, — машинально поправил его «Крэбб». — Да какая разница. Я замечала, он тут шныряет даже среди ночи. Держу пари, он возомнил, что шутя поймает наследника Слизерина. — я презрительно фыркнула. «Крэбб» и «Гойл» обменялись взглядами. Это мне их и выдало. - Генри, Виктор! - сказала я им. Драко открыл рот, чтобы возразить, но остановился, заметив мой взгляд. Они даже не ответили. - Может всё же сами признаетесь? Поттер? Уизли? - Лестрейндж, ты чего несёшь? Малфой, скажи ей. - Эл... - открыл было рот Драко, но... - Драко, можешь, пожалуйста, сходить за Алой. И пусть возьмёт с моего стола пачку конфет. - А зачем? - удивился кузен. - Неси, увидишь. Через пять минут пришла Ала. Она несла конфеты. - Не хотите? - спросила я. Помня о роли, «Крэбб» и «Гойл» стали жадно хватать конфеты и тащить в рот. И вот перед нами стояли Поттер и Уизли. Они хотели убежать, но Петрификус Тоталус остановил их. Поттер что-то промычал Уизли. Тот так же промычал в ответ. - Тео, Драко, тащите их к Снейпу! Ала, беги к нему. Из-за угла вышли Теодор и Драко, которые подхватили остолбеневших гриффиндорцев. Я подняла руку, и возле меня опустилась Делика. Она протянула лапу, в которой был зажат браслет. Красивый, серебряный, украшенный изумрудами. Один из фамильных реликвий Блэков. Раньше он принадлежал маме, а потом, когда мне исполнилось одиннадцать лет, Нарцисса отдала его мне. Я взяла браслет у Делики, одела его на руку и поспешила догнать друзей. Позже, в кабинете Снейпа, куда Теодор и Драко приволокли Поттера и Уизли завязался интересный разговор. Ала сбегала в туалет Плаксы Миртл, взяла пробу Оборотного зелья и принесла его Снейпу в кабинет. Декан, в свою очередь, вызвал МакГонагалл и рассказал ей о поведении её учеников. - Северус, но ваша ученица... - Моя ученица ничего не нарушила. Зелье, отменяющее действие Оборотного было сварено под моим чётким наблюдением из ингредиентов, выданных мной. А ваши ученики украли требуемые ингредиенты. Также они пытались проникнуть в гостиную Слизерина. - Северус, но... - Оборотное зелье, неверно сваренное, может стать сильнейшим ядом. Что, если бы они отравились? Ну а вы, мистер Поттер, и вы, мистер Уизли, скажите нам, где вы оставили мисс Грейнджер? Гриффиндорцы выглядели так, словно решились на вечное молчание. - Н-но... - пролепетал Уизли, - Как она нас раскусила? - Это было очень просто, - ответила я, - Во-первых, Крэбба и Гойла зовут далеко не Виктор и Генри. Во-вторых, настоящие Крэбб и Гойл никогда бы не сказали мне чего-либо вроде «Лестрейдж, чего ты несёшь?». В-третьих, у нас принято обращаться друг к другу по именам. В-четвёртых, всему Слизерину известно, что Крэбб и Гойл ходят с Забини. И то, что они носятся, в отсутствие Блэйза, за мной и Малфоем, поэтому никогда бы не стали чего-либо от нас требовать. Четыре ошибки, которые вас сдали. - Но где доказательства! - потребовала МакГонагалл. Я сдала браслет с руки и прошептала над ним заклинание. На стене появилась двигающаяся картинка со звуком. Это было видно того, как Поттер, Уизли и Грейнджер принимают Оборотное зелье, и как превращаются. После этого картинка была их спинами, до того момента, как они встретили Питера (или Перси, как его там) Уизли. После просмотра записи у МакГонагалл не осталось сомнений. - Но как? - спросил Уизли. - Вещь может записывать происходящее вокруг неё, если её правильно заколдовать. - Мисс Лестрейндж, это же высшая Трансфигурация. Такую не проходят даже на седьмом курсе в профильном классе. Двадцать баллов Слизерину за потрясающие знания и умения в Трансфигурации. А вас, мистер Поттер и мистер Уизли, я жду в своём кабинете. - И да, - вставил Снейп, - минус пятьдесят баллов с каждого, за попытку проникнуть в гостиную Слизерина. И пятьдесят баллов с мисс Грейнджер за кражу ингредиентов. Расстроенные, Поттер и Уизли поплелись в кабинет МакГонагалл. Снейп отпустил Драко, Алу и Теодора, а меня попросил задержаться. - Элисон, ответь мне честно, откуда ты узнала про Оборотное зелье. - Здесь насколько факторов. Первое, это связь между мной и Деликой. Она летает по замку и поставляет мне информацию. Второе, это то, что я видела в туалете Плаксы Миртл готовящееся Оборотное зелье. А ты знаешь, что я все эти зелья могу распознать на любом этапе приготовления. Третье, это моё умение использовать Дезилюминационные чары. Поттер, Грейнджер и Уизли давно уже искали того, кто является Наследником Слизерина. Их главные подозреваемые: я и Драко. Вот они решили притвориться Грегори, Винсентом и Миллисента, чтобы попасть в нашу гостиную и распростить обо всём. - Ясно. А что с Грейнджер? - Видимо, она сняла с мантии Милли волос её кошки. А, как известно, если ты превращался в животное, то свой облик ты не вернёшь. - Ладно. Иди, Элисон. - Спокойной ночи, Северус. Я попрощалась с крёстным и ушла в гостиную. Здесь уже были Теодор, Ала и настоящие Грегори и Винсент. - Драко отошёл за чем-то, что собирался показать тебе, - сказал Нотт. - Ясно. Грегори, Винсент, что эти львята с вами сделали? - ответила я, - Вы какие-то пришибленные. - Да так, снотворное в пирожные подмешали, - вяло сказал Крэбб. Драко появился через минуту, держа в руке газетную вырезку. — Обхохочетесь! — сказал он и сунул ее мне под нос. Я быстро прочитала вырезку. Драко показал вырезку по очереди Але, Теодору, Винсенту и Грегори. Последние заржали в голос. Заметка из «Ежедневного проповедника» сообщала: «Расследование в Министерстве магии. Артур Уизли, глава Отдела по противозаконному использованию изобретений маглов, был сегодня оштрафован на пятьдесят галлеонов за магические манипуляции с магловским автомобилем. М-р Люциус Малфой, председатель попечительского совета Школы чародейства и волшебства „Хогвартс“, где эта заколдованная машина была ранее в этом году разбита, потребовал сегодня отставки м-ра Уизли. — Уизли подрывает репутацию Министерства, — сказал м-р Малфой нашему корреспонденту. — Вне всяких сомнений, его нельзя допускать к составлению законов, а его смехотворный Акт о защите маглов следует незамедлительно упразднить. М-р Уизли от комментариев отказался, а его жена пригрозила репортерам, если они не уберутся, спустить на них домашнего упыря». — Ну как? — спросил Драко, взяв из рук Грегори вырезку. — Умрешь со смеху! - Очень смешно, - с ярко выраженным сарказмом похвалила я вырезку. Утром оставшиеся на каникулы гриффиндорцы заметно погрустнел. Видите ли, рождественский подарок - потерять сто пятьдесят баллов. Ведь ещё вчера вечером они были, а сейчас их нет. Потерялись. Оставшиеся же на каникулы слизеринцы места себе не находили от радости. Нам тоже выпал хороший рождественский подарок - Гриффиндор потерял сто пятьдесят баллов. Когтевран и Пуффендуй лишь вздыхали. Да уж, в этом году снова Слизерин победит. Да, у Гриффиндорка появился Поттер, но у Слизерина появился не менее, а может даже более сильный и старательный маг - Лестрейндж (то есть я).