Сон в Хогвартскую ночь

Что ж, экзамены она сдала великолепно! Осталось дождаться результатов и отплясать на последнем балу. После того как она начала пить зелье, ей стало гораздо лучше, настроение не скакало, тошнота не донимала, плаксивость не проявлялась. Единственное ее огорчало, что заканчивается ее время в школе волшебства и чародейства. Напоследок она решилась на отчаянную шалость: она хотела запомнить хотя бы одну ночь рядом со своим зельеваром! Она боялась что будет переживать и нервничать, но ничего этого не было, она была спокойна и решительна. Закончилась официальная часть выпускного бала: Макгонагалл вручила ей диплом со всеми превосходно. Она действительно стала лучшей на курсе. И в конце удивила всех - потому что её спутником на балу стал Драко Малфой. Она смотрелась замечательно рядом с холеным аристократом. Яркая, красивая и запоминающаяся! Ее животик был ещё слишком мал, чтоб одевать свободного кроя платья, поэтому она блистала в длинном, приталенном черном платье с глубоким декольте и разрезом на левой ноге. При ходьбе и танцах подол платья отходил назад и открывал вид на стройную ножку Гриффиндорки. Беременность уже начала менять её тело, делая изгибы более плавными и женственными, аппетитными... Взор юноши нет, нет да и заглядывал в вырез платья Гермионы. Ложбинка между двух полных холмиков заставляла воображение слизеринца рисовать откровенные картины, от которых его бросало в жар и холод. - Грейнджер, я хоть и не твой парень и не претендую. Но Мерлин подери в таком наряде даже я тебя ревную. Девушка смутилась и промолчала. Она ждала хоть какой-нибудь реакции со стороны декана изумрудного факультета, но за вечер он бросив на нее мимолётный взгляд лишь кивнул в приветствии и продолжил,прерванную с Флитвиком, беседу. Закончилась официальная часть, столы в большом зале были убраны к стенам и первые пары танцоров начали кружить в первом туре вальса. Девушки сверкали украшениями и улыбками, юноши светились довольством и гордостью за своих партнёрш. В этот момент Снейп заметил гриффиндорскую прелестницу в сопровождении своего крестника: кивнул им обоим в знак приветствия, но ему совсем не понравилось какие взгляды юноша бросал на свою спутницу. Снейп от природы был собственником. Проведя все свое, практически нищее, детство в трущобах Коукворта, он очень ревностно относился к любой своей вещи . Проблема была в том, что Гермиона не была вещью, не была его! Сегодня она блистает на балу, а завтра выпорхнет из ворот замка и больше не вспомнит о желчном преподавателе зельеварения. - коллега, что то вы рассеяны сегодня. Неужто вам жаль расставаться с золотым выпуском нашей школы? Мягко подшучивал низенький профессор над Снейпом. - что вы отнюдь! Но должен отметить, что выпуск и впрямь замечательный. Таких серьезных и повзрослевших детей мы с вами ещё не выпускали. Шутка оказалась не смешной, напротив, через чур печальной. Снейп понял свою оплошность и поспешил извиниться перед своим другом и коллегой. Настроение, бывшее в начале вечера, вполне приемлемое стало резко омрачаться. Вид, цветущей и радостной девушки его сердца, нагонял тоску. Не он смешит её, и не его шуткам она так искренне смеётся. Он не нашёл в себе сил проститься с ней, да и не придумал как бы он мог это сделать. Она не выразила желания заключить ученический контракт... Он не стал навязываться. Он отпустит её, не будет преследовать, добиваться расположения. Впереди у его девочки целая жизнь, интересная, полная приключений и открытий, но без него. Ему нет места в ее жизни, что может он предложить ей? Стать женой бывшего пожирателя? Стать женой преподавателя с низкой зарплатой, а в довесок его скверный характер. Нет! Гермиона Грейнджер достойна лучшего! Даже Драко Малфой на его фоне был гораздо более выгодной партией. Отбыв обязательное время на балу, Снейп попрощался с Минервой и направился в свои покои. Настроение было преотвратным! Вечер подходил к концу, туфли немилосердно натерли ноги и единственным желанием Гриффиндорки было бы поскорее отправиться в свою комнату, если бы не одно данное себе обещание. - Драко, можно попросить тебя проводить меня в башню. Я очень устала и кажется натерла огромную мозоль на ноге. Ещё чуть-чуть и я не смогу идти. Она состроила жалостливую мордочку и устремила свой полный печали взор на юношу. Он закатил глаза и произнес: - кто бы мог подумать, что ты Грейнджер все таки девушка и умеешь пользоваться чисто женскими уловками, что ты хочешь? Отбросив игру в сторону посерьёзневшая Гермиона ответила: - мне нужно уйти и все должны думать, что я в своей комнате. -тайное свидание ? Грейнджер ты меня удивляешь который раз за день! Хорошо, пойдем. Обратись на мой локоть чуть больше и подхрамывай на правую ногу изредка пока мы идем по людным местам. Выполняя эти не хитрые требования она добралась до своей комнаты, накинула на себя дезилюминационное заклинание и скинула надоевшие уже, хуже горькой мандрагоры, туфли. Быстрым шагом, босиком по холодным плитам замка она направилась в подземелья, следуя за блондинистой макушкой, которая и не подозревала о преследовании. Ноги у нее замёрзли, но зато она осталась незамеченной! Подождав ещё немного и убедившись, что Драко далеко она собралась с мыслями и подумала о том, что не подумала как же она попадет внутрь, но удача была на ее стороне. Позади себя она услышала его шаги. Она узнает их из тысячи, его стремительная походка завораживала её, притягивала взгляд к развивающимся полам мантии, неизменно черной, пугающе и интригующе. Она все ещё была под заклинанием и он не видел ее. Глубокая складка пролегла на его переносице и вид бых угрюмым и хмурым. Ей хотелось разгладить морщины на его лице, заставить улыбаться и радоваться жизни. Она не знала как это сделать и все что пришло ей в голову это проскользнуть вместе с ним в дверной проем и прижаться всем телом к нему. Отменив заклинание зельевар был очень удивлен ее появлением и хотел возмутиться, но ее узкая, прохладная ладошка легла на его губы, заставив замолчать, а затем она поцеловала его. Он принял её условия игры. Поцелуй был отчаянным и жадным, она старалась запомнить каждый дюйм его тела. Руками она проводила по его плечам, спине... Прижималась бедрами к паху, исследовала языком его рот, на вкус он был как огневиски: пьянящим, терпким и чуть сладковатым. Продолжаться долго так не могло, возбуждённый ее близостью он подхватил ее на руки, бросив запирающее на дверь, понес ее в спальню, целуя на ходу. Как только дверь за ними захлопнулась он прижал ее к шершавой поверхности дверного полотна и расположил ее ноги по бокам талии, прижался с силой к ее податливому телу. Платье словно вторая кожа обтягивало её фигуру, не оставляя простора для воображения зельевара, поэтому проведя рукой от талии до бедра девушки он с ловкостью поддел юбку и начал задирать ее, ещё мгновение и Гермиона осталась в одном белье. Чёрное кружево обхватывало тяжёлую грудь, норовившую выскользнуть из ажурного плана при каждом ее вздохе. Разрумянившаяся и с растрепанными кудрями она была прекрасна. опустив её ноги на пол он упал перед ней на колени и прижался лицом к ее плоскому животику. Она запустила руки в его черные, как смоль, волосы. Оба наслаждались этим моментом близости, выравнивая свое дыхание. Спустя какое-то время он поднялся на ноги целуя ее бархатную кожу. За то время, что они спят вместе он запомнил множество нюансов. Например он знал, что ей нравится лёгкие покусывание груди, нравится когда он сжимает ее бедра. У нее была очень чувствительная кожа за ушком и у основания шеи. Поэтому он легко подхватил ее и повалил на кровать. Прохлада простыней обострила ее чувства, она понимала, что мужчина, в объятиях которого она находится, прекрасно знал ее тело, знал что именно доставляет ей особое удовольствие, но она хотела запомнить его, то что любит он. Набравшись смелости она остановила его жадные руки и мягко надавив повалила его на свободную часть кровати. Взяв инициативу в свои руки она расположилась сверху и начала изучение тела своего профессора. Она прикасалась холодными пальчиками к старым шрамам на его груди, проводила рукой, а потом целовала каждый из них лёгкими, невесомыми поцелуями. Особой чести удостоился шрам на горле зельевара. Она не испытывала неловкости или отвращения, ей нравилось делать это, она получала от этого тактильное удовольствие и это больше всего распаляло его. Он редко сталкивался с тем, что людям нравится общение с ним, чаще всего с ним общались по необходимости. Не говоря уже о том, что кому то нравилось прикасаться к нему, получать от этого удовольствие. Проститутки из Лютного не целуются, они выполняют свою работу: ничего личного, только бизнес и Снейп привык к этому. Поэтому сейчас он был совершенно выбит из колеи: ей нравилось то что она делает, она хотела доставить ему эквивалентное удовольствие . Гермионе стало мало того малого пространства, что предоставляли расстегнутый наполовину сюртук с рубашкой и она постаралась освободить от них профессора. Когда у неё не очень получилось - он положил свои руки поверх ее ладоней и не спеша освободился от остатков одежды, девушка помогала ему как могла. Она не испытывала неловкости когда расстегивала ремень его брюк ей не терпелось восстановить чувство наполненности, то что изредка она чувствовала во сне. Остатки их одежды в беспорядке лежали вокруг кровати, а девушка не спеша опускалась на возбуждённую плоть своего мужчины. Каждая клеточка ее трепетала от восторга, а внутри все сжималось от тоски. Медленно приподнимаясь над ним она наклонялась вперёд и целовала его губы, затем опускалась обратно выпрямлялась над ним, стараясь приникнуть телом к нем так близко, как только могла и выгибаясь дугой стонала от удовольствия. Глядя на, растворяющуюся в удовольствии, девушку Снейп не мог поверить в реальность происходящего. Это казалось волшебным сном, чудесной сказкой. Он боялся проснуться и увидеть рядом лишь пустоту... Он положил свои ладони на тонкую девичью талию, поражаясь тому какая она тонкая и гибкая. Мраморно бледные ладони контрастировали с мягкой, смуглой кожей юной прелестницы. Очертив полукругом кожу плоского животика , кончиками пальцев он с силой притянул к себе девушку в тот момент, когда она вновь выгнулась над ним дугой. Затем он приподнял ее на руках и вновь с силой опустил. Гермиона, и так балансировавшая почти на краю пропасти, после короткой серии толчков достигла бурной разрядки. Ещё мгновение и ее лоно заполнилось теплым , тягучим семенем, из глаз брызнули две скупые слезинки, оставшиеся незамеченными. Девушка очень надеялась, что ее не выставят за дверь посреди ночи, поэтому осторожно положила свою голову на широкую мужскую грудь и попыталась дышать как можно тише. Мужчина провел рукой по ее непослушной, кудрявой голове и осторожно уложил рядом с собой, накрыв их обоих одеялом. Погасли последние свечи и комната погрузилась во мрак, лишь тусклый свет заколдованного окна пробивался в подземелье. Притянув девушку поближе, Снейп уткнулся носом в её макушку, как делал это каждую ночь, и начал засыпать. Гермиона боялась пошевелиться, поэтому лежала тихо, как мышка и думала о том, что будет завтра. До утра оставались считанные часы, а их обоих пугала неизвестность. Как бы они не старались отсрочить момент, когда придется поговорить или молча разойтись, он все равно настал. Лучик тусклого солнца скользнул по розовой щечке и остановился на сомкнутом веке спящей девушки, чем неминуемо разбудил ее. Пошевелившись в крепких объятиях она разбудила и зельевара. Просыпаться с теплой девушкой под боком было очень приятно, но как вести себя дальше он не знал, поэтому просто лежал и молчал, ожидая ее реакцию. Гермиона сожалела, о том что ночь кончилась. Остаться рядом с ним она не решалась... Девушка решила, что любые слова будут лишними, поэтому молча поднялась кровати собрала свою одежду с пола и начала одеваться. Навязывать себя Снейпу она бы никогда не стала, а остаться он не просил. Взяв в руки палочку она трансфигурировала свое бальное платье в удобные джинсы и широкий свитер. Пора было покидать гостеприимные комнаты зельевара. До двери оставалось всего пара шагов, когда камин полыхнул зелёным светом и на пол упало тяжёлое письмо с министерской печатью. Мужчина притянул его беспалочковым акцио и начал читать. По мере прочтения письма выражение его лица становилось все более шокированным. -полагаю письмо предназначается вам, Гермиона. Были его первые слова за это утро. Девушка подошла ближе и приняла письмо из рук в руки. " Адресовано Гермионе Снейп Выражаю вам своё восхищение, Гермиона, как самой выдающейся ведьме - выпускнице своего поколения и последних 100 лет. Любой отдел в министерстве будет рад взять вас на работу. Хотя, нужно признать был обескуражен, когда сегодня в книге регистраций браков появилась запись о регистрации брака Северуса Снейпа и Гермионы Грейнджер датированное 31 октября. Примите мои искренние поздравления. Министр магии Кингсли Шеклболт." Множество вопросов завертелось в ее голове, но единственное что она смогла сказать это: - думаю вы должны знать, профессор, я жду ребенка. Она подняла на него свои медового цвета глаза, наполненные слезами. - полагаю, я могу дать вам развод...