Так сошлись звёзды

— Я знаю о том, что приключилась между тобой и Селимом, я надеюсь ты понимаешь, что будет если об этом узнает Повелитель? — Спросила Хюррем, а девушка упала на колени. — Султанша! Я вам обещаю этого никто и никогда не узнает, к тому же между мной и Шехзаде Селимом ничего не было, он пытался, но уснул. Я никогда и никому не расскажу. Прошу позвольте мне быть рядом с Баязидом, я… — начала распинаться Нурбану, но Хюррем её перебила. — Нурбану, я отправлю тебя с Баязидом только при условии, что ты будешь меня слушать и держать язык за зубами. — Я клянусь вам, эта тайна умрёт вместе со мной, откуда вы узнали? — Это не важно, ещё ко мне приходила Хуриджихан, я так понимаю ты уже успела познакомиться с моим львом? — Да Султанша, Шехзаде мне рассказывал о предательстве Хуриджихан Султан и показывал свои невероятной красоты ювелирные изделия. — Запомни Нурбану, не достаточно попасть в постель, нужно попасть в мысли и сердце, можешь идти. Но помни, как только ты будешь представлять угрозу для одного из моих Шехзаде, окажешься на дне Босффора, — сказала Хюррем и Нурбану вышла из её покоев. Девушка направилась в Гарем, но вдруг увидела Хуриджихан, она явно затевала что-то недоброе. Брюнетка хотела пройти мимо, но Султанша схватила её за локоть. — Слушай сюда, ещё раз увижу возле Шехзаде, уничтожу. Поняла? — Ревность это признак неуверенности в себе! — Я Султанша, не думай, что Баязид променяет меня на рабыню! — Послушай сюда. Я тебе не просто рабыня! Я из знатной семьи Веньер-Баффо, все мужчины Венеции были готовы сделать для меня что угодно! — Но здесь не Венеция, в этом дворце я Султанша, а ты рабыня! — Ухмыльнулась Хуриджихан и взяла Нурбану за шею. — Запомни это раз и навсегда, — прошептала та и отпустив девушку уже собиралась уходить. — Интересно почему Шехзаде Баязид тогда даже видеть тебя не хочет?! Ах да, ты же предатель, будь ты Султаншей хоть десять раз это не изменит твоей истинной сущности! — Произнесла Нурбану, брюнетка ощутила пощёчину и началась драка. Сюмбюль с охраной разняли девушек. — Я приказываю закрыть её в темнице, никто не смеет оскарблять и подымать на меня руку!

***

Никто не посмел перечить Хуриджихан Султан и Нурбану сидела в темнице, было холодно и по началу совершенно не страшно, девушка думала о том, что возможно перегнула где-то палку, но она ни капли не жалела о своём поступке. Возможно её кто-то вызволит. Так прошел остаток ночи. Утром так никто и не пришёл, днем тоже, Нурбану понимала, что Хюррем султан возможно не знает о том где она, а Баязиду и вовсе нет к ней дела. Селим наверняка хотел бы чтоб её убили, да и Хуриджихан тоже желала ей только смерти. Единственное, что утешало сейчас девушку это мысли о том, что Шехзаде Баязид был с ней рядом, так близко, дал надежду на будущее, хотя возможно ей показалось, но кажется он проявил к ней интерес и возможно однажды они будут вместе. Нурбану и Баязид. Девушка никогда бы не подумала что влюбиться, а тем более в Шехзаде, хотя он был такой красивый и мужественный, но ещё девушке запомнилось как он нежно притягивал её к себе за талию, что-то в нем было, брюнетку тянуло к нему. — Ты не хочешь извиниться? — Спросила Хуриджихан. Нурбану даже не заметила как к ней пришла Султанша. — За что? — Какая наглость, за твои низкие поступки и гнустные слова. За оскорбление Султанши отрубают головы, а я возможно проявлю милость! — Я не вижу здесь никакой Султанши, только девушку которая возомняет о себе очень много. Я не собираюсь перед тобой извиняться! — Заявила Нурбану. — Тогда сгниешь здесь! Ты рабыня не более, если ты и умрёшь о тебе даже не вспомнят, — сказала Хуриджихан и ушла. Нурбану было так обидно, она одна и опять никому не нужная, а ведь действительно день близился к ночьи а за ней так никто и не пришёл…

***

Покои Фатьмы Султан — Султанша, к вам Мелек Хатун! — Сообщил Ага. — Пусть войдёт! — Госпожа, — поклонилась девушка, а за ней зашла ещё одна и тоже поклонилась, — Я нашла подходящую Хатун, чтоб отправить к Султану, — сообщила радостную новость Мелек, а Фатьма ухмыльнулась, слухи о том, что у Хюррем прекратились эти дни уже разошлись по всему Гарему и к Повелителю сегодня вечером пойдёт другая. Фатьма хотела свергнуть Хюррем и у неё должно это получиться. — Отлично, как тебя зовут? — Спросила Султанша у наложницы. — Валерия, — ответила та. — Отныне твоё имя Назенин, ты должна стать новой фавориткой Повелителя, быть очень осторожной и служить мне, — сказала она, а молодая девушка кивнула. — Мелек, никто не должен знать, все должно быть так, как мы планировали, — Сказала Фатьма, а её служанка улыбнулась. — Всё будет хорошо, не переживайте Госпожа, — поклонилась Мелек и они вместе с Назенин покинули покой. Начали тщательную подготовку к ночи, все делалось очень осторожно и тихо, ведь Хюррем не часто уезжала к Михримах с ночёвкой. Это был идеальный день для задуманного ранее плана действий, цель которого это конец власти Хюррем.

***

Сама ж Хюррем с самого утра была на нервах, мало того что Нурбану пропала, так еще пришла весть от Рустема о том, что Хюмашах очень заболела и Михримах была в истерике, поэтому рыжеволосая не долго думая собралась во дворец дочери с ночёвкой. Да и Повелитель тоже считал, что будет лучше, если Хюррем будет с ними, она успокоит Михримах и все проконтролирует, а сам Повелитель днем проверял подготовку к походу и только к вечеру вернулся во дворец, а позже к нему пришла наложница.

***

Когда на следующее утро Хюррем вернулась, то Гарем стоял на ушах, все только и обсуждали ту, что была этой ночью у Повелителя и власти Хюррем Султан скоро придёт конец. Покои Хюррем — Фахрие, как ты не уследила? Я тебя здесь для чего оставляла?! — Негодовала рыжеволосая. Вчера ей устроили встряску о том, что её внучка болеет, а ещё переживаниями Михримах и тут она возвращается и оказываеться этой ночь Повелитель был не один, а с наложницей. Радовало только одно,с Хюмашах все обошлось, лекари сделали все необходимое и Михримах получила поддержку матери в трудный момент, отношения с дочерью у Хюррем становились теплее. — Простите Госпожа, но Фатьма Султан все хорошо спланировала… — Я не хочу больше это слышать. Фатьма Султан зашла слишком далеко. Сначала сыну подсунула Хуриджихан, теперь Повелителю…

***

Покои Селима — Шехзаде вы меня звали? — Спросил с опаской Сюмбюль. — Да. Я слышал, что вчера ночью Нурбану и Хуриджихан не поделили что-то, неужели мой брат тайно встречается с Хуриджихан? — Шехзаде мне ничего неизвестно, — сказал Сюмбюль. Мужчина понимал, что если он выдаст Селиму брата, то узнает Повелитель, а это не понравиться Хюррем Султан. — Я понял, ты не хочешь мне говорить, тогда где Нурбану? — Шехзаде я… — Не увиливай от ответа Сюмбюль, — перебил его Селим и подошёл ближе. — Спросите у Хуриджихан-Султан, мне ничего не известно, — быстро успел сориентироваться Сюмбюль и выглядело убедительно. — Можешь идти, — приказал рыжеволосый и начал думать как узнать где находиться Нурбану, ведь если она скажет, что Хуриджихан и Баязид тайно встречаються, то Повелитель будет не в восторге, к тому же это покажет Султану, что Шехзаде Баязид идёт по стопам Мустафы, это не очень обрадует отца. Селим направился в покои Хуриджихан.

***

— Султанша, Султанша, — зашёл в покои озадаченный Сюмбюль, — Шехзаде Селим… Он… — Что случилось Сюмбюль?! Говори! — Сказала и так вся на нервах Хюррем. — Шехзаде Селим догадываеться о тайной связи Шехзаде Баязида и Хуриджихан Султан, не дай Аллах если он расскажет Повелителю. — С чего это он взял?! У него есть доказательства? — Забеспокоилась рыжеволосая, она знала, что ни к чему хорошему иртрижка Баязида и Хуриджихан не приведёт. — Когда вы поговорили с Нурбану Хатун, в коридоре между ней и Хуриджихан Султан произошла драка, Султанша указывала Нурбану на то, что она рабыня, а Хатун заявила, что никогда не была рабыней и не будет, в конечном итоге Хуриджихан Султан накинулась на Нурбану, чуть не убила и отправила её в темницу. — Ты раньше не мог сказать Сюмбюль? — Простите Султанша, вы были так обеспокоены болезнью Хюмашах Султан, видит Аллах я и сам переживал, у меня даже вылетело из головы и о догадках Шехзаде Селима мне стало известно только что. Теперь Хюррем волновало не только с какой наложницей провел ночь Повелитель, а ещё и судьба собственного сына.