Дежурство

Часовая стрелка медленно приближалась к цифре, оповещающей об окончании рабочего дня. Заведующий кожно-венерологическим отделением начал собираться домой. Закинув нужные вещи в портфель и сменив рабочую рубашку на куртку, Иван Натанович поспешил к выходу. Они с Андреем ещё утром договорились встретиться в холле после работы и пойти вместе. Венеролог был на месте ровно в назначенный час, а терапевта нигде не наблюдалось. Через десять минут ожиданий было принято вполне целесообразное решение — позвонить Быкову. На вопрос «Где ты?» Ваня получил нечленораздельное мычание и что-то отдаленно похожее на «Тут, через дорогу». — Напился, — озвучил вслух своё заключение Купитман и отправился на поиски друга. Быков и в правду обнаружился через дорогу, на скамейке возле алкомаркета. Сам Андрей с грустным лицом смотрел на проезжающие мимо машины, а рядом, на старой потрескавшейся тротуарной плитке, стояла пустая бутылка из-под коньяка. Ваня встал прям у него перед глазами, загораживая вид на несущийся по шоссе транспорт. На это терапевт никак не отреагировал. Купитман отошел в сторону, подобрал с земли стеклянную тару, вновь промаячил перед взглядом друга и выкинул бутылку в урну. Оглушительный удар стекла о металл вытащил Быкова из мыслительного процесса. Он наконец поднял взгляд и прищурился, не сразу узнав Натаныча. — Вань, ты что ли? — решил удостовериться Андрей Евгеньевич. — Я, Андрюш. Ты одну бутылку выпил? Что-то ты слишком плохо выглядишь, — в качестве ответа на поставленный вопрос Быков слабо махнул рукой на газон за мусорным баком. Там мирно лежали ещё две пустые склянки. — Беда-а, согласен, — протянул Андрей, глядя на офигевшего Купитмана, и предпринял попытку подняться со скамейки. Ему это удалось, но не без помощи венеролога. Еле перебирая ногами и тихо матерясь на потемнение в глазах, Быков поплелся в сторону магазина. — Андрей, стой на месте! — Купитман схватил терапевта за руку, заставляя остановиться. Быков в непонимании обернулся на Ваню. — Сейчас такси вызовем и домой к тебе поедем, — объявил Натаныч, доставая телефон из кармана брюк. Всю дорогу до дома Быков сидел молча, время от времени тяжело вздыхая. Стоило только Купитману отпереть дверь ключом, который когда-то дал ему Андрей, как тот ломанулся вперёд и с размаху ударил ногой ближайшую тумбу. — Ты чего так психуешь, Андрей? — аккуратно поинтересовался венеролог. — Случилось что? — Вау, Купитман, да ты у нас, оказывается, людей насквозь видеть умеешь, а не только закорючки пьяного мамонта в рецептах рисовать, — на повышенных тонах съязвил Андрей, активно жестикулируя и скидывая с плеч куртку. — Нахрена ты вообще за мной увязался, я сам мог до своей квартиры дойти. — Если бы я тебя оттуда не забрал, то тебя нашли бы утром в луже своих рвотных масс, и повезло бы, если живым! — настала очередь Купитмана повышать голос. — Иди умойся, переодевайся и ложись спать. — Ты мне мамка или кто? — продолжал упираться Быков. — Уйди, говорю, отсюда, я сам знаю, что мне нужно, — терапевт поплёлся на кухню. Иван Натанович перехватил запястье друга, когда тот уже тянулся к ручке шкафчика, в котором обычно хранил спиртные напитки, и потащил его в ванную. По пути туда терапевт вырывался, кричал что-то, обзывал Купитмана, на эмоциях сбил несколько рамок со стены. — Веди себя не как примат, Андрей! Умойся спокойно, я тебя прошу, — Натанович запихал Быкова в ванную комнату и закрыл дверь. — На себя посмотри, кучерявая макака, — проворчал Быков и сматерился: споткнулся обо что-то. Судя по звукам, доносившимся из ванной, Андрей приступил к очищению желудка. — Длинноносая блоха, — рвотный позыв. — Малярийный комар, прихлопнул бы, — кашель. Послышался удар и множество тюбиков с гелями и шампунями попадали на кафельный пол. Тут-то всё и встало на свои места. Купитман, всё это время стоявший рядом, облокотившись на стену, обессиленно выдохнул. — Кисегач, — вновь заключил вслух Ваня. — Не напоминай, — пробормотал вышедший из уборной Быков. Не обращая внимания на вторую живую душу, Андрей стянул с себя кофту, сел на диван, избавился от брюк и носков. Только-только голова коснулась подушки, как он уснул. Иван Натанович взглянул на настенные часы. Половина двенадцатого, сна ни в одном глазу. — Подумать только, два часа с ним провозился, — шёпотом возмущался венеролог. Первым делом Ваня аккуратно снял с Быкова очки и отложил их на столик. С кровати забрал одеяло и им заботливо укрыл Андрея. Тот что-то промямлил, зашевелился, сводя брови к переносице и ругаясь на главного врача. — Спи, Андрюшенька, спи, — Ваня успокаивающе провел рукой по волосам терапевта. — Кисегач, зараза, одни проблемы от неё, — вновь начал говорить Быков с таким выражением лица, будто готов вот-вот заплакать. Как бы ни хотелось сделать что-то бесполезное в данной ситуации: ответить, поддержать, поговорить, нужно было навести какой-никакой порядок. Купитман поднял одну из упавших фоторамок. В ней была фотография, которую они с Андреем сделали в первые месяцы знакомства. Из-под тонкого стекла на Ваню смотрели два широко улыбающихся молодых врача. Волна позитивных воспоминаний заставила губы Купитмана расплыться в легкой улыбке. Уже тогда он начинал испытывать такие теплые чувства к другу. Рамка вернулась на прежнее место, позже к ней присоединились и другие упавшие обрамления. Устало вздохнув, Натаныч продолжил уборку. Он подобрал одежду возле дивана, отнес её в стиральную машину, раздобыл в шкафу чистую кофту, носки, джинсы и положил всю одежду на спинку дивана. Поискав по ящикам в кухне нужные таблетки, Купитман набрал стакан воды из кувшина и оставил первый "завтрак" Быкова на столике. Часы показывали без пяти два ночи. Сейчас спать хотелось неимоверно. Иван Натанович встал возле приоткрытого окна и закурил, глядя на немногочисленные машины и ряды фонарей. Несколько минут полюбовался на красоту ночного города, иногда выпуская изо рта сизый дым. — Вот возьму, да выскажу всё этой ондатре, — послышался голос Андрея. — В своей любимой грубой форме, Андрюша, — усмехнулся Купитман, оставляя дотлевшую сигарету в пепельнице, оставленной много лет назад на этом подоконнике. — Выскажешь обязательно. Натаныч осторожно сел на диван рядом с Андреем, откинул голову к спинке, нащупал своей рукой ладонь Быкова, некрепко сжал её и заснул, едва прикрыв глаза. Противный писк будильника неприятно резанул по ушам обоих. Высвободив руку из пальцев Купитмана, Андрей нашел на полу рядом с диваном источник мерзкого звука и только потом понял, что его кто-то держал за руку всё это время. Быков обернулся и увидел Ваню, пробуждающегося от крепкого сна. — Эва оно как бывает, — удивился терапевт. — И тебе доброе утро, Андрюш, — Купитман улыбнулся одним уголком губ и, поднявшись, направился в ванную. Быков с трудом сел, осмотрелся. Квартира, вроде, его. Но только то, как он здесь очутился, вспомнить не удавалось. Присутствие в его доме Купитмана вызывало ещё больше вопросов. На столе стакан с водой и таблетки, на спинке дивана чистая одежда, в голове невыносимое гудение. Пазл собирается воедино. Перед глазами всплывают картинки вчерашнего вечера: ссора с Кисегач, алкомаркет, такси, ругань. К тому времени как Ваня вышел из ванной, заметно повеселевший, Андрей успел выпить таблетки и одеться. Теперь он сидел с крайне озадаченным выражением лица и смотрел на то, как его друг мельтешит на кухне. Через несколько минут Иван Натанович сел рядом с Быковым и поставил на стол рядом тарелку с бутербродами. — Как себя чувствуешь? — спросил Купитман, глядя в глаза всё ещё недоумевающему Андрею. — По голове как будто монтировкой треснули, а так нормально, — ответил Быков, беря с тарелки бутерброд. — Конечно, ты ж вчера три бутылки коньяка в одно лицо выпил, — усмехнулся венеролог и потянулся к волосам Евгеньевича. Совершенно не понимая, что делает, Ваня коснулся губами щеки Андрея и собирался было встать с дивана и пойти ещё куда-то, как его остановил Быков, вцепившись пальцами ему в предплечье. — Стоять, Ваня! — терапевт вернул бутерброд на тарелку. — Куда это ты намылился? — На работу собираться, — Купитман обернулся на Быкова. — А чойта? Сядь, — Иван Натанович послушно вернулся на место. Тут же Андрей притянул его к себе, обнял и осторожно поцеловал в губы. Ваня в тот же миг осмелел и ответил на ласку, провел рукой вниз по спине Быкова. Тот, в свою очередь зарылся кистью руки в густой шевелюре Купитмана, прижимая крепче к себе. Каждый новый поцелуй был горячее предыдущего, сильнее заводил, да вот незадача: повторный сигнал будильника возвестил о том, что пора бы выдвигаться на работу. Никто не хотел выпускать партнёра из объятий, никто не хотел останавливаться, ведь обоим было слишком хорошо. Но, работа есть работа, нужно закругляться и выезжать. Бурную деятельность пришлось прекратить. — Спасибо, что подежурил возле меня, так сказать, — поблагодарил Купитмана Быков. — Вечером продолжим.