Противоположности

      Я кивнул, доверчиво шагая за тобой. В груди сжалось, обливаясь кровью, сердце. Наверное, это чувствуют цветы, когда их отрывают от корня… Не удержавшись на ногах, я упал в такие тёплые и сильные объятия, что закрыли меня от всего мира — беснующейся Природы, желающей забрать себе своё Дитя, и разгневанного Города, что пытался не пустить меня на свою территорию. От диссонанса у меня кружилась голова, но сквозь битву сил и моих желаний пробивался знакомый шёпот, ощущались мягкие поцелуи на лице, от которых губы сами собой расплывались в слабой улыбке…       Мне пришлось жить, не выходя из твоего дома, месяц, прежде чем Город смог принять меня. Всё это время все растения твоего дома росли быстрей, а их бутоны, раскрываясь, становились прекраснейшими цветами. Ты познакомил меня со своим другом Тельцом, со своим братом Овном… За всей этой идиллией я совсем расслабился, и, возможно, потому слишком поздно заметил тревожные звоночки…        — Скорпи, пора вставать! — привычная фраза, которой я встречал каждый день, проведённый с моим любимым жителем Города. — сегодня мы пойдём гулять с Тельцом, помнишь?        — Доброе утро, Рак. — улыбнулся мне в ответ ты. — Тельцом? А кто это?       Я не сразу понял, что ты имеешь в виду. Я долго отрицал, что ты абсолютно серьёзен, что не пытаешься разыграть меня… И лишь потом я понял, что стихии не простят нашего нарушения, того, что мы воссоединились вопреки Закону, что Дитя Природы живёт с Сыном Города, а Сын Города так самоотвержено любит Дитя Природы… Глаза защипали слёзы, но я лишь крепко обнял тебя, прижавшись щекой к твоей груди, и, шмыгая носом, стал рассказывать всё, что помнил из твоих рассказов, но ты не верил… Мне пришлось отменить встречу, благо, я уже умел делать это.       То, чего я боялся, произошло быстрее, чем я мог предположить…        — Доброе утро, Скорпи… — тихо произнёс я, забираясь обратно в тёплую постель с чашкой кофе, протянув её тебе.        — Доброе утро, Рак. — улыбнулся мне в ответ ты, принимая чашку. — А кто такой «Скорпи»?       От этих слов, казалось, небо упало на землю, а окружающий мир покрылся пеленой трещин… И лишь мы сидели друг напротив друга. Ты с невинно-непонимающим лицом, я с едва сдерживаемой истерикой.        — Ты не помнишь?.. Скорпи… Скорпи? Скорпи. Скорпи! — я в отчаяньи чуть ли не кричал, надеясь на неудачную шутку, сонное состояние любимого, хоть что-то, лишь бы Кара Закона не стала правдой…       Однако твой взгляд оставался непонимающим и пустым… Сына Города настигло проклятие Природы, и я, плача, прижался к тебе, заглядывая в твои глаза, рвано рассказывая всё, что помнил, всё, что знал, рассказывал, как я люблю его, как мы проводили вместе время…       Со временем в твоих глазах стали появляться огоньки понимания… Это так обрадовало меня, что я даже не насторожился… Как же зря!        — Рак… Как же… Как я мог… Мог забыть… — зашептал ты, взяв моё лицо в свои руки, утирая слёзы, что скатывались по моим щекам. — Я не хотел пугать тебя, сладкий, не хотел…       Но я уже давно не слушал, не слышал, а лишь с ужасом наблюдал, как твоё прекрасное лицо пересекает трещина, словно оно было сделано из хрупкого фарфора, и трещина эта становилась всё шире и длинней…        — Скорпи… — пискнул я, резко прижимаясь губами к твоим, что стали обжигающе-холодными, но я не отстранился, осознавая, что этот поцелуй будет нашим последним…       Ты растаял в моих руках. Ты исчез, и я не знаю, что ты чувствовал в последние секунды своего существования, отравленного проклятием моей Матери Природы. Но я чувствовал, как в моей груди ноет сердце, а память о тебе лишь сильней впивалась осколком в душу. Твой Отец, Город, отравит жизнь мне, в этом я не сомневался, но был готов.

Лишь бы скорей встретить тебя вновь, мой Скорпи…