Твои поцелуи на вкус как вечность

— Ричи, стой.... Перестань, — получается сквозь смех выдавить из себя у Эдди, и новый приступ истерики накрывает его с головой, когда Ричи переключается с его боков на бёдра.       Эдди не имеет ни малейшего понятия, как обычное совместное выполнение домашнего задания превратилось в настоящую битву щекотки, и это ещё не учитывая того, как Ричи умудрился прижать его к двери, не давая ему ни секунды на передышку. — Что-что, Эдс? — наигранно невинно спрашивает Ричи, щекоча его ещё сильней и посмеиваясь, когда хохот Эдди начинает сходить на маниакальный. — Хочешь, чтобы я продолжал? Ну, раз ты настаиваешь...       Прежде чем Ричи может замучить его ещё сильней, маленькие руки накрывают его, останавливая движения, и парень поднимает взгляд на раскрасневшегося Эдди, пытающегося отдышаться сквозь смех. — Не могу... — смешок, — дышать.       Милашка, думает Ричи. Какой же он, блин, милашка.       Он позволяет Эдди передохнуть, но ни на мгновение не отстраняется, разрешая себе по-настоящему насладиться видом стоящего перед ним парня.       Проведённое Эдди лето во Флориде с его матерью, несмотря на общепринятое мнение, на самом деле хорошо на него повлияло.       Он загорел, и его обычно бледная кожа теперь отливает золотистым, и Ричи даже не думает жаловаться, особенно когда Эдди решил достать из своего шкафа красные шорты, из которых вырос как минимум года три назад.       По его щекам теперь разбросано в разы больше веснушек, и его волосы стали едва закручиваться на концах, и Ричи, конечно, не эксперт, но готов поспорить, что они чертовски шелковистые.       И его губы... Боже, даже не спрашивайте Ричи про его губы. Он провёл уже четыре года, представляя, каково это — почувствовать губы Эдди на своих, и последние два, мечтая о том, чтобы они коснулись его где-нибудь ещё.       Он просто не может перестать думать о них, и это, кажется, всё, на чём может сфокусироваться его взгляд, даже несмотря на то что Эдди щёлкает прямо перед его лицом.       Ричи заставляет себя оторвать взгляд от губ Эдди и смотрит ему в глаза, прикладывая немало усилий, чтобы не потеряться в них. — Ты в порядке? — спрашивает Эдди, чуть хмурясь, и румянец всё ещё заливает его щёки. — Да, — отстранённо отвечает он, сжимая бока Эдди и наслаждаясь последовавшим за этим хихиканьем.       От Ричи, тем не менее, не укрывается то, как Эдди прикусывает нижнюю губу, и он даже не замечает, что замер, со стеклянными глазами и едва кружащейся головой, и вздрагивает, когда рука Эдди касается его плеча. — Рич? — вновь спрашивает он, на самой грани шёпота, и взгляд Ричи, проследивший за движением его губ, снова встречается со взглядом Эдди.       Он не знает, кто подаётся вперёд первым, но улавливает запах яблочного шампуня Эдди и мгновение спустя — его дыхание на своей коже, и ничего больше не имеет значения.       Если бы у Ричи сейчас соображала голова, он бы услышал хлопок двери машины и бренчание ключей, но до него точно доносится громовой голос Сони, чёрт возьми, Каспбрак: — Эддичка! Можешь спуститься?       Эдди подпрыгивает на месте, едва не ударяясь затылком о дверной косяк, и Ричи быстро отстраняется и неловко потирает шею, пока Эдди прокашливается. — Я... Я просто... — начинает он и, махнув в сторону двери, в следующее мгновение исчезает за ней, оставляя Ричи одного, и тот выругивается себе под нос и прячет лицо в ладонях, пока Эдди спускается вниз по лестнице.       Однако он не замечает, как шаги затихают и пару мгновений спустя маленькая фигура забегает обратно в спальню, и прежде чем он может даже понять, что происходит, его руки убирают от лица и Эдди вовлекает его в поцелуй.       Замершему в оцепенении Ричи требуется пару секунд на то, чтобы прийти в себя, и в следующее мгновение он обнимает Эдди за талию, зарываясь пальцами в его каштановые волосы, и...       Боже, он умер и попал в Рай.       Кончик языка Эдди касается его нижней губы, когда Соня вновь кричит что-то с первого этажа, и они отстраняются друг от друга, с восхитительным звуком разрывая поцелуй.       Эдди оборачивается в сторону лестницы, что позволяет Ричи начать оставлять поцелуи вдоль его обнажённой шеи, и он не сдерживает улыбки, когда чувствует, как по телу Эдди пробегает дрожь. — Иду, мам! — кричит парень в ответ и цепляется за волосы Ричи, чтобы тот оставил в покое его шею и вновь поцеловал его в последний раз, прежде чем Эдди выпутывается из его рук. — Никуда не уходи, — приказывает он.       Ричи достаточно одного взгляда на его взлохмаченные волосы и припухшие от поцелуев губы, чтобы решить, что он никогда ни за что не уйдёт, не когда главный герой каждого его мокрого сна стоит перед ним и просит остаться. — Ни за что, Эдди Спагетти.