solar eclipse

— Это возмутительно! — Прокричал невысокий старик, что сидел в середине стола. Этим человеком был беженец с западных земель, что не так давно были захвачены орденом Вэнь и сожжены. — Цишань Вэнь не видит границ в своих поступках, лишь забирают больше и больше, как жадные вепри… Им не ведома сытость, как и законы. Волну недовольства подхватили и другие, кому посчастливилось не только бежать самим, но и спасти свои семьи. В Цинхе они нашли приют, где им помогли оправиться от потрясения и дали не только еду и кров, но и защиту. — Этот варвар собственное дитя не пощадил, а вы ждете от него совести? — Фыркнул кто-то из толпы. Кем был этот человек никто не проследил, но все поддержали его громкими возгласами. — Дитя ему некровное, вот и пустил в расход! — Выкрикнул мужчина средних лет. Он выглядел уже изрядно напившимся, но все еще пытался сохранять контроль. — Всем известно, какие у этого главы Вэнь сыновья. Один глупый, как безголовая гусыня, а второй жестокий, как затравленная цепная собака… И это наследники трона?! Да все они приспешники дьявольские, не меньше! Вновь поднялся гул и бурные обсуждения ушли куда-то дальше. На ступенях выше расположились главы четырех великих орденов. Глава Не с некоторой скукой глядел на бушующих внизу горожан и не понимал, как поступать дальше. Ситуация в поднебесной накалялась все сильнее с каждым днем, но он ощущал свои руки связанными. — Что они болтают? — Лениво спросил Цзинь Гуаньшань слушая гомон внизу, — народ и правда звереет, стоило им оказаться в углу. Лань Сичэнь с дядей старались не обращать внимания на разговоры, а Сичэнь и вовсе делал вид, что его здесь нет. Он едва оправился от происходящего, как дядя тут же забрал его с собой на собрание с другими главами, аргументируя это тем, что он глава ордена. — Рано или поздно это всем грозит, — хмыкнул Не Минцзюе и сделал глоток вина, — эти люди видели преисподнюю собственными глазами, они имеют полное право так себя вести. Многие из них потеряли абсолютно все. Цзинь Гуаньшань взглянул на него нечитаемым взглядом, хмыкнул и уткнулся в напиток. — Вэнь Жохань считает себя непобедимым, недосягаемым, умнейшим и гениальнейшим человеком, а его сыновья и правда выдающиеся бойцы? Вопрос явно был обращен к Сичэню, но тот предпочитал игнорировать. Он высоко оценил мальчишку Вэнь, отметив его храбрость граничащую с безрассудством. Не был он похож на своих братьев, отличался, даже не внешне, не по родству, а сам по себе. — Его сыновья такие же заклинатели, как и мы все, — хмыкнул глава ордена Цзян, решив, что пора вставить свое слово в это невнятное обсуждение. — Вэнь Жохань силен, он очень умен и умеет расставлять пешки на доске так, чтобы не марать собственные руки. — Я слышал, что его старший сын одержим их подкидышем, — брякнул невпопад Цзинь Гуаньшань и проследил за реакцией собеседников, чтобы убедиться, что завоевал внимание. — Удивительное дело, что старший сын оберегает совершенно чужого для себя человека. Если я правильно думаю, то они… Не просто братья? — Глава Цзинь, следите за выражениями и полетами ваших мыслей, — фыркнул Лань Цижэнь, — нас не должны касаться их личные отношения. Глава Цзинь усмехнулся, — прошу простить мне мою несдержанность, я имел ввиду, что можно было бы попробовать взять в заложники этого юношу и манипулировать генералом. Если слухи правда, то он сделает все, чтобы его сокровище не касались. Не Минцзюе не смог сдержать любопытство и обратился к Лань Сичэню: — Вы же, кажется, были с тем мальчишкой в ловушке? Каков он в деле? Лань Сичэнь выдержал недолгую паузу. — Силен. Не только физически, но и голова у него работает, он в одиночку рискнул собой, чтобы спасти чужих учеников. До последнего твердил, что это его ответственность. — Надо же, у кого-то из Вэнь совесть имеется? На это Сичэнь не стал отвечать. Перед глазами еще стояли те события, от которых мурашки бежали по коже и сбивалось дыхание от мысли, что они могли не выбраться. Слова главы Цзинь были отчасти правдой, старший Вэнь и правда очень оберегает младшего брата, но это казалось вполне нормальным. Он тоже оберегал Ван Цзы. — Их совесть не делает никому легче, — сказал Лань Цижэнь, заметив, что племяннику неуютно продолжать беседу. — Мы не знаем, что в их голове происходит, но могу точно сказать, что ничего хорошего. Цзян Фэнмянь не особо горел желанием участвовать в диалоге, но он понимал всю важность ситуации. — Младший Вэнь слег с тяжелыми ранами. Это должно дать нам чуть больше времени, я не думаю, что Вэнь Жохань продолжит действовать, когда его сын в таком состоянии. Цзинь Гуаньшань сверкнул глазами в сторону главы Цзян, — если кто-то шепнет старшему Вэнь, что кто-либо из учеников навредил его драгоценности, то боюсь… Никто не успеет и рта раскрыть, как он камня на камне не оставит. Не думаю, что стоит делать выводы заранее, нужно подождать и посмотреть, как они поступят. — Конечно, глава ордена Цзинь, ведь ожидание сейчас именно то, что нам нужно. Давайте подождем, когда Вэнь Жохань заявится к нам на порог и лишь тогда подумаем, как действовать. — Саркастично подметил Не Минцзюе под смешки коллег. Собрание продлилось до заката. Гости делились друг с другом своими историями, ругали врагов и восхваляли героев, что оказали им поддержку. Мир заклинателей покрывался трещинами раздора и от этого не веяло ничем хорошим. Каждый понимал, что рано или поздно беда придет к каждому и никто не знает, будут ли они к ней готовы, выстоят ли они. Когда гости разошлись, главные фигуры удалились в отдельный зал и заняли свои места вокруг большого стола. Предстояло решить, как поступать дальше, чтобы сберечь то, что они имеют. — Нужно усилить дозоры на границах. Удвоить тренировки учеников, держать связь между кланами и, в случае чего, иметь пути для оказания помощи. Все присутствующие согласно закивали. Раскинув большую карту, мужчины принялись расчерчивать границы и просчитывать пути, по которым можно было бы пустить подкрепление. — А с чего вы решили, что они вообще нападут? — Безучастно спросил Цзинь Гуаньшань и взглянул на чертежи, — они не будут столь безрассудно поступать. Цишань хоть и агрессивна, но не глупа. Лань Сичэнь нахмурился и, чтобы не привлекать лишнего внимания, тихо извинился и вышел из помещения на свежий воздух. Что-то внутри него скреблось когтями, предчувствие навязчиво давило, умоляя обратить на что-то внимания, но он не понимал. Вышедший следом за племянником дядя молча оглядел его со спины, после чего подошел и, выдержав паузу, спросил: — Что-то не так? — Боюсь, что времени на планы, на игры в угадайку и прочие подготовки у нас нет. — О чем ты? Первый Нефрит опустил голову, собрался с мыслями и посмотрел на дядю, — надеюсь, что я ошибаюсь в своих догадках, но… Мне кажется, что произошедшее в ущелье было подстроено. Кого именно они хотели убрать не знаю, но что-то подсказывает, что времени нам не дадут. Лань Цижэнь пару минут пристально разглядывал племянника, после чего резко спохватился, бросил быстрое «собирайся!» и направился в зал.

***

Вэнь Чжао самодовольно глядел на старшего брата и мысленно праздновал, что младший ушел с дороги. Вэй Усянь находился в тяжелом состоянии и не мог встать с постели из-за ран, которые долго заживали даже на нем. Вэнь Сюй вел себя тихо последние пару дней, дежурил у лазарета и все время вылавливал Вэнь Цин. Генерал был жалок. — Молодой господин, вы совершенно меня забросили, — промурлыкала женщина в откровенном платье, то и дело подползая к рукам своего хозяина. — Хотите чего-нибудь? Вэнь Чжао самодовольно фыркнул. Ван Лин Цзяо была из тех, кто умеет выгодно себя продать. Она стала больше, чем фавориткой гарема, ведь ради нее он свой гарем и распустил. То ли это была любовь, то ли просто привычка, но ему нравились ее мелкие капризы. Идиллия прервалась, когда в помещение прибыл слуга и сообщил, что Вэнь Жохань хочет видеть своего младшего сына и тот незамедлительно отправился к нему.

***

Словно тигр, Вэнь Жохань свысока глядел на своих подчиненных. Когда младший сын появился в зале, на лице дрогнула странная ухмылка. — Как обстоят дела с братьями? — Спросил он, словно намеренно поддевая самолюбие сына. Он знал, как ревностно тот относится к подобной заинтересованности и с какой ненавистью относится к ним. — Раны Вэй Ина не позволяют ему встать с постели, поэтому Вэнь Сюй все время проводит у лазарета. — Быстро отчеканил Вэнь Чжао не поднимая взгляда с пола. — Вы призвали меня только за этим? — Помнится, ты не показал никаких результатов за прошедшее время, — зашел издалека Вэнь Жохань и взглянул на сына исподлобья, — я дам тебе шанс принести пользу. — Все, что вашей душе угодно, дорогой отец! Встав со своего трона, «грозный тигр» повернулся спиной к сыну и подошел ближе к балкону, что располагался за троном. — Раз поднебесная не хочет склониться добровольно, то придется заставить их встать на колени. Цишань примет учеников на переобучение, но перед этим… В Облачных глубинах хранится артефакт темного пути и я хочу, чтобы ты принес его мне. Выполнишь приказ и я дам тебе в руки власть, которой ты так желаешь. — Я не подведу! — Пропищал Вэнь Чжао и упал на колени, — дорогой отец, смею спросить, как мне поступить в случае отказа выполнить мои требования? — Ты пойдешь не один. Сюй пойдет с тобой, он окажет поддержку и защиту в твоих переговорах. — Да, я понял. Благодарю за возможность, я не подведу вас, дорогой отец. — Ступай, тебе нужно подготовиться. Когда Вэнь Чжао покинул зал, у ног Вэнь Жоханя оказался слуга. Мужчина не одарил его взглядом, лишь проронил едва слышное: — Вэнь Сюя ко мне. Сейчас.