Ах, моя белая зависть

Сердце ухнуло куда-то вниз. Щека болела, кажется, будет синяк. Он все так же ничтожен. Даже в, казалось бы, равном бою он не смог победить. И вот сейчас, наблюдая через приоткрытую дверь на взаимоотношения Муана с Шеном, настроение катилось  вниз по наклонной. Руки сжались в кулак, ногти болезненно впились в кожу.  Неизвестное чувство давило по ребрам, мешая нормально дышать, затуманивая сознание, заставляя зубы скрипеть от того, как сильно их сжимают. Это была банальная зависть. — Твои волосы! — воскликнул Муан, а вслед за ним тихо ахнул Ал. Роскошные длинные косы заменили неровные пряди, беспорядочно раскиданные по плечам. Гнев медленно расползался, достигая самой середины горящего сердца. "Это он сделал?" "Это из-за него сейчас Шен в таком состоянии?!" — вопросы в голове звучали скорее как утверждения. Да Ал и не хотел разбираться, скидывая все на Муана. Спустя какое-то время Ал усмирил свою злость, прожигая спину старейшины пика Славы недобрым взглядом. Сжимая кулаки все сильнее,  он не заметил, как пробил кожу. Боль хлынула вместе с кровью, проясняя мысли. Сейчас, вместо неподвижно сидевшего у камина Шена Ал смотрел, как тот заливается смехом. Ярким, заливистым смехом. Хоть волосы и были безобразно обрезаны, красоту его это ни на сколько не умалило, а улыбка украшала лицо, делая картину воистину приятной для глаз. Шен смеялся, он был счастлив в эти мгновения. Был счастлив из-за Муан Гая, выслушивал жалобы про нерадивого ученика и улыбался. Муан дарил ему это счастье (а точнее его внешний вид, над которым постаралась фэйри в "равном бою", а явилась она по милости Ала). Муан дарил, а Ал в это время кипятился от зависти, не признавая это. — Иди сюда.. Смотреть на милующихся старейшин было тошно, с каждой секундой ненависть к Муану росла. К Муану и, наверное, к себе. Он не смог победить. Он не смог расположить к себе Шена так, как это сделал Муан. А Ал и не мог. Он всего лишь ученик. У него нет прав общаться с Шеном на равных. Следующие слова его окончательно выбили Ала из колеи. — Я не был удивлён. Я ведь знал, я догадался, что ты не тот, за кого себя выдаёшь. Я просто никак не ожидал, что ты простой смертный!  — он знает. Он знает, кто такой Шен. Секрет. Их секрет. Тайна, которую знали только они вдвоём, была раскрыта. И кем? Этим грубым, самовлюбленным старейшиной. Глаза застелила пелена,  в горле встал противный ком, гнев брал бразды правления в свои руки. Ал снова пропустил какую-то часть их диалога. — У меня к тебе стоолько вопросов. — с предвкушением говорил Муан, на что Шен протянул руку, потрепав того по волосам. Да, Ал завидовал. Завидовал, что Муан может прямо подходить и задавать такие вопросы. Завидовал белой завистью, что своего ученика он считает лишь учеником. И свою зависть он признал. Рык непроизвольно вышел из груди Ала, выдавая его с головой. — Ал? — Шен уставился на дверь, разглядывая через ту же щель злого, всего красного Ал Луара. Лицо мальчика было темнее тучи, искаженное в злобе, в глазах мелькала тягучая боль.  С разжатых кулаков капала кровь. Рука Шена все ещё покоилась на голове старейшины пика Славы. Дверь с тихим скрипом закрылась, с другой стороны были слышны торопливые шаги.