Чистые сердцем

Living like a fairy tale Живёт как будто в сказке The mighty King of Avondale Могучий Король Авондейла It all went to his head this royalty Ему в голову ударила королевская власть.

 — А я нет. — грубо сказала Шэдоу и бросилась в бой.        Лязг металла неприятно бил по ушам, заглушая шум ливня, барабанящего по крыше, но никто не обращал на него внимания, потому, что смертоносный танец, в котором сейчас танцевали два заклятых врага завладевал сознанием полностью. Гулкие удары ногами периодически разбавляли железный скрежет, в то время, как изумрудные глаза внимательно наблюдали за схваткой.       Колдун снова и снова отбивался от яростно нападавшего рыцаря с помощью магии, когда не успевал отразить атаки мечом, но Шэдоу изящно уворачивалась почти от всех атак, а если те и попадали, с силой отбрасывая ежа в стену, она снова и снова вставала и бросалась на обидчика, как только темная голова с зелеными полосками голова успевала повернуться в сторону Соника.        Шэдоу была похожа на загнанную в клетку пантеру, которая предпочитает забрать с собой на тот свет всех, кто посмеет тронуть её котят. Дикий огонь, горящий в этих рубиновых глазах, а так же множество кровоточащих ран, заставлял мага действительно бояться.        Мефилес еле успел отбить очередной удар, высоко поднимая своё оружие вверх, но этого и добивался Хранитель. Бело —красный ботинок с силой врезался в тёмный бок, после того, как ёжик в прыжке, чтобы усилить удар, развернулся вокруг своей оси, вытягивая ногу вперед, отчего в помещении послышался тихий хруст, а затем громкий вопль.        Колдун упал, стискивая зубы от боли, а Шэдоу медленно подошла, презрительно глядя на врага, корчащегося на полу.  — Это за меня. — твердо произнес бархатный голос, в то время, как руки с ингибиторами перехватили меч, чтобы упереться задней частью ладоней в рукоять. Так, гораздо большее усилие можно было приложить, чтобы воткнуть меч в землю. В данном случае, в тело, лежащее на земле.  — А это… — рыцарь тяжело дышал. Меч навис над израненным врагом, в любую секунду готовый опуститься вниз — За Соника! — прорычала Шэдоу, опуская меч, но маг внезапно выстрелил в нее очередной взрывающейся сферой, хоть и менее сильной.        Шэдоу врезалась в стену спиной и рухнула на пол, пытаясь проморгаться. Сердце билось в груди, как сумасшедшее, а руки уже сильно тряслись из-за перенапряжения, долгая битва истощала её силы все больше и больше, но нельзя было расслабляться ни на секунду, потому, что дело было еще не закончено.       Рубиновые глаза бегло осмотрели напарника. Рана уже почти затянулась, и давно перестала кровоточить.       Конечно, это было слишком самоуверенно доверять такую сложную работу неопытному Сонику, но сейчас не было выбора. К тому же, он очень талантлив в использовании хаоса, что подтверждает, то, что он начал исцелять серьезную рану почти мгновенно.        Как это возможно? Никто не знал. Но это было неважно, потому, что агрессивно шипящий колдун снова поднялся на ноги.  — Мы могли бы быть вместе, Шэдоу! Почему ты выбрала этого никчемного крестьянина?! — злобно закричал противник, сплевывая кровь и держась за бок.  — Я? С тобой?! — мелодичный голос был наполнен сарказмом — ХАХАХАХАХАХ!!!!!! Ты, видимо потерял последние мозги, раз в твою гнилую голову пришла такая мысль! Ты — жалкое отродье, на которое я никогда бы не посмотрела! Ты не достоин даже иголки, упавшей с его головы! — ответил рыцарь, махнув рукой.  — Посмотрим, как ты заговоришь, когда я убью его, а ты останешься в одиночестве и никто, кроме меня не будет видеть тебя!!! — орал Мефилес, исчезнув в вихрях энергии и резко появившись перед Соником, отчего лаймово-пихтовые глаза удивлённо раскрылись, потому, что лезвие меча через долю секунды поразило бы синюю голову.  — Соник!!! — отчаянно крикнул Дух, инстинктивно протягивая руку к возлюбленному. Блестящий меч опускался к шокированному лицу словно в замедленной съемке, а сердце ушло в пятки, когда леденящий страх прокатился по венам, заставляя замереть…        Но… Кобальтовый герой внезапно исчез во вспышке света, а меч с противным звуком ударился о камень, разбиваясь на две части. Белые клыки снова стиснулись в оскале, когда Шэдоу бросилась на колдуна, с мечом наперевес. А тот, шокированно повернулся, услышав быстрые шаги и только успел кинуть маленькую сферу в летящего на него разъяренного Хранителя.        Шэдоу подпрыгнула, делая в воздухе тройной аксель, чтобы избежать опасных сгустков энергии, а затем резко приземлилась, в развороте делая широкий взмах мечом. Темно —зеленое тело упало с глухим звуком. И в эту секунду Соник появился рядом с Духом, который от усталости упал на колени, наблюдая, как огромная лужа крови растекается всё дальше и дальше, пропитывая ковровую дорожку.        Лекарь ошарашенно моргнул и уставился на поверженного противника.  — Мы… победили?.. — почти неслышно прошептал бархатный голос, в то время, как дрожащие руки никак не могли отпустить окровавленный меч. Чёрно —алая голова медленно повернулась вбок и вверх, вопросительно глядя на напарника.        Король молча встал на колени рядом с Хранителем и обнял за шею, упираясь лбом в висок.        Рубиново-вишневые глаза отрешенно смотрели в пустоту, пока пушистая грудная клетка высоко поднималась и опускалась, слишком быстро для нормального ритма. Воздух с шумом выходил из легких, но Шэдоу не обращала внимание на это.        Что-то, внутри неё не давало радости от победы над врагом прорываться наружу. Какое-то неуловимое чувство, что еще не конец, заставляло Хранителя сильно нервничать.        Нет, возможно, это был всего лишь адреналин, гуляющий по разгоряченной, крови, но с каждой секундой тревога нарастала все больше, отчего Соник взволнованно встал, оглядываясь.        Гром все гремел, а ливень долбил по черепице, которой была устлана крыша тронного зала, как будто предвещая что-то ужасное. Темный маг, бездыханное тело которого лежало прямо перед ними, внезапно начал покрываться густыми клубами фиолетового тумана, который сгущался все сильнее, закрывая собой погибшего.        И почему -то, Шэдоу не могла найти в себе силы встать.        Она так и сидела на коленях, недоверчиво наблюдая за происходящим, в то время, как туман из большой лужи превратится в столб, а еще через несколько секунд, где-то в центре этого вихря появились светящиеся кислотные глаза с узким зрачком. Соник ошарашенно моргнул. Волнение переросло в неверие и шок, когда он отчаянно пытался понять КАК Мефилесу удалось выжить?! И самое главное… Как теперь с ним бороться, если его не убить мечом?! — Шадс…? — вопросил герой, нервно дергая Духа за плечо — Предлагаю тактическое отступление…        Он не был трусом. Абсолютно нет. Но, когда твой враг не погибает от острейшего меча, который фактически разрубил тело пополам, нужно продумать план, перед тем, как идти на верную смерть.        Эти мысли ушли на второй план, когда туман, наконец, рассеялся и перед ними снова предстал живой и невредимый враг.        На его теле даже не было видно ни одной царапины.  — Неожиданно, да? — с радостью произнес грубый голос, пока его хозяин с удовольствием рассматривал шокированных ежей. — Я должен сказать спасибо. Твой братец был пользователем хаоса и это позволило мне сделать одну хитрую вещь… Персиковые губы открылись, чтобы сказать пару ласковых, но мгновенно закрылись, когда в руке с зеленой полоской появилась та самая колба, которую они нашли в королевском тайнике.  — Знаешь, что это да?.. — удовлетворенно произнес Мефилес, видя, как в рубиновых глазах мелькнул страх. Это заклинание — очень мощное. Оно способно захватить разум любого, независимо от того, может он защищаться или нет. Если использовать его вместе с заклинанием по переносу части души, то теоретически, возможно сделать так, что колдун запечатает свою душу в том, чей разум он хочет захватить. Но для этого, как я уже и говорил, нужна какая-то часть, волос, например. Но я думаю, это не сделает его бессмертным. Если заколдованный погибнет, автоматически погибнет и колдун… А сам цветок, это символ человека, которого избрали для заклятья. Он может быть отражать, так сказать, внешний вид, так, что… Я даже не знаю. Он красный. Вы видели в замке подобных людей?        И только сейчас до нас дошло, что же означал этот долбаный цветок.  — в ужасе подумал Соник, видя, с каким упоением, маг держит в руках эту колбу.  — Почему вы такие испуганные? Разве это не прекрасно? — издевался колдун, немного наклонив голову. Миллионы мыслей пробегали в синей голове, пока король пытался придумать, как отнять эту злосчастную колбу.        Судя по растерянному выражению мордочки, рыцарь был в глубочайшем шоке, когда все части мозайки сложились воедино, но у Соника не было времени думать об этом, потому, что всё, что его сейчас волновало — не дать Мефилесу разбить колбу.        Если это случится, заклинание сработает именно так, как он хочет. Есть вариант, что если Соник или Шэдоу разобьют её, то заклинание разрушится, потому, что Тэйлс упоминал, что эта магия относится к тем видам, которые действуют только при определенных алгоритмах и последним звеном в этой цепи была важность того, что разбить её должен тот же, кто наложил заклятие.Но кто сказал, что это сработает правильно? Лучше спрятать эту колбу, пока они не найдут способ снять заклятие. Гребаный маг…  — Соник. Я даю тебе последний шанс. Присоединяйся ко мне. Или твоя возлюбленная — оба ежа вздрогнули, когда он произнес это слово. Откуда он знает?!  — убьет тебя собственными руками. Обидно будет терять такую силу…        Шэдоу мгновенно вскочила на ноги, выставляя перед собой меч.  — Ты слишком много о себе возомнил, тварь.  — Оооо, Шэдоу… Ты всё ещё так наивна… — но он не успел договорить, потому, что Соник внезапно исчез и появился рядом с магом, молниеносно хватая колбу и снова исчезая во вспышке.        Палевые губы изогнулись в хитрой ухмылке, когда рыцарь на долю секунды замер, собирая в себе остатки энергии. Она редко пользовалась хаосом, но сейчас была именно та ситуация, когда она хотела покончить с врагом, как можно быстрее.  — Хаос Копье!!! — гигантская золотистая молния врезалась в темное тело, заставляя мага упасть на пол, хватаясь за грудь и сильно хрипя.        Король появился около стены зала, нахмурился и снова исчез.        Но Дух не стал тратить время на разговоры, как в прошлый раз. Меч, потрескивающий бушующей энергией, которая полностью обволокла острый клинок, словно лоза, просвистел в воздухе, стремясь к самому сердцу врага, но…        Ничего не произошло. Алые глаза шокированно уставились на оружие в своих руках, а затем на противника. Но тот лишь звонко посмеивался над удивлённым Хранителем.  — Прости, это был не совсем я. — объявил грубый голос. — Я теперь, как и ты… Меня нельзя убить. — пропел колдун, появляясь в разных местах одновременно. — Магия хорошая штука, знаешь... Пока твой возлюбленный тратит время на то, чтобы пытаться выбраться отсюда, несмотря на то, что это невозможно, и спрятать цветок, я хочу видеть твои глаза...        Шэдоу молчала пару секунд, осмысливая сказанное.        Не может быть...Как он сделал это?!        Она снова перевела взгляд на колдуна, который без труда появился в другом месте. Соник опять появился, теперь с другой стороны и непонимающе оглянулся. Что за?!  — Попробуй еще раз. Мне понравился ужас в твоих глазах. — произнес Мефилес и щелкнул пальцами, отчего по всему залу появились десятки его копий.        Они парили в воздухе и истерически смеялись.  — Давайте, давайте!!! Я хочу чувствовать вашу безысходность!!!  — его голос раскатисто прокатился по залу, заставляя ежей замереть в тревоге. Копии начали беспорядочно бросаться на ежей, причиняя боль снова и снова, роняя их на каменный пол, отчего Соник сжимался в клубок,чтобы защитить колбу, а рыцарь пытался отбиться от многочисленных врагов, но когда алые глаза заметили очередную провальную попытку короля подняться, ежи одновременно подумали об одном и том же. Ты как? Бывало и лучше... Взрыв усилится, если мы сделаем его вместе? Думаю, да.       Герой мгновенно оказался около Шэдоу, отдавая ей колбу, и схватил ее за руку, вытягивая энергию из камня.        Соник боялся разбивать колбу самостоятельно, потому, что никто не знает какой эффект это даст и он не хотел сделать из Шэдоу безвольного раба, а Шэдоу…        Шэдоу собиралась разбить её, как только они сотрут с лица земли эти смеющиеся куски дерьма. Ежи переглянулись.        Они оба были сильно уставшие, и еле стояли на ногах, но отчаянные времена требуют отчаянных мер...  — ХАОС БЛАСТ!!! Огромная волна пожирающей все вокруг энергии, смела всех врагов до единого. Напарники вяло оглянулись, убеждаясь, что никого не осталось, и устало посмотрели друг на друга, тяжело дыша. Они уже не понимали где правда, а где ложь, но надеялись, что взрыв хаоса может убить этого мерзкого мага, потому, что Шэдоу отчетливо чувствовала жуткую боль, когда Соник сделал подобный взрыв в лесу, но из-за того, что их хаос был родственнен, с ней не произошло ничего ужасного. Ежи буквально валились с ног, но нужно было сделать еще одну важную вещь. — Так ему и надо… Рука с золотым ингибитором размахнулась, чтобы швырнуть несчастную колбу и, наконец, разбить её на миллионы кусочков, как вдруг, её перехватила холодная ладонь, а затем мерзкий голос снова послышался рядом.  — Ну уж нет… Я берег её слишком долго, чтобы так просто потерять. — сказал Мефилес и бросил хрупкий предмет на пол.        Соник даже не успел развернуться, когда Шэдоу вдруг упала на колени, бросая на землю меч и схватилась за сердце, сильно впиваясь пальцами в мех на груди.        Она в ужасе посмотрела на любимого и прижала к голове уши.  — С-с-со-ни-к… — она попыталась произнести хоть слово, но голос словно не слушался её. В горле внезапно пересохло, словно там была выжженая пустыня, отчего чёрно -красные ладони инстинктивно потянулись к шее. Сильный кашель нарушил тишину, заставляя ежа еще сильнее сжимать мех на груди, пытаясь унять боль, но ничего не помогало.  — Видишь ли… Чтобы заклинание подействовало, я должен был умереть. К сожалению, я не знал об этом иначе, я бы не стал тратить время, но теперь, я все понял… Теперь я живу в этом прекрасном создании… Скоро её разум больше не будет существовать… — он указал рукой на Шэдоу, которая хрипло дышала, жадно глотая воздух и заваливаясь на бок. — Прощай, Соник.        Изумрудные глаза в шоке уставились на черно-алого ежика. Соник бросился к возлюбленной, обнимая руками щеки и пристально глядя в глаза.  — Шадс, Шадс!!! Не давай ему контролировать тебя! НЕ ДАВАЙ!        Рубиновые глаза жалобно смотрели на напарника.  — Я…Я… Н-н-не… М-мм-огу… С-С-со-сопро…т-ттивляться…        Она болезненно закричала, а в уголках глаз начали появляться слёзы.  — Он… Он… Убивает… М-мм… Мм-ме-ня… — из последних сил шептал бархатный голос, но потом, внезапно, ёжик замер, как будто боль разом прошла, а в её глазах мелькнуло неподдельное отчаяние.  — Соник… — Шэдоу начало сильно трясти, пока она пыталась встать, но руки не слушались её, а затем, она пристально посмотрел на короля. — БЕГИ…  — НЕТ, ШАДС, Я НЕ ОСТАВЛЮ ТЕБЯ ЗДЕСЬ!!! — проревел лекарь, дрожащими руками обнимая мокрые от слёз, загорелые щеки, но он внезапно отпрянул, когда вместо восхитительных рубиновых глаз, которые он так обожал, на него стали смотреть кислотно-зеленые.       Палевые губы растянулись в маниакальной улыбке.  — Не угадал. Шэдоу сейчас нет дома. — бархатный голос звучал грубо и неестественно, после чего, угольный ёжик встал, наклоняя голову, как делал Мефилес.        Соник нервно отполз на несколько шагов, ошарашенно открыв рот, но его шок был недолгим, когда он понял, что этот ублюдок вселился в его любимую.        Король вскочил на ноги и сжал руки в кулаки.  — Что ты наделал, мразь?! — прорычал он, неосознанно стискивая зубы и прижимая уши к голове.        Лазурные искры начали пробегать по его телу, когда он больше не мог контролировать свои эмоции. Ярость вспыхнула в нем, словно всепоглощающий пожар, мгновенно сжигая остатки самообладания.  — ВЕРНИ ЕЁ!!! — сильный голос звучал, как раскат грома в громадном помещении, а хаос вокруг Соника полыхнул, создавая лазурные вихри. Он мог бы разнести весь этот долбаный замок прямо сейчас. Но… Будет ли в этом смысл?  — Извини. Но я не могу. Она умерла. — издевательски произнес мелодичный голос, который звучал, как расстроенная скрипка. — Да и зачем? АХАХАХАХАХАХАА!!! Ведь ты тоже сейчас умрешь!!! — прокричал черный ежик, исчезая, а затем снова появляясь рядом со своим мечом, который был мгновенно подхвачен с пола.        Соник еле увернулся от мощного удара, и начал паниковать, потому, что он почему-то был стопроцентно уверен, что Мефилес врет.        Шэдоу не могла так просто сдаться!!! Не могла!!!  — слёзы отчаяния начали скапливаться в уголках изумрудных глаз, потому, что как бы Соник не пытался себя убедить в обратном, его возлюбленная, телом которой овладел гребаный маг, сейчас яростно атаковала его снова и снова с таким же отрешенно-маниакальным взглядом, как и тот, кто вселился в нее.       Удары меча об меч раз за разом раздавались звонким эхом, отражаясь от стен, заставляя сердце героя биться все быстрее, потому, что бороться с Шэдоу было попросту страшно.        Он боялся эффективно контратаковать, потому, что боялся, что причинит ей вред. Боялся, что она все еще там, видит все это и ненавидит всё, что происходит сейчас, но ничего не может сделать.        Он боялся, что если он будет недостаточно силен, Мефилес заставит Шэдоу убить его, и тогда, весь мир погибнет, ведь он заберет последний изумруд и будет самым сильным существом на планете.        Он боялся… Что не сможет победить его, потому, что любая его атака будет бесполезна, ведь Духа невозможно убить ничем, кроме…        НЕТ, НЕТ, НЕТ!!! ЭТО НЕ ДОЛЖНО ЗАКОНЧИТЬСЯ ТАК!!! ЭТО НЕЧЕСТНО!!!        Руки начали дрожать от перенапряжения после десятков минут напряженного боя, а слёзы и пот застилали глаза, но Соник отчаянно пытался докричаться до любимой всеми силами… ДАВАЙ, ШЭДОУ!!! ТЫ СМОЖЕШЬ!!! НЕ ДАЙ ЕМУ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ ТОБОЙ!!!        Которых с каждой секундой становилось всё меньше…        Синие брови жалобно хмурились, когда эти сильные ноги раз за разом пытались уронить его на пол, чтобы прикончить, но он решительно оборонялся, вспоминая всё, чему учила его Шэдоу, но…       Этот смертельный танец не мог продолжаться вечно.        Соник споткнулся о какую-то штуку валяющуюся на полу и начал падать.        Он видел, как в кислотно-зеленых глазах, с ненавистью смотрящих на него вдруг мелькнуло наслаждение.        Время, как будто замедлилось, когда он медленно опускался на холодный пол, не веря в то, что его смерть наступит так скоро…        Ему было стыдно за то, что он не смог выполнить свой долг. Стыдно за то, что народ, который возлагал на него столько надежд, теперь погибнет. Стыдно за то, что не смог выполнить завещание отца…        Но больше всего ему было стыдно за то, что он не смог спасти единственного человека, ради которого он готов был на всё. Что он так и не смог признаться ей в своих чувствах, что не смог вернуть ей радость жизни.       Не смог поблагодарить её за всё то, что она сделала для него. Не смог насладиться этим прекрасным временем, ведь его оказалось ТАК МАЛО… Слишком мало… УЖАСАЮЩЕ мало…        Когда две упертых одиночки, наконец, нашли своё счастье, они не смогли почувствовать его вкус… И теперь, все погибнут из-за них двоих… Потому, что они были недостаточно сильны. Недостаточно умны. Недостаточно решительны… Острый меч, неумолимо приближающийся с огромной скоростью, был направлен прямо в сердце, которое, казалось, уже перестало биться, когда изумрудные глаза с непередаваемым горем и тоской смотрели на эти прекрасные пушистые ушки, которые так мило подергивались, когда воздух тревожил их покой. На этот шелковистый длинный мех, который напоминал облако. На эти изящные тонкие пальцы, которые могли успокоить одним прикосновением…        Прощай… Но, внезапно, руки с золотыми ингибиторами дрогнули, из-за чего меч с силой врезался в кобальтовое плечо, заставляя ужасный болезненный вопль отражаться от стен.        Слёзы моментально хлынули непрерывным потоком, заставляя зубы стискиваться с такой силой, что кажется, они сейчас раскрошаться, но Соник, все равно смог открыть глаза, и вся боль мгновенно ушла на второй план, какой бы сильной она ни была, потому, что Шэдоу снова была собой…        Её руки и губы ужасно дрожали, как и иглы, а глаза наполнились невыносимым горем.  — Хаос, Соник… Что я наделала… — испуганно прошептал бархатный голос, в то время, как чёрно -красные пальцы трепетно касались меха, вокруг огромной раны.        Соник зашипел, когда поднял здоровую руку, чтобы коснуться палевой щеки.  — Шадс… — он улыбался, собираясь сказать что-то еще, но Шэдоу перебила его.  — Соник… Я… — она странно дернулась и закрыла глаза на секунду, оскалившись, но затем, снова посмотрела на возлюбленного. — Я не могу сдерживать его долго… — она с ужасом посмотрела на меч, воткнутый в сапфировый мех и слезы мгновенно потекли на пушистый мех. — Ты… Ты знаешь, что нужно сделать, верно?!        Она отвернулась на секунду, хмурясь.  — НЕТ! Я НЕ БУДУ!!! ДОЛЖЕН БЫТЬ ДРУГОЙ СПОСОБ!!! — взревел герой, притягивая угольного ёжика к себе. Она наклонилась почти впритык, жалобно глядя в глаза.  — Нет другого способа… Пока я жива, он будет…— она болезненно зажмурилась и с силой втянула воздух через стиснутые зубы.  — Ты должен это сделать. Я не могу сама. Он не… — она тряхнула головой. — Пожалуйста, Соник… Я…  — Я не могу, Шадс… Я не могу… — его голос дрожал, когда он прижался лбом к красной полоске на лбу возлюбленной.  — Помнишь, ты мне обещал одно желание? — ласково сказала Шэдоу, улыбаясь.       Он стиснул зубы и отчаянно стал мотать головой в разные стороны.  — Я хочу, чтобы ты сделал это. Потому, что если мы не победим… Мир погибнет… Я понимаю, что прошу слишком многого, но… Это единственный выход. — она обхватила ладонями персиковые щеки и нежно стерла слёзы. — Прости меня…        Соник закрыл глаза и жалобно застонал.  — Нет… Шэдоу… Она наклонилась и поймала его губы в отчаянном поцелуе.  — Я так и не сказала… Я люблю тебя… Я всегда буду с тобой… Помни это.  — Нет!!! Не уходи!!! Борись!!! Борись… — шептал герой, видя, как рыцарь изо всех сил пытался совладать со своим телом, чтобы хоть как-то облегчить Сонику задачу, но внезапно, рубиновые глаза снова изменились на кислотно-зеленые.

I stuck a knife into his back Я вонзил ему нож в спину. Inventiveness is what I lack Мастерство — вот чего мне не хватает, He's always hanging up on loyalty Оно всегда меня подводило.

      Соник уже не чувствовал боли. Ему казалось, что он умер здесь и сейчас, когда его сердце разбилось на миллионы окровавленных кусочков, которые уже невозможно было собрать воедино. Все, что ему хотелось, покончить с этим, покончить с этим навсегда и больше никогда не чувствовать эту убийственную безысходность, от которой ему хотелось выть, словно волк на луну, оповещая весь мир о своем невыносимом горе, которое сжирало его изнутри, отравляя каждую клеточку его многострадального тела ужасающей тоской и страданиями.        Он поднялся, одним рывком, вытаскивая меч из своего плеча, невольно удивляясь откуда в нем все еще есть силы на это, и сделал шаг вперед. Слезы стекали по его щекам, а губы дрожали, сжатые в тонкую линию, но он знал, что должен выполнить обещание. Чего бы ему это не стоило. Он знал, что Шэдоу права. На кону стоит слишком много, и его мучения не сравнятся с мучениями всего мира.        Мефилес медленно, как будто ему не позволяли это делать, поднял голову, но в этот момент, кобальтовый гонщик, с криком размахнулся… И вонзил меч прямо в черную спину, пытающегося сбежать мага…        Соник упал на колени, отрешенно глядя на то, как фиолетовый туман выходит из темного тела, а затем, скручивается в жгут, словно пытаясь оставаться цельным, но уже через секунду, Мефилес падает на колени, в ужасе глядя на свои руки, которые стали медленно растворяться, как и остальное тело, причиняя ужасную боль.        Крик агонии прокатился по каменным сводам, а затем, колдун взорвался противной зеленой вспышкой.        Руки с золотыми ингибиторами прижимались к ране, а черные уши опустились назад. Соник упал рядом с любимой, больше не в состоянии терпеть эту боль. Кровь толчками выходила из огромной раны, хоть персиковая рука и пыталась инстинктивно закрывать её, но это нисколько не помогало.       Шэдоу взяла Соника за руку. Рубиновые глаза с благодарностью смотрели в лаймово-пихтовые, из которых уже почти не выступали соленые блестящие капли и улыбнулась из последних сил.  — Ты всё сделал правильно, любимый… Ничего не бойся…        Приятный бархатный голос, который на последнем слове уже почти был не слышен, звучал словно в его голове и Сонику уже было все равно на то, что происходит вокруг.        Он перестал чувствовать покалывание в руках и ногах, осталась лишь горячая кровь, уже почти переставшая вытекать на персиковый мех.        Веки распахнулись на секунду, когда воздуха в легких стало критически не хватать, но всё, что он увидел, это уснувший навсегда чёрно -алый ёжик, словно сотканный из энергии хаоса. Её силуэт вдруг заискрился, покрываясь золотистыми мерцающими пылинками, а затем, медленно рассеялся, словно унесенный ветром в прекрасном танце.        Соник улыбнулся, вспоминая, как приятно было касаться её энергии и как удивительно было ощущать эту восхитительную, ошеломляющую близость.        А затем, его сердце почти неслышно, словно боясь, ударилось в последний раз и остановилось…