Обморок - это отличный способ для раскрытия отношений

      Гарри, немного пошатываясь, выходил с поезда. Гермиона и Рон шли позади, чтобы придержать, если что. По поезду уже успела разойтись новость о том, что Великий Гарри Поттер упал в обморок! Студенты, шедшие рядом с героем, посмеивались, сочувствовали или показывали на него пальцем.       Рон испытывал огромное желание врезать всем, кто считает, что Гарри от страха грохнулся в обморок. Нет, оно, конечно, в некотором роде так, но… это же дементор виноват. Гермиона просто переживала о друге, не обращая внимание на шёпот, который их сопровождает. Гарри же, привыкший к вниманию окружающих, думал лишь о том, что скажет на это Малфой.        — Гарри, тебе лучше? — обеспокоенно спросила Гермиона, когда Гарри почти перестал шататься из стороны в сторону.        — Да, не беспокойся, Гермиона, — ответил ей Поттер, устало улыбаясь.       Когда троица подходила к каретам, они услышали фразу, которая заставила их остановиться.        — Поттер… Это правда, что ты упал в обморок? Ты правда упал в обморок? — растягивая слова, произнёс Малфой, подошедший к Золотому Трио.        — Отвали, Малфой! — отреагировал Рон, шагнув к противнику.        — Заткнись, я проверяю, как там мой парень. Детка, с тобой все в порядке? Мой отец узнает об этом. Ты хочешь, чтобы он подал в суд на поезд? — слова, вылетевшие изо рта Драко, заставили Уизли зависнуть на месте.        — Парень? — растерянно спросила Гермиона, а потом, повернувшись к другу, продолжила. — Гарри, он же не врёт, верно?       Гарри застыл на месте, не зная, что ответить друзьям, а потом беспомощно взглянул на Малфоя, прося поддержки. На Поттера и так много навалилось: Сириус Блэк, дементор и слухи об обмороке, а теперь он попал в неловкую ситуацию.        — Гермиона, Рон… — замялся брюнет, почесав затылок по привычке. — Он не врёт.       Уизли, раскрыв глаза, посмотрел на своего друга, а потом, словно озверев, рыкнул и ушёл к дальней карете — для него это было слишком. Гермиона растерянно посмотрела вслед рыжему парню, а потом, взглянув на Драко и Гарри, которые смотрели на неё, осталась на месте. Она не могла убежать и бросить своего первого друга, который у неё появился.        — Гарри, почему ты не говорил нам? Нет, я понимаю, почему ты не говорил Рону, но… почему ты не говорил мне? — спросила Грейнджер, подходя ближе к парням.        — Я не знал, как сказать. Это произошло в конце второго курса, и говорить об этом после того, как ты очнулась, Джинни была спасена, было… глупо, наверное? — Поттер начинал говорить всё более неуверенно, перейдя на шёпот в конце.        — Милый, так как ты себя чувствуешь? Мне написать отцу? — повторил предыдущие вопросы Драко, подходя к Поттеру и обнимая его.        — Не надо, — прошептал ему в ответ брюнет.        — Малфой, пиши! — вдруг резко ответила Грейнджер, удивляя этим парней.        — Гермиона, а зачем? — поинтересовался Поттер, оглянувшись на подругу.        — Потому что это безобразие! В поезде на студента напал дементор, если бы не профессор Люпин, то ты был бы фактически мёртв! — взорвалась шатенка, гневно махая руками.        — Напишу, потому что нечего. Я не позволю убить моего парня, — решительно ответил блондин, одобрительно посмотрев на волшебницу.        — Ребят, а может не надо? — Гарри стало как-то страшно от того, что мог натворить дуэт Малфой-Грейнджер.        — Надо! — синхронно ответили парень и девушка, не взглянув на друг друга.       Поттеру хотелось плакать от обиды: его не послушали. Его лучшая подруга и его, мать его, парень спелись, а это ядерная смесь.        — А завтра ты скажешь Рону, что тот может идти со своим мнением далеко и надолго! — дополнила Гермиона, фыркнув в конце.        — Зачем? — ошалело спросил брюнет.        — Потому что друзей не бросают из-за того, что их парень — слизеринец! — ответила девушка, а потом, посмотрев по сторонам, заметила, что все уже уехали, и осталась одна карета.        — Поехали уже, — произнёс Малфой, таща не пришедшего в себя Гарри к карете.        — А вы уверены, что… наше совместное появление не вызовет вопросов? — неуверенно спросил Поттер.        — Конечно, вызовет! Однако… кого это волнует? — ответил блондин, когда троица уже села на места.       Гарри посмотрел на своего парня, а потом, мило покраснев, поцеловал Драко, а затем отвернулся, сгорая от смущения.