Интербот

Услышав шаги, Эксприт повернулся и, посмотрев на партнёра, подошёл к нему. — Отдохнул? — спросил мех. — Ага. — улыбнулся Кэй, обнимая его. — Слушай, а не страшно было тебе вчера? Всё-таки этот мерзавец — гладиатор. — Нет, — ответил мех. — Да и... Этот шлак заслужил! Знал бы ты, какую ярость я испытал при одном лишь взгляде на него. — Жаль, меня там не было — я бы ему добавил, — мрачно проговорил Кэйтрэст. — Ты ведь убил его? — Не знаю, — ответил тот. — Когда я уходил, он был без сознания. И я надеюсь, что он мёртв. Иначе... Я снова это сделаю. — Не сомневаюсь. — Кэй прижался к нему. — Как он мог?! Наш бедный Ори... — Хотел показать свою силу, сделать побольнее, унизить... Ненавижу его! — Я тоже. — Кэй сжал кулаки. — Как можно так поступать?? Орион плакал во сне. — Наш малыш... Пойдём к нему? А то мало ли что. — Идём. Я волнуюсь за него. Они прошли в соседний отсек, где Оптимус лежал, свернувшись в клубок, на платформе. Тот тихо всхлипывал во сне и иногда вздрагивал — окончательное осознание насилия от любимого меха всё-таки его настигло, даже несмотря на то, что ранее он более-менее спокойно пережил произошедшее и хотел коннекта с ним. — Маленький... — прошептал Экс, присев на платформу и осторожно взяв бету за манипулятор. — Тише-тише. Всё хорошо. Оптимус прижался к нему, не просыпаясь. Кэйтрэст также сел рядом, нежно поглаживая его по спине. — Не плачь, родной. Никто не посмеет причинить тебе боль. Ты дома, с нами. Орион медленно открыл оптику и, посмотрев на альф, задрожал всем корпусом, затем, поднявшись, крепко обнял дани, уткнувшись в его плечо. Кэй обнял его в ответ, даря тепло и чувство защищённости. — Ори, всё хорошо, мой маленький. Чшш, не бойся. — Я схожу за энергоном, — проговорил Эксприт, поднявшись с платформы и выйдя. — Искра болит... — прошептал Орион. — Почему, дани? — Потому что он ужасно обошёлся с тобой, — вздохнул Кэйтрэст, гладя его по голове. — Как он мог... — Он хотел причинить боль... — дрожащим голосом отозвался тот. — И у него это получилось. — Орион коснулся грудных пластин. — Я словно чувствую это снова... Каждое движение отдается болью... Я слышу собственные крики, когда он... меня... — Не выдержав, мех вновь заплакал. — Ори... — Кэй поцеловал его в лоб. — Не плачь, мой хороший. Он больше не навредит тебе. И никому другому тоже. Всё позади. Кое-как успокоившись, Оптимус посмотрел на него и спросил: — Почему не навредит? Что-то случилось? — Потому что... — замялся Кэй. — В общем, спроси лучше Экса. — Потому что его больше нет, — проговорил Эксприт, войдя в отсек. — Что?! — в ужасе прокричал Орион, забившись в объятиях дани и скребя пальцами грудные пластины. — Нет! Кэй крепко прижал его к себе. — Успокойся, пожалуйста! Так было нужно! После того, что он сделал... Он не должен был так мерзко поступать! Тот смог прийти в себя лишь через пару брийм. — Я... люблю его... — тихо проговорил Орион. — Малыш... — Экс сел рядом. — Выпей. Легче станет. — Не хочу... — Нужно, Ори. — Мех посмотрел на партнёра. — Попробуй ты. Кэйтрэст взял куб. — Давай, родной, надо попить. Пожалуйста, Ори. Бета посмотрел на дани и нехотя опустошил куб, после чего вновь уткнулся в его броню. — Я посмотрю, как там близнецы, — проговорил Экс и вышел. Кэй заботливо накинул на плечи Оптимуса термоодеяло и вновь обнял его, ласково поглаживая по спине. — Я так хочу, чтобы тебе стало легче. — Может, и станет, — прошептал тот. — Когда-нибудь... Я не знаю, как Би об этом сказать. — А ведь ты прав. — Кэйтрэст вздрогнул. — Он ведь любит его. — Любит... — подтвердил тот. — Так же, как и я. Отстранившись, Орион с грустью взглянул на дани. Его оптика была потускневшей. Кэйю больно было видеть своего бету таким поникшим. "И всё из-за той сволочи!" — со злостью подумал он. Протянув манипулятор, он мягко погладил Ориона по щеке. — Я знаю, что ты чувствуешь. Если бы с Эксом что-то случилось, я бы жить не захотел. Но Эксприт — заботливый, ласковый и нежный. Он никогда не сделал бы мне больно. А Мегатрон... Раз он так обошёлся с тобой — значит, не любил. И твоей любви уж точно недостоин. — Не любил... — повторил тот. — Ты прав... И в том, что опи так бы не поступил, тоже прав. Что же мне делать, дани? Что мне делать? — Жить, малыш, — печально улыбнулся Кэйтрэст. — Жить, растить Бамблби. Пожалуйста, обещай, что продолжишь жить. — Обещаю, — ответил Орион. — Не уходи, пожалуйста... Я не хочу оставаться один. — Не уйду, — произнёс Кэй, нежно обнимая его. — Я могу что-нибудь сделать для тебя? — Полежи со мной немного, — попросил мех. — Конечно, — ласково отозвался Кэй. Когда Орион лёг, он устроился рядом, обняв его. Тот прижался к дани. — Я ведь всегда любил его... — прошептал Оптимус. — С тех самых пор, как впервые увидел. Кэйтрэст утешающе погладил его по корпусу. — Маленький мой... Видимо, правда это — не умеют гладиаторы ценить сильные чувства. — Наверное... — отозвался мех. — Вот только... Не соединяются Искры просто так... — Он уткнулся в плечо Кэйя. — Лучше бы я не встретил его тогда. Не было бы этой мучительной боли. — Он всхлипнул. — Скажи, ты... Ты смог бы за нас убить кого-нибудь? — Да, — подумав, отозвался Кэй. — Не плачь, Ори. — Он прижал к себе дрожащего бету. — Всё... нормально... — Тот вздохнул. — Ты всё это время был со мной. Я чувствовал это... А, значит, Мегатрона убил опи. — Он не мог иначе, — тихо произнёс Кэй. — Просто не мог. Он был в ярости. — Я знаю. Теперь он не причинит мне вреда. Никогда... — Немного помолчав, Прайм добавил: — Я люблю тебя. — И я тебя, родной, — мягко улыбнулся мех. — Не грусти. — Он провёл ладонью по плечу своего беты. — Постараюсь. Может, прогуляемся немного? Мы с тобой за всё это время никуда не выходили. Возможно, это поможет мне отвлечься. — Я хотел предложить как раз, — проговорил Кэйтрэст. — Тебе и правда стоит пройтись. Идём. Орион медленно встал и помог подняться дани. — Я покажу тебе свои любимые места, — проговорил он, когда они покинули кварту. — Как же я счастлив, что могу погулять с тобой! — воскликнул Кэй, идя рядом с ним. — Я тоже, — ответил Оптимус, выйдя из здания. — Ты раньше когда-нибудь бывал в Архиве? — Нет, не приходилось, — отозвался Кэй. — Покажешь, что там и как? — Конечно. Тем более, я там работал. — Орион улыбнулся и взял дани за манипулятор. — Тебе понравится. А потом зайдём в один магазин за крии для мелких. — Отлично! Думаю, мне и правда понравится. Во всяком случае, снаружи здание Архива красивое. — Ты прав. ...Вскоре они добрались до нужного здания и вошли внутрь. Остановившись, Орион осмотрелся и вздрогнул. Столько воспоминаний было связано с этим местом... Кэй стал рядом и коснулся его манипулятора. — Здесь прекрасно, — тихо произнёс он. — Ты любишь это место, верно? Не хочешь... вернуться? — Люблю, — ответил Орион. — А насчёт вернуться... Даже не знаю. Может быть. Я здесь работал с тех пор, как закончил Академию. — Да, помню, — тепло улыбнулся Кэйтрэст. — Но, похоже, тебе не позволят отречься от звания Прайма. — Нет, — ответил тот. — Теперь от меня зависит будущее Кибертрона. — Оптимус взял его за манипулятор. — Ну, а ты? Не хотел бы куда-нибудь устроиться? Всё же, насколько помню, ты был одним из лучших в Академии. — Боюсь, за двадцать ворн подрастерял я свои навыки, — грустно вздохнул Кэй. — А если попробовать? — Оптимус улыбнулся. — Я помогу, если нужно будет. Не грусти. Всё получится. — Я хотел бы быть химиком, как раньше, — отозвался Кэйтрэст, обняв его. — Что ж, можно попробовать, — отозвался тот, обняв альфу в ответ. — Завтра тогда займусь этим с самого утра. — Спасибо, Ори. Ты не представляешь, как здорово у тебя выходит дарить надежду. — Я хочу, чтобы ты вернулся к прежней жизни, — ответил Оптимус. — Ведь я очень сильно люблю тебя. Кэйтрэст прижался к нему. — Мой хороший... И я тебя очень люблю. — Ну что? Пошли за крии? А то не успеем до закрытия. Может, Джелта по пути встретим. — Идём, — улыбнулся Кэй. — Было бы здорово, если бы удалось с ним пересечься. — Согласен. — Орион мимолётно коснулся ладонью паховой брони и чуть стиснул денты. Затем посмотрел на альфу и улыбнулся. Выйдя из здания Архива, они медленно направились в магазин. — Болит? — взволнованно спросил Кэй. — Может, потом зайдёшь к Рэтчету? Не хочу, чтобы тебе плохо было. — Немного, — ответил тот. —Ты прав, осмотр не повредит. А в целом... всё более-менее нормально. В магазине они купили несколько брикетов крии и окислов, а когда не торопясь прогуливались по улицам, им и впрямь встретился Джелт. Помахав манипулятором дани и брату, мех подошёл ближе и улыбнулся. — Гуляете? — спросил он и взглянул на Ориона. — Да, — ответил тот поникшим голосом. — Что случилось? — поинтересовался старший бета. Оптимус не ответил, отведя взгляд. — Мегатрон... Он убит, — проговорил Кэйтрэст, легонько сжав манипулятор Оптимуса. Тот вздрогнул и зажмурился. Джелт же в шоке посмотрел на дани. — Что? Но... как? Почему? — Потому что заслужил! — мрачно и жёстко произнёс Кэй. — Поверь, это действительно так. — Что он сделал? — спросил сенатор, но услышав всхлипы младшего брата, замолчал, положив манипулятор тому на плечо, затем посмотрел в оптику дани. — Он... причинил сильную боль Ори, — тихо произнёс Кэйтрэст, обняв плачущего меха. — И, поверь, Экс просто не мог поступить иначе. — Я верю, — ответил Джелт и, переведя взгляд на брата, мягко погладил его плечо. — Эй, ты чего? Всё будет хорошо, мелкий. Но Орион не успокаивался. Вздохнув, Джелт обнял его с другой стороны, а затем, покосившись на дани, тихо спросил: — Ты точно уверен, что с ним... покончено? — Да. Экс был в ярости. К тому же... он всё же умеет убивать. — Кэй вздохнул, ласково поглаживая Оптимуса по спине. — Ты прав. Зная опи... Это действительно был конец. Я бы и сам ему с удовольствием Искру вырвал. — Я тоже. Джили, надо отвести Ориона в больницу — пусть его осмотрят. Ему... всё ещё больно. — Да, конечно, — отозвался тот. — А то мало ли что... — Джелт взглянул на брата. — Ну всё. Успокойся. Всё прошло. Тот лишь всхлипнул. Вздохнув, Джелт вместе с дани повели Оптимуса в больницу. ...В больнице выяснилось, что Рэтчет занят на срочной операции — спасал серьёзно покалеченного полицейского, — но, как выяснилось, в этот раз ему ассистировал приехавший из Симфура по обмену Нокаут, а Брэймзэр, соответственно, был относительно свободен и находился в своём кабинете, наводя порядок в датападах. — Заходите, — проговорил мех, когда в дверях показались Кэйтрэст с Джелтом, а между ними — Орион. — Взглянув на них, медик хмыкнул. — Ну, и что тут у нас? Прайму нужна помощь? — Да. Ему больно, — произнёс Джелт. — И нет — ни я, ни наш дани не уйдём. — На платформу, — бросил тот. — Хотя после того, что вы сделали с Мегатроном, мне не особо хочется помогать. — Ах, что МЫ сделали?! — взвился Кэйтрэст. — А ничего, что этот подонок его изнасиловал?? — Что?? — в ужасе и ярости ахнул Джелт. Из оптики Ориона потёк омыватель. Не выдержав, он вновь разрыдался, уткнувшись фэйсом в броню дани. — Ладно. Проехали. Уложите его. Я осмотрю. Кэй прижал его к себе, нежно гладя по спине. — Ну, всё-всё. Ложись, родной. Вот так. Когда Оптимус лёг, Кэйтрэст стал рядом с Джелтом, всем видом показывая, что никуда отсюда не уйдёт. — Хорошо-хорошо. Оставайтесь, — проговорил медик и подошёл к платформе. — Раздвинь ноги... пожалуйста. Орион посмотрел него и вздрогнул, затем перевёл взгляд на дани. — Не бойся, Ори, — подбодрил его Кэй. — Тебе никто не навредит. Давай, пусть он осмотрит. Тот кивнул и раздвинул ноги. — Так, посмотрим... — проговорил Брэй, приступив к работе. — Сейчас нанесу ренегель, и всё. Восстановление идёт в штатном режиме. Удивительно, насколько тонко всё сделано... Рэтчет и правда мастер. — Спустя несколько брийм он произнёс: — Всё. Я закончил. — Спасибо, — проговорил Джелт. — Орион, как ты? Кэй подошёл ближе, ласково поглаживая по плечу севшего на платформе младшего бету. — Чуть лучше. Вот только Искра болит, — ответил тот, прижавшись к дани. — Понимаю, милый, — проговорил тот, обняв его. Посмотрев на Брэйя, он произнёс: — Большое спасибо. Вы очень хорошо работаете. — Не за что. Хотя после того, как вы пытались убить Мегатрона, я и правда не хотел помогать. Орион замер, посмотрев в пол, и всхлипнул. "Жив", — пронеслось у него в процессоре. — Что?! Эта тварь жива?? — воскликнул Джелт. Кэй сжал кулаки и глухо зарычал. — Да, — ответил Брэй. — А теперь идите. У меня много дел. — Где он? — спросил Джелт. — Я так просто не оставлю то, как он обошёлся с моим братом. — Отдыхает со своим бетой, — бросил тот. — Он обо всём пожалеет! — прошипел Джелт. — Лучше за своим братом следи. А то мало ли что? — Ты что — угрожаешь?? — обозлился Джелт. — Джили... — Кэйтрэст коснулся его манипулятора и с отчаянием воскликнул: — За что вы так ненавидите моего бету?! — За то, что он — Прайм! — рявкнул Брэймзэр. — Ему говорили отказаться от Матрицы, но этот дрон не захотел! — И это причина так поступать?? — Кэй был в шоке. — Передай своему дружку, что я найду его и вырву ему Искру! — прошипел Джелт. — Передам-передам, — с ухмылкой отозвался Брэймзэр. — А теперь забирайте свой хлам и уходите. — Хлам?! Ах ты!.. — Джелт метнулся к нему и с размаху ударил кулаком в фэйсплет. — Не смей так говорить о моём брате! — Джили! — испуганно закричал Кэйтрэст. Брэймзэр сплюнул энергон и, с ненавистью взглянув на него, резко врезал Джелту в живот. — Нравится, сенатор? — спросил он. — Не надо! — с омывателем в оптике воскликнул Оптимус. — Нет! — выкрикнул Кэй, оказавшись между ними. — Не трогайте его! — Упав на колени рядом со сжавшимся в комок Джелтом, он обнял его. — Джили, родной... — Всё нормально, — прохрипел тот. — Пойдём отсюда, пожалуйста, — дрожащим голосом произнёс Кэйтрэст. — Хорошо. — Джелт кое-как поднялся и подошёл к Оптимусу. — Пошли, братишка. Тот кивнул и, встав, подхватил брата за плечо. Затем они покинули кабинет. — Сможешь идти? — посмотрев на Джелта, спросил Орион. — Да. — Джелт потёр брюшные бронепластины. — Сильный шлак. Я с ним на арене дрался один раз. — Он прерывисто провентилировал. — А Мегатрона я всё-таки найду. Младший брат вздрогнул и отвёл оптику. — Не нужно... Всё равно сделанного не изменишь. — Ори, я не могу оставить это безнаказанным! — решительно произнёс Джелт. — Неужели ты всё ещё любишь его?? — с болью в голосе спросил Кэй. — Да, — ответил Оптимус.— Люблю. Иначе.. Искра бы не разрывалась так от боли! — Ори... — Джелт взял его за манипулятор. — Он недостоин твоих чувств. — Вот именно! — воскликнул Кэйтрэст. — Он заслуживает лишь дезактивации! Прайм вновь вздрогнул. Остановившись, он коснулся грудных пластин и опустил взгляд. Из его оптики струился омыватель. — Ори? — осторожно позвал его Кэй. — Посмотри на меня, прошу. Мех поднял голову и с болью посмотрел на дани. Кэйтрэст крепко обнял его. — Идём домой, мой хороший. — Угу, — еле слышно отозвался Орион, обняв его. — Я не хочу... оставаться... один... — Не останешься, — прошептал Кэй. — Пойдём. *** Мегатрон лежал, задумчиво глядя перед собой. Ему было тоскливо. Мех, которого он любил, фактически исчез, променяв их чувства на власть. "Орион, зачем ты так?" — печально подумал он. — "Ещё и Старскрим со своими придирками... Можно подумать, взрослые мехи не в состоянии самостоятельно на работу устроиться." Посмотрев на него, Элстрэйд вздохнул и, подойдя к платформе присел. — Ну ты чего? — спросил мех, погладив опи по манипулятору. — Мне больно, Эл, — тихо отозвался тот. — Впервые в жизни я полюбил, а меня... предали. Элстрэйд лёг рядом с ним и обнял. — Я знаю, — ответил мех. — Вам обоим сейчас... больно. — Ну, ему-то уж точно нет, — мрачно проговорил Мегатрон, прижавшись к нему. — Он наслаждается своим статусом Прайма. — Здесь нечем наслаждаться. С принятием Матрицы приходит одиночество. — Праймов это вполне устраивает. Я уже убедился в этом. — Случись со мной подобное, я бы тоже чувствовал одиночество. — Если Матрица выбирает — мех не обязан принимать этот выбор. Он вправе отказаться. — Не всегда, — ответил тот. — И лишь поэтому ты его... изнасиловал? — Потому, что он предатель. Он фальшивка, подделка, зацикленная на власти. Орион таким не был. — Вот только боль ощущают оба. И память общая. Этого не изменить. Даже если он отречётся от Матрицы, будет помнить причинённую ему боль. — Такое и правда не забудется, — тяжело вздохнул Мегатрон. — Шл-лак... Я не знаю, что мне делать дальше. — Оставь, как есть. Ты не знаешь, какую боль испытывает мех, когда его берут силой. Это хуже нанесенных ран. Физические повреждения заживают, а вот Искра... Она долго испытывает боль. Мегатрон непроизвольно вздрогнул. Внимательно посмотрев на Элстрэйда, он порывисто прижал его к себе, желая защитить. — Ничего... Всё нормально, опи. Когда-нибудь забуду... Я люблю тебя. — И я тебя, дружочек. — прошептал Мегатрон. — Я не позволю никому впредь сделать что-либо подобное с тобой. — Спасибо. Тогда пообещай мне, что больше ни с кем подобного не сделаешь... Даже с Праймом. — Не сделаю, — отозвался Мегатрон. — Но всё же — надеюсь, мне удалось его сломать. — Зачем? Чтобы показать свою силу? Чтобы доставить боль? — Нет, чтобы хотя бы так донести до него, что он неправ. По-хорошему он не понимал. — Значит, нужно было... так? — с грустью спросил мех. — Это жестоко. — Знаю, — вздохнул бывший гладиатор. — Но... он тоже со мной жестоко обошёлся. Говорил о любви, а в итоге не желает отказаться от сделанного Матрицей выбора. Тот отвернул голову. — Поверь, даже это... легче. У тебя хотя бы не возникало желание умереть. Чего не скажешь о тех, кто... — Прости... — Мех зажмурился и осторожно коснулся его плеча. — За что? — спросил Элс, с печалью взглянув на него и обняв. — За то, что ты опять... вспомнил. — Мегатрон обнял его в ответ, гладя по голове. — Ничего... — Элс прижался к нему. — Ничего... Всё хорошо. Наверное. Я просто хочу, чтобы ты понял, насколько это мучительно и больно. — Я понимаю. Вижу ведь, как ты страдаешь. — Мегатрон теплее укрыл его термоодеялом и погладил по спине. — Тогда если понимаешь, то зачем? Ведь даже Прайм этого не заслуживает. Ну откажется он от Матрицы, и что дальше? Помнить-то всё равно будет. И его родные тоже не забудут. И бета. — Бамблби не знает. — Мегатрон вздрогнул. — Я в этом уверен. — Это пока что... Хотя, кто знает? Может, уже и в курсе. Ведь он видит, как страдает альфа и как тому больно. — Бамблби слишком маленький, чтобы рассказывать ему... такое. — Не все, конечно, но расскажут. Так что о том, что Оптимусу плохо, он узнает в любом случае. А когда узнает, кто именно это сделал... — Если мой бета меня возненавидит — я этого не вынесу... Хотя бы ты меня не бросай. — Не брошу, — ответил мех. — Обещаю. — Мой хороший. — Мегатрон ласково коснулся ладонью его щеки. Послышалось переливчатое стрекотание, и с ним на платформу вскарабкался Голденфайр. Усмехнувшись, Элстрэйд взял малыша на манипуляторы и прижал к себе. В этот момент раздался вызов входного коммлинка. — Ты кого-нибудь ждёшь? — спросил Элс. — Нет, — удивлённо отозвался Мегатрон. — Хм, интересно. — Он пошёл к двери и открыл её. — Джелт?? — Ах ты ж шлак! — Мех резко вжал его в стену, сжимая шейные энергомагистрали. Оптика Джелта полыхала яростью. — Убью! Мегатрон замер от неожиданности, но в следующий миг с рычанием отодрал его от себя. — Вали отсюда, псих! — Я тебя уничтожу за брата! — прокричал тот и резко вогнал выщелкнувшийся из-под брони манипулятора клинок ему в плечо. — Ты ответишь за боль, что причинил ему! Мегатрон взвыл от боли и с силой отшвырнул его, после чего выволок на лестничную площадку. — Проваливай! — О нет! — ответил Джелт и, активировав лазерган, выстрелил в Мегатрона. Тот уклонился от выстрела и ловко запрыгнул обратно в кварту и захлопнул дверь. Зарычав, Джелт с силой ударил в дверь. — Ты за всё ответишь! — прокричал он. — Лучше бы тебя не активировали! Бамблби не желает тебя видеть! Радуйся! Хотел причинить боль?! Что ж... Наслаждайся этим! Мегатрон отошёл от двери подальше, сжимая плечо. — Не выдумывай. Я нужен Бамблби. — Не нужен! Он сам это сказал! Поздравляю, Мегатрон. У тебя больше нет беты! — Неееет! — завыл он, точно раненый зверокон, сползая по стене на пол. — Да! Теперь страдать будешь ты! Повернувшись, Джелт ушёл. — Опи?! — донёсся крик Элса, вышедшего из отсека. Мегатрон с отчаянием посмотрел на него. — Я не нужен своему спарку... Присев рядом, мех обнял его и прижал к себе. — Тише... Может, со временем всё образуется? — Не думаю... Даже если Би не знает, что именно я сделал, он всё равно в курсе, что это из-за меня его дани плохо. Элс сильнее обнял его, поглаживая по спине. — Выговорись. Легче станет. Мегатрон прижался к нему, уткнувшись в плечо. — Элс, мне так плохо... — Знаю. Поэтому — просто поплачь. Мы одни. Никто не увидит. Мех прерывисто провентилировал и всхлипнул, зажмурившись и вздрагивая. Элстрэйд крепче прижал его к себе, гладя по спине, утешая и даря свои любовь и тепло. — Опи, всё будет хорошо. Я люблю тебя. Тот стиснул денты, весь дрожа. — Элс... — Он не выдержал и всё-таки расплакался. Мех продолжал гладить Мегатрона по спине. — Я с тобой, рядом. Ты не один. — Что мне делать? — с отчаянием проговорил Мегатрон. — Мне... так больно... — Просто ждать... — отозвался тот. — А сейчас пойдём в отсек. Тебе нужно отдохнуть. А я рядом полежу. — Да, мне надо прийти в себя... Тем более, что завтра на завод. — Вот. — Элс провёл манипулятором по его плечу. — Сможешь встать? — Конечно. — Он поднялся и поплёлся в отсек. Элс вошёл следом. Дождавшись, когда опи лёг, мех укрыл его термоодеялом и опустился рядом. — Попробуй уснуть, — прошептал он. — Постараюсь, — отозвался тот. — Как хорошо, что ты рядом. — Он обнял Элстрэйда и спустя некоторое время ушёл оффлайн. *** Оптимус лежал на платформе и смотрел в стену. Ему было чуть легче, но всё же... Омыватель тёк из его оптики. Услышав шаги, он повернул голову и посмотрел на дани. Кэй сел рядом с ним и ласково утёр омыватель. — Не плачь, родной. Он того не стоит. — Я и не плачу. Омыватель… сам льётся, — ответил тот, поднявшись и прижавшись к дани. Кэйтрэст обнял его, гладя по спине. — Ну почему у Экса не получилось... — вздохнул он. — Не знаю, — ответил мех, положив голову на его плечо. — Я так хочу, чтобы это всё закончилось... — Только не выходи с ним на связь, — попросил Кэй. — Он тебе опять боль причинит. — Не буду, — отозвался тот. — Достаточно той боли, что уже причинил. — Маленький мой... — Искра Кэйтрэста сжалась. Больно было видеть Ориона таким сломленным. Оптимус прижался к нему, прикрыв оптику, и тихо вздохнул. — Спасибо, дани... — прошептал мех. — Можешь всегда на нас рассчитывать, — отозвался Кэйтрэст. — Хочешь, приведу Бамблби? — Да, — ответил тот. — Пожалуйста. — Сейчас. — Кэй погладил его по спине. Придя к Би, который в этот момент доедал крии, он сказал: — Хочешь побыть с дани, малыш? Он... ему сейчас не стоит быть одному. — Конечно, — проговорил Бамблби, посмотрев на гранд-дани и поднявшись. — Ему очень плохо? — Ему грустно и больно, — тихо сказал Кэй. — Больно из-за Мегатрона. Би подошёл к нему и взял за манипулятор. — Пойдём, — проговорил спарк и взял со стола брикет с крии. — Пригодится. Кэйтрэст привёл его к свернувшемуся клубком Оптимусу и помог забраться на платформу. Малыш погладил дани по спине и улыбнулся. — Не грусти, — сказал он. — У тебя ведь мы есть. — И посмотрел на гранд-дани. — А ты не уходи, хорошо? Оптимус посмотрел на бету и вытер вновь выступивший омыватель. — Конечно, не уйду, — заверил Кэй, садясь рядом и гладя Оптимуса по спине. Тот сел на платформе и прижал малыша к себе. — Будешь? — спросил Бамблби, положив на колени Ориона брикет. Тот кивнул и взял перламутровый шарик. — Вкусно... — с едва заметной улыбкой проговорил Оптимус. Вытащив ещё шарик, Би протянул его Кэйтрэсту. — Спасибо, мой хороший, — улыбнувшись, произнёс Кэй, беря лакомство. — Ммм, обожаю их. — Посмотрев на Ориона, он сказал: — Видишь? Мы не можем оставить тебя наедине с грустными мыслями. — Да, вижу, — ответил тот, взяв дани за манипулятор. — Спасибо. — Ты всегда можешь на нас рассчитывать, — мягко сказал Кэйтрэст и обнял его. Оптимус обнял его в ответ. В этот момент открылась дверь, и вошёл Джелт. — Я убью его, — прошипел мех, но посмотрев на брата, замолчал и сжал кулаки, после чего попытался немного успокоиться. — Убей, — попросил Кэйтрэст. — Он это заслужил! Посмотри на Ори. Он страдает... — Вот именно! — воскликнул Бамблби. — Из-за него дани плохо! Оптимус вздохнул и уставился в пол. Подойдя ближе, Джелт взглянул на брата и присел рядом. — Не уверен я, что ему станет легче, дани, — тихо проговорил мех, кладя манипулятор поверх ладони Ориона. — Но что тогда делать?? Не оставлять же Мегатрона безнаказанным, — растерянно проговорил Кэйтрэст. — Своё наказание он уже получил. Я сказал, что Би его ненавидит. Пусть теперь страдает. — Он мне не альфа, — проговорил спарк. — Конечно, не альфа! — воскликнул Кэй. — После того, что он сотворил... Надеюсь, он не вздумает искать встреч ни с Би, ни с Ори. — Я не допущу этого, — заверил Джелт. — Никто не имеет права поступать так с моим братом. Этот шлаков гладиатор... Пусть теперь захлебнётся в омывателе. — Вот именно. Не ценит того, кто его любит — пусть страдает, — мрачно проговорил Кэй. *** На следующий орн Мегатрон прилетел на завод на свою смену и уже привычно прошёл внутрь. — Ты немного опоздал, — проговорил Кэлстроп, подойдя к нему. — Плохо выглядишь. Что-то случилось? — Всё из-за этого ублюдка. Из-за него мой спарклинг меня ненавидит! — воскликнул Мегатрон. — Так, давай работать. Потом расскажешь, если захочешь. — Ты прав. Извини. — Мегатрон подошёл к станку и занялся деталями. Кэлс тоже принялся за работу. — Получается? — спросил он. — Да, это несложным оказалось, — тихо произнёс Мегатрон. — Заодно отвлекусь от проблем. — Вот и хорошо, — отозвался тот. — Сегодня работа несложная. Если закончим раньше — отпустят. — Постараюсь, — отозвался Мегатрон. …Смена прошла незаметно — он полностью погрузился в работу, лишь бы уйти от невесёлых мыслей. По завершении он покинул завод и улетел обратно в Иакон. Сразу домой идти не хотелось, и Мегатрон медленно пошёл по улице. Оптимус тоже шёл медленно, изредка поглядывая на дани. Ему было чуть легче, хотя настроение всё равно было шлаковое. Повернув голову, он посмотрел вперёд и... увидел Мегатрона. Искра за грудными пластинами меха нервно запульсировала. Он остановился и прерывисто провентилировал. Кэй мягко сжал его манипулятор. Увидев Мегатрона, он сжал кулаки с чёткой мыслью, что, если тот посмеет к ним приблизиться, то горько пожалеет. Мегатрон же, увидев их, лишь хмыкнул и, отвернувшись, пошёл дальше. Коснувшись грудных пластин, Орион опустил голову. — За что мне это, дани? — тихо спросил он. — Не знаю, Ори, — вздохнул Кэй. — Но жаль, что Экс его не убил. — Идём домой? — попросил Прайм. — Мне больно. — Затем вновь с тоской взглянул в сторону Мегатрона. — Не могу здесь больше находиться. — И, не дожидаясь ответа, он пошёл в сторону жилых домов. ...Увидев Мегатрона, Старскрим трансформировался и окликнул его: — Эй, Мегз, давно не виделись. Как поживаешь? Мегатрон тяжело провентилировал, устало посмотрев на него. — Ужасно. Мой бета меня ненавидит. Одно хорошо — я работаю. — А что так? — Крылатый мех усмехнулся. — Провинился? — С его точки зрения — да, — отозвался Мегатрон. — Хотя я считаю, что Прайм получил по заслугам. — Это как же? — Старскрим указал на скамейку. — Присядем? — Да неважно уже, — отозвался Мегатрон, садясь. — Главное, что в итоге мой спарк возненавидел меня. — Для меня важно. Ну же, расскажи. Интересно ведь. — Я избил этого дрона. За его упрямство. За зацикленность на власти и нежелании понять, что общество неизменно. — Любишь жестокие игры? — хмыкнул сикер, а про себя подумал: — "Да, Мегатрон, скоро ты узнаешь, что такое жестокость! Надоело мне с тобой возиться! Надоела твоя безучастность!" — Вовсе нет. Если бы любил — то получал бы удовольствие от убийств на арене. Но таких, как Прайм, нужно учить жизни. Хотя, к сожалению, он так ничего и не понял. Тот хмыкнул. — Научил, значит? Гладиаторы не меняются. Я думал, ты лидер, а ты... шлак никчёмный. — Чего?? — разозлился Мегатрон. — С чего такие выводы?! — Да с того, что ты... слабак! Иначе бы боролся вместе со всеми, как тогда! — Слабак? Серьёзно?! А ничего, что я не обязан всю жизнь быть лидером?! Я дал им свободу! Дальше — сами! Старскрим врезал ему по фэйсу и оскалился. — Вот поэтому у тебя и беты нет! — воскликнул он, поднимаясь. Мегатрон вскочил и крепко сжал его запястье — так, что шарниры заскрипели. — Слушай, ты! Я не нуждаюсь в твоих нотациях! Если ты считаешь, что я обязан возиться со взрослыми, свободными мехами, как с малыми спарками — то у тебя проблемы с процем! Тот вывернулся, взлетел на антигравах и отшвырнул от себя Мегатрона ударом полыхнувших дожигателей, после чего наступил ему на грудные пластины и с ненавистью посмотрел в его шокированно расширившуюся оптику. — Тогда почему бы тебе не вернуться на арену, гладиатор?! — гневно прошипел он. — Это с какой радости, интересно?! — зарычал тот. — Меня моя жизнь вполне устраивает! — Он оттолкнул Старскрима и поднялся, потерев опалённые грудные пластины. — И тебе советую заняться твоей. — А с такой, что таким, как ты, здесь не место! Ты трус! Сидел бы дальше в своей яме, которую раньше называли ареной! Другой жизни захотелось?! Так вот, Мегатрон! За жизнь нужно бороться! — А я боролся! У меня есть свобода и работа. Меня всё устраивает. — У тебя нет ничего, Мегатрон, и скоро ты это поймёшь! Трансформировавшись, Старскрим на всей скорости взмыл в небо, оставив лидера десептиконов одного. "Шлакова тварь!" — подумал он, взмывая вверх. — "Лучше бы и правда ничего не менял! А то сначала взялся за дело, а потом бросил! Я-то думал, он и правда хочет изменить порядки на Кибертроне! А тут... Самый настоящий слабак. И он ещё называл себя лидером десептиконов?! Да какой он лидер! Я и то на эту роль больше подхожу! Шлак! Как же мне надоело с ним возиться! Только что с ним делать? Как проучить?" — Старскрим заложил замысловатый вираж. Вскоре коварная мысль закралась в его процессор . — "А что, если сдать его в бордель на какой-нибудь дальней планете? Там за такого красавца заплатят кучу кредиток! Да и от проблемы избавлюсь! И Мегатрон хорошенько прочувствует бесправность и поймёт, как был неправ! А что до Оптимуса... Не думаю, что Прайм будет искать его. Точно, так и сделаю!" Сикер умчался в космос, радуясь принятому решению.