Интербот

Старскрим с комфортом расположился на балюстраде здания Сената и по объединённой линии связался с освобождёнными Мегатроном гладиаторами и интерботами, благо, те вскоре после начала общения Старскрима и Мегатрона дали свои контакты. /— У меня есть важное и срочное объявление. Жду всех, у кого есть возможность прийти, у здания Сената./ Мехи, как ты было оговорено, собрались в указанном месте через джоор. — Что случилось? — спросил один из гладиаторов, посмотрев на сикера. — Это насчёт Мегатрона, — отозвался тот. — Вот вы все пытаетесь устроиться хоть на какие-то работы, но вас гонят, требуя вернуться на арену и в бордели, верно? — Мехи кивнули, и сикер продолжил. — Тем не менее, вы всё это терпите. Вопрос — почему? Лично для меня только один ответ напрашивается — вы верите, что у Мегатрона, Прайма и меня всё получится, что мы сможем потихоньку изменить общество. Ну, что же. Я-то, да и Оптимус, от этого не отказываемся. Я — уж точно! А вот Мегатрон сдался. Он считает, что ничего нельзя изменить, и отказался от дальнейшей борьбы, а теперь и вовсе свалил с Кибертрона и заблокировал свой коммлинк. Мехи начали недовольно перешёптываться. — Да как он мог?! — воскликнул один из них, сжав кулаки. — Мы так ему верили! — А так, что он слабак и трус, — хмыкнул Старскрим. — Видимо, считал, что дать свободу достаточно, а дальше непривычные к ней, растерянные мехи, которых гонят отовсюду, должны сами справляться. — Без него нас бы здесь не было, — проговорил, всхлипнув интербот. — Он не мог нас предать... Не мог... — Тогда попробуй с ним связаться и убедись лично, — вздохнул Старскрим, с сочувствием посмотрев на него. Тот попытался связаться с лидером десептиконов, но на той стороне была тишина. Упав на колени, он разрыдался. — Нет... Это всё кошмар... Один из бывших гладиаторов сел рядом с ним и обнял. — Ну, тише, тише. Этому должно быть объяснение. — Оно есть. Думаете, я с потолка взял насчёт предательства? — фыркнул Старскрим. — О, нет. Я неоднократно говорил с ним насчёт того, что сдаваться нельзя, а если уж сдаёшься — хотя бы честно объяви соратникам. Так нет же! Он начинал сразу психовать! Мегатрон не просто отказался от политической деятельности — он именно что отказывался сообщить всем вам о том, что сдался и продолжать не будет. А теперь вот — сбежал. — Он просто бросил нас! — воскликнул всё тот же интербот. — Шлаков предатель! И что же нам теперь делать? — Мы с Праймом найдём выход, — произнёс Старскрим. — Не бойтесь. — Очень на это надеемся... А до тех пор что? Просто продолжать пытаться найти работу? — Обязательно. А мы с Оптимусом будем работать над тем, чтобы общество вас приняло и не препятствовало. — Хорошо, — со вздохом отозвался мех. — Спасибо, что не бросили нас и помогаете. — И не бросим, — произнёс Старскрим. — Как можно? — В следующий момент он связался с Праймом. — /Оптимус, нужно встретиться./ /— Хорошо,/ — неохотно ответил тот. — /Где и когда? / — В его голосе слышалась боль. /— Сегодня. Скажем, через джоор в баре "Звёздный кристалл". Там спокойно, никто не помешает./ /— Ладно. Я буду там./ — Оптимус вздохнул. — /Надеюсь, ничего не случилось?/ /— Нет, всё в порядке. Ты-то как?/ /— Плохо... Я не знаю, как это описать. Искра разрывается от боли. Словно часть меня просто взяли и вырвали. И это не физическая боль./ /— Мне жаль... Оптимус, знаешь, что хочу предложить? Постарайся по максимуму отвлечься на свои обязанности. Конечно, полностью боль вряд ли уйдёт, но легче всё же будет./ /— Возможно, и получится. Ладно. Я выезжаю. До встречи./ В указанном баре Прайм оказался чуть раньше Старскрима. Разместившись за свободным столиком, он заказал себе сверхзаряженный энергон и, выпив его, прикрыл оптику. На его плечо мягко легла изящная ладонь. — Оптимус, рад встрече, — вкрадчиво проговорил Старскрим садясь рядом. — Хм, выглядишь усталым. Тот посмотрел на него и слабо улыбнулся. — И я рад тебя видеть, — сказал мех. — Да, я устал, но ничего. Надеюсь, скоро это пройдёт… Может, энергона? — Не откажусь, — отозвался Старскрим. Заказав пару кубов среднезаряженного и расплатившись, он проговорил: — Мне так и не удалось ни убедить Мегатрона продолжить начатое им дело, ни хотя бы объявить о своём отступлении тем, кого он освободил. Но, к счастью, основная власть всё же у тебя, поэтому, надеюсь, ты сможешь многое изменить. — Смогу, — ответил тот. — Я взялся за это и доведу до конца. — Оптимус выпил ещё один куб и тихо провентилировал. — Ты только это хотел мне сказать или что-то ещё? — Видишь ли, я хотел бы официально числиться твоим заместителем, чтобы иметь возможность своевременно помочь, — проговорил сикер. — Воссианский Совет не против, более того — это честь для всего моего города. — Что же, я согласен. Тем более, что после некоторых событий я... всё ещё не пришёл в себя и не хочу наделать глупостей, о которых потом буду жалеть. — Я помогу тебе, — мягко произнёс Старскрим. — Не бойся, ты можешь на меня рассчитывать. И, к слову, мне кажется, что надо бы тебе поговорить с бывшими гладиаторами и интерботами, пока они от отчаяния ничего не натворили. — Да, ты прав... Стоп. От отчаяния? То есть ты им обо всём рассказал? — Я говорил с ними. Они разозлены предательством Мегатрона. И поверь — если бы они узнали не от меня, а случайным образом, последствия могли бы быть непредсказуемы. — Верно. Всё могло бы привести к войне. — Прайм выпил ещё один куб. — А войны я не хочу. Шлак... Надо прекращать со сверхзаряженным. — Вот именно. Боль это не снимет, а потом шлаково будет. — Старскрим сочувственно посмотрел на него. — Выговорись, Прайм, вижу ведь, как мучаешься. — Искра разрывается, — сказал тот. — И не из-за проблем в обществе. Отнюдь... — Он склонил голову набок. — А из-за того, что сделал Мегатрон. Воспоминания доставляют невыносимую боль. Если бы он просто избил, было бы не так шлаково, но Мегатрон... — Не договорив, Оптимус отвёл взгляд. Старскрим насторожился. — Погоди, так он не только избил, но и ещё что-то сделал? Оптимус, что? Тот коснулся манипулятором грудных пластин и скрипнул дентами. — Изнасиловал... — с болью в голосе ответил Прайм. Старскрим шокированно смотрел на него. — Что?! — воскликнул он. — Как он мог?? — Хотел... доставить боль, показать свою силу, — глухо проговорил тот и всхлипнул. Сикера передёрнуло. Тихо провентилировав, он успокаивающе коснулся ладони Прайма. — Всё позади, успокойся. Он больше не посмеет такого сделать. — Кто знает? — Мех горько усмехнулся. — Ему, кажется, понравилось.. — Не удивлюсь, если так и есть, — фыркнул Старскрим. — О, надо же — вначале только мы здесь были, а теперь вон сколько народу пришло. Повернув голову, Оптимус взглянул на вошедших мехов, которые как раз были бывшими гладиаторами. Те сразу же заказали себе энергон, благо, запасы кредиток в занятых ими квартах это пока что позволяли, и сели за свободный стол. — Как он мог?! — спросил один из мехов. — Сначала обещал нам свободу, а потом предал! — Ещё и сбежал... Ненавижу Мегатрона! Прайм вздрогнул. — О чём это они? — спросил он, посмотрев на Старскрима. — Сбежал? — Не хотел говорить тебе, чтобы не трепать нейросеть лишний раз, — отозвался тот. — Сбежал, в том-то и дело. И коммлинк заблокировал. Прайм застыл, продолжая смотреть на него. — Сбежал... — повторил он. — Почему? — Потому что ответственности не любит, — проговорил Старскрим. — Очень ему не хотелось говорить с теми, кто ему поверил. Оптимус вздохнул. — Пойдём отсюда, — сказал он. — Хотя... — Поднявшись, он подошёл к гладиаторам и произнёс: — Вы можете рассчитывать на меня. Я никогда не подведу вас и не откажусь от своей цели. — Прайм... — Один из гладиаторов поднялся. — Мегатрон то же самое говорил. — Я не он. Я другой, и хочу, чтобы на Кибертроне царили мир и процветание. — Оптимус вернулся к Старскриму. — Прогуляемся? Если ты, конечно, не против? — Идём, — согласился сикер. — А с ними ты потом детальнее поговори. Они растеряны и в отчаянии. И злятся. — Они вышли из бара. — Ты прав, — отозвался тот. — Я с ними обязательно поговорю. *** — Просыпаемся! — воскликнул Фрайт, войдя в отсек и остановившись возле платформы. — У тебя клиент, Мегатрон! — Ну так иди ублажай его! — огрызнулся тот, плотнее заворачиваясь в термоодеяло. Тот зарычал. — Хочешь опять по кругу пойти?! — Мех стянул с него термоодеяло. — Могу устроить! Интеры и мои охранники очень ждут этого! Мегатрон вжался в стену и яростно зашипел, всем своим видом показывая, что так просто его не подчинить. Голлфрайт схватил его за горло и притянул к себе. — Пей! — рявкнул он, насильно открывая тому рот. — Или тебя будут коннектить все возбуждённые интеры! — Меня лучше возьмите! — воскликнул Хурт. — Я готов… А его оставьте! Фрайт покосился на него и хмыкнул. Мегатрон закашлялся, проглотив жидкость, и свернулся в клубок. — Хурт, я не хочу снова... — Он задрожал, учащённо вентилируя. Тот погладил его по манипулятору. — Знаю... — прошептал мех. — В следующий раз я пойду. — Вставай! — рявкнул Голлфрайт. — Скоро тебе будет очень хорошо! Поверь! Тебе понравится! Твой сегодняшний клиент — нечто! Мегатрон медленно поднялся, вздрагивая и ёжась, а затем с томным стоном прижался к Фрайту — возбудитель подействовал. — Уже хочется? — с ухмылкой спросил тот, когда они вышли из отсека. — Д-дааа... — простонал Мегатрон. Его порт стремительно наполнялся смазкой. В отсеке, куда они пришли, на краю платформы сидел мех, у ног которого расположились трое крупных ручных шарктиконов. — Проходи, красавчик, — сказал огромный боевикон, посмотрев на Мегатрона. Повернувшись, шарктиконы с ярко выраженным желанием взглянули на десептикона. Мегатрон с предвкушающим мурлыканием полез на колени меха, прижимаясь к его броне и ёрзая на коленях. Тот усмехнулся и сказал: — Нет, красавчик. Ты будешь коннектиться с ними. — Он указал на шарктиконов. — А теперь полезай на платформу. Экс-гладиатор лёг на платформу и выгнулся, застонав от перевозбуждённости, разводя ноги и раскрывая паховые пластины. Один из шарктиконов с урчанием залез к нему, клацая мощными когтями, лизнул истекающий смазкой порт и, улёгшись на меха, вогнал в него высвобожденный коннектор, начиная ритмично двигаться. Мегатрон взвыл, вскинув бёдра, и призывно застонал. — Ещёёё... Шарктикон ускорился, проникая всё глубже и глубже. Остальные, тоже забравшись на платформу, начали жадно облизывать десептикона и тереться об его корпус. Довольный клиент с наслаждением наблюдал за ними. Шарктиконы сменяли друг друга и даже умудрялись проникать в порт вдвоём, пока третий с урчанием тёрся коннектором о корпус меха и облизывал его фэйсплет, а Мегатрон благодаря действию возбудителя наслаждался происходящим. Клиент же всё это время довольно наблюдал за ними, но сам коннектиться не хотел. — Эй, красавчик, а хочешь попрыгать на их коннекторах? — спросил он. — Хочу! — страстно выдохнул Мегатрон. — О дааа, очень хочу! Мммм... Один из шарктиконов улёгся на спину, раскинув лапы в стороны, и Мегатрон с восхищённым стоном опустился на его коннектор, принимаясь двигаться. Остальные вновь начали облизывать его, залив при этом корпус десептикона смазкой. — Сильнее, красавчик! Ты ведь можешь, правда? — Д-даа... Я... я хочу! — Он изогнулся, запрокинув голову и жёстко насаживаясь на коннектор урчащего от наслаждения зверокона; его собственный коннектор сочился смазкой и был напряжён. Оба шарктикона, взглянув на его коннектор, облизнулись и, придвинувшись, начали слизывать горячую смазку. — Вот, уже лучше! — Клиент шлёпнул Мегатрона по бамперу. — Самому нравится, правда? — Мне... очень хорошо! — жарко выдохнул Мегатрон. Через несколько кликов он насаживался уже на коннекторы сразу двоих шарктиконов, а те возбуждённо фыркали и стонали от удовольствия. В течение нескольких джоор шарктиконы имели Мегатрона и в порт, и рот, заливали смазкой и облизывали, доводя до перезагрузки. Мех хрипло вскрикнул и забился в экстазе, выгибаясь и заливая шарктиконов коннекторной смазкой, после чего распластался на платформе в оффлайне, облепленный удовлетворёнными звероконами. Спустя полджоора те вместе с хозяином удалились. Вошедшие вслед за ними охранники подняли Мегатрона и потащили обратно в отсек, после чего уложили на платформу и ушли. Хурт, которого тоже недавно отконнектили, тут же оказался возле платформы и, сев, посмотрел на десептикона. — Твари... — прошептал он. — Бедняга. ...Очнулся Мегатрон примерно через джоор, весь перемазанный в смазке, и с тихим стоном забрался под термоодеяло. Файлы памяти развернули картину произошедшего, и он, хрипло выдохнув, задрожал и отчаянно закричал. Хурт лёг рядом с ним и обнял. — Мегатрон, — мягко позвал он, прижимая пленного к себе и успокаивая. — Ты в безопасности. Успокойся. — Меня... меня... шарктиконы... — Он разрыдался, весь сжавшись. — Тише-тише. — Хурт крепче прижал его к себе. — Больше они тебя не тронут. Никогда. — Тронут... я здесь навсегда... — Мегатрон весь дрожал, горько рыдая. — Это не так. Нас обязательно найдут. Тише. Ты не один. Я рядом с тобой, дружок. — Мне плохо! Меня животные поимели! — У него началась самая настоящая истерика. — Мегатрон! — Хурт заставил его посмотреть на себя. — Я знаю, что это такое. — Он вздохнул. — Мой хороший... — Убей меня! Пожалуйста, убей! — прокричал он. — Я не могу жить после такого! — Не могу, — ответил тот. — У тебя беты есть. Ты им нужен. Любой. — Мех вновь прижал его к себе и начал медленно покачивать, заставляя успокоиться. — Таким я им не буду нужен, — прошептал Мегатрон, весь дрожа. — Только не после борделя и... коннекта со звероконами. — Будешь. — Хурт ласково погладил его по спине. — Они твои беты. И они любят тебя. Во всём этом нет твоей вины, дружок. — Мне плохо... — простонал пленник. — Я не знаю, что делать. — Его вновь затрясло. — Знаю, малыш. Я тоже через это прошёл. Тише. Постарайся уснуть. Хотя бы на джоор. — Он плотнее укрыл Мегатрона. — Вот так. — Не уходи, — тихо попросил тот. — Пожалуйста, Хурт. Не оставляй меня. — Я не уйду, — пообещал мех. — Не бойся. Я буду рядом с тобой. Мегатрон свернулся в клубок, тихо скуля после пережитого унижения. Ему было мерзко и гадко после изнасилования другими мехами из этого борделя, но насилие со стороны звероконов стало чем-то запредельным. Он всё ещё не мог до конца поверить в произошедшее и в то же время понимал, что это действительно было. Всхлипнув, мех зажмурился и уткнулся фэйсплетом в скованные манипуляторы. Хурт всё ещё прижимал его к себе, не желая отпускать и успокаивая. На мгновение он представил на месте Мегатрона собственного бету, и по корпусу интера пробежала дрожь. Он крепче прижал к себе десептикона, стараясь успокоить и согреть, насколько это было возможно. — Бедняга... — прошептал он. — Я всегда буду рядом с тобой. Просто доверься мне. Мегатрон потихоньку отключился, лёжа в его объятиях, а через пару бриймов в отсек зашёл охранник и грубо схватил Хурта за манипулятор. — Эй, ты! Хорош тут прохлаждаться! Клиенты ждут. Тот посмотрел на него и, отстранившись, поднялся. — Только его не трогайте, — попросил он. — Хотя бы сегодня. И не нужно никакого возбудителя — на меня он всё равно не действует. Корпус привык уже. — Ладно, — хмыкнул мех. — Иди. Им очень хочется с тобой развлечься. Хурт посмотрел на Мегатрона и, плотнее укрыв его, вышел из отсека, соблазнительной походкой направляясь вслед за охранником. Встретившие его в отсеке двое мехов окинули его оценивающими взглядами и с предвкушающими ухмылками поволокли к платформе. — Иди сюда, сладкий! Тот, подойдя к платформе сел, раздвинув ноги, и призывно улыбнулся. — Ну что, мальчики, хотите поразвлечься? — спросил он. — О да! — ответил один из них — высокий мех с оранжево-серой бронёй. Толкнув Хурта, он опрокинул его на платформу и, куснув за шейные магистрали, вошёл в порт на всю длину. Второй же начал тереться коннектором о корпус. Мех прерывисто застонал, запрокинув голову, и мысленно пожелал, чтобы коннект был не таким уж болезненным, после чего обхватил ногами корпус насильника и подался вперёд, позволяя коннектору двигаться до упора. — Хороший мальчик, — мурлыкнул тот, двигаясь активнее и жёстче. Второй тем временем провёл коннектором по щеке интербота. — А мой возьми в рот. — С удовольствием, — выдохнул тот, выбирая достоинство клиента в рот и активно двигая головой, лаская навершие коннектора глоссой и глотая горячую смазку, при этом не забывая и о втором клиенте, энергично выгибаясь и двигаясь в такт с ним. Мех застонал, наслаждаясь ласками глоссой коннектора, и стал двигаться увлечённее, приближаясь к перезагрузке. Второй тем временем уже буквально втрахивал Хурта в платформу. Вскрикнув от боли, интер посмотрел на него и спросил, отпустив коннектор: — Ты любишь жёсткие игры, верно? — Обожаю, — жарко выдохнул тот. — Интерботы для того и нужны. — Он стал двигаться в полную силу со стонами наслаждения. Тот же мех, который наслаждался оральным коннектом, вскрикнув, вылетел в бурную перезагрузку, обильно залив фэйсплет Хурта смазкой. Тот облизал горячую смазку. — Ммм... Вкусно, — возбуждающе проговорил он. — Мне нравятся клиенты, которые действуют жёстко. Его порт был полностью заполнен смазкой, как своей, так и насильника. Тот с жаркими вскриками и стонами энергично двигался в сжимающемся, маслянистом порте, запрокинув голову, и после очередного толчка отправился в перезагрузку. Хурт, не выдержав напряжения, бурно перезагрузился, залив насильника смазкой. Очнувшись через полджоора, он посмотрел на одного из мехов и, поднявшись, сомкнул паховую броню, после чего вышел из отсека, направляясь в свой. Мегатрон непроизвольно вздрогнул, когда дверь отсека открылась, но вошедшим оказался Хурт. Увидев маслянистые пятна на его броне и фэйсплете, он тихо спросил с сожалением: — Тебя... тоже? — Да, — ответил тот, подойдя ближе и присев. — Всё хорошо — я уже привык к этому. Не бойся. Сегодня тебя больше не тронут. — А тебя? — Мегатрон прижался щекой к его ладони. — Тебе же наверняка больно. — Я уже привык к боли. Почти не чувствую её. Только если сильно... порвут. Плюс ко всему у меня смазка уже сама вырабатывается. А по поводу тронут или нет... Я не знаю, малыш. Как ты? Прости, что оставил одного. — Мне шлаково. Хочется самому себе Искру вырвать. — Его передёрнуло. — Надеюсь, тебя хоть... не сильно? — Нет, не волнуйся. — Тёмно-зелёный мех успокаивающе улыбнулся. — Иди сюда, мой хороший. Мегатрон опустил голову к нему на колени. — Мне страшно думать, что они ещё решат со мной сделать. Хурт мягко погладил его по голове. — Мне тоже, — признался он. — И всё же... У тебя всегда буду я. — Спасибо, — прошептал Мегатрон. — Только я всё равно долго не выдержу. Я не такой сильный, как ты. — Я тоже не особо сильный, — отозвался тот. — Просто привык. Да и... Живу надеждой, что однажды увижу его. Только это и держит, помогает терпеть все эти издевательства. — Но как ты его узнаешь? Ты ведь не помнишь своего бету. — Мегатрон тихо провентилировал. — Зато я чувствую его. Узнаю из тысячи. Пусть даже и не помню, но я чувствую его Искру. — Это хорошо. — Мегатрон слегка улыбнулся. — Я скучаю по своим бетам... Но один из них, младший, Бамблби, меня ненавидит. — Простит, — мягко проговорил Хурт. — Пусть и не сразу, со временем, но простит. — Не думаю. — Мегатрон нервно поёжился. — К тому же, думаю, им всем будет лучше без меня. — Это не так, поверь мне. Я уверен, они сейчас нервничают из-за того, что ты исчез. — Вовсе нет. Я им не нужен. Никому не нужен... — Он всхлипнул и сжался, кусая губы. — Нужен... — Хурт крепче прижал его к себе. — Очень нужен. Ну, тише. Не плачь, мой хороший. Несчастный мех мелко дрожал, прижимаясь к нему и заглушая истерику. Наклонившись, Хурт поцеловал его в лоб и прижал к себе. — Поплачь, — проговорил он, — мой мальчик. Мегатрон глухо всхлипнул и зарыдал, весь дрожа. Ему было невероятно шлаково. — Вот так. Я рядом, маленький. Я тебя не оставлю. Ты мне нужен... Мой... бета. Он укрыл Мегатрона термоодеялом и вновь поцеловал. — Ты нужен мне... — жалобно проговорил Мегатрон. — Пожалуйста... Я альф почти не помню. — Конечно. Я никуда не исчезну, Мегатрон. Обещаю тебе. Я всегда буду рядом с тобой. — Спасибо... альфа. — Тот слабо улыбнулся и прикрыл оптику. — Вот так, мой милый. Ничего не бойся. И... попробуй немного поспать. Мегатрон тихо провентилировал и потихоньку уснул. *** — Родной, ты уже вернулся? — улыбнулся Кэйтрэст. — Надеюсь, прогулка помогла? — Нет, — ответил Орион, немного пошатываясь, и, подойдя к дани, опустил голову. — Он... сбежал. — Мегатрон? — спросил тот. — Ничего себе... Но, может, это и к лучшему? — Он ласково обнял бету, поглаживая по спине. — Я... не знаю, дани. — Оптимус прижался к нему и, склонив голову на плечо, тихо провентилировал. — Но всё равно... больно. — Мой маленький... — Кэй нежно поцеловал его в щёку. — Я с тобой. Может, он сбежал из-за чувства вины? Хотя сомневаюсь, что он способен чувствовать такое. — Не знаю... — ответил Орион. — Я хотел напиться сверхзаряженного, чтобы хоть на какое-то время забыть о боли, разрывающей Искру. — Ори, не делай так больше, пожалуйста! — воскликнул Кэй. — Я не хочу, чтобы ты навредил себе. — Не буду, — тихо отозвался тот. — По крайней мере, постараюсь. — Орион, прошу... — Кэйтрэст крепко обнял его. — Мы ведь любим тебя! Я, Экс, Блэй... Би, конечно же! И младшим братьям ты нужен. Мех всхлипнул и крепче прижался к нему. — Прости, — прошептал он. — Прости меня... Кэй стал ласково гладить его по голове. — Не плачь, мой хороший. Скажи, чем помочь? Я хочу облегчить твою боль. — Я... не знаю, дани... — ответил Орион. — Я боюсь, что и вы тоже... исчезнете однажды... И от этого ещё тяжелее становится. — Ну, что ты? Никуда мы не денемся. Родной... — Кэйтрэст мягко поцеловал его в лоб. — Мы ни за что тебя не бросим. — Спасибо. Давай пройдём в отсек? Я так устал... — Идём, конечно. У тебя замученный вид. Орион лёг на платформу и укрылся термоодеялом. Кэй сел рядом и осторожно погладил его по щеке. — Поспи. — Не могу... — ответил тот. — Не получается, дани. Постоянно только о нём думаю. Полежи со мной. Кэй лёг рядом и обнял его. — Но ведь он ужасно обошёлся с тобой... — Искра к нему тянется. — Красно-синий мех тяжело провентилировал, обняв дани в ответ. — Это очень... тяжело. Я знаю, как он со мной обошёлся. Помню. И Искра тоже помнит... — Пройдёт время, и тебе станет легче, — прошептал Кэй. — Я помогу тебе пережить это. Мы все поможем. — Спасибо. — Орион прикрыл оптику и постепенно отключился, прижимаясь к тёплой броне Кэйтрэста. Тот нежно поглаживал его и обнимал, желая, чтобы его бете стало хоть чуточку легче. *** Брэймзэр чувствовал себя не в своём кубе и совершенно не знал, что делать. Мегатрон как ушёл вчера за крии, так и пропал. И, что хуже всего, невозможно было связаться по коммлинку. — Не нашёл? — спросил Элстрэйд, когда друг вернулся домой. — Нет, — вздохнул Брэй. — Понятия не имею, куда он делся. Ещё и коммлинк не работает. — Я тоже, — с грустью ответил мех. — Ну не мог он просто так исчезнуть... Не мог! С ним точно что-то случилось! — Я тоже не верю, что Мегатрон мог нас бросить, — проговорил Брэймзэр. — Он явно в беде. Но я не знаю, где его искать. — А я тем более. Но мы должны хоть что-то сделать! Может, с Праймом поговорить? У него больше возможностей найти опи. — А он захочет? — покачал головой Брэй. — Мне кажется, он только рад. — Я так не думаю, — отозвался Элс, поднявшись и подойдя к нему. — По-моему, Оптимус никогда не прекращал его любить. — Хм. Ну, хорошо, если так. Тогда поговорю с ним. Хочешь со мной пойти? — Конечно, — ответил молодой мех. — Заодно с дани увижусь. Я скучаю по нему. — Тогда идём. И Файра возьми с собой — нельзя же такого малыша одного оставлять. Тот кивнул и, взяв бету на манипуляторы, направился к выходу из кварты. — А если его похитили? Не знаю, для чего, но всё же? Вдруг ему плохо сейчас? — Вполне возможно — зачем бы ему самому коммлинк отключать? — задумчиво проговорил Брэймзэр. — Но, с другой стороны, не представляю, кому и зачем его похищать. — Это да... Но и улететь, бросив нас здесь, он тоже не мог. Ну не верю я в это! Просто не хочу верить. Мегатрон не мог... И, если подумать, может найтись много желающих избавиться от вас. Брэйя передёрнуло. — Да уж... Очень надеюсь, что с ним всё в порядке и что он не предал нас. О, глянь, один из наших. — Он посмотрел на шедшего неподалёку крупного, мощного меха в тёмно-серой, с зелёными вставками, броне и с одним жёлтым окуляром — второй же был прикрыт металлической заплаткой. — Это Драубрэйз. Элс остановился и, взглянув на него, вздрогнул. — Какой-то он... странный, — сказал Элстрэйд. — Брэй. — Тот подошёл к ним. — Как поживаешь? — В целом нормально, — мрачно хмыкнул тот. — Ну, насколько это возможно в нашем подвешенном в социально-политическом смысле положении. Только вот Мегатрон пропал. И в коммлинке тишина. Мы уже не знаем, что и думать. — Так вы не знаете? Старскрим сказал, что он бросил нас и улетел. — Он не мог... — Элс вздохнул. — Он ушёл вчера за крии и не вернулся. Я не верю, что он нас... бросил. — Тогда чем ты объяснишь то, что он скрывал от нас свой отказ продолжать борьбу?! — гневно зарычал Драу. — Не кричи! — произнёс Брэймзэр. — Бету разбудишь. Да, он не говорил, потому что бесполезно всё это. Он боялся посмотреть вам в оптику и сказать об этом. — Он тихо вздохнул. — И ты туда же?! Он вас спас. Он нашёл работу. Да и бет своих он точно бросить не мог. Ему нравилось на заводе. И Элс... Мегатрон любит его. — Нашёл? Ему очень повезло! — фыркнул Драйбрэйз. — А нас всех зато прогоняют из-за происхождения. Он просто трус! — Не смей так говорить! — прошипел Брэй, сжав кулаки. — Ты его совсем не знаешь, Драу. Ты судишь только из того, что вам сказали. — Я сужу из фактов, — отрезал тот. — Мегатрон боялся сознаться в своей слабости, а затем вдруг исчез, да ещё и связаться с ним невозможно. Что, по-твоему, мы все должны думать?? — Послушай сюда! — Медик схватил его за шейные магистрали. — Ты жил с ним в одном бараке! Ты лучше других знаешь, как сильно он хотел свободы! Ты лучше других знаешь, что предательство Ориона ударило по нему сильнее взрыва бомбы! Думаешь, это так легко забывается?? К тому же он ранен был! Хотя тебе это ничего не скажет! Нас многие ненавидят! И я не удивлюсь, если с ним что-то случилось! — Брэй отпустил его. — Обретя свободу и семью, не сбегают. Я в это никогда не поверю. И ещё — свободы так просто не добиться. Для этого нужно пролить энергон, а мы этого не хотели. — Ну в таком случае — пора утопить Кибертрон в энергоне, — мрачно оскалился Драу. — Общество само нас вынуждает. — Не смей! — Брэймзэр с презрением посмотрел на него. — Вы сейчас под охраной Оптимуса и Старскрима находитесь. И раз уж они говорят, что смогут, то всё получится. Прайм о вас позаботится. Элс пошатнулся и упал на колени, прижимая к груди Файра. — С ним что-то не так... — прошептал мех. — Я это чувствую. — Прайм? Позаботится? Ага, как же! Он уже разбежался! — Драу отвернулся. — Ему поквинт на всё, кроме своих интересов. — Будь так, он бы давно перестал бороться, но он этого не делает. — Брэй сел рядом с подопечным. — Ты чего, Элс? — Я чувствую его Искру, — ответил тот. — Такое было, когда погиб опи... Мне страшно... Медик посмотрел на друга. — Поможешь или так и будешь стоять? — И что я должен сделать? — отозвался Драу. — Я не медик и не психолог. — Я медик, — ответил Брэй. — Помоги мне усадить его на скамейку. — Я это и раньше замечал, но, кажется, Элс действительно чувствует Мегатрона на уровне Искры. Совсем как бета чувствует альфу. Драубрэйз осторожно подхватил дрожащего Элстрэйда и усадил его на стоявшую неподалёку скамейку. Разбуженный перемещением спарклинг завозился и недовольно запищал. — Всё хорошо, малыш, — отозвался Элс, прижав к себе бету и успокаивая. Брэй сел рядом с ним. — Что ты чувствуешь? — спросил он. — Мегатрон... Я чувствую боль его Искры. Ему... плохо сейчас. Я не знаю, где он, но всё же... Это не объяснить. — Боль Искры. — Медик вздрогнул. — Просто так она не появляется. — Что же — Мегатрон и правда в неприятности вляпался? — растерялся Драу. — Видимо, да, — отозвался Брэй. — И что-то мне подсказывает, что всё слишком серьёзно. Осталось выяснить, где он. — Да уж. Интересно, что же с ним произошло, — задумчиво проговорил Драубрэйз. Переведя взгляд на Элса, он спросил: — Как тебе удаётся чувствовать его Искру?? Разве Мегатрон — твой партнёр? — Он мой альфа, — ответил тот тихим голосом. — Пусть и не родной, но всё же. Он спас меня. — Элстрэйд отвёл взгляд и вздохнул. Брэй положил манипулятор на его плечо. — Если чувствуешь — так оно и есть, — сказал он. — Хм, надо его вытащить, — проговорил Драу. — Хотя бы для того, чтобы двинуть по фэйсу за то, что отказался бороться и не собирался нашим сообщить об этом. Брэймзэр хмыкнул. — Твоё право. — Он посмотрел на Элса. — Сможешь встать? — Да, — ответил тот. — Мне уже лучше. — Хорошо. — Мех помог ему подняться. — Мы пойдём. Ещё увидимся, Драу. — Обязательно, — отозвался тот и пошёл дальше. Голденфайр, пискнув, вскарабкался на плечо дани и погладил его по шейным магистралям. Элс улыбнулся и провёл ладонью по его спинке. — Мне страшно, Брэй, — прошептал он, посмотрев на друга и направляясь к дому альф Оптимуса. — Не бойся, — отозвался тот, погладив его по плечу. — Мы наверняка найдём его. ...Поднявшись на нужный этаж, он коснулся внешнего коммуникатора. Дверь открыл Нотблэй. Увидев гостей, он сильно удивился, затем, посмотрев на встревоженного бету, спросил: — Что-то случилось? Брэй, что такое? — Мегатрон в беде, — сказал тот. — Не знаю, что именно стряслось, но Элс чувствует это. У него Искра болит. Да и не мог бы Мегатрон вот так взять и бросить его. — Проходите, — проговорил мех. — Экс с Кэйем и бетами в городе, а Джелт на работе. Орион... Он сейчас отдыхает. После возвращения со встречи со Старскримом он места себе не находит. Элс подошёл к дани и молча обнял его, прижимаясь и вздрагивая. Брэймзэр же тихонько прошёл в кварту. Поняв, что Оптимус в соседнем отсеке, он вошёл туда и неловко замер при виде свернувшегося на платформе Прайма с малышом под боком. Би открыл оптику и, посмотрев на него, спросил: — Что ты здесь делаешь? После чего выбрался из объятий дани, слез с платформы и подошёл к нему. — Привет, маленький, — улыбнулся Брэй, опустившись рядом с ним на колено. — Возникла серьёзная проблема. — Он прерывисто провентилировал. — С Мегатроном случилось что-то плохое. Ему больно, страшно и плохо. Элстрэйд Искрой чувствует. Оптимус тихо застонал. Открыв оптику, он посмотрел на меха и сел на платформу. — Мегатрон... — прошептал он. Би хотел что-то сказать, но, передумав, вышел из отсека, оставив взрослых одних. — Ты тоже чувствуешь, да? — спросил Брэй, садясь рядом с Праймом. — Да, — ответил мех. — Только до сих пор не могу понять, что происходит. Но я чувствую, как плачет его Искра, как боль пронзает его корпус... — Он коснулся манипулятором грудных пластин. — Конечно, ты ведь его партнёр, — проговорил Брэймзэр. — Я не знаю, что с ним, но он явно страдает. — Я тоже не знаю, — отозвался тот. — Лишь чувствую. — Он застонал от очередного приступа боли. Брэй взял его за манипулятор. — Больно? — встревожился он. — Да... — ответил мех. — Очень больно... — Ты действительно его любишь? — Люблю, — проговорил Оптимус, слабо улыбнувшись. — И всегда любил, несмотря ни на что. Тебя это удивляет? — Если честно — да, — хмыкнул Брэймзэр. — Я всегда считал, что высшие неспособны на любовь. — Это не так... Просто многие высшие, они... — Прайм вздохнул. — Они скорее привыкли к такой жизни, и им не понять, что такое чувства. Почти для всех них важнее удовольствие, чем любовь. Почти для всех... — Он зажмурил оптику, из которой тёк омыватель. — Я найду Мегатрона. — Как ты собираешься это делать?? Я, к примеру, даже не знаю, с чего начать, — озадаченно проговорил Брэй. — Попробую ещё раз поговорить со Старскримом, изучу каждый уголок Кибертрона, потом облечу все соседние планеты. Но я найду его! Обязательно! Пусть даже на это уйдут месяцы. — Главное, чтобы он был жив к тому моменту, — вздохнул Брэй. — Я не чувствую, что с ним происходит, но уж точно ничего хорошего. Элстрэйд чувствует. Ему больно. — Пусть останется у нас, — предложил Орион. — Ты много работаешь, а у нас... Блэй постоянно дома. Да и Элс считает его своим дани. — Ты действительно не против?? — потрясённо спросил Брэймзэр. — Нет, конечно, — ответил мех. — Здесь ему будет легче. А один он точно не справится. — Тогда я ему сейчас скажу об этом. Спасибо, — улыбнулся Брэй. Пройдя во второй отсек, где общались Нотблэй с Элстрэйдом — рядом с ними играли Би и Файр, — Брэй проговорил: — Знаешь, Элс, Оптимус предложил тебе здесь пожить, пока не найдут Мегатрона. Если ты не против, конечно. — Я и сам хотел об этом попросить, только не знал, как это сделать, — тихо отозвался мех, посмотрев на него. — Сейчас я... не могу быть один. Это больно... Брэй подошёл ближе и обнял его, ласково гладя по голове. — Понимаю. Не бойся, здесь ты один не будешь. — Знаю, — ответил Элс. — Тебе на работу пора, да? — Да, дружок, сегодня моя смена. А тебе и правда не стоит сейчас одному оставаться. Тот кивнул и прислонился к корпусу Брэйя. — Вы ведь найдёте его? — тихо спросил Элстрэйд. — Мы будем очень стараться, — заверил его тот, обняв. — Но быстро вряд ли получится. — Главное, чтобы нашли, — отозвался Элс. — Ему сейчас очень плохо и одиноко. Я это чувствую. Блэй погладил его по манипулятору и тихо вздохнул. — Надеюсь, над ним всё же не слишком сильно издеваются. — Брэймзэр вздрогнул. — Главное, чтобы он продержался. — Он... Кажется, он умереть хочет, — с болью в голосе прошептал Элстрэйд, всхлипнув. — Чшш, тихо, маленький. — Брэй прижал его к себе, поглаживая по спине. — Он справится, я верю в него. Шлак, да что же с ним делают?! — Я не знаю... — отозвался Эл, опустив голову на плечо друга. — Но я чувствую, как ему больно... И от этого очень плохо. — Когда мы найдём его, те, кто над ним измывался, очень пожалеют, — заверил его Брэй. — Главное, чтобы к тому времени он был... жив.