Интербот

Благодаря выданным Брэйем координатам удалось достаточно быстро выйти на освобождённых каонцев. Те собрались в одном из внутренних двориков и о чём-то тихо совещались, но при виде высших настороженно замерли. — Что нужно? — недружелюбно осведомился Драубрэйз. — Поговорить, — отозвался Оптимус, подойдя к ним. — Вернее, попросить помощи в поисках Мегатрона. — Хочешь искать этого предателя? — фыркнул Драу. — Ну-ну. — Да, хочу, — проговорил Оптимус, не обращая внимания на резкость в его голосе, а затем сел на скамейку и прикрыл оптику. — Он мой партнёр. И в последнее время я начал чувствовать его Искру. — Он коснулся грудных пластин. — Это ощущение... Словно Искра разрывается на части, плачет. Боль. Одиночество. Тоска. Жажда смерти. Не предавал он никого. Я не знаю, почему он не хотел сказать вам о своём решении, ведь я много раз просил его об этом. И... Я просто прошу... Потом вы сможете сами с ним поговорить и обо всём узнать. — Он либо в одном из борделей, где насилуют за кредитки, либо участвует в незаконных боях, — сказал Джелт. — Но есть и более... отвратительные способы унижения. Мехи переглядывались между собой. Они слишком привыкли ждать от высших исключительно разного рода подлостей, но Оптимус выглядел искренним. — Надеюсь, ты не придумал это, чтобы оправдать его, — мрачно произнёс Драубрэйз. — А ещё мне очень интересно, когда нам дадут возможность работать и перестанут прогонять отовсюду. Ты Прайм, вот и выполняй свои обязанности по влиянию на общественное мнение. — Именно этим я и занимаюсь. — Тот стиснул денты. — Однако в последнее время я не могу думать о работе. — Брат? — Всё... нормально. Можно терпеть. — Он посмотрел на мехов. — Я добьюсь того, чтобы вы смогли нормально работать. — Хотелось бы, — мелодично произнёс один из бывших интерботов. — Но где предлагаете искать Мегатрона? Он ведь может быть... где угодно. — Сначала на Кибертроне, а если не найдём — на других планетах. Он должен где-то быть. Не мог же он испариться? — А я всё равно не верю, что он в неприятности влип, — хмыкнул Драу. — Потому что если это действительно так — какого шарка драного он заблокировал коммлинк?! — Коммлинк блокируется не только по собственному желанию, — проговорил Джелт и подошёл ближе к меху. — Его можно отключить и насильно. — Думаешь, его всё-таки могли захватить в плен? — задумчиво проговорил Драубрэйз. — Странно... Он ведь был лучшим гладиатором! Как кто-то мог с ним справиться?? — Я полностью в этом уверен. А поймать можно разными способами. Парализаторы, глушители. Это только часть, поверь. Я работал не только в Сенате, но и в полиции. Нам приходилось многих обезвреживать. И если напасть сзади... Даже статус лучшего гладиатора не поможет. Драу глухо зарычал. — Кто способен на такую подлость?! — яростно воскликнул он. — Кем надо быть, чтобы сделать такое?? — Законченной тварью, — ответил Джелт. — Мой брат чувствует боль, а, значит, над Мегатроном издеваются. Даже сейчас, пока мы тут с вами говорим. Драу сжал кулаки. — Если всё действительно так — я повырываю Искры тем, кто с ним так обходится, хоть и не хотелось бы снова энергон проливать. — А я сделаю это за брата. Поймите меня правильно — я ненавижу Мегатрона. Он... То, как он обошёлся со своим партнёром… В процессоре не укладывается. — А что Мегз сделал такого? — удивлённо спросил один из экс-гладиаторов — молодой мех в светло-зелёной броне и со жгуче-алой оптикой. — Он... изнасиловал Ориона, — ответил Джелт, сжав манипуляторы. — Да как так?? Не может быть! Он не мог! Мегатрон не такой! — раздались возгласы из собравшейся толпы мехов. — Мог, — отстранённо проговорил Оптимус, посмотрев в сторону. — И сделал это. Растоптал наши отношения. Но, несмотря на это, я хочу его найти и спасти. — Чтобы отомстить? - спросил Драубрэйз. — Ты ведь этого хочешь — верно, Прайм? — А за что он... вот так? — осторожно спросил высокий, изящный, алоокий интербот в фиолетово-белой броне, изукрашенной нестираемыми серебристыми узорами. — Нет. Потому что я люблю его. Люблю и хочу спасти. Этого ничто не изменит. — Он вздохнул. — Почему вот так? Потому что я стал Праймом — тем, кто стремится к миру и справедливости. Но Мегатрон не захотел поверить в это. Он хотел лишь одного — причинить боль. И он это сделал. — Видимо, он настолько привык защищаться от боли, что не смог доверять даже своему партнёру и решил сделать больно первым, — задумчиво проговорил Драу. — Ладно. Разберёмся с этим, когда найдём его. Если найдём. — Найдём. Обязательно. Я не успокоюсь, пока не добьюсь этого. — Оптимус вздохнул. — Спасибо. — Ему наверняка очень плохо сейчас, — дрогнувшим голосом проговорил один из интеров. — К сожалению, да, — проговорил Джелт, посмотрев на него. — Иначе бы мой брат так не страдал. Партнёрская связь... Лучше бы её вообще не было. — Найдём Мегатрона и всё выясним! — решительно воскликнул крупный боевикон жёлто-серого окраса и с оранжевой оптикой. — Спасибо, — сказал Оптимус. — А я, тем временем, буду заниматься своими непосредственными обязанностями. Можете обращаться ко мне по любым вопросам. — У нас вопрос единственный — работодатели презирают из-за нашего происхождения и прямо заявляют, чтобы мы проваливали обратно на арену и в бордели, — заявил Драу. — Разберёмся. Согласно принятому закону каждый, неважно, к какой касте он принадлежит, имеет право устроиться на работу. С несогласными я поговорю. — Этих несогласных много. А у нас энергон и кредитки кончаются! — стали возмущаться мехи. — Спокойно. Энергон будет. — Оптимус поднялся. — Нужно только немного подождать. — Если он закончится, а нас так никуда и не возьмут — пойдём на преступления! — предупредил мех. Орион хмыкнул. — Ничего подобного не понадобится, — сказал он, — так что не волнуйтесь. — Затем посмотрел на брата и спросил: — Идём? — Только куда? — отозвался Джелт. — Даже не знаю, с чего начать. — Пока за крии для бет, а потом, думаю, по организациям. — Затем посмотрел на сгрудившихся мехов. — Может, есть желающие пойти с нами? Те переглянулись, и к братьям подошли Драубрэйз, фиолетово-белый экс-интербот и жёлто-серый боевикон. — Отлично. — Прайм вновь коснулся грудных пластин, после чего направился в один из ближайших магазинов. ...Они все вместе вошли в магазин, и, пока Джелт с Оптимусом выбирали крии, Драу вместе с ещё двумя мехами тихо стали у стенки, осматриваясь. Продавец настороженно покосился на них и вызвал охранников. Повернувшись, Оптимус посмотрел на них и проговорил: — Они с нами. — Затем, помолчав, добавил: — Они не представляют опасности ни для кого. Если к ним относятся хорошо, то и они тоже. Они такие же жители, как и мы с вами. Уберите охрану, если не хотите проблем с правительством. Лично они вам что-то сделали? — Этот мусор не должен находиться в приличном обществе, — презрительно бросил продавец. — Они отбросы. Пускай проваливают обратно в свои трущобы. — Слушай, ты... — угрожающе зарычал Драу, выщелкнув клинок, но отступил, когда один из охранников навёл на него лазерган. — Спокойно! — прокричал Оптимус, выставив перед собой оружие. — Иначе я буду вынужден применить силу. Вы не видите, кто стоит перед вами? — Он посмотрел на охранника. — Опустить оружие. — Быстрый взгляд на Драу. — Ты тоже. Спрошу ещё раз: конкретно они вам что-то сейчас сделали? — Он встал между ними. — Или вы считаете, что такое поведение достойно представителей высшей касты? Тем более, когда перед вами стоят Прайм и сенатор? Продавец недовольно посмотрел на него. — Извините, конечно, сэр, но они в принципе не имеют права покидать Каон. Они пришли, чтобы определиться, можно ли отсюда что-нибудь стащить. Это ведь очевидно! От отребья другого ждать не приходится. Боевикон глухо зарычал. Оптимус подошёл ближе к прилавку. — Повторю ещё раз — они с нами. Разве что-то пропало? Или за пару наноклик они кому-то навредили? Нет. Разве они вообще что-то сделали? Нет. Они стояли и ждали нас. Поэтому, пожалуйста, уберите охрану. А если есть какие-то претензии, сообщите мне — в письменном виде, со всеми доказательствами. А на случай голословного обвинения любого жителя Кибертрона существует протокол. Или вы не слышали о новом законе? Кастовая система была отменена. — И зачем вы это сделали?! — возмутился мех. — Вы всё испортили! Им не место среди нормальных кибертронцев! Вы погубили наш мир! — Каждый житель Кибертрона имеет право на полноценную жизнь! Или вам так сильно не хватает развлечений? Погубил мир? Отнюдь. Я сделал его таким, каким нужно. — Они были активированы рабами, и должны ими оставаться! — твёрдо произнёс продавец. — Высшие имеют права развлекаться, а обязанность низших — предоставить развлечения. — Обязанность? — хмыкнул Оптимус. — А если я скажу, что ваша обязанность — продавать товар, а не спорить с покупателем? — Он посмотрел в оптику меха. — А чем вы, собственно, занимаетесь? — В смысле? — растерялся мех. — Я продаю разного рода продукцию. — Что-то я не вижу, чтобы вы мне сейчас что-то продали. — Оптимус сложил манипуляторы у грудных пластин. — Вместо этого вы спорите с покупателем и высказываете своё недовольство — и лишь потому, что трое мехов, не проявляющих агрессию, стояли возле входа. Или скажете, что я неправ? — Он посмотрел на охранников. — Возвращайтесь на свои места. Тем очень хотелось пристрелить на месте каонских отбросов, но в присутствии Прайма они не рискнули этого делать и вернулись на свой пост. Продавец с яростью и отвращением посмотрел на освобождённых низших, но от комментариев воздержался. — А теперь будьте добры — обслужите нас, — обратился Прайм к продавцу, после чего поманил к себе мехов. — Сейчас вы сами убедитесь, что они не представляют опасности. — Уберите их от меня! — вскрикнул мех, вжавшись в стену. — Помогите! — Спокойно! — воскликнул Оптимус, протянув к нему манипулятор. — Разве они вам что-то сделали? — Могут! Сами посмотрите на них! Это конченые звероконы! Драу мрачно фыркнул. — Мы подождём снаружи, Прайм. Ни к чему нам лишние унижения. Все трое каонцев вышли на улицу. Оптимус хмыкнул. — Правила для всех и каждого одинаковы. Почему же вы меня не унижаете? Только по той причине, что я лидер Кибертрона и высший? — Да. Вы — цвет нашей расы. Как и все высшие. А отбросы только для развлечений годятся. — А если бы кто-то из членов моей семьи в прошлом был низшим, это бы изменило ваше отношение лично ко мне? — Прайм пристально посмотрел на меха. — Ну, вы уж точно не сделаете такую глупость, — убеждённо произнёс тот. — Чтобы высший спутался с отребьем?? Ерунда. — Я сейчас говорю не о себе. Что бы вы сказали, если бы, допустим, мой гранд-дани был в прошлом низшим? — Это невозможно! — твёрдо произнёс продавец. — Иначе Матрица вас не выбрала бы. — Возможно, — ответил он. — Ещё как возможно. Моего гранд-опи звали Хэйстжэт. Это мех, который ради собственного партнёра пошёл на многое, но, конечно, всё же не на убийство. — Он вздохнул и продолжил: — Возможно, вы слышали историю о низшем, отказавшемся от своего прошлого и создавшем систему обучения для военных академий? Или скажете, что не слышали об этом? — Система действительно отличная, — озадаченно проговорил продавец. — Но я впервые слышу, что её разработал представитель низшей касты. — Так и есть, — ответил Оптимус. — Его имя Нотблэй. — Он вздохнул. — Пару пакетиков крии. А лучше четыре. — Не слышал о таком, — покачал головой мех, выдавая запрошенный товар. Прайм расплатился. — Перестаньте дрожать. Или вы меня боитесь? — Нет, я боюсь, что опять те отбросы припрутся и всё-таки устроят ограбление. Охрана, конечно, есть, но всё же. — Фактически, я такой же, как и они. Ограбление? Хм... Охрана не справляется? — К счастью, нас пока не грабили. Но от низших отбросов всего можно ждать. Поскорей бы их вернули туда, где им место. — Их место здесь, — ответил красно-синий мех. — И будет всегда. Если к ним относятся достойно, они никого не трогают. — Он повернулся и покинул магазин. Драубрэйз выжидающе посмотрел на него. — Ну как? — Не очень хорошо, но всё же... — Оптмиус слегка улыбнулся. — На какие работы лично вы пытались устроиться? Джелт посмотрел на брата и вздохнул. Он ещё никогда не видел Оптимуса таким. — Разные. Строителями, охранниками, телохранителями, шахтёрами, металлургами, продавцами. — Так, попробуем те места, где особо не смотрят на статус — Иаконский Архив и Военная академия. У меня там связи. Так что начнём сначала с вас двоих. Гладиаторы, верно? — Да, верно, — проговорил жёлто-серый боевикон. — И нам бы очень хотелось жить так, чтобы больше не надо было никого убивать. — И не придётся, — ответил Оптимус. — В Военную академию, насколько я знаю, нужен инструктор ближнего боя. А в Архив — охранники. — Здорово! Хотелось бы, чтобы всё получилось. Нам не нравится быть изгоями. Оптимус посмотрел на Джелта. — Ты с нами? — Нет. Я пока в шахты съезжу, а потом — на завод. — Хорошо. Удачи. Как только сенатор уехал, Орион посмотрел на гладиаторов и направился в сторону Архива, где когда-то работал. Мехи переглянулись и последовали за ним. *** В Архиве им встретился Дион. Ошарашенно посмотрев на них, он воскликнул: — Орион?? — Здравствуй. — Прайм подошёл к нему и улыбнулся. — Как вы тут? — Ужасно соскучился по тебе! — отозвался архивист. — Ну как ты — освоился со статусом Прайма? — Да, — ответил тот. — Хотя и скучаю по старой работе, но всё равно. Мы здесь по делу. Альфа Трион у себя? — Да, конечно. А эти мехи с тобой... Почему они здесь? — Дион перевёл взгляд на меха с серебряными узорами на броне. — О, помню этого интера. Он хорош на платформе. Оптимус бросил на него строгий взгляд. — Не хватает развлечений? — спросил он. — Насколько мне известно, у тебя партнёр постоянный появился. А он знает о твоих старых похождениях? — Знает, ну так и у него подобного немало за плечами, — спокойно произнёс Дион. Бывший интербот на всякий случай спрятался за гладиаторами. — Не говори глупостей. — Прайм осмотрелся. — Как я вижу, охрану так и не нашли? Кандидатов не было? — Вроде не было, — задумчиво проговорил Дион. — А у тебя есть кто-то подходящий на примете? — Да, — ответил Орион. — И, насколько мне известно, здесь не смотрят на статус, потому что народу мало. Или с тех пор, как я ушёл, что-то изменилось? — Я очень даже смотрю, — хмыкнул Дион. — Каждый должен быть на своём месте. Но решает Альфа Трион. — Изучи закон. — Оптимус протянул датапад. — Насколько мне известно, ты парень сообразительный и глупостей не совершаешь. Дион со вздохом взял устройство. — Когда и зачем ты успел издать этот указ? — спросил он. — Совсем недавно. — Тот вздохнул. — Ибо я считаю, что каждый имеет право на достойную и безопасную жизнь. — Интересно, согласится ли Альфа Трион принять их. — Дион опасливо покосился на мехов. — Мне привычней видеть их через силовой барьер, отгораживающий трибуны от арены. — Они никого не трогают, если не трогают их, — произнёс Орион. — Уж поверь. Я знаю. — Очень на это надеюсь, — с чувством произнёс Дион. — Ладно, думаю, Альфа Трион сейчас сможет тебя принять. — Хорошо. Ещё увидимся. Идёмте, ребята. — Оптимус направился в кабинет главного архивиста Иакона. Каонцам было интересно всё вокруг — они никогда не были внутри таких величественных зданий, за исключением Зала Сената. Оказавшись перед Альфа Трионом, они неожиданно оробели и стали поближе к Прайму. — Спокойно, — ответил тот и, склонив в почтении голову, проговорил: — Рад видеть вас, учитель. — Орион. — Мех посмотрел на него. — Подними голову. Тот взглянул в его пронзительно-голубую оптику и опустился на колено. — Они с тобой? Никогда не думал, что увижу здесь представителей низшей касты. — Трион посмотрел на мехов. — Почему они здесь? — Я взываю к вашей мудрости. Вы всегда говорили мне смотреть Искрой, а не оптикой. Я... — Оптимус замялся. — Я считаю, что каждый мех имеет право на нормальную жизнь. И неважно, к какой касте он принадлежит. Все мы — жители Кибертрона. Но те, кто на потеху другим сражался на арене и коннектился за кредитки — такие же мехи, как и мы с вами. Происхождение не имеет значения. Мы... мы все совершаем ошибки и бываем заложниками не зависящих от нас обстоятельств. Альфа Трион покосился на него и вздохнул. — Ты хочешь, чтобы я взял их на работу, верно? — Да. Если нужно, то под мою ответственность. Мех перевёл взгляд на каонцев. — А чего же хотите вы сами? — спросил он. — Спокойной, безопасной жизни, — ответил Драубрэйз. — И чтобы нас не пытались прогнать или унизить. Мы не хотим никому навредить. — Что ж... — Альфа Трион подошёл к ним. — Хорошо. Я возьму двоих из вас с испытательным сроком. По истечении месяца посмотрим. И помните: не всё в этой жизни просто. Поэтому вы должны быть готовы ко всему. Оптимус поднялся с колен. — Благодарю. — Он посмотрел на Драу. — Ты пойдёшь со мной. Тот радостно улыбнулся. — Конечно, сэр! Я готов. Спасибо! Прайм усмехнулся. — Только... не подведи меня. Альфа Трион улыбнулся. — Остальные за мной. — Он направился в свой кабинет. Жёлто-серый боевикон и бывший интербот с трепетом последовали за главным архивистом. — Какие у нас будут должности, сэр? — Охранники, — ответил тот. — Думаю, не нужно объяснять, в чем заключается работа? — Нет, всё понятно, — отозвался боевикон. — Скажите, а вы не знаете, как от этих узоров избавиться? — Экс-интербот указал на свою броню. — Не хочу, чтобы все знали о моём... прошлом. — Калибровка брони, — проговорил Альфа Трион. — Ваш непосредственный начальник всё сделает. Процедура стандартная. — Спасибо! — просиял мех. — Очень хочется избавиться от этого. Противно. — К работе можете приступать уже завтра. *** — Думал когда-нибудь о работе инструктора? — спросил Оптимус у Драубрэйза, когда те вышли из здания Архива. — Как-то я не учёл эту профессию. Мне кажется, это интересно, — проговорил тот, идя рядом с ним. — Спасибо, что помогаешь. Если бы не твоё вмешательство — нам пришлось бы пойти на криминал, когда закончился бы энергон. — Это лишь малая часть того, что я мог бы сделать, если учесть, что сейчас я не в лучшей форме. — Жаль, не все готовы тебя слушать. Вон, тот продавец чего только стоит! — К переменам сложно привыкнуть, — отозвался Оптимус. — Ещё слишком мало времени прошло. — Боюсь, большинство никогда нас не примет, — вздохнул Драубрэйз. — Они злятся из-за того, что лишились покорных игрушек. — Если им так не хватает развлечений, то пусть придумают новые. Но произвола в обществе я не допущу. — Спасибо. — Драу слегка улыбнулся. — Кажется, я... верю тебе. Прайм улыбнулся. — Мы почти пришли. Скажи, ты лично был знаком с Мегатроном? — Конечно. Мы с ним в одном бараке жили. На арене тоже сражаться пришлось против него — я был не в восторге, но куда деваться? Хорошо, зрители потребовали меня в живых оставить. А что? — Какой он? Мы хоть и партнёры, но... Совсем мало говорили о его жизни... там. И... Я никогда не поверю в то, что ради достижения собственной цели он способен причинить боль. — Ну, сенаторов он прикончил с огромным удовольствием. А вот расправа на площади ему тяжело в моральном смысле далась — ему очень плохо было. И после каждого сражения на арене тоже. — Неудивительно. Он... Он был тем, из-за кого я, собственно говоря, и стал Праймом. Хотел для него нормальной жизни. Хотел, чтобы у него была семья. Но теперь... Я даже не знаю, сможет ли он жить после того, как мы его найдём. — Не знаю, что с ним, но, наверно, что-то ужасное. — Драу передёрнуло. — Ты действительно чувствуешь его Искру? — Да, — ответил Орион. — Сейчас, кажется, более-менее спокойно, хотя Искра всё равно плачет. Тихо, но всё же... Это больно. — Даже представлять боюсь, что там с ним творят, — мрачно произнёс экс-гладиатор. — Но ему явно очень плохо. — Согласен. Я пойду на всё, но обязательно найду его. Пусть даже мы никогда и не будем вместе. — Я помогу тебе, Прайм. Можешь на меня рассчитывать, — заверил его мех. — Спасибо. — Оптимус слабо улыбнулся. — Никогда не думал, что может быть... вот так. — Да уж... *** Спустя несколько бриймов они пришли к зданию Иаконской Военной Академии. — Мне нужно встретиться с Капрэйзэром, — проговорил Оптимус, подойдя к стоящему охраннику и протягивая голожетон. — Этот мех со мной. — Проходите, — отозвался мех, отходя в сторону и смерив Драу подозрительным, цепким взглядом. Тот нервно поёжился. — Идём, — произнёс Прайм, входя в коридор Академии. — Кап был моим наставником, а потом стал нынешним директором. Он резок, но умён и благоразумен. Он смотрит на качества работника. Ничему не удивляйся. — Он точно не обращает внимания на происхождение? — взволнованно спросил Драубрэйз. — Пойми, я очень волнуюсь. — Скажу честно — ему всё равно. Но... Он может устроить показательный бой, чтобы убедиться, что ты подходишь для данной работы. Причём в боях он участвует сам. Он не жесток. И это не арена. — Ничего себе, — впечатлился бывший гладиатор. — Только... Я-то именно что на арене сражался. Боюсь, что могу ненароком покалечить или убить. — Он опустил голову. Оптимус рассмеялся. — Это невозможно! — задорно воскликнул он. — Думаешь, его выбрали просто так? Отнюдь. Он силён. Впрочем, скоро ты сам в этом убедишься. Подойдя к двери, он трижды постучал и, выждав пару наноклик, ещё раз, а затем вошёл. В кабинете за столом сидел мех в ярко-красной броне со шрамами на плечах и грудных пластинах. — Мир Кибертрону, учитель. — Орион Пакс. — Капрэйзэр поднялся и подошёл к нему. — Не ожидал увидеть в стенах Академии Прайма. — Он покосился на Драу. — Бывший низший? — Да, сэр, — тихо ответил тот, с опаской оглядев внушительного меха. — Прайм сказал, вам нужен инструктор для новеньких. — Верно, — ответил тот, подойдя к нему. — А ты, значит, хочешь? Хм... А общаться с молодыми мехами ты умеешь или только манипуляторами размахивать? — Но я не преподаватель, — растерялся Драубрэйз. — Вот убивать мне приходилось, к сожалению. Кап усмехнулся. — Да не бойся. Научишься. Глосса и вокалайзер ведь есть? — О да. Но разве моя обязанность состоит в чтении лекций? — удивился каонец. — Я думал, что должен учить их сражаться. — Молча сражаться нельзя, — ответил тот. — К тому же, если ты будешь молчать, как мелочь поймёт, в чём их ошибки? Или я неправ? — Шлак... что ж так сложно всё... — Драу прерывисто провентилировал. — Наверно, лучше мне стать охранником какого-нибудь склада. — Давай сначала посмотрим, на что ты способен, а там подумаем. Оптимус, отойди. Тот кивнул и сделал шаг назад. Кап встал в боевую стойку. — Готов? — Эээ, я уже не рад этой затее, — замялся Драу. — Серьёзно. Не хочу ни с кем сражаться. Я навоевался на весь актив вперёд. — Это не сражение, — ответил тот, — а простое испытание. Никого убивать тебе не придётся. Если Орион тебя привёл, значит, уверен в своём выборе. Да и потом — вряд ли ты сможешь меня уложить. Или струсил? — Не струсил! — воскликнул мех. — Конечно, нет. Прости поймите — я всю жизнь на арене провёл, и надеялся, что, раз уж стал свободным, не стану больше ни с кем драться. — Он тяжело вздохнул, тоскливо посмотрев на Рэйзэра. — Я сражался в последней войне, — проговорил мех. — Нас выжило лишь четверо. И одним из выживших был опи Оптимуса. Именно поэтому мы учим молодых трансформеров — чтобы никто больше не погиб. Тебе не придется сражаться с ними. — Он подошёл ближе. — Ты принят. Драубрэйз ошарашенно расширил оптику. — Вы серьёзно?? — Да, — кивнул тот. — Знаешь, почему те, кто был до тебя, не подходили? Они были уверены в своих силах и бросались в бой. Мне нужен тот, кто сможет показать молодежи, что бой — не главное, что нужно ценить жизнь. Знаешь, почему Орион был моим лучшим учеником? — Потому что он миролюбивый, — тихо отозвался Драубрэйз. — И действительно ценит жизнь и справедливость. — Вот именно. Мне нужен не воин. Мне нужен тот, кто действительно сможет показать разницу между жизнью и смертью. Мне нужен такой, как ты. — Я постараюсь справиться, — проговорил Драу. — Я убивал, но не разучился ценить жизнь, наоборот — мне хочется оберегать и защищать. Кап улыбнулся и протянул ему манипулятор. — Добро пожаловать в Военную академию Иакона. Драу ответил крепким пожатием. — Спасибо, сэр! Я буду очень стараться. — Жду тебя завтра. Занятия начинаются сразу с утра, в девять. — Я приду! Обязательно! — воодушевлённо воскликнул каонец. Орион подошёл к нему. — Ну что, пойдём? — спросил он. — Конечно. Спасибо. Что будем сейчас делать? — Предлагаю отметить в баре. Тут рядом. Потом мне нужно будет уйти. — Он посмотрел на наставника. — Мир Кибертрону. — Жизнь имеет ценность. Обнявшись с ним, Орион улыбнулся, и они с Драу ушли. ...— Знаешь, — проговорил Драубрэйз, допив куб, — мне кажется, Мегатрон всё-таки не на Кибертроне. Не знаю, что с ним творят, но это наверняка похуже арены. — Я тоже так думаю. — Оптимус взял ещё один куб. — Но если он не на Кибертроне, то тогда где? В нашей системе полно планет. — Это сложно, — произнёс Драу. — Придётся обыскивать их все. — На это точно уйдут месяцы. Главное, чтобы к тому времени он был жив. Всё ещё злишься? — Честно? Есть такое. Даже не знаю, из-за чего сильнее — из-за того, что он сдался, или из-за того, что не сообщил нам. — Я тоже злюсь. Но всё равно найду его. — Мех горько усмехнулся. — И что будешь делать, когда найдёшь? — с интересом спросил каонец. Тот задумался. — Для начала попробую просто поговорить с ним. — Если он будет в состоянии разговаривать, — отозвался Драу. — Неизвестно, что с ним творят. — Ты прав. Ему в любом случае понадобится медицинская помощь. — Да уж. — Мех поёжился. — У него наверняка травмы будут. — Именно. Ладно, я пойду, а то не очень хорошо себя чувствую. — Орион поднялся. — До встречи. — До встречи. Ты поаккуратнее, а то и правда замученным выглядишь. Орион кивнул и вышел из бара. Он шёл медленно, думая о чём-то своем, и не заметил, как столкнулся со Старскримом. — Извини. Я тебя не заметил. — Здравствуй, Оптимус, — учтиво проговорил сикер. — Всё хорошо? — Он обеспокоенно посмотрел на Прайма. — Да, — ответил тот, слабо улыбнувшись. — Просто задумался. — За Мегатрона переживаешь? — спросил Старскрим. — Угу... — Мех вздохнул и сел на скамейку. — Он сбежал, Оптимус, — произнёс Старскрим, садясь рядом. — Я в этом не уверен. Когда сбегают, Искра не чувствует боль партнёра. — А ты это чувствуешь? — занервничал сикер. — Тебе плохо? — Очень, — ответил тот. — Боль, одиночество, тоску... И не только это, Старскрим. — Оу. Ничего себе... А что ещё? — Он беспокоился. "Шлак... Вот уж Оптимусу я не собирался вредить!" — мелькнула мимолётная мысль. — Чувство безысходности и жажду смерти. Всё это отзывается невыносимой болью в Искре. — Ничего себе. — Сикер нервно дёрнул крыльями. — Будешь... искать его? — Да, — еле слышно ответил тот. — Но ведь он предал наше общее дело! — воскликнул Старскрим. — Предал своих воинов! И тебя. — И что?! — с болью в голосе воскликнул Оптимус. — Лишь из-за этого я должен бросить своего партнёра? — Мне кажется, он должен быть наказан. Иначе не поймёт своей вины. Ты знаешь, каково его мехам? Они верили ему! — Прекрасно знаю! — прокричал, не выдержав, Прайм. — Извини... Сорвался. — Ничего, я понимаю, — отозвался Старскрим. — А как у тебя с общественно-политической деятельностью всё продвигается? — Вполне неплохо. Сегодня удалось устроить на работу троих каонцев. Похоже, мне придётся самому с ними ходить. Хотя... Мне даже понравилось. — Самому-у? — удивился сикер. — Ничего себе. Но их очень много, ты ведь знаешь? — Конечно, знаю. Поэтому буду устаивать их группами. Так быстрее будет. — Ты очень хороший лидер, Оптимус, — искренне проговорил Старскрим. — Пожалуй, даже лучший среди всех Праймов. Ни один из твоих предшественников настолько глубоко не вникал. — Они даже не пытались, как мне кажется, — со вздохом произнёс Прайм. — Ну, как раз-таки при Праймах деления на касты не было, — отозвался сикер. — А вот как Матрица перестала выбирать и Сенат заполучил единоличную власть — тогда всё и началось. — Больше подобные им никогда не окажутся у власти, — проговорил Оптимус. — Мир меняется, пусть и очень медленно. — Так некому оказываться-то — всех сенаторов, кроме твоего брата, положил Мегатрон, — произнёс Старскрим. — А Джелт вряд ли будет вредить простому народу. Что до других кибертронцев… Желающих соваться в политику особо не наблюдается. — Всякое может случиться в будущем. И есть вероятность того, что будет собран новый Сенат. — Это каким же образом?? Сенаторов подбирает лично Прайм. Вряд ли ты станешь этим заниматься. — Ну, если все кандидаты будут такими, как ты или Джелт, то можно будет и подумать. А так... Пожалуй, ты прав. — Прежние сенаторы тоже были поначалу хорошими, а потом власть развратила их, — вздохнул Старскрим. — Как же всё сложно... — Оптимус прикрыл оптику. — Выходит, я и впрямь единственный, кто может с этим справиться. — Я тебе помогу. Джелт, думаю, тоже. — Старскрим успокаивающе коснулся его плеча. — Только не сдавайся, прошу. Все эти мехи на грани. Они разозлены и растеряны. — Я постараюсь, — проговорил он. — Может, прогуляемся до моего дома? — Идём, — кивнул сикер. — И завтра будем действовать вместе, если ты не против. — Я только за. — Орион поднялся. — Спасибо за помощь, Старскрим. — Обращайся. — Тот тоже встал, изящно поведя крыльями. — Советую отдохнуть. — Обязательно. Я и сам этого хочу... Я так устал. — Вижу. — Старскрим окинул его сочувственным взглядом. — Хорошего отдыха. Тот кивнул и медленно пошёл домой, боясь, что из-за плохого самочувствия может не дойти. — Орион? Что с тобой?? — испуганно воскликнул возвращавшийся с прогулки Кэйтрэст. Бросившись к нему, мех обнял его за плечи. — Я... просто устал, дани... — еле слышно отозвался тот, прижавшись к альфе. — Практически без сил. — Маленький мой. — Тот ласково погладил его по спине. — Идём домой, тебе надо лечь. Только не отключайся, прошу. — Постараюсь... Я люблю тебя, альфа. — И я тебя, Ори. Идём, мой хороший. Кэй потихоньку довёл Прайма до кварты, где тот обессиленно рухнул на платформу. Мех с болью посмотрел на вымотанного бету и, наклонившись, нежно поцеловал в лоб. — Отдыхай, родной. — Спасибо. — Оптимус слабо улыбнулся. — Может, ты тоже полежишь со мной? — Ну конечно. — Кэй провёл ладонью по его щеке и лёг рядом, обнимая. — Чем помочь? — Мне просто нужно поспать. — Мех обнял дани, прижимаясь к нему. — И я счастлив, что ты рядом. Кэйтрэст погладил его по спине. — И буду. Спи, дружочек. Тот закрыл оптику и мгновенно отключился.