No heroes

      День Питера Паркера начался не с кофе. Собственно с кофе Питер свое утро не начинал последние года три из-за паучьих генов*, но суть сейчас не в этом. Он проспал, снова. Ночные патрули занимали у подростка слишком много времени и сил, а учеба начиналась слишком рано для человека, ложившегося спать под утро. Сейчас нужно было как можно быстрее собраться и надеяться, что на паутине Пит все же успеет долететь к началу первого урока. Погода была просто прекрасной, Паркер даже насладился бы и легким ветерком, и запахом сырой земли после недавнего дождя, и утренним солнцем, если бы не нужно было спешить. Быстро надев маску и вебшутеры в ближайшем безлюдном переулке, Питер выстрелил паутиной в соседний дом и начал свой полет до школы.       На этот раз Паучку повезло. Он не опоздал и даже появился в классе за семь минут до начала занятий. Не то чтобы это это привлекло слишком много внимания, но Нэд и Мишель все же порадовались за друга. Учеба шла вполне сносно, Питер даже сумел поспать еще немного, а после класс отправился на экскурсию в музей. Казалось бы, ничего не предвещало беды, день шел отлично за исключением самого его начала, когда Пит проспал. А потом произошло Это. События развивались настолько стремительно, что Паучок даже толком не понял, что произошло, а уже летел на космическом пончике непонятно куда в компании Тони Старка и Стивена Стрэнджа (верховного чародея земли, как он сам себя называл). На самом деле Питер кое-что уже слышал о Докторе Стрэндже, но слышал он о нем не как о маге, а как о талантливом нейрохирурге. Это не мешало бы обдумать, поспрашивать самого Дока, но сейчас было немного не до этого. Скорее совсем не до этого. Питер находился прямо в космосе, на настоящем космическом корабле. Как супергероя его, конечно же, беспокоила сложившаяся ситуация, но как истинный фанат Звездных Войн и просто умный паренек, интересующийся инопланетными технологиями, он чуть ли не пищал от восторга. Когда они наконец прибыли на Титан и встретились со Стражами, его восторг увеличился в разы, хотя и страха хватило. Одна Мантис чего стоила. Вид был точь-в-точь как будто она собиралась отложить в Питера яйца. Ну или так показалось на первый взгляд. На деле Стражи оказались очень даже дружелюбными. И сильными. Теперь Паучок был полностью уверен в победе над Таносом. Да и Доктор Стрэндж сказал, что шанс есть. Один из четырнадцати миллионов, но есть. Значит победим.       Питер еще никогда не ошибался так сильно. Свою ошибку он начал осознавать, когда Док был вынужден отдать камень времени в обмен на жизнь мистера Старка, но полностью осознание пришло лишь тогда, когда сперва Стражи и Стрэндж начали рассыпаться, а после и самому Паучку стало нехорошо. Он буквально чувствовал как исчезает каждый его атом, каждая клеточка тела. Вся жизнь пролетала перед глазами: смерть родителей, которую он едва помнил, посиделки с Мэй и Бэном, их пикники и праздники, экскурсия в Оскорп, укус радиоактивного паука, смерть Бэна, становление Человека-паука, встреча с мистером Старком. Где-то на периферии сознания Питер вспомнил, как в седьмом классе забыл выключить дома утюг и чуть не сжег весь дом**. Но все это быстро проносилось в голове, особо не обращая на себя внимания. Единственное, о чем Пит мог думать, так это о том, что ему не хотелось умирать. Да, он был супергероем, да, он знал, на что шел, становясь им, и да, он был бы, может, и не против умереть, что бы спасти кого-то. Но это совсем не значит, что он хотел этого. Питеру, как и любому здравомыслящему человеку, хотелось жить. Он был не из тех, кому все равно терять нечего. У него были друзья, была тетя Мэй, был наставник в лице, подумать только, самого Тони Старка. Желание жить было вполне естественным, но разве Таносу и камням было дело до желаний какого-то мальчишки? Конечно нет. Единственным преимуществом была почти полная безболезненность. Не то, что бы боли совсем не было, но она не была невыносимой, скорее дискомфорт, покалывание, но не более. Очень скоро Питер перестал ощущать и это. Он вообще перестал что-либо ощущать. В том числе и свою жизнь.

***

      Зал был большим и светлым. Почти полностью разрушенный потолок, гордо возвышающиеся колонны, витражи, часть которых была так или иначе разбиты, залитый водой пол - все это придавало помещению вид величественный, немного пугающий, поражающий воображение. Трудно было представить, сколько же лет этому залу. Пятьсот? Тысяча? Несколько тысяч? Уже никто и не вспомнит точного ответа. В центре стоял круглый стол, за которым гордо восседали шестеро. По внешнему виду трудно было угадать их возраст. С одной стороны молодые лица без малейшей морщинки, без даже намека на какой-либо изъян. Но глаза выдавали в них стариков. Говорят, что глаза - зеркало души. Если это так, то этим людям лет явно не меньше, чем залу, в котором они сейчас находились, а то и больше. Трое мужчин и трое женщин, все они были одеты в одинаковые легкие белые одежды и настолько походили друг на друга внешне, что заметить хоть какое то различие было почти нереально. Правильные черты лица, высокие подтянутые фигуры, идеальная осанка, тонкие изящные пальцы. Единственное явное различие было в цвете глаз и подвески на груди. Первым напряженную тишину нарушил мужчина с зелеными глазами и такой же зеленой подвеской: - Если мы ничего не предпримем, это приведет к необратимым последствиям. Надеюсь, все это понимают? - зеленый внимательно осмотрел окружающих. - Время, насколько все плохо? - спросил Желтый. - Из четырнадцати миллионов победный только тот, в котором мир лишается нескольких героев, - ответил тот. - А если просмотреть еще парочку сотен вариантов? - поинтересовалась Красная - Если бы они существовали...       Вновь наступила напряженная тишина. Благо, на этот раз она продлилась недолго: - А если вмешаемся мы, Зеленый? Такой вариант ты тоже просмотрел? - нахмурив брови, пробубнила Фиолетовая. - Ты ведь понимаешь, что это опасно для вселенной, Сила? - Желтый поднял одну бровь. Время лишь покачал головой. - Разум всегда был параноиком. Мы должны вмешаться. Хотя бы ради того, что бы вернуть Локи, который в свою очередь может помочь победить. - Ха, ты так говоришь, потому что привязался к этому жалкому божку, Пространство. Этот слабак не стоит ни капли наших усилий, - Сила даже фыркнула на заявление голубоглазого. - И все же сейчас я просмотрел подобные варианты. Есть один хороший, но слишком много рисков того, что все пойдет не по плану. Для этого придется объединить все наши силы, - серьезно произнес Время. - Хорошо, выкладывай свой план, - кивнул Желтый.

***

      Вечером на пирсе было особенно тихо и безлюдно. Небо было почти полностью покрыто тучами, а свет луны еле-еле пробивался сквозь них, образуя полумрак и как бы не давая городу окончательно захлебнуться во всепоглощающей тьме. В воздухе витал не сильно приятный запах готэмских вод и, пожалуй, смерти. В этом проклятом городе пирс словно был изначально задуман мафией как прекрасное место для убийств. Каждый человек, проживший в Готэме хотя бы пару лет, знал, что в прибрежную зону лучше не лезть, мало ли случайно наткнешься на то, о чем, по мнению местных преступников, тебе лучше не знать. Так и самому умереть не трудно. Собственно поэтому и вышло, что на пирс захаживают только убийцы с их жертвами да рыбаки.       Селина не любила это место так же сильно, как и все остальные, а может даже и сильнее. Однако не так далеко от него нашлось неплохое место для ночлежки, поэтому проходить мимо пирса девушке все же иногда приходилось. Сегодня был как раз такой случай. Кайл шла как можно тише и аккуратнее, стараясь не шуметь. Людей видно не было, но зная, что находится на территории мафии, рисковать не хотела. Уже и так слишком много дурного произошло за вечер. В голове все еще звучали выстрелы и крик мальчика, который только что потерял своих родителей в темном переулке. Подул холодный ветер, и Селина еще больше завернулась в куртку. Готэм никогда не был теплым городом, но эта ночь казалась особенно ужасной.       Селина Кайл знала, что никто в здравом уме не пойдет ночью на пирс без острой на то причины. Поэтому она очень удивилась, увидев лежащего прямо на сырой земле паренька. Точнее увидеть кого-либо валяющимся тут было нормой, но девушка никак не ожидала, что он окажется живым и даже без пули в боку. Одежда тоже не внушала доверия. Нет ну правда, кто станет ходить в обтягивающем красно-синем костюме? Хотя чему тут удивляться, это же Готэм. Девушка уже хотела идти дальше, но ее остановил голос незнакомца: - Кто вы? Где я? - начал испуганно спрашивать подросток, встрепенувшись и будто вылетев из забытия. - Совсем что ли с головой плохо? Ты в Готэме, придурок. А теперь лучше проваливай отсюда, если не хочешь, что бы тебя кто-нибудь подстрелил, - в довольно таки грубой форме ответила Селина. - Готэм? Где это? - парень испугано осмотрелся. - Ну ты и шизик, - пренебрежительно бросила девушка, уже собравшись идти дальше. - Нет, погоди. Не уходи, пожалуйста, - взгляд был такой испуганный и жалостивый, как у котенка, внезапно оказавшегося на улице. - Чего тебе? - Кайл закатила глаза, делая вид, что ей все равно. - Я, я не помню как я тут оказался, не понимаю почему я здесь, где это здесь? Я ничего не помню. Прошу тебя, помоги, - и снова этот взгляд. - Имя хоть свое помнишь? - Питер. Меня зовут Питер. Это все, что я помню. - Хорошо, иди за мной, только очень и очень тихо. - Спасибо - и парень лучезарно улыбнулся. - Маску свою не забудь, чудик.       Больше не разговаривая, двое тихо добрались до старого заброшенного дома на берегу. Забравшись внутрь и пройдя чуть вглубь они вошли в маленькую пыльную комнатушку с одним лишь матрасом посередине. Обои были выцветшие и местами оборванные, а единственное окно было настолько грязным, что через него не было видно улицы. Половицы жутко скрипели под ногами, а в воздухе стоял затхлый запах. - Матрас можешь взять в соседней комнате, плед там же, - первой заговорила Селина. - Дом старый, эта комната самая нормальная среди всех. Можешь пойти в другую, если не боишься, что на тебя упадет потолок ночью. - Пожалуй, воздержусь. Я так и не спросил твоего имени. Кто ты? - заинтересовался Питер. - Селина, но обычно меня зовут Кошкой. - Кошкой? Мило, - заулыбался парень. - Почему именно Кошка? - Понятия не имею, - фыркнула в ответ Селина, по дружески пихнув его в бок. - Есть хочешь? - Не откажусь.