«Надёжный романтик»

Большинство людей видят во мне девочку-дюймовочку, у многих срабатывает инстинкт, нашёптывающий, что меня нужно подкармливать и периодически обнимать. Я давно это переросла, а окружающие – нет. На работе, разумеется, подобного не вытворяют, но сейчас-то я была не на работе. И как бы ни куксилась, ни отпиралась и не просила по-хорошему, каждый день выискивался благодетель, который в ходе разговора обнимал меня одной рукой, родительски прижимая к себе. Один даже поцеловал в лобик и погладил по головке, словно котёнка или щёночка. Всему есть предел. Я огрызнулась - нечего чмокать малознакомых девушек! - Может, ему нравятся рыжие, - задорно предположил Алек, когда мы после занятий сидели на скамейке в университетском сквере. - Рыжие многим нравятся, - без ложной скромности заметила я. – Потому и зазнаются. Так утверждает моя мама. - Самокритичная она у тебя. - Нет, мама брюнетка. Рыжий папа. - И что, впрямь зазнаётся? - Не сказала бы. Интеллигентный, воспитанный мужчина. - Мой тоже был интеллигентным и воспитанным. Мне не понравился глагол. - Был? – на всякий случай сочувственно нахмурилась я. Алек понял, как прозвучали его слова, улыбнулся и замотал головой. - Не, и сейчас есть. Родители развелись, я теперь вижусь с отцом очень редко. Хотя живём в одном городе. Повисло молчание. Алек не выглядел несчастным или удручённым, но мне хотелось скорее прервать эту паузу. - А мои никогда и не были женаты. Он улыбнулся снова, спокойнее. - Зато до сих пор вместе, насколько понимаю. - Ну да. Папа говорит, что у него к маме неиссякаемый профессиональный интерес. - А кто у нас папа по профессии? - Психиатр. - О. - Они благодаря его работе и познакомились. Мама пришла за справкой для водительских прав. Папа сразу понял, что он эту девушку видел, но где именно - ни в какую не мог сообразить. Решил, что наблюдал её раньше. Как тут выдашь справку? Пытал осмотром, задавал каверзные вопросы, проверял нервные реакции. Целый час. Под конец мама выдала: «А Вы меня не помните? Мы с Вами встречались у Цецилии Борич на Дне Рождения». Алек рассмеялся. Незаметно для себя я рассказала и про сумасбродную маму, и степенного папу, и про бабушку с маминой стороны, которая в 74 года встретила свою первую - пускай изрядно постаревшую за минувшие годы – любовь и уехала с ней, то есть с ним в Турцию, где благополучно живёт поныне. - Бабушке отдельный респект, - уже хохотал Алек. – Слушай, получается, ты в семье из женщин самая серьёзная. Комплиментом это не было, но и обидно не прозвучало. - Да. Ещё с детского сада. Я даже играла серьёзно – аккуратно рассаживала кукол, разглаживала им платья, устраивала чаепитие по всем правилам этикета, а потом старательно раскладывала игрушки по местам. Я считала, что и остальное в моей жизни будет так же правильно, всё по порядку, всё как положено: выучусь, найду хорошую работу, счастливо выйду замуж – раз и навсегда, рожу двоих детей, стану одинаково успешно заниматься семьей и карьерой... Ну, первые два с половиной пункта я выполнила. - У меня ни одна игрушка дольше недели не держалась. Мне вечно надо было узнать, что внутри, как работает механизм, что будет, если окунуть в воду. Я даже куклам сестры поотрывал головы, руки и ноги. - Твоих родителей это не беспокоило? Я бы на их месте заподозрила, что в семье растёт маньяк. - Беспокоило, водили к психологу. Диагноз до сих пор помню наизусть. Я уселась поудобнее, изображая чрезвычайно внимательную слушательницу. - Процитируй. - «Нормальный мальчик, просто любознательный». Я ж всегда понимал, что игрушки неодушевлённые. Мне б сроду в голову не пришло мучить животных, отрывать крылья мухам и прочее. Я хотела спросить, не из-за своей ли любознательности он решил податься в журналисты, да к нам подошёл Деян. - Что ты здесь делаешь? - И тебе привет. Был рядом по работе, дай, думаю, заскочу, заберу мини-фотографа. Давно набившее мне оскомину прозвище заставило Алека и удивлённо поднять брови, и сдержанно ухмыльнуться. Я сверкнула на Деяна глазами, однако в устные препирательства пускаться не стала. - Алек, это мой друг Деян Ирвиш. Брови Алека чуть дёрнулись, но в целом продолжили выражать удивление, только несколько более сильное. - Деян Ирвиш? – Он поднялся, я тоже встала, отряхнула джинсы. – Журналист? Из «Надёжного романтика»? - Угу. – Заподозрив, что ответ получился не очень солидный, Деян чинно кивнул вдогонку. Он протянул Алеку руку, тот её пожал. Деян выглядел умеренно польщённым, Алек – заинтересованным, но я бы не назвала эту заинтересованность безмятежной. Такое ощущение, что студент хотел забросать бывалого репортёра тоннами вопросов, да возможности юному энтузиасту не дали. Мы с Деяном, попрощавшись, быстренько ушли.