Задумка Дьявола

— Простите? Мужчина удивлённо приподнял брови, его рука дрогнула. На секунду в глазах мелькнуло болезненное узнавание, стоило ему столкнуться со мной взглядом. Лицо отца посерело, и я сдавленно, будто не своим голосом произнесла: — Обозналась, извините, — я силой заставила себя отвернуться от отца, чувствуя, как разбивается, падает и разлетается по углам души мелкими осколками что-то внутри. Пальцы мелко дрожали, когда я машинально заправляла волосы за ухо, бездумным взглядом сверля дом напротив. Я посмотрела на Дино со смесью горечи и разочарования, а тот… его лицо болезненно искривилось, но он не отвёл взгляда, принимая мой. Он смотрел на меня из-под нахмуренных бровей извиняющимся, полным вины взглядом. И я окончательно убедилась в своих догадках. В горле встал ком. Казалось, будто весь мир вокруг меня стремительно рушился, как древняя тряпка, которая превращается в пыль при касании. Как рвется полотно, которое я создавала всю свою жизнь. Как начинает пульсировать разболевшаяся голова, как мгновенно наливается тяжестью все тело… Все происходящее вокруг казалось нереальным. Будто это все происходит не со мной, будто я — лишь сторонний наблюдатель. — Это твой отец? — Спросила внезапно Амалия, сверля меня странным взглядом. Я не ответила, зато подал голос Дино: — Да, — он подошёл ближе ко мне, положил руку на плечо, заглядывая в лицо. От слез щипало нос и глаза, горло уже горело, воздуха не хватало. Ощущение нереальности усилилось, я тяжело задышала, силясь справиться с приступом, но от этого стало ещё хуже. В груди заболело, сдавило, я начала хвататься за горло. Колени подкосились, я едва не упала, но меня поддержал ангел, крепко сжимающий меня за плечи. Я затараторила, не понимая, что несу, лишь бы не начать кричать прямо здесь, прямо сейчас: — Все зря… столько времени зря… Не сдам, не смогу, — я в отчаянии закусила кулак и зажмурилась, стискивая зубами его со всей силы, чтоб из горла не вырвался крик. По щекам потекли слезы, я едва не захлебывалась ими. Неожиданно с противоположной стороны донеслись голоса, и я повернула голову в их сторону, все ещё находясь в состоянии неконтролируемой паники. — Мистер Уокер? — Амалия как-то грустно улыбнулась. — Я сестра подруги Вики. Соболезную, уже прошло так много времени… Отец что-то неразборчиво буркнул, наблюдая за моим приступом. Я с усилием вытащила кулак изо рта и опустила руку, не глядя на фиолетовые следы и потекшую кровь. Мой взгляд был прикован к отцу, у которого под глазами залегли тени, щеки совсем впали, делая его гораздо старее. Неужели он снова начал истязать себя работой? Наверное… Ведь теперь он лишился не только жены, но и единственной дочери. Прости меня. — С девушкой все в порядке? — Обеспокоенно спросил отец, выглядывая из-за плеча рыжей. Паркер обернулась и смерила меня взглядом сверху вниз, неодобрительно поджала губы и тут же надела маску сожаления. — Она недавно потеряла отца… — Амалия грустно взмахнула рукой, ее глаза наигранно блеснули. Мистер Уокер сочувствующе, с искренней печалью кивнул мне, словно говоря: «Я тебя понимаю». От этой поддержки меня размазало окончательно, и я зарыдала в голос, закрывая лицо руками, едва ли не сгибаясь пополам. Меня колотило, рвало на куски, я срывала голос. Я чуть не упала на дорогу, но Дино снова поддержал меня. Я отвернулась, скрывая свое пылающее и залитое слезами лицо. Ангел вздохнул и потрепал меня за плечи, которые до сих пор мелко вздрагивали. Я немного успокаивалась, когда ладонь мягко гладила меня по волосам, но внутри уже поселилось чувство отвращения. — Вики, успокойся, — ангел попытался коснуться моего лица, но я помотала головой, поднимаясь и отступая от него на шаг. — Не приближайся ко мне, — я холодно посмотрела на него и не выдержала: — Ты ведь знал. Почему ты мне не сказал? — Что бы это изменило? — Дино больше не делал попыток оказаться рядом и лишь взирал на меня как-то устало. Шмыгнув носом, я провела рукой по щеке, стирая слезы, и поняла, что приступ прошел. Облегченно выдохнув, я хрипло ответила: — Всё, Дино, — я подняла голову, смотря в небо. Перед глазами все закружилось, и я тут же опустила взгляд обратно на мужчину. — Я не могу сдаться сейчас. — Неужели ты сможешь толкнуть на смерть своего отца? — Дино обескураженно посмотрел на меня, в его голосе прорезались гневные нотки. — Очнись, Вики, ты ведь не такая! Я в очередной раз помотала головой, вытерла вторую щеку и глухо произнесла: — Ты не понимаешь, — внутри ещё осталось чувство жжения в лёгких, и я хрипло кашлянула. — И никогда не поймёшь… От этого зависит не только моё будущее. А если этому суждено случиться — значит случится. Не вы ли говорили мне это, ученики школы ангелов и демонов? На лице расползаясь горькая ухмылка, и я бросила, уже подходя к беседующим о чем-то Непризнанной и своему отцу: — Ты пожалеешь о своем решении, Дино, — я равнодушно отвернулась, внутренне сгорая от эмоций, что душили меня. — Ты тоже, — прилетело мне в спину, и я едва заметно сжалась. «Нельзя поддаваться, нельзя… — набатом билось в голове. — Нельзя…» Шепфа, за что мне это? Почему мне приходится выбирать между любовью и семьёй? Если я провалю это задание, на выпуск с Люцифером можно не рассчитывать. Но и учиться без него я просто не смогу физически: энергия и сила — не шутки, и в прошлый раз у меня было серьезное недомогание… а сейчас наша связь стала практически абсолютной, и страшно представить, что случится, если расстояние между нами вдруг превысит норму. Хорошо, если я не умру. И Сатана не позволит Люциферу задерживаться слишком долго. Я часто ловила на себе его взгляд, чуть изучающий, несколько раздраженный. И до чёртиков уставший. Все чаще замечала нервные постукивания пальцами по любой поверхности, чуть подрагивающие веки. И морщинки под глазами, что в последнее время заняли свое место на лице Сатаны. Складка между бровей не распрямлялась уже никогда, даже когда он изредка улыбался. Неужели Люцифер тоже станет таким? Я мотнула головой, отгоняя столь дальновидные мысли. Сейчас главной задачей является выполнение задания, и больше ничего… Мышца на шее дернулась совершенно закономерно. Моё тело едва не дрожало от перенапряжения, сбивающего с ног. Я незаметно, будто бы невзначай подошла немного ближе к беседующим, чтоб уловить тему разговора. — О, я вас понимаю… Но неужели вы хотите погубить себя из-за той, что уже мертва? Простите за грубость, но вряд ли ей это уже поможет, — жёстко втолковывала девушка. Отец чуть устало потер глаза и признался, воспалённые взором глядя на рыжую: — Знаете, я и сам об этом думаю. Но моя девочка… — Он свёл брови, сдерживая слезы. — Она была моим миром. Целой вселенной. Прошло уже так много времени, а я все ещё не могу смириться с тем, что она больше не придет, не расскажет о своих успехах, не похвастается новым платьем, не заявит о новом кавалере… В доме теперь всегда пусто. Она была моим лучиком света. «Как же ты ошибаешься, папа, — я зажмурила глаза, вдыхая полной грудью. — Ты вырастил совсем не светлую девочку…» Будто бы в подтверждение моих слов Амалия машинально обернулась. Её взгляд не выражал ничего, кроме какой-то грусти, странной, глубокой, совершенно не свойственной этой взбалмошной девушке. Она отвернулась, ветер бросил ее длинные волосы назад. Она осторожно взяла моего отца за руки и призналась чуть дрожащим голосом: — Знаете, за свою жизнь я совершила много ошибок, — она запнулась, — и плохих вещей. Даже когда я осознала это, прочувствовала на своей шкуре все последствия, я не остановилась и продолжала мстить неведомо кому… — Такая молодая, а уже так рассуждаете, — отец попытался натянуто улыбнуться, но было видно, что слова Амалии затронули его за живое. Его глаза подозрительно блестели, и сам того не осознавая, он сжимал руки девушки все сильнее. Она чуть улыбнулась, опуская голову, тем самым скрывая свое лицо от меня и ангела, замерших по две стороны от неё и отца. Эдакая грань между светлым и темным, добром и злом… Я усмехнулась, уже собираясь вмешаться, несмотря на все, но тут девушка резко сменила тему: — Вы верите в загробные миры? Отец, немного опешивший от смены настроения рыжей, неуверенно качнул головой. Из его глаз медленно уходила тоска, заменяясь каким-то воодушевлением. Он взглянул на девушку уже более осознанно. — Скорее нет, чем да, — он ещё раз покачал головой. Я горько усмехнулась иронии судьбы. — Но если они все же существуют, я уверена, ваша дочь сейчас счастлива, — отец вновь стал выглядеть подавленно. — Возможно, она даже нашла любовь там, как думаете? Я резко втянула воздух, чувствуя, как натягивается струна внутри. Отец как-то очень тепло и по-доброму улыбнулся сквозь боль, ответил, тихо рассмеявшись: — Вики и не такое могла. Наверняка нашла, если этот мир существует, — он ещё раз спрятал смешок в кулак, судорожно качая головой. — Моя девочка всегда была лучшей. И все это знали. У меня заболело в груди. Амалия кивнула согласно и улыбнулась, чуть приобнимая отца: — Живите, мистер Уокер, — она уткнулась носом в его плечо, — жизнь — штука с самым коротким сроком годности… Отец растерянно похлопывал девушку по дрожащим плечам. Я наблюдала за этой картиной с каким-то отстранённым холодом, а Амалия, успокоившись, мгновенно отстранилась и попрощалась: — Прощайте, мистер Уокер. — Хорошего вам дня, мисс, — он протянул девушке руку, и та с усмешкой пожала ее. Отец уже собирался уйти, и мне нельзя было терять последний шанс. Шепфа, как же больно… Зажмурившись, я с силой сжала кулаки и уже занесла ногу для шага к отцу, как вдруг… — Достаточно, — голос Фенцио раздался совсем рядом. — Я увидел все, что нужно. Я медленно обернулась, в полной мере осознавая, в чем дело. Меня снова провели. Едва не кипя от накатившей злости, я резко прошипела в лицо учителю, чуть ли не плюясь: — Точно? Или, может быть, мне стоит ещё немного поразмышлять о том, что демоны должны быть готовы даже на такое? Учитель? Мое лицо исказилось в яростной гримасе, тело выгнулась дугой, а внутри начал разгораться пожар. Кулаки налились тяжестью, все чувства обострились, глаза горели адским пламенем. Оскал будто приклеился к лицу, у меня едва не вырывалось угрожающее утробное рычание. Сущность рвалась наружу, словно дикий и неприрученный зверь, готовый сорваться с поводка надетого первый раз в жизни. Меня едва не разрывало изнутри, и я перевела свой взгляд на Дино, который смотрел на меня со смесью удивления, уважения и в то же время неудовлетворения. — Ты мне врал. — Вики, это было нужно… — Попытался оправдаться ангел, делая шаг вперед, но у меня всё-таки вырвалось рычание, и Дино отступил, приподняв вверх руки. — Это условие для выпуска, ты ведь уже почти догнала Люцифера… — Не смей говорить о нем! — Я бросилась в сторону ангела, но путь мне преградил Фенцио, в которого я врезалась, словно в каменную стену. Вскочив и отряхнувшись, я с нескрываемой яростью посмотрела в глаза учителю, давая прочувствовать на себе весь спектр эмоций, что испытала я. Интересно, а что выбрал бы сам Фенцио, заставь его выбирать между Дино и карьерой? Наверняка второе, судя по взгляду, которым ангел наградил своего сына. Ничего хорошего не обещающий, замораживающий, пробирающий настолько, что Дино опустил голову, глядя себе под ноги. Он покаянно сложил руки перед собой и молчал, ожидая фразы Фенцио: — Ты плохо справился, Дино, — словно хлесткая пощёчина прилетела ангелу, так он дёрнулся. Он вздрогнул всем телом, но головы не поднял, продолжая стоять как есть. Но в этот раз я не собиралась заступаться за него, как тогда, в школе. С меня хватит. — Я хочу услышать свой результат, — отчеканила я, безразлично следя за напряжённым сыном Фенцио. О чем он сейчас думает? О том, что зря ввязался в это задание? О том, что лучше бы сломал меня? Но ведь он и так это сделал. Из-за его неосторожности я встала на тот путь, на который сама не встала бы никогда. Он сам фактически подтолкнул меня к убийству собственного отца, а я, будучи невнимательной коровой, приняла все близко к сердцу, искренне веря в то, что это целиком и полностью мое решение. Да, в этот раз ты действительно плохо справился, Дино. — Узнаете все в школе, мисс Уокер, — Фенцио смерил меня уничтожающим взглядом, — Люцифер напоминал вам о необходимости обмена энергией? Точно, как я могла забыть… С этими переживаниями и метаниями из головы совсем вылетело то, что я должна была уже минут пятнадцать как вернуться в школу. Люцифер будет недоволен… Тяжёлый вздох вырвался сам собой, и я, окончательно успокоившись, поджала губы и кивнула, бросая последний взгляд на Амалию, стоящую в стороне. Девушка выглядела поникшей, мрачной и будто о чем-то мучительном рассуждающей. Она стояла, обхватив плечи, и перекачивалась с пятки на носок, отчего казалось, будто она совсем не слушает Фенцио. — Мисс Паркер, вы тоже. Водоворот развернулся над нашими головами.

***

— Что ж, могу подвести итог, — Фенцио поднял на меня недовольный взгляд из-под нахмуренных бровей, — к переходу на следующий ранг вы допускаетесь, мисс Уокер. Так же как и вы, мисс Паркер. Амалия выглядела уже лучше, чем на Земле. Бледное лицо приобрело краски, она оживилась и даже не сверлила взглядом пол теперь. Мы обе застыли перед столом Фенцио, за которым сидел он сам, перебирая какие-то бумаги. В противоположной от нас стороне, в конце класса, Дино сверлил взглядом пейзаж, развернувшийся за окном. На лице у него отпечаталось что-то между решительностью и безысходностью, а руки, которые он держал за спиной, сжимались с такой силой, что длинные пальцы побледнели. — Сколько еще экзаменов мне нужно сдать, чтобы выпуститься в следующей группе? — Сдерживая тяжёлый вздох, поинтересовалась я. Как же я уже устала от этого всего. От принятия решений, что несут такие последствия, которые придется разгребать не одни сутки. От подстав, от вечной нехватки времени. Я уже истосковалась по Люциферу и душевно, и физически, хотя виделись мы всего-то несколько часов назад. Безумно хотелось дотронуться до коротких волос, почувствовать на своих губах тяжёлое дыхание, теплые руки на талии и между крыльев… Отвлекшись, я мотнула головой. — Один, мисс Уокер, — голос Фенцио звучал сдавленно, будто ему неприятно это говорить. Хотя почему «будто»? Ставлю трон Сатаны на то, что всё так и есть. — Он итоговый, его принимают у всей группы сразу. Ждите сроки и готовьтесь. Тихо фыркнув, я кивнула и спросила не без сарказма: — Я могу идти? — Идите, — процедил Фенцио, и старомодное перо в его руке скрипнуло по бумаге, ставя четкий росчерк, свидетельствующий о моем допуске к следующему испытанию. Готова поспорить, что ему очень хотелось добавить «к черту», но не позволило то ли воспитание, что вряд ли, то ли нежелание конфликта с Люцифером. А может, мне на руку сыграло присутствие молчаливого Дино и Амалии. Кто знает этого Фенцио? Амалия вышла вслед за мной, и я, решившись, остановила её: — Стой. Девушка замерла и чуть настороженно обернулась. — Да не бойся ты, — поморщилась я. Вот уж сюрприз, неужели я настолько страшна в гневе? Вспомнив, как выглядела потасовка Люцифера и Мими, я мысленно согласилась с тем, что выглядело это устрашающе. Но я же не настолько сильная, чтоб бояться даже обернуться. — Почему ты говорила с отцом? Она прищурилась и чуть грубо ответила, отчего мои глаза вновь едва заметно засветились: — Слушай, не думай, что это ради тебя, — она запнулась, натолкнувшись на мой взгляд, и тут же исправилась: — Я его понимаю и решила принять именно это решение. Ты чем-то недовольна? Я медленно покачала головой, не отрывая от нее взгляда. Сегодня Амалия Паркер открылась мне с новой, неожиданной стороны, и, вынуждена признать, бесила она меня уже не так сильно. Хотя уверена, что другая ее половина осталась такой же заносчивой, как и была. Не меняются люди так быстро, даже если они и не совсем люди уже. Знаю по своему опыту, так сказать… Сомневаюсь, что высокомерие Амалии Паркер вообще сможет исправить что-то, кроме смерти или совсем уж из ряда вон выходящих событий. — Скучаешь по отцу? — Неожиданно даже для самой себя спросила я. Девушка вздрогнула, побледнела. Свитки с заданиями, которые она прижимала к себе, опасно хрустнули, и она будто очнулась. Вновь высокомерно вздернула подбородок и ответила, смерив меня взглядом: — Не твое дело. Пожав плечами, я развернулась и зашагала по коридору в направлении комнаты демона. Не хочет говорить — не надо. Больно понадобилось мне разбираться в чувствах Непризнанной, которая успокаивала моего отца явно ради выгоды. Задание в экстремальных условиях, что может лучше помочь перейти на следующий уровень? Да и вообще, с чего бы это во мне проснулось такое любопытство? Неодобрительно покачав головой самой себе, я пробормотала: — Странный день. И он стал ещё страннее, когда я не обнаружила Люцифера ни в спальне, ни в ванной, ни даже в нашей с Мими комнате. Я начала волноваться и выбежала во двор, закинув предварительно вещи в стол. «Надеюсь, грабежи тут не в моде, — мелькнула шальная мысль. — Надеюсь…» Зато во дворе меня ждал сюрприз… — Ви! — Мими весело махнула мне рукой, и я настороженно прошла к собравшейся компании под прицелом взглядов остальных учеников, которых было не так уж и много, и я не обратила на них внимания. Столпившись небольшой кучкой, во дворе стояла вся наша братия: Мими, Ади и Сэми, Энди со своей недоневестой. Ости с Рианом и Дэном застыли чуть в стороне, но тоже выглядели крайне возбуждёнными. Их лица, горевшие энтузиазмом, тут же стали каменными, стоило им увидеть меня. Я напряглась ещё сильнее и шепотом поинтересовалась у подруги: — А что с их лицами?.. Мими хитро прищурилась и улыбнулась, отступая в бок, но не выдержала и шепнула заговорщицки: — Он ради этого через себя переступил. Только сейчас я заметила Люцифера, стоящего аккурат между старыми друзьями и демонами. Мужчина выглядел потрясающе. Вроде и совершенно обычно, но чувствуется какая-то торжественность, какой-то пафосный блеск. Идеально уложенные волосы, свежий вид, алые горящие глаза. Прерывисто вздохнув, я наблюдала за медленно приближающимся ко мне демоном. Он остановился в двух шагах от меня и замер, не отрывая взгляда от моих глаз. Я тоже не могла прервать этот зрительный контакт, который иногда мог сказать гораздо больше, чем слова. Сейчас был именно тот самый момент, когда глазами можно выразить все и даже больше. Люцифер опустился на одно колено. Только сейчас я в полной мере осознала, что вокруг уже несколько минут стоит тишина, и только лёгкий шелест листьев на деревьях от ветра разрезает ее. А ещё лёгкий шорох кармана, из которого мужчина извлёк бархатную черную коробочку, которую в последствии распахнул и спросил чуть хрипло: — Ты выйдешь за меня, Вики? Я молниеносно шагаю вперёд, тяну Люцифера вверх, не желая, чтоб тот стоял передо мной на коленях. Сердце бьётся как бешеное, когда я произношу без малейшей заминки: — Да. В следующую секунду на палец скользнул холодный ободок, а меня будто подхватило вихрем чувств. Руки, которыми я обвила шею демона, онемели. Его ладони сжали талию, медленно притянули ещё ближе, практически вжимая в его тело. Губы коснулись невесомо, едва задевая мои, и я уже готова была впиться в них поцелуем, но Люцифер произнес очень тихо и как-то глубоко: — Я люблю тебя. И наплевать, что на нас смотрят все эти ангелы и демоны. Я шепнула, улыбаясь в губы мужчины: — Сколько раз мне ещё нужно сказать об этом, чтоб ты понял, что это правда? — Напряжение из глаз демона не ушло, и я сдалась: — Люблю тебя, моё проклятье. Люцифер чуть усмехнулся перед тем как окончательно поцеловать меня: — Скорее, это ты моё проклятье, — а затем моё сознание будто отключается, и не слышу ни радостных криков и поздравлений друзей, ни робких хлопков остальных учеников. Даже испепеляющего взгляда Фенцио из окна не чувствую. Есть лишь Люцифер и его губы, медленно ласкающие мои. Твердое, напряжённое тело с литыми мышцами и шелк коротких волос, выскальзывающих из пальцев. Лишь Люцифер, который заменил мне весь мир.