Treasure (Сокровище)

* Непентес — хищное плотоядное растение, произрастает в Азии https://i.pinimg.com/736x/85/29/68/8529684e35dd11283ee51e8114aa8a6e--strange-flowers-rare-flowers.jpg ** Аксолотль — https://img-fotki.yandex.ru/get/177902/137106206.785/0_1fd27f_95f2ecdc_orig       Почему-то все думали, что капитан - личность довольно мягкая и управляемая. В первое время, когда доукомплектовали экипаж, в который вошли ланьцы, вэньцы (которые некоторым, как кость в горле), «лютые» из клана Не и оперативники из Юньмена, считали капитана Вэй Ина очень… добрым. Да. Добрым, улыбчивым, игривым. Такое поведение было слишком неправильным для личности такой неоднозначной репутации. Большинство оперативников, что некоторое время обучались с капитаном, знали, что внешняя мягкость спадёт очень скоро. Как бы капитан Вэй не был добр, но и его терпению приходит конец. Особенно, когда нервные ланьцы трамбуют его личного медика. Хотя, госпожа Вэнь была доктором для всех, как и большая часть вэньцев, но плоды и итоги войны отнюдь не так просто забыть. А Вэнь Цин была из империи Вэнь.       Сама Вэнь Цин об этом упорно молчала и просила Ханьгуан Цзюня с Лань Чжанем в это не вмешиваться. Чэнь Цин великодушно предлагала пересчитать обидчикам ребра, но осаживала дурные порывы, поскольку понимала, что лечить этих словоблудов будет Вэнь Цин. Но намекала, что эксперименты запрещены на людях, на скотах — нет. Раздолье. Программисты из ланьцев день за днем пытались взломать систему защиты ИИ, но всегда наталкивались на медленно бредущую по техническим коридорам аватара корвета. — Чего делаем, мальчики? — учтиво спрашивала Чэнь Цин. — Мониторим, — так же учтиво отвечали ланьцы, покрываясь холодным потом, от красноватых радужек андроида. — М, понятно.       Она ласково улыбалась, вот как мясник, когда разделывает тушу коровы и беспечно насвистывая мотивчик из древней игры, и так же медленно уходила, напоследок зыркала зенками, вроде, « я слежу за вами, кожаные ублюдки». И она следила. За всеми. Тоненькая фигурка скрывалась за автоматическими дверями. Но все прекрасно знали, что это фигурка весила 103 килограмма и могла человека порвать пополам. К неудовольствию некоторых, капитан Вэй Ин усовершенствовал её тело. — Ты настраиваешь их против себя. — Ханьгуан Цзюнь сплетался голограммой моментально, хотя ему не было необходимости, ведь с Чэнь Цин он мог общаться без визуализации. — Есть с кого брать пример. — Парировал Ханьгуан Цзюнь. — Они пытаются взломать защиту. — Не взломают. Вероятность, конечно, есть, но лучше бы им этого не делать. — Мы не можем нарушить директивы. — Неужели? »… попытка взлома №2564… … данные не повреждены… …система защиты… …активна…»

***

      Не Хуайсан сам отбирал команду, которую отправят на службу в экипаж «второго нефрита», с одобрения, конечно же, старшего брата. Не Минцзюэ раньше был о младшем брате весьма не лучшего мнения, ведь он был тихий, любил искусство, пачками скупал веера и коллекционировал их, захламляя свои комнаты. И если бы не Вэй Ин, то скорее всего он бы буквально выколачивал из младшего брата эту эстетическую дурь. Но вышло так, что Вэй Ин выколачивал дурь из Не Минцзюэ. Помял его, тогда ещё «желторотик» из Юньмена, очень даже хорошо и бар они опустошили почти в половину. В итоге, скрипя зубами и «стальным» сердцем, глава клана отпустил младшего брата под руководство, тогда ещё офицера, Вэй Ина. Три года младший брат проработал аналитиком и информатором при юньменце и сколотил огромную базу данных, от размеров которой в шоке был даже Не Минцзюэ. — Информация — это власть, — говаривал младшенький, когда еще хвостом таскался в академии за Вэй Ином и Цзян Чэном. В ту пору, старший Не и слушать не хотел. Ведь сколько тогда было Не Сану? 17. Он даже за оружие и то браться не хотел. Что он мог понимать в политике, в отношениях, вообще во всем. А понимал младшенький куда больше. Поэтому одним из первых и взбрыкнул, когда узнал, что на друга хотят повесить чуть ли не все преступления совершенные за последние пять лет. Тогда и произошла самая крупная ссора братьев, тогда Не Сан показал, что он отнюдь не капризная гербера, а вполне себе непентес*.       Так что с тех пор Не Минцзюэ предпочитал не столько слышать брата, но и слушать, поэтому дав ему карт бланш на все действия, был до безобразия рад, что Вэй Ин по старой дружбе иногда выполнял для них весьма щекотливые просьбы. — Это всё? — уточнил Вэй Ин, просматривая данные полученные четверть часа назад. — Увы, но да. Мой контакт молчит, — изображение Не Хуайсана подернулось. — Это самое малое, что нам удалось найти. Наемники действовали профессионально, следов практически не оставляли. Или же за ними кто-то довольно хорошо всё прибирал. — Это же не игла в стоге сена. Это пропавшие дети. — Я понимаю твоё возмущение, Вэй Ин, но сам ведь знаешь, сколько баз было взломано и сколько всего уничтожено. И признаюсь, если бы это не коснулось нашего клана, то вряд ли бы кто-то обратил на это внимание. Сейчас все заняты восстановлением от войны. Пропавших и убитых не счесть. Ты знаешь как это работает. На это капитан только поджал губы. Действительно знал. — Я проверю. — Спасибо. По возвращении вас будет ждать строительная верфь. Корабль хоть и в отличном состоянии, но я думаю, ты все же хочешь сделать апгрейд. — Во что мне обойдется, Не Сан? — В самую малость, мой друг. — Улыбнулся Не Хуайсан. — Капитан, ваше присутствие требуется в медицинском отсеке. — Отвлек его от тяжких дум «Ханьгуан Цзюнь».       К Вэнь Цин боялись обращаться по одной простой причине — она из Веней. Не суть важно, что ветвь побочная, и что к военной кампании её семья вообще была не причастна. Просто она носила фамилию Вэнь. А раз она Вэнь, то мнению недалеких обывателей — та еще… — Тварь! — вопил один из техников, пытался вырваться из крепких рук дядюшки Вэнь Пина и Не Фенга. — Хотела меня отравить, мразь? На браслете капитана высветилось имя разгневанного техника: «Лань Чжан Чжао». — В чем дело? — мрачно уточнил капитан. — Эта тварь, — тыкая пальцем в девушку, цедил мужчина, — хотел меня отравить. Хотела чем-то обработать мой порез! — Во-первых, — начал капитан, — извинитесь перед ней. — Что? — Во-вторых, она старше вас по званию. — Продолжил капитан, не обращая внимания на возмущение техника. — В-третьих, она одна из лучших докторов, что посчастливилось вам узнать. — Да я бы с ней за один стол есть не сел! — Хм, — склонил голову Вэй Ин. — То есть, вас коробит от одной только мысли, что госпожа Вэнь прикоснется к вам? И поэтому вы предпочтете истекать кровью, нежели дать ей обработать вашу рану? Хорошо. — Улыбнулся капитан. — Тогда думаю, Вэнь Цин стоит отпустить отдохнуть. Я сам вами займусь. — Вы же капитан! — стушевался техник. — Это сейчас я — капитан. А всего-то пару месяцев назад, кем я был? А до этого? А еще раньше я был кадетом с далеко не идеальной репутацией. А вы, где учились? Вэнь Цин, дядюшка Вэнь можете идти. — Обратился к ним Вэй Ин. — Ханьгуан Цзюнь откроет для вас смотровую площадку, мы сейчас пролетаем мимо газового гиганта. Зрелище гипнотизирующее. — Извините, — шмыгнула носом Вэнь Цин.       Фенг уселся в одно из кресел недалеко от капитана и техника. С видом философа, думающий о дихотомии добра и зла, устремил взгляд в затылок техника из клана Лань. — Как же вы так поранились? — Не закрепил панель, она и упала мне на руку. Вэй Ин осмотрел руку, хмыкнул, обработал свои руки, надел перчатки. Порез на руке техника был не то чтобы опасный, но неудобства доставить способен. — У человека способность к регенерации не столь ярко выражена, как допустим у аксолотля**. — Вэй Ин достал ватный шарик, смочил его в перекиси водорода, отчего у техника чуть глаза из орбит не вылезли. Простая перекись водорода! — Личинка амбистомы. Это создание способно отращивать потерянные конечности, органы, даже мозг. И оно умело это делать задолго до того, как человек понял и осознал весь процесс. — Под таким же удивленным взглядом капитан достал хирургическую иглу из бокса и нить. — Создал препараты, улучшения, технологии, чтобы сделать свой собственный организм лучше. — Что вы делаете? — Дернулся техник, но хватка у Вэй Ина была крепкой. Он поддел край раны иголкой и проткнул поврежденную кожу. — Знаете, на боевом задании, — еще один стежок на воспалённой коже, — когда заканчивается запас медигеля, у пехотинцев остается только игла и нить. — Стежок. — Даже в наш, такой технологически насыщенный век, эти два простых предмета способны спасти жизнь. Пережиток прошлого. — И ещё один стежок. Техник уже весь покраснел от сдерживаемого крика. — Это если при ранении пострадала непосредственно плоть. Пулевое ранение, ножевое, рваное, в следствие открытого перелома. Но вот если на корабле перекрывается система подачи кислорода или же запускается газ, тут уж ничто не поможет. Верно? В вашем личном деле указано, что вы служили на «Тау Змееносце». И в одной из миссий вы уничтожили один из вэньских кораблей. Напомните, что это был за корабль? — «Инцзун» (лекарь-целитель древнего Китая). — Ах да, точно. «Инцзун». Это же был корабль-санаторий? — Да, капитан, — ответил вместо техника Фенг. — Когда мелкий был, с родителями там отдыхали. — Спасибо. — Улыбнулся Вэй Ин. — Напомните мне, Лань Чжан Чжао, что вы сделали с экипажем того корабля? — М-мы всего лишь, — побледнел техник, — выполняли приказ! — Верно. Я читал отчет, всего перекрыть доступ кислорода, устроить перегрузку в системе жизнеобеспечения. Но в приказе не было указано, чтобы вы сбивали спасательные капсулы. Или база данных Ханьгуан Цзюня не верна? — Я т-так н-не думаю. — В то время как экипаж и раненые на «Инцзуне» задыхались от недостатка кислорода, а спасательные капсулы сбивались беспилотниками. Вэнь Цин и её родные, рискуя своими жизнями, лечили и помогали вывозить раненных из клана Лань, клана Цзян, клана Не. Из всех находящихся на борту, она меньше всех заслуживает ненависти. По крайней мере, она не убивала детей. — Вэй Ин забинтовал руку технику. — И уж она бы не стала причинять вам лишней боли, — капитан продемонстрировал баночку, что держала в руках Вэнь Цин, прежде чем капитан попросил ее покинуть мед. отсек, — потому что для нее раненые и больные люди не делятся на плохих и хороших. Она бы просто нанесла вам медигель и ваша рана срослась бы через три-четыре часа, но теперь вам придется ходить к ней на перевязки месяца полтора. И если я узнаю, что вы хотя бы повысили на нее голос, или на кого-то из членов экипажа, на следующей же станции вы сойдете. Это ясно? Вэй Ин стянул перчатки и забросил в утилизатор. — Либо я оглох, либо вы тихо мне ответили? — Я вас понял, капитан. — Надеюсь на это, Лань Чжан Чжао. — Улыбнулся мужчина. — У вас пара выходных. Не буду вас задерживать. Техник моментально скрылся за дверью медотсека. — Надеюсь, у ваших людей таких проблем нет, офицер? — Не у всех. Можно высказаться? — Конечно. — Вы уверены, что можете им доверять? Веням? — пояснил на вопросительно вздёрнутую бровь капитана Фенг. — А они? Они могут быть уверены, что вам можно доверять? — В тон ему ответил Вэй Ин. — Вы же знаете, как моему брату и мне удалось выжить в той мясорубке? В верности Вэнь Цин и остальных, я уверен. Это всё? — Да, капитан. — Отлично.

***

      Вэнь Цин он нашел сидящей на качелях, которые установили на полянке в лесу. Вэй Ин готов был памятник поставить тому Ланю, который додумался посадить здесь лес. Удивительно, но тут даже были плодовые растения. И здесь действительно было как на земле. Полностью автономная экосистема. Даже пчелы здесь были, пусть это миниатюрные роботы, но всё же. — Я не заслужила такого! — Нет. Горячего шоколада хочешь? — Нет! — Да? Тогда сам выпью… — Дай сюда, — протянула руку Вэнь Цин. — Он хотя бы цел? — Не беспокойся о нём. — Я главный медик на корабле, я не могу не… — Вот именно, — повысил голос Вэй Усянь, — ты глава медицинского отдела, а не девчонка на побегушках. У тебя есть штат врачей. Делегируй полномочия. — И это мне говоришь ты! — возмутилась женщина. — Ты! — Я, если ты не заметила, весьма ленив. — Ох, ну конечно, — закатила глаза Вэнь Цин. Ну, вот почему, все при общении с ним обязательно закатывают глаза? — Если ты ленивый, то кто тогда все остальные? — Улыбнулась девушка. — Отдохни, погрей косточки, напросись на массаж. Пусть дядюшка пока займется приемом. Он же тебя обучал? — Дядюшка теоретик. — Для этого там ошивается Чэнь Цин. — Она не медицинский бот. — Нет, но в твоем отсеке торчит не меньше, чем Лань Чжань в моей каюте. И она лучше чем бот. — Ах, простите, задела за живое. — Вэнь Цин сделал глоток. — Я не могу… — Это приказ. Сейчас говорю, как капитан. Как друг, прошу тебя — отдохни.       Вэнь Цин понуро хлюпнула носом и кивнула головой. Качели едва слышно скрипели, это возвращало в далекое, безоблачное детство, когда и небо было голубее, и цикады стрекотали звонче, и вода была куда приятнее. И тогда единственной проблемой было — это стащить из буфета кухни конфеты, не попасться, забраться в домик на дереве, вывалить из рубашки награбленное тяжким трудом, а потом это все поедать до рези в животе. А потом получить от матери по жопе. По жопе всегда получал Вэй Ин, выгораживая Цзян Чэна, брат все же младший, пусть родной не по крови, так по духу. Тогда они оба грезили, что настанет время, и они вместе станут героями Юньмена, что их портреты будут печать на афишах как самых идеальных солдат! Вот мечта была. Мадам Юй отвешивала им таких затрещин, что аж звезды перед глазами светились. Но время расставило все по своим местам и они, в самом деле, стали героями Юньмена, жаль, что не так как в детских мечтах. Сейчас ярче всего была кровь. Особенно в кошмарах.