Не спеши

Приятные неприятности.

Небольшой мотель находился где-то в середине пустынной местности, до Калифорнии ехать еще часов пять, так что водитель не зря предложил остановиться на ночевку. Несмотря на то, что Диппер ехал с личным шофером самой Пасифики Нортвест — рассчитывать на люкс обслуживание не следовало. Во время оплаты номера казалось, что мужчина хочет поделить плату пополам. Диппер это заметил, но промолчал, лишь поблагодарив за преодоленную часть пути. В другой ситуации парень мог бы и помочь с оплатой номера, но сейчас у него не было денег даже на ночь в комнате с десятком человек, что уж говорить про эту гостиницу. Этот мужчина личный шофер богатенькой девушки, а значит и зарабатывает он нормально, наверное. Если что за все ответственна Паси, она же предложила помощь. Вновь Дипперу кажется, что он ведет себя как эгоист. Номер сняли на двоих, к счастью, в небольшой комнате был и диван, и кровать, а значит спать вдвоем на одной ложе не придется. Диван, по собственной инициативе, достался Дипперу. Шофер не возражал, думая, что у мальчишки просто совесть взыграла, но на самом деле этот мальчишка просто не мог спать где-то, где нет ограничителей. У дивана есть спинка, в которую можно уткнуться носом, а кровать стояла так, что те, у кого плохо со сном, могли спокойно свалиться в любую сторону. Диппера давно не мучили кошмары, которые начались после Странногеддона, и которые убрались с таким же трудом, как и победа над треугольником. Вначале помощь самоучки-психолога Стэнфорда, потом бесплатные курсы по реабилитации подростков, на которые собирались всякие недосуицидники и, сидя в кружочке, рассказывали о том, как ужасна жизнь, в которой едят коров. После такой мозгоебки у младшего Пайнса начала развиваться апатия, на которую он решил не обращать внимание. И это было относительно нормально, ведь кто верит этим мозгоправам на сто процентов? Лучше в таких ситуациях возвести в виновники хандры воображение и недостаток внимания. Несмотря на все это, у него оставался лучик света — сестра. Неизвестно от чего пропали кошмары, либо курсы помогли, либо поддержка сестры так повлияла, а может организм просто слишком устал во время учебы в институте и единственное, что было ему по силам увидеть во сне — черное пространство. Но все недолеченные травмы всегда возвращаются. Истощение, непонимание, страх, отсутствие сна, казалось, после такого надо погрузиться в царство ночи на минимум двадцать часов, без снов, без тревог. Почему Диппер забыл указ Мэйбл?

***

Им было тогда по восемнадцать лет. Бледный, худой подросток напоминал почти любого больного из ближайшей онкологической больницы, Мэйбл подтвердит, ведь она туда ходила волонтером. А как она ревела, когда скончался мужчина тридцати лет от рака печени… Ужасно. Но девушка сама решила туда пойти после всего, что произошло с дядюшками. Она пошла в больницу, чтобы искупить вину родителей, ведь если бы они выделили деньги, то ситуация может сложилась получше. Возвращаясь к теме, Мэйбл запретила брату даже звонить жителям Гравити Фолз, она устала перематывать руки брата бинтами, чисто из-за того, что в его голове засели сцены происходящего во время Странногеддона, которые приносили мальчику такую боль, что приходилось заглушать ее бесконечными порезами. Казалось, все остались живы, почти happy end, но ее брат не справился. Ее сильный брат, внутри которого что-то оборвалось, стал совсем пугливым котенком. — Даже не думай о том городе! — срывалось с ярко-розовых, блестящих губ девушки с красивыми волнистыми волосами. «Надо запереть Диппера в такой сфере, где он будет огражден от любых воспоминаний о Гравити Фолз» — что-то знакомое? Возможно. Но таковы были убеждения Мэйбл в тот момент. Девушка умела быть серьезной или просто стала более «твердой» из-за нервотрепок по поводу брата. «Новая» Мэйбл вызывала у Диппера противоречивые эмоции, но чтобы не раздувать новые конфликты, он подчинился всем советам сестры. А к моменту свадьбы Мэйбл руки Диппера украшали лишь слегка-розовые шрамики, которым было уже больше года. Все наладилось. Не прошло и трех лет, а жизнь вновь решила вручить Пайнсу билет на темную полосу, который ему пришлось принять, без возможности обменять на счастливый билетик. Кошмары начались еще в день уезда из университета, в салоне автобуса, под стук ливня за окном. Тогда кошмар был довольно мутным и его можно было воспринять за просто сон, в котором Дипперу не повезло испугаться. Но сон про оленя, который впечатался в память и ощущался так, будто этим раненым зверем был сам парень, а теперь и это… настоящий мир кошмаров.

***

Над головой расстилается малиновый небосвод, который ближе к линии горизонта вспыхивает ярко-оранжевым цветом. Под живописным небом расположился полуразрушенный серый город, а ведь если не фестиваль света наверху, то можно было подумать, что весь мир в этом сне черно-белый. В этом месте слишком тихо, ничего не ощущается, а взгляд спящего направлен на проем меж домов. Вдали летит черный дракон. Кажется, он уносит свою тушку подальше от вздымагося в воздух черного, как смоль, дыма, или существо просто сваливает с места преступления. Парень закрывает глаза, оседает на асфальт, уши зажимать не надо, все равно он ничего не слышит, не чувствует, ни жара от близ горящего здания, ни страха от воспоминаний о том дне. Поспешив с выводами, Диппер все же кое-что начинает ощущать. Пара теплых ладоней ложатся на его спину, скользят ниже по бокам, создавая складки на оранжевой футболке. Мальчик дергается, хочет увидеть хоть кого-то живого в этом сне, не считая движущихся теней на крышах домов и дракона цвета vantablack. Ничего не выходит, то ли парень просто парализован и не может двигаться, то ли хозяин этих теплых рук очень силен. Руки скользят в хаотичном порядке, но уже под футболкой, лаская теплом мальчишку. Приятные ощущения заставляют Диппера расслабиться и желать только больше тепла. Неужели он так сильно замерз, что хватается даже за такой источник тепла, как руки незнакомца, да еще и во сне. Длинные пальцы нарочно и грубо задевают соски, заставляя парализованного всхлипывать. Мечта любого пианиста слегка царапает кожу на впалом животике. Легкие поглаживания перерастают во что-то неестественное, каплями стекает кровь на асфальт. Царапины почти до кости, но такие тонкие. Когти разрывают вовсе не плоть, а лишь холодную оболочку, внутри которой скрывается живая, пылающая душа, но этого все равно мало. Другая рука с силой сжимает сосок, покручивая мелкую горошину, грубо, ноющей болью. Желание проснуться в общежитии, доделать проект, позвонить сестренке и поболтать с ней о котиках, возникает быстро, вместе со страхом. Если бы существовал джин, то три желания Диппер бы озвучил незамедлительно: спасти сестру, восстановить психику и чувствовать тепло чужих рук по всему телу. Стоп. Что? Но джина все равно нет, как и золотой рыбки, как и волшебной щуки… Есть только один единственный демон, который способен вернуть действующую шахматную фигуру на светлое поле.

***

Легкий толчок в грудь, будто хотели вырвать легкие, пробуждают парня ото сна. Шофер, которого, кстати, звали Эван, еще спит, а значит эффект толчка был лишь осколком, какого-то сна. Думать об этом не хочется, как и просто вспомнить, что же снилось этой ночью. Диппер слезает с дивана и идет в ванную комнату, где приводит свое, на удивление, улыбчатое лицо в норму. — Утречка, — раздался бархатный голос за спиной. Недавно выглаженная рубашка была расстегнута, оголяя плоский торс со слегка виднеющимися кубиками пресса. Окрашенные полосами платиново-черные волосы находились в творческом беспорядке, ярко-голубые глаза были по-доброму сощурены, а улыбка напоминала чеширского кота, когда тот был доволен действиями Алисы. Еще вчера личный шофер Пасифики выглядел на двадцать лет старше, источал ауру полностью задолбавшегося человека, а теперь перед Диппером предстало это. Существуют и такие люди, которые по утрам выглядят лучше, чем днем. — Доброе, Эван, — Пайнсу было не комфортно общаться с тем, кто вчера взглядом проклинал его и наверное во сне успел вызвать по его душу сатану, но может это была та самая ситуация, где нельзя судить человека по первому впечатлению. Мягко подвинув боком Диппера, Эван встал у раковины и тоже начал приводить себя в порядок. «Пожалуйста, не причесывай волосы и не надевай пиджак.» — только пронеслось в голове у Диппера. Пайнс не признавал, что ему нравится внешность этого мужчины, но сейчас он выглядел намного приятнее, чем вчера. Оставаться здесь больше не было времени и парни, отдав ключи на ресепшене, ушли на парковку, где они оставили машину. Диппер на этот раз уселся не сзади, а спереди. Эван был судя по всему не против и даже доволен выбором пассажира. Теперь они смогут поболтать по пути, оболочка суровости была стерта с лица Эвана, а Диппер успокоился глядя на шофера, который сменил брюки на джинсы, а рубашку застегнул лишь на три нижние пуговицы. — Через четыре часа мы будем в Калифорнии, а там уже рукой подать до твоей школы, — заговорил водитель, не отрывая взгляда голубых глаз от дороги. — Я учусь в университете, вообще-то, — почему-то от своей же фразы Диппер смутился, он слишком тихо это произнес, как какая-то стеснительная пятиклассница перед старшаком. — Хм. Ну да, такие бледные и худые в основном только в высших учебных заведениях водятся. Такое обращение к себе Диппера, на удивление, выбешивало. Здорово, когда эмоции бьют ключом, даже если в ситуациях, где это не нужно. Отпустив одну руку от руля, Эван почесал затылок, а Дипперу показалось, что мужчина еще мельком поглядывал на него. Наверное, опять недосып сказывается и парнишке много что чудится. Не стоит обращать внимание. За перебрасыванием дежурных фразочек прошли следующие четыре часа, и машина уже припарковалась около забора территории университета. — Ты… — начал студент. — Я тебя буду ждать, если что — звони. Ах да! — Эван резко подскочил и оказавшись рядом с Диппером показал ему экран телефона, на котором светился его номер. Пару секунд поразмыслив, нужен ли вообще этот телефон, ведь парню нужно лишь забрать бумаги из больницы, он должен закончить в течении часа, Диппер все же записал номер. Погода в Калифорнии была явно неудачная, скрывавшие небо тучи так и обманывали приезжего тем, что глядя на улицу, кажется, что скоро наступит ночь, хотя сейчас только двенадцать часов. Между филиалов шныряли в небольшом количестве студенты, по времени сейчас только закончилась пара и большинство студентов предпочло поесть в столовой, не выходя на улицу, побоявшись, что хлынет дождь. Дипперу же было все равно, у него была цель, а идти к ней под ливнем или по жаре — все равно. От этого зависит жизнь его сестры! «Больница закрыта для посещения с 7:00 до 18:00 в связи с чисткой подавального помещения.» — Черт! Такая ситуация, а ежемесячная чистка именно сегодня. — произнес вслух свои мысли парень. Примерно четыре раза в год в больнице проводилась чистка помещений, немногочисленных пациентов перемещали в другое крыло и спокойно химичили всякими средствами. — Привет, Эли, — ждать до шести часов вечера Диппер не хотел, не только из-за спешки, но еще если бы он задержался, то наверняка испортил бы Эвану настроение, а Диппер не хотел, чтобы на место улыбчивого шофера вернулся тот усталый мужик. Так что не долго думая, парень позвонил знакомой медсестре. — Мэйсон, ты? Ого, мы думали, ты пропал, — девушка засмеялась, — как дела? — Прости, мне сейчас не до разговоров, честно, прости, — парень замялся, прикусывая и так потрескавшуюся губу, — мне срочно нужно в попасть в кабинет Стэнфорда. — Жди, буду через двадцать минут, — в эту секунду Диппер просто вспыхнул от счастья. Оставаться на месте парень не захотел и пошел в ближайший магазин для того, чтобы взять какие-нибудь продукты, в Гравити Фолз был хороший торговый центр, но парень был не уверен, что в нем есть хороший кофейный отдел, а вот рядом с институтом была небольшая уютная кафешка, в которой помимо блюд могли продать и пачку кофе. На удивление, несмотря на вкус и хорошее качество, кофе здесь был до ужаса дешевый и парень быстро выбрал себе крупную пачку. Остальные ингредиенты для БеСа можно будет купить уже дома. Диппер довольно быстро свыкся с мыслью, где теперь его дом, ведь раньше, если он думал о родном и приятном месте, то представлял однокомнатную кроватку из комнаты в общежитии. Лучи солнца падали полосами через жалюзи на эту самую кровать, а на соседней койке, сопя, дрых еще один парень. Уютно. Вернулся Пайнс в больницу практически одновременно с медсестрой, которая любезно и без лишних вопросов пропустила его внутрь, только посоветовав прикрыть нос около лестницы в морг. Воняет от химических средств хуже, чем от формы фехтовальщика после спортивных сборов. Слабо освещенный зеленым светом кабинет Стэнфорда находился в нетронутом состоянии, лишь металлический наконечник лейки своим блеском выдавал, что совсем недавно из него была вылита вода для растений. Но эта идиллия длилась недолго. Раскрытые шкафы, разбросанные бумаги, все книжные полки с буквами Д и П были опустошены. Диппер совсем не задумывался об аккуратности, нужно было найти как можно больше всего связанное с демонами и паранормальными явлениями. Догадки и память Пайнса младшего не подвела — письмена действительно были, но их было немного. Засиживаться в темном, слегка влажном помещении Диппер впервые не хотел и быстро проглядывал страницы, еле вникая в смысл текста. Полки уже стали опустошаться без выбора вспомогательных букв. «У — усилители». Несмотря на то, что Стэнфорд вел эти записи, когда не был знаком со столицей паронормальщины — Гравити Фолз, он все равно смог подробно написать о помощи в усилении призыва призраков. «Буду надеяться, что Билл все же тогда был убит, и призыв призрака сработает.» — без смеха о таком сложно думать, особенно задумываясь о том, что происходит, когда погибает именно ДЕМОН. Призрак, зомби, олень — некроманту со стажем было все равно на направленность этих писем на латыни, надо было хвататься на любую возможность, с условием того, что до него такой ритуал никто не проводил. Жители Гравити Фолз — первые живые существа, которые смогли «убить» демона, ведь так? А значит призыв подобного существа после его «смерти» будет первым в истории человечества. От таких размышлений в другой ситуации Диппер был бы жутко горд, но подобные вспышки эмоций у него были редки и вне случая, если это касалось его умирающей сестры. Когда больница осталась позади, Диппер решил позвонить Эвану, чтобы тот его встретил, если решил отъехать от места высадки пассажира. Правда он не зашел еще в общежитие, там тоже была парочка журналов с записями Форда. Это дело пары минут. — Эван, я уже возвращаюсь, — шофер на удивление очень быстро взял трубку и ответил, что он ходил в магазин, но уже вернулся и ждет. — Мистер Пайнс! — Эван, меня зовут, до встречи, — Диппер сбросил вызов. Знакомый голос, высокий рост, зализанные волосы и строгий костюм — декан. — Добрый день, мистер… — Уже вернулся, отлично, ты как раз вовремя! Приехали люди, которые предлагали твоему проекту кураторство, — уж больно широкая улыбка, аж тошно. — Простите, но я вернулся забрать нужные вещи, я даже почту еще не открывал, — как же хотелось, чтобы этот мужик отстал, но лучше не играть с тем, кто выше тебя в цепочке питания. — Жаль. Но мне все равно. — что-то страшно стало от такой резкости, — Идем, нас ждут. — Мне пора. «Черт-черт-черт! Слишком грубо оборвал, надо срочно исправиться!» — Мэйсон? — одна бровь поднята, другая опущена к прищуренному глазу. Декан недоумевает? — Простите! — выпалил, — Я очень спешу. — разворот на пятках, как учила Мэйбл, когда репетировала вместе с Диппером танец для школьного балла в средней школе, и быстрое ретирование с поля боя. Абстрагирование или молчание, но Диппер ничего не услышал, оставив декана посреди внутреннего двора института.

***

Общежитие пустовало, лестницы блестели от воды, которой недавно были помыты уборщиками. Здесь Диппер снизил скорость и более менее успокоился, аккуратно поднялся на свой этаж, а далее по коридору очутился в своей комнате. После ссоры с Брендоном комната перестала считаться собственностью Мэйсона. Бутылки, пачки от чипсов и запах пота и секса. Но это еще не самое удивительное. На кровати Диппера спала какая-то голая кудрявая шатенка, практически полностью укутанная в одеяло, но некоторые просветы подтверждали, откуда здесь запах утех. Будить эту девушку Диппер не хотел, да и смысла в этом не было. Под кроватью нашлись два пыльных журнала и крупный паук, который зацепился паутиной за рукописи Форда. — Твою ж… Уйди! Кыш-кыш, — Диппер не дружил с мелкими существами, одни только гномы и кусачие уменьшенные пумы чего стоили… Хватит. Паутинка все же оборвалась и журналы уместились в рюкзак. Парень поспешил выйти из комнаты, уж слишком тут воняло. Непонятно почему уборщики не сделали замечание Бренду или кому-нибудь другому, кто поселился в его комнате, ведь не один Бренд сотворил всю ту свалку.

***

Плечо сжали так, будто хотели сломать, но ограничились слабым вывихом. Крупные мужчины вжали совсем хлипкого по сравнению с ним мальчика к стене. Диппер простонал от тянущей боли в районе плеча. Когда корпусы общежития были практически пройдены, около узкого проема между корпусами парня похоже поджидала группа неизвестных. Институт хорошо охранялся, посторонним вход был запрещен, а эти бугаи не выглядели как студенты или профессора. — Где оно?! — обращено к мальчишке, — Вспорите ему рюкзак! — а это уже не ему. — Черт возьми, о чем вы?! — силы прошипеть это нашлись. — Мальчик, ты сейчас не в том положении чтобы… — это их главный говорит? — В рюкзаке только бумажки про сказки какие-то и мобильник, — отозвался низкий мужской голос сбоку. — Сказки? Что ты несешь?! — рявкнул главарь, пусть будет главарем сей шайки, — Пароль стоит? — Да. Руку вновь извернули в неестественное положение, для разблокировки отпечатком. Растяжка у Диппера на уровне коровы, а тут такое… — Стойте, вы же его совсем покалечите, я знаю пароль. — знакомый голос. Тучи ушли и даже частично осветили недавно пустующий переулок, дождя все-таки не будет, и Калифорния сегодня получит статус солнечного города. От вышедшего летнего солнышка стало жарко, а Диппер, согнувшись, стоял и часто дышал, без возможности вырваться из крепкой хватки. Сколько прошло времени — нельзя было понять. Пара минут или он задержал Эвана еще на час? — Здесь ничего нет! Может какие-то скрытые пространства? Почта? Лс? — кажется, главарь начал выходить из себя. — Нет, тут пусто, он не пользуется телефоном для этого, все в ноутбуке, — вспомнил, этот голос принадлежит Брендону, — отпустите вы уже его, все равно он никуда не убежит. Просьбу Брендона не проигнорировали, а Диппер смог смахнуть пот здоровой рукой и разогнуться из положения, в котором ноги уже начали слегка неметь. Кудрявому пареньку хотелось огрызнуться, высказать в лицо предателю Брендону все плохое и то, какие последствия принес тот вечер в больнице. Но вместо этого Диппера слегка потряхивало, глаза щипались от желания расплакаться, но он не мог, ни на физическом уровне, ни на ментальном. Было просто волнительно от того, что будет дальше. От него что-то требовали, ранили руку, к счастью, не серьезно, а его сестре сейчас нужна помощь. Справляется ли Пасифика? Обладатель модной разноцветной прически влетел в переулок не совсем вовремя, ведь эти избиватели невинных детей как раз хотели раскрыть причину сей потасовки. — Диппер! — грозный рявк Эвана привлек внимание всей шайки, — Отошли от него или… Раздался треск. Электрошокер! Диппера уже давно не удерживали и он, не забыв подхватить потрепанный рюкзак, понесся к спасителю. Хотя бегом это было сложно назвать, так, галоп коровы по зыбучим пескам. Эван обхватил Диппера за плечо, и они вдвоем двинулись быстрым шагом к выходу с территории университета. Их не преследовали, те люди испугались удара 70 кВ. — К-как? — побитый повернул голову в сторону спасителя. — Тебя долго не было, так что я подумал, что случилось что-то неладное. Парни быстро уселись в машину и выехали на проезжую часть. Спокойствие. Путь домой. — Хорошо, что у личных шоферов важных шишек есть оружие для самообороны, — вздох и тихий смешок сорвался с губ расслабившегося парня. — Э-эм… У меня нет электрошокера, был когда-то, но дома затерялся, а это лишь игрушка скачанная на телефон, просто эффект звука и фонарик мигает, — шофер нервно засмеялся. Диппер вначале не заметил, но сейчас осознавал, насколько же страшная ситуация была и нервы потрепала не только ему. — Важная шишка? Ты о Пасифике? Может года четыре назад она являлась такой персоной, сейчас она на более низкой ступени, а вожу я ее по… дружбе. За эти несколько дней все разворачивалось слишком быстро и только в дороге у Диппера была возможность узнать что-то про обстоящие дела в городе тайн, изучить записи Стэнфорда и многое другое, но в такие удачные моменты организм клонило в сон. Но уже не со страхом, а с желанием получить те ощущения…

***

По просьбе Диппера машина приехала не домой, в Хижину Тайн, а к дому Глифулов, Пайнсу нужно было заклинание призыва. Но не все так просто. Снаружи дом был грязным, на пороге лежала куча мятых писем, не выброшенные черные пакеты с мусором дополняли обстановку заброшенного дома. — Отойдите, пожалуйста, — за спиной у Диппера будто из неоткуда возник парень с пакетом из пиццерии, наверное — курьер. Парень спокойно прошел за калитку и, стукнув пару раз по двери, развернулся и ушел откуда пришел, оставив пакет на пороге. Через минуту дверь открылась и на порог вышел Бад Глифул, седой, местами облысевший и еще более толстый, чем в последнюю встречу. Лицо мужчины поникло, глаза опустели, будто превратились в лед, а уголки губ явно давно не приподнимались. — Мистер Глифул? — решил подать голос Диппер, пока мужчина не ушел с крыльца. Мужчина дернулся, стараясь повернуть голову в сторону звука. Он ослеп. — Кто это? — все-таки подал голос мужчина. — Я Мэ… Я Диппер Пайнс, искал Гидеона, — ответил парень, стараясь не переходить на шепот. — Моего мальчика… Малыша Гидеона больше нет… — тихо произнес опечаленный отец, — Его убили! — а это уже пугающий Диппера крик. — Простите… — эта новость действительно удивила Диппера, он и подумать не мог, что все так сложится. Да, у него были враги, темные фрагменты прошлого, но у него были и друзья, которые не дали бы его в обиду. В любом случае, убийство — ужаснейший исход. Гидеон этого не заслужил. Диппер не знал как реагировать на это, но мысли, заполненные только надеждами о здоровой сестре, затупляли горечь утраты. — А после него что-нибудь осталось? Бумаги на латыни или какие-нибудь дневники? — прошлый Диппер бы надавал нынешнему по голове за такую бестактность, ведь кому как не Дипперу знать о потере близких. — Д-да… — Бад развернулся и вошел в дом, оставив дверь открытой. «Это значит, что мне можно войти?» Время торопит, скоро совсем стемнеет, а Дипперу надо еще в подвал, а затем искать подходящее место в лесу. Так что парень вошел в дом. Свет не горит, скорее всего он даже не работает. Проверять это Диппер не решился, ведь дойти до комнаты при помощи ествественного освещения из окна он сможет. Как и ожидалось, мусор был везде. Парню приходилось высоко поднимать ноги, чтобы не наступить на очертания всякого хлама на полу. Помимо вони протухших яиц здесь выделялся отчетливый запах гнили. «Тут же не лежит где-нибудь труп Гидеона?» — от таких мыслей передернуло. Слепой Бад с самого входа в дом куда-то очень быстро подевался, но Диппер решил забить и пойти по плану. Комната Гидеона была практически пустая и чистая, лишь источники вони валялись в клетке, расположенной на столе. Похоже Гидеон заводил еще хомяков или Бад после смерти сына питомцами заглушал свою боль. Правда совсем позабыв их кормить. Смотреть на это зрелище не хотелось и Пайнс уже хотел пойти к шкафу, но заметил, что клетка стоит не ровно. Отодвинув братскую могилу грызунов Диппер обнаружил тетрадь. Копия второго дневника! Крикнув прощание в темное пространство дома, Диппер побежал к машине Эвана. Парни двинулись к Хижине.

***

Лес такой же как из детских воспоминаний, синеватые высокие сосны, шум листвы и хлопот крыльев редких в этих местах птиц. Совсем скоро стрелки часов завершат круг и официально наступит новый день, а весь штат Орегон погрузиться в тьму ночи. Лишь звезды над такими далекими от крупных населенных пунктов, как Гравити Фолз, будут освещать темные леса голубоватым свечением. Конец дня складывался значительно лучше, чем вся остальная часть. Сон в машине Диппер благополучно забыл, как обычно, лишь остались такие странные ощущения, как… Самому парню это сложно объяснить. Будто чей-то длинный скользкий язык проскользнул ему прямо в душу, оставляя вязкую жидкость на каждом фрагменте памяти, туманя рандомные воспоминания, о которых Диппер может быть и так не помнил. В общих чертах сон был явно неприятный, но в тоже время, что-то в нем было… теплое. Какая-то сборная солянка была собрана в ведре, чего здесь только не было: и кристаллы, и короткие тексты на латыни, клочок гривы единорога, кусок кожи с крыльев Летучих глазищ, оленьи зубы, коготь Мультимедведя, порошок из зуба Монстрострова… Все что найдено в подвале — запихнуть в ведро и бегом в лес. Поляна, посреди которой стояла одинокая сосна, показалась Дипперу отличным местом для ритуала призыва. А может просто сил идти дальше не было. Парень и так напугал Паси своей спешкой, даже о сестре не спросил — сразу помчался в подвал, а затем в лес. На слегка притоптанной траве расположились кружком восемь свечей, в виде треугольника были уложены зубы оленя, как один из главных атрибутов демона снов. Посередине была поставлена фотография близнецов. Другой фотографии псевдо призыватель не нашел. У сестры на фото он зачеркнул глаза и вроде так все и нужно было сделать. Как говорится: второй дневник в помощь. Кристаллы поддерживались сохранность круга и давали подпитку находящейся рядом нечисти, которая на самом деле заранее разбежалась. Любой намек на Билла сулил неприятности, а тут мальчик посреди леса с кучей артефактов и бубнящий слова призыва самого Билла Сайфера для того, чтобы не забыть. Ландшафтным дизайнером Пайнсу младшему не быть, но поляна действительно выглядела преображенной. Даже человек не верящий в магию почувствует тут всплеск силы от магических артефактов. Больше задерживаться не было причин. Мэйбл дали максимум два года жизни, а минимум может произойти хоть завтра, если не прямо сейчас. — Triangulum, entangulum. Veneforis dominus ventium. Veneforis venetisarium! Диппера чуть не отбросило волной теплого воздуха, но парень устоял на коленях. Глаза вспыхнули ярко-голубым, в тоже время ощущения от этого были не самые приятные. Надо было спешить, иначе тело не выдержит всплеска энергии. Лес, на ближайшие метров пятьдесят точно, лишился цвета. Практически все дополнительные усиливающие артефакты повзрывались в клубах неонового дыма. — Ждэсэс Сдровкаб! — повторил Диппер пять раз и только тогда жжение в глазах исчезло, лишь встряхнув парня напоследок. Вновь вспышка голубовато-белого света, пространство рассекает что-то похожее на паяльник, когда омон накрывает наркобандитов, которые спрятались за железной дверью, пряча свой драгоценный порошок. «АХАХА-ХА-ХА-ХА» Появляется очертание глаза с узким кошачьим зрачком. — Так-так-та~ак