Не по сценарию

Дейв осторожно проводит ладонью по перебинтованному торсу Карката. - Ну, вот и готово, теперь ты как новенький. Чай, кофе, жуков в кисло-сладком соусе? - Ты заебал уже про жуков шутить, на твоей гребаной планете тоже едят насекомых. - Никаких шуток, я абсолютно серьезен, тебе надо зажевывать как можно больше всего, чтобы регенерировать быстрее, лучше, сильнее. Ты же хочешь стать чемпионом регенерации? - Дейв, если я сейчас сожру ЕЩЕ больше, меня стошнит, ты заставил меня съесть две с половиной миски супа всего полчаса назад. - Целых полчаса назад, - Дейв поднимает вверх указательный палец. – Ладно, засчитано, обильное питание – выполнено, че там дальше по списку, ага, здоровый сон. Полезай в восставанну, я тебе колыбельный трек зачитаю. - Да угомонись ты, балбес, - ухмыльнувшись, Каркат протягивает здоровую руку к ладони Дейва, накрывает ее своей. – Блядь, до сих пор не могу поверить, что мы живы и все это дерьмо позади. Все кажется ебаным сном, и я сейчас не только про то, как вы подтащили мою нихуя не соображающую тушу к нихуя не соображающей туше императорской хуилы и заставили отсечь ей башку, - Он морщится, вспомнив, с каким хрустом лезвие перерубило чужую шею и как после запуталось в липких от крови длинных волосах. - Все дерьмо впереди, чувак, не расслабляйся. В секторе С продолжаются бунты, ту пропавшую эскадру звездолетов пока так и не нашли, фаны Мученика хотят от тебя еще одну речь о том, какой он заебатый, но без намеков, что он ссыкло, космо-фаны традиций хотят прилететь и устроить пати в честь твоей коронации, а в колониях вообще полный… - Аргх, завали ебало, - Каркат досадливо цокает языком. – Черт, это тебе нужно быть ебаным Президентом, я понятия не имею, как вообще разгребать весь блядский бедлам, и уже заебался, хотя еще даже не начал. - Все будет норм, Каркат, не парься, ты не один. Соберем совет и порешаем, че как куда, мы с тобой. Я с тобой, - Дейв сжимает его пальцы, поднимает руку, чтобы погладить по волосам. – Прости, что опять поднял тему, тебе сейчас надо отдыхать и восстанавливаться, а не вот это вот все. Каркат закатывает глаза: - Ты не поднимал тему с обеда – уже охуенный подвиг. Ладно, вали, я же вижу, тебе не терпится обсудить с кем-нибудь это говно, а мне и правда надо поспать. - Окей, - Поцеловав его в висок, Дейв поднимается на ноги. – Не сможешь заснуть – зови, предложение про колыбельный трек в силе. - Придурок, - Каркат улыбается. – Спокойного дня. - Спокойного дня. Дверь щелкает, закрываясь; Каркат и правда собирался лечь спать, но теряет счет времени, сидя в тишине и продолжая осмысливать события прошедших ночей. Он действительно не думал, что переживет Сражение, не думал, что будет снова окружен друзьями… И что встретит кого-то настолько близкого(пусть и прибывшего издалека), как Дейв. Звук оповещения прерывает ставший почти бессвязным приятный поток мыслей. Каркат тянется за ноутбуком и тут же рычит сквозь зубы, когда привычное движение вызывает боль во всем теле, а после и от злости, когда открывает окно чата. КГ: КАКОГО ХУЯ ТЫ ХОЧЕШЬ, МУДАК? КГ: Я НЕ СОБИРАЮСЬ СНОВА ВЫСЛУШИВАТЬ ТВОЕ НЫТЬЕ О ХУЕВОСТИ МОЕЙ ПОЛИТИКИ И ИДЕЙ. ЕЩЕ ОДНО ЕБАНОЕ СЛОВО ОБ ЭТОМ – И Я ТЕБЯ ЗАБЛОКИРУЮ. КА: не беспокойся кар я не по этомму поводу КА: я уже понялл что бесполлезно тебе объяснять ты все равно не пойммешь КГ: АЛЛИЛУЯ, БЛЯДЬ, НЕ ПРОШЛО И ТРЕХ ПЕРИГЕЕВ. КГ: МОЖЕТ, ДО ТЕБЯ ДОШЛО ЕЩЕ И ТО, ЧТО НИКАКИХ ЕБАНЫХ ПРИВИЛЕГИЙ ПО СТАРОЙ ДРУЖБЕ ТЫ НЕ ПОЛУЧИШЬ? ЕСЛИ ДА – Я УСТРОЮ ВЕЧЕРИНКУ И СТАНЦУЮ ОТ РАДОСТИ. КА: ну конечно КА: ты ведь одариваешь привиллегиями толлько дерьммокровных выродков КА: и свою подстиллку КА: я все еще не могу поверить что ты чуть не убилл мменя из-за него послле всего что я деллалл длля тебя все эти чертовы обороты КГ: ЭТО ВСЕ, ЧТО ТЫ ХОТЕЛ СКАЗАТЬ? ЕСЛИ ДА, ТО ПИЗДУЙ, Я, БЛЯДЬ, ОТДЫХАЮ. КА: нет кар еще не все КА: он сейчас с тобой? КГ: НЕ ТВОЕ ЕБАНОЕ ДЕЛО, ГАНДОН. КА: не воллнуйся я и самм знаю что нет КА: на саммомм делле я вижу его пряммо сейчас КА: держит в своих грязных ллапах твой ноутбук на которомм ммы с тобой когда-то вмместе сммотрелли филльммы КА: отвратителльно Каркат мрачнеет, непонимающе глядя на экран, пальцы сами собой стискиваются в кулаки. КГ: ЧТО, БЛЯДЬ? КГ: ТЫ ЧТО, ПОНАТЫКАЛ ПО МОЕМУ УЛЬЮ СКРЫТЫХ КАМЕР, КОГДА ЗДЕСЬ ШАРИЛСЯ? СОВСЕМ ЕБАНУЛСЯ?? КГ: МОЖЕШЬ УЖЕ СЕЙЧАС ИСКАТЬ, ГДЕ СПРЯТАТЬ СВОЮ ОХУЕВШУЮ ЗАДНИЦУ, ПОТОМУ ЧТО КАК ТОЛЬКО МОИ РАНЫ ЗАЖИВУТ, Я ДОСТАНУ ТЕБЯ ИЗ-ПОД ЗЕМЛИ И НАХУЙ ПРИКОНЧУ. ЛОВИ ЕБАНЫЙ СПОЙЛЕР: НИКАКОЙ СКУЛЕЖ О ПОЩАДЕ БОЛЬШЕ НЕ ПРОКАТИТ. КА: прости но я не думмаю что они заживут у них на это осталлось мменьше мминуты КА: и нет я не устанавлливалл никаких каммер КА: кар как ты думмаешь КА: стеклло окон твоего уллья выдержит выстрелл из ммоего перекрестья? КА: потомму что я думмаю что нет КА: в ллюбомм сллучае сейчас ммы это проверимм Понимание накатывает вместе с ледяной паникой. Каркат замирает от ужаса, не зная, за что хвататься – пытаться переубедить Эридана или бежать к Дейву, не веря, что Эридан способен так поступить, - когда за стеной раздается глухой грохот. Следующий сотрясает, кажется, все здание, а за ним – оглушительный треск и рев. Каркат с воем отшвыривает ноутбук в сторону, подскакивает, бросается к двери, прихрамывая и сжимая ладонью раненный бок. Бурлящий поток воды едва не сбивает с ног, когда он открывает дверь. - Дейв!!! – Каркат пытается перекричать оглушающий шум; вода прибывает чертовски быстро, поступая из пробитого в стене отверстия, за те считанные секунды, что он тратит на преодоление нескольких метров, ее уровень поднимается от коленей почти до пояса. – Дейв?! – Он жмет на дверную ручку и тут же отскакивает в сторону, а затем, зажмурившись, бросается внутрь. Отсек полностью заполнен водой. Лучи света уцелевших наружных оконных прожекторов выхватывают осколки оплавленного стекла, обломки мебели, плавающие подушки и одеяла, картонные коробки от сухих ужинов, пластиковые бутылки; бросая себя вперед мощными движениями рук, Каркат устремляется к дальней стене. Дейв завис в полуметре от пола, зацепившись рукой за покореженную дверь шкафа. Вода колышет его разметавшиеся светлые волосы, глаза закрыты, подсвеченное мертвенным бирюзовым светом лицо расслабленное, как во сне. Ударом кулака разломав шкаф надвое и отпихнув в сторону, Каркат сгребает его за талию, панически прижимает к себе и готовится к обратному пути – до лифта не так далеко, нужно просто пересечь коридор, - когда улей сотрясают новые взрывы как раз с той стороны, где находится подъем на поверхность. Взвыв от ярости и бессилия, Каркат перехватывает Дейва поудобнее и устремляется к окну, пытаясь прикинуть, за сколько сможет доплыть до поверхности. Семь минут? Десять? Может, и все пятнадцать – раны пульсируют нарастающей болью, правая часть тела уже плохо слушается, перед глазами мельтешат красные вспышки. Пятнадцать минут – это не много, для Карката, даже в его состоянии - полная ерунда, но люди не живут так долго без кислорода, как не живут и под таким давлением глубины. Каркат запрещает себе об этом думать. Гребя свободной рукой, он успевает отдалиться от улья метров на тридцать – и беззвучно кричит от опалившей спину обжигающей боли. Следующая ослепительно-белая вспышка проносится метрах в пяти, и вскипевшая мгновенно вода берется мелкими пузырями. Прекрасно зная, что Эридан не промахивается – просто играет, продлевая себе удовольствие, - Каркат обнимает Дейва обеими руками и разворачивается в сторону зависшей на расстоянии темной фигуры бывшего друга, чтобы не умирать от удара в спину. Еще одна вспышка прошивает водную толщу, оставляя новые ожоги; Каркат стискивает зубы и крепче прижимает Дейва к себе, его мягкие, как водоросли, волосы щекочут шею и подбородок, руки безвольно висят вдоль тела. В этот момент Каркату есть, о чем жалеть и за что себя ненавидеть – не оставил Дейва в более безопасном месте, вовремя не распознал исходящую от Эридана угрозу, - но он чувствует только отрешенное спокойствие. Он и не думал, что сможет жить дальше, не так ли? Он и так прожил на несколько ночей дольше, чем должен был. Все замедляется, размывается. Электрические огни улья горят внизу, освещая светлые стены, на винтовке Эридана зарождается новая вспышка, и на этот раз прицел направлен прямо; все пространство заполнено низким, сотрясающим водную толщу гулом. Упрямо стиснув зубы, Каркат подавляет инстинктивное желание зажмуриться. Он продолжает смотреть вперед и поэтому видит, как, выдвинувшись из-за башен улья, огромное белое щупальце сминает Эридана, словно тряпичную игрушку. Отброшенная винтовка быстро идет ко дну. С некоторым запозданием Каркат понимает, что гул, принятый им за обман помутненного болью рассудка, был вызван передвижением гигантского тела. Со вспыхнувшей слабой надеждой он подается вперед, вкладывает все эмоции в отчаянный мысленный импульс, и Гл'бголиб выпрастывает им с Дейвом навстречу множество щупалец – извивающийся в толще воды белый лес. Каркат жмурится от головокружительного ощущения скорости и стискивает Дейва как можно крепче, когда, подхватив, щупальца устремляют их вверх, вверх и вверх, выталкивают на поверхность, а потом и на отмель. - Б-б-бляд-дь, - Стуча зубами – все тело сотрясает крупная, почти конвульсивная дрожь, - Каркат укладывает Дейва на мокрый песок, с ужасом смотрит в его неподвижное бледное лицо. – Д-д-дейв! Каркату хочется рвать, метать и выть, хочется трясти Дейва за плечи до тех пор, пока тот не очнется, и какую-то ужасающую секунду ему кажется, что так и случится – он сорвется в такую знакомую бездну ярости и страха, чтобы очнуться через несколько часов с остывшим трупом в руках, - но все-таки удерживается в невыносимой реальности. Взяв себя в руки, Каркат переворачивает Дейва, трясущейся обожженной ладонью хлопает по спине, потом еще и еще. Изо рта Дейва льется и льется вода. Сколько времени они провели там, на глубине? Сколько люди могут без воздуха? Когда поток воды иссякает, Каркат снова укладывает Дейва на спину, разрывает насквозь мокрую толстовку, и двулунный свет блеклыми бликами ложится на бледное застывшее тело. Каркат прижимает пальцы к груди Дейва, потом к шее, склоняется к нему, прислоняясь ухом, но не слышит, не чувствует ни малейших отголосков привычного сердцебиения. Каркат не знает, что делать. Неуклюже уложив горящие болью ладони одна на другую, он жмет Дейву на ребра; его собственное дыхание прерывается, горячие слезы катятся по лицу. Всхлипывая, Каркат переводит испуганный потерянный взгляд на ластящиеся волны прибоя, всматривается в глубину, снова взывает о помощи – и вскрикивает, получив ответ. - Б-блядь, п-почему я не п-подумал об эт-том сразу! – Он бросается к Дейву, вцепляется в его плечи когтями, склоняется ниже, прижимается дрожащими губами к его, расслабленным и холодным. – К-как м-мне это сделать, ч-черт, я ж-же не з-знаю, как это д-делать… Каркат открывает сознание, насколько возможно, и мысленно умоляет Гл'бголиб его направить. Зародившись в груди, глубокое теплое ощущение прокатывается вверх по горлу, отдается покалыванием в губах и в подушечках пальцев. Зажмурившись, Каркат жмется к губам Дейва плотнее, перемещает ладони ему на грудь и замирает так, кажется, на целую вечность, стараясь не думать о том, что Касание может продлить жизнь, но не вернуть.