Чёрная полоса

Джисон остался дома один. Один наедине со своими мыслями. Они терзали его как стая волков. “Однажды ты убьёшь Минхо”. “Минхо убьёт тебя сам, когда поймёт, что ты безнадёжен”. “Ты больше ему не нужен”. “Найди себе демона и живи жизнью паразита, питаясь за счёт других”. Он отчаянно простонал и хлопнул себя по щеке. Ещё немного, и он сойдёт с ума. Джисон тряхнул головой и пошёл в ванную, чтобы умыться холодной водой. Он вышел на кухню, заглянул в шкафчик. Какое-то печенье, чай и... спирт. Хозяйка дома использовала его для того, чтобы протирать окна от разводов. Ничего страшного ведь не случится, если Джисон возьмёт немного? Он достал стакан и налил туда спирта где-то до половины, выпил залпом. Ну и дрянь. Он поморщился, противореча самому себе налил ещё. А потом ещё. Джисон вышел на улицу, прошёлся немного подальше от дома в поисках скамейки и сел. Холодный ночной ветер неприятно продувал уши. Возможно, теперь он понял, зачем Минхо курит. Интересно, вернулся ли он уже домой. Интересно, что тогда хотел сказать ему Феликс... Джисон вздрогнул, когда поднял голову и увидел ангела перед собой. Неужели он так сильно напился. Но Феликс был очень даже настоящим. — Пьёшь в одиночестве? — он хитро улыбнулся и сел рядом. От Джисона разило спиртным, но он держался хорошо. Потому что алкоголь демонов не брал. Он вообще не брал большинство сверхъестественных существ, и Феликс об этом прекрасно знал, в отличие от самого Джисона, но рассказывать не торопился. Так неинтересно. — Да, я просто... неважно, — Джисон вздохнул. — Ты ведь ангел. Ты случайно не знаешь... как это остановить? Ну, обращения... — он говорил медленно и тихо, а потом посмотрел Феликсу в глаза, тот понимающе кивнул. — Знаю. Пойдём ко мне, нечего тут мёрзнуть, — он встал и пошёл, Джисон побежал за ним. Джисон сидел за столом у угла на уже знакомой ему кухне. Он чувствовал себя очень маленьким в этих хоромах, но жаловаться грех. Феликс разлил вино по бокалам, предложил один из них Джисону, тот согласился. Он взял бокал в руки и сделал глоток. Вкусно, на удивление. Феликс сел на стул с другой стороны угла. Он посмотрел на пьющего Джисона и отпил немного из своего бокала. Облизал губы и наклонился вперёд на стол. — Никогда не думал, что будучи в здравом уме приведу домой дьявольскую полукровку, — усмехнулся Феликс. — Мать говорила, что из всех полукровок здесь была только божественная однажды. Так, ты хочешь узнать, как предотвратить обращения? — он откинулся на спинку стула и посмотрел на Джисона. — Вообще-то есть один способ. Феликс наклонился, чтобы положить руку на чужое бедро у самого паха. У Джисона точно расширились зрачки. Это прикосновение ощущалось как что-то донельзя правильное. По телу побежали мурашки, заставляющие отвечать и подаваться вперёд. Джисон накрыл руку своей и почувствовал разряд ещё ярче. Он поднял взгляд на Феликса. И как он раньше не замечал его привлекательность? Джисон наклонил голову и поцеловал чужие приоткрытые губы, желая получить как можно больше. Он проснулся голым в чужой кровати, в чужом доме и с ужасом вспоминал произошедшее этой ночью. Он какого-то чёрта напился, нашёл Феликса, чтобы поговорить с ним о своих переживаниях насчёт неконтролируемой одержимости, тот-то явно побольше него знал. Слово за слово, намекающая рука на бедре, поцелуи, одежда на полу... Блядство, самое настоящее блядство. Джисон очень сильно ругал себя мысленно, он просто ненавидел себя за это. Как он посмел позволить себе такое? Но самое страшное — ему было очень хорошо. Так, как никогда ещё не было. Он будто побывал в раю, и это, блять, пугало. Он должен был считать самым лучшим секс со своим парнем, с которым они так давно встречались, который лучше всех знал, чего хотело его тело, как ему было приятнее всего. Нужно было найти одежду и поскорее свалить отсюда, пока не пришёл сам Феликс. Джисон обмотался покрывалом и встал с кровати, начал судорожно искать. Ему хотя бы трусы надеть, а там уж добежит как-нибудь. Но в комнате будто вообще никакой одежды не было, даже Феликса. Он сел коленками на пол и заглянул под кровать, они могли случайно запнуть её туда вчера. Вот блядство, не мог же Феликс специально вынести из комнаты всю одежду? — Одежду свою ищешь? Она стирается, — ангел показался в дверном проёме. — Феликс, — Джисон вскочил и сжал в пальцах покрывало сильнее. — Достань её, пожалуйста. В мокрой пойду, ничего страшного. Мне очень сильно домой надо. — Тебе некуда торопиться, Минхо уже в университете. Пойдём, я чай сделал, — он показал головой в сторону коридора. — Нет, никакого чая. То, что произошло между нами — ошибка. Забудь об этом и прости меня, — Джисон поспешил выйти из комнаты, но Феликс его остановил. — Это не ошибка, Джисон, это инстинкты. В тебе две крови, а ангельская, она как наркотик, поэтому тебя тянет ко мне, ты хочешь получить как можно больше, — он провёл рукой по щеке Джисона, тот неосознанно начал к ней ластиться. Феликс усмехнулся и убрал руку, Джисон тут же пришёл в себя и попятился назад. — Что и требовалось доказать. Можешь не беспокоиться, ты мне не нужен. Использовать тебя я не буду, но и перелить больше крови тоже не могу. Тебе нужно победить демона самому, но, поскольку ты дьявольская полукровка, а не божественная, будет очень сложно. — Так, а если я стану ангелом, меня перестанет к тебе тянуть? — Ну, во-первых, полноценным ангелом ты не станешь никогда. Точно так же, как и демоном, к слову. В тебе всегда будут присутствовать обе крови, но да, если снизишь концентрацию демонской до минимума, тебе на какое-то время не понадобится моя поддержка. Полукровки обычно заключают союзы с той кровью, которой придерживаются, потому что так получают постоянную поддержку. Например, твоя мать тоже полукровка, правда другого вида, но она выбрала ту сторону, нашла чистого демона — твоего отца. С того момента ангельская сторона перестала её мучить, и она даже подумала, что насовсем от неё избавилась, поэтому они решили завести тебя. Ты вполне мог родиться настоящим демоном, — Феликс усмехнулся. — Значит, даже если у меня будет минимум демонской крови, без поддержки ангела я могу обратно, ну, того? — Ну да. Я бы посоветовал, конечно, заключить союз с ангелом, а не с человеком. — Иди со своими советами знаешь куда? За одеждой моей. Я хёна никогда не брошу. — Интересно, думает ли твой хён так же, — про себя усмехнулся Феликс, но Джисон услышал. — Ты охуел там? Конечно, думает. Какой-то ты слишком сучий для ангела, не? Я домой. Джисон поправил покрывало и босиком пошлёпал по мраморному полу. — Если он оставит следы на полу, я заставлю вас обоих его языком вылизывать! — крикнул из своей комнаты Сынмин, а Джисон лишь убедился в том, что ангелы на самом деле какие-то сученьки все. Джисон бегом бежал до дома в надежде успеть прийти туда первым. Он планировал по пути придумать оправдания, но мысли из головы будто пропали, всё о чём он мог думать — лишь бы успеть до Минхо и получить небольшую фору. Минхо встретил его на пороге. Вот блять. По подсчётам, он должен был быть ещё в университете. Джисону было стыдно посмотреть в глаза Минхо, поэтому он уводил их и опускал, Минхо же искал зрительный контакт. Он был, честно говоря, в ахуе от вида Джисона и хотел понять хоть что-то. Он видел его голые ноги чуть ли не по колено в грязи, пыли, земле. А это покрывало, которое, кстати, не их... — Джи, ты... голый? Джисон скривился в улыбке и неуверенно кивнул. Всё, ему пиздец. Минхо покачал головой и затащил младшего в дом, отправил его в ванную вместе с чистой одеждой. Он вот нихуя не горел желанием знать, почему Джисон пришёл домой в таком виде, поэтому и спрашивать не стал. Джисон сел под душ, включил воду и разрыдался. Паника охватывала его с ног до головы, если они из-за этого расстанутся, он никогда себе не простит. Должен ли он теперь что-то придумывать или лучше сразу же сказать правду? Если вскроется не только измена, но и обман — Минхо его точно бросит. Если сказать ему прямо сейчас, можно ли надеяться на смягчающее? Может, вообще соврать, мол, это Феликс во всем виноват, он принудил... Минхо же не сможет это никак проверить. А сам Феликс вряд ли вообще станет разговаривать с человеком. Нет, Джисон никогда не врал Минхо, не начнёт и сейчас. Внутри как будто всё стало стеклянным, он вышел из ванной, мысленно молясь, чтобы Минхо ничего не спросил. Он даже не представлял, как будет с ним теперь разговаривать в принципе. Не считая измену, его ведь с вечера вчерашнего дня дома не было, а теперь он пришёл в таком виде. Пиздец какой-то. — Есть иди, — крикнул Минхо с кухни, когда услышал, как открылась дверь в ванной. — Ты... разве не в универе должен был быть? — неуверенно спросил Джисон, не поднимая взгляда, и сел за стол. — Пары отменили. Я вообще-то собирался тебе сказать, что у тебя ангельской крови семьдесят семь процентов. Я был так рад этому, но ты меня, конечно, удивил, так что я как-то... Выпал. Спрашивать не буду. — Спасибо. Они ели в тишине. Минхо это напрягало ещё больше, Джисон всегда болтал, не затыкаясь. Теперь ему захотелось узнать, что произошло на самом деле. Он посмотрел на Джисона, тот ковырялся в тарелке, уткнувшись в неё взглядом. Ночью с ним что-то случилось, Минхо был в этом уверен. Он сначала подумал, что тот мог обратиться, но потом вспомнил, что браслет всю ночь был на нём, сто процентов зафиксировал бы изменения. Но, если бы произошло что-то херовое, Джисон бы сразу рассказал, да? Надо разрядить обстановку и сменить тему. — Я в зал сейчас пойду. Не хочешь со мной? — Минхо встал из-за стола, чтобы убрать за собой. — Нет. Ты же знаешь, спорт — это не моё, — спокойно ответил Джисон, слабо улыбнувшись тарелке. Вообще-то мало какие занятия были “его”. — Может, посмотришь на меня уже? — он сел обратно, оставлять всё так было почти невозможно. Джисон пугал своим поведением. — Что-то случилось? — Нет! — Джисон встрепенулся и резко поднял голову. — Просто, что-то неважно себя чувствую... — он опустил взгляд обратно, в тарелку. — Джи, — Минхо вздохнул. — Ты, наверное, простудился. В одном покрывале по городу... — он покачал головой. — Ещё и босиком. Я сегодня недолго буду, ладно? Куплю на обратном пути градусник и чего-нибудь вкусного к чаю. Ты, вроде, не горячий, но таблетки всё равно куплю, пускай будут на всякий, да? Вот и пришла моя очередь о тебе заботиться, — он улыбнулся и потрепал Хана за волосы. Джисон кивнул и, дождавшись, пока Минхо соберётся и хлопнет входной дверью, сел на пол и разрыдался. Его тошнило от себя, тошнило от ситуации и вообще. И вообще, он не заслуживал такого хорошего отношения. Он не мог врать Минхо, но признаваться было слишком страшно. Что ему вообще теперь делать? Почему он не мог думать о последствиях вчера. Он ведь не покормился, значит, так и будет стремительно пытаться обратиться? И стремительно искать ангельской поддержки. Это совсем не радовало. Вариант убиться к херам уже не казался таким бредовым, но разве он может так поступить с Минхо? Тот и так настрадался: вечные побои отца, болезнь матери, её смерть, одержимость парня, теперь измена. Джисон знал, что ещё и суицид Минхо вряд ли переживёт, поэтому бросил эту глупую идею. Ситуация казалась безвыходной.