Чёрная полоса

Джисон вышел из магазина с пакетом продуктов, он решил пойти по большому пути и вышел к площадке, пошёл в сторону университета. Скоро у Минхо должны закончиться пары, так что было бы круто его встретить. Он шёл не торопясь, пинал камни с дороги и думал. Он теперь постоянно думал. Утром Минхо сказал, что кровь снова пришла в баланс. Или демонская даже превысила? Джисон не вникал особо, разговоры про кровь напоминали ему об измене. Господи, как он мог изменить человеку, которого любил больше жизни? Как он мог хорошо себя чувствовать во время и после. И он даже не был пьян, спирт его почему-то не взял. Джисон дал себе пощёчину, но не рассчитал силы — щека начала безумно гореть. Ничего, заслужил. Если бы он мог, он бы себя ногами избил. Джисон вздохнул и сел на скамейку у площадки. А заслужил ли он вообще встречать Минхо? Как он смеет притворяться, что всё в порядке.     Он продолжал корить себя и накручивать, и ему резко поплохело. Он мог почувствовать, как его глаза задрожали, а внутри что-то норовило вот-вот вырваться наружу. Он запаниковал и бросил пакет. Сейчас обратится и всё, будет на людей охотиться, он же на чёртовой улице. Джисон судорожно озирался по сторонам и заметил Феликса на пробежке. Дилемма. Он почувствовал себя частью той задачки про поезд, где нужно было убить либо одного человека, либо троих. Без жертв обойтись было нельзя. Феликс остановился.     — Помочь?      Джисон был готов расплакаться. Да, помочь, но только так, чтобы без измен Минхо. Он жалобно посмотрел на Феликса.       — Поцелуй меня, станет легче.      Джисон обречённо вздохнул и встал. И чего он вообще ожидал? Нет, правда, чего? Что Феликс перельёт ему немного крови прямо посреди улицы?       Обратиться и кого-то убить или один разок поцеловаться с Феликсом... Джисон глубоко вдохнул, выдохнул и впился в чужие губы. Феликс ухмыльнулся и обвил руками талию полукровки, прижимая ближе к себе. Тело Джисона расслаблялось и просило большего, он проскользнул языком в рот Феликса.      — Какого хуя? — раздражённо спросил Минхо, но нотки обиды в голосе скрыть не удалось.      Джисон отпрыгнул от Феликса, как ошпаренный. Он посмотрел прямо в глаза хёна, и его затрясло. Минхо всегда скрывал свои эмоции — защитный механизм, выработанный годами. Но сейчас он точно выглядел расстроенным и разочарованным. “Хён”, — жалобно прошептал Джисон, но тот развернулся и пошёл в противоположном направлении.    — Всё нахуй, я не останусь в этом ёбанном городе ни на день больше, — вслух матерился Минхо и быстрым шагом пошёл куда-то вперёд.    — Я могу тебе помочь, — его нагнал, казалось, из неоткуда взявшийся Крис. — Стой ты уже. Стой.    — У тебя три минуты или иди на хуй, — Минхо остановился и посмотрел на Криса.    — Джисон не виноват. Он очень тебя любит, правда. Это просто инстинкты, которые тянут его к ангелу, ему не хватает крови, и он пытается её восполнить, потому что боится, что снова обратится и навредит тебе. Но я могу вам помочь, заодно перестану быть в долгу.     — Хочешь, чтобы я тебя кочергой отходил? — спросил Минхо, намекая на боязнь эльфов железа. — И вообще вы суки хитрые, я вам не верю. Я съёбываю, — Минхо махнул рукой и ушёл вперёд.    — Ты же в курсе, что отсюда не ходят автобусы? — крикнул Крис вслед.    — Значит прыгну в поезд на ходу.     Минхо долго шёл в порыве злости. Он даже не смотрел, куда шёл, просто ругал Джисона то про себя, то вслух и ускорял шаг. Стоило ожидать, что он предпочтёт кого-то сверхъестественного человеку, но мозг всё равно отказывался в это верить. Они же знали друг друга десять лет, встречались четыре и так сильно друг друга любили, что казалось, навечно. Минхо ведь даже смирился с тем, что Джисон — демон. Не сразу, конечно, но его можно было понять, он буквально стал потенциальной едой своего парня. Это огромный риск, на который пойдёт только сумасшедший или отчаянный. Минхо остановился. Куда он идёт, господи... Он осмотрелся вокруг. Лес. Море. Допустим. Он осторожно сел на пирс и немного позже услышал шаги сзади.    — Хён, — Джисон вздохнул. — Ты здесь, — он подошёл к Минхо и сел рядом. — Я виноват. Я... — он вздохнул и поджал губы. Нельзя плакать, иначе это будет выглядеть так, словно он давит на жалость. — Я правда не хотел этого, — он перешёл на шёпот.    — Хочешь сказать, что он тебя принуждал? Угрожал? Шантажировал? — Минхо повернулся и посмотрел на Джисона, тот опустил голову.    — Нет. Я не знаю, как это объяснить, просто...    — Тогда не объясняй, — Минхо вздохнул и встал с пирса на дорожку, чтобы пойти домой.    — Нет. Хён! — Джисон подскочил и крикнул, Минхо остановился. — Выслушай ты, блять, — он всхлипнул. — Пожалуйста. Можешь уйти потом, но послушай.    Минхо вздохнул. Он не хотел слушать Джисона. Вот совсем не хотел. Ему было до боли обидно, они же клялись... Но больнее ему было от того, что он понимал и свою вину в этом. Нельзя было выставлять запрет на секс. Конечно, Джисон пошёл искать ласки у кого-то другого. Минхо не был уверен, переспал ли Джисон с Феликсом, хотя всё и указывало на это. Он не хотел об этом знать, иначе не сможет простить. Ни ему, ни себе. Но он слишком его любит, чтобы не дать шанса. Минхо вернулся на пирс, Джисон остался на траве рядом.    — Я поцеловал Феликса не потому, что он мне нравится. Я его ненавижу уже. Мне просто, — он вздохнул. — Я...    Джисон расплакался. Как он вообще должен оправдываться? “Да, я целовался с другим, и даже спал, и мне даже понравилось больше, чем с тобой, но люблю я всё равно тебя, простишь меня?” Так, что ли? Джисон чувствовал себя невероятно жалким. За что ему такая судьба? Не будь он полукровкой, этого бы не случилось. Никогда. Ни за что. Он даже не смотрел в сторону других парней, а об измене и речи идти не могло. Он всё детство мечтал уехать к морю и жить там спокойно вместе со своим хёном. И вот сейчас они стояли у моря, но всё остальное пошло по пизде. Чтоб его. Джисон выставил руку, чтобы Минхо не смог к нему подойти, и тараторил: “Не жалей меня, не успокаивай, не надо, я не заслужил”. Он пытался успокоиться сам, чтобы продолжить оправдываться. Минхо не знал, что должен делать в такой ситуации. Он вообще-то и не собирался его успокаивать, хотя собственное сердце и ужасно болело от такой картины.    — Я очень сильно тебя люблю, — Джисон поднял голову. — Правда. Люблю больше всех и всего на свете. У меня нет никого, кроме тебя, разве я поступил бы так по своей воле? В смысле специально. В смысле... Ты знаешь меня с детства, лучше всех знаешь, скажи, ты бы когда-нибудь подумал, что я могу тебе изменять? Нет, не отвечай. Я всё расскажу. Я шёл домой тогда и почувствовал, что сейчас обращусь, я так боялся, что напугаю тебя снова. А вдруг я бы ранил тебя? Я просто использовал Феликса, чтобы он мне помог, чтобы я не обратился. И я не обратился ведь.     — Как ты узнал? — Минхо вздохнул.    — А?    — Как ты узнал, что Феликс может тебе помочь? Он же не мог перелить тебе кровь на улице. И ты совсем не крови у него искал. Как ты узнал, что это поможет? — Минхо посмотрел на Джисона, тот сглотнул. — Вы тогда переспали?    У Джисона всё внутри сжалось. Как Минхо мог такое спрашивать у него? У своего парня? Даже если, блять, не был неправ. И что он хотел услышать? Правду?    — Когда? — Хан прочистил горло.     — В день, когда ты голым домой пришёл. У тебя тогда утром кровь подскочила.     Джисон задрожал. Да. Да, именно тогда они и переспали. Но что он мог с собой сделать, когда его так нечеловечески тянуло? Он не двигался, но слёзы уже предательски капали с носа.    — Не отвечай, — вздохнул Минхо. Он всё и так понял. Услышать вслух было бы слишком больно.    — Хён, — Джисон всхлипнул и упал на колени. — Не бросай меня. Хён.    — Мне нужно подумать, Джисон. Я не приду домой сегодня.    — Минхо, — Джисон поднялся и отряхнул колени. Если мольбы не работают, нужно идти в наступление. — Ты ведь тоже не святой. Что случилось в тот день на железной дороге?     — Тебя сбил поезд, — Минхо пожал плечами.     — Почему?    — Потому что ты, кусок долбаёба, спас меня, рискнув собой, — он разозлился. — Знаешь, как я испугался, когда увидел твоё тело? Когда увидел, что ты не дышишь? Да я чуть реально не умер там. До сих пор как вспомню, так в истерику впасть хочется. Теперь я уверен, что не переживу твою смерть.    — Я бессмертный.    — Спасибо.     — Ты хотел покончить с собой? — Минхо кивнул и поджал губы. — Почему?    — Потому что я подумал, что тебя больше не вернуть. Кто я без тебя?    — Долбаёб. И со мной, и без меня. Ты даже не разобрался. Не подумал, кто _я_ без тебя. Я не позволю тебе умереть раньше времени, ясно?     — Понятно. Ну и смысл твоих переведённых на меня стрелок?     — Не знаю, блять. Не хочу я расставаться, это тебе понятно? Можешь лишить меня секса на всю жизнь, можешь выгнать на улицу и на цепь посадить. Что угодно. Только не бросай. Умоляю. Я больше ни на шаг от тебя не отойду. Клянусь. Такого больше никогда не повторится. Но если бросишь — я буду преследовать тебя, так и знай. Тоже ни на шаг не отойду, но буду ещё и надоедать до тех пор, пока не простишь. Что ты ржёшь?    — Какой же ты у меня, — Минхо усмехнулся. Разве он мог не простить этого настырного демона?    — Да, у тебя, — Джисон неуверенно улыбнулся. Он пытался понять чужое настроение.     — Пошли уже, пиявка. Ещё раз с Феликсом тебя увижу — живьём закопаю.    Джисон ярко улыбнулся. У него с души точно упал огромный камень. Он переплёл пальцы левой руки с Минхо и посмотрел на его лицо, чтобы проверить реакцию. Минхо покачал головой и щёлкнул младшего по носу, чтобы не лез, тот улыбнулся ещё шире. Всё в порядке. Слава богу.     Минхо всё ещё было обидно, но взрослая жизнь и отношения — это сплошные уступки и компромиссы. Иногда приходится чем-то жертвовать и переступать через себя или свою гордость ради будущего. Эти десять лет сыграли на руку Джисону, и Минхо надеялся, что такого действительно никогда больше не повторится, потому что он не тряпка, об которую можно вытирать ноги, и терпеть постоянные измены не собирается.    Джисон резко остановился, Минхо вопросительно на него посмотрел. Он ведь не обращаться собрался? Джисон не привык думать дважды, а уж когда дело касалось Минхо — он не думал вообще. Поэтому он сразу же впился в его губы. Минхо закатил глаза, но сопротивляться не стал. Достаточно на сегодня повыёбывался. Джисон едва заметно улыбнулся и проскользнул языком в приоткрытый рот. Он внутри очень сильно радовался, когда чувствовал, что Минхо ему отвечает, он так боялся, что всё разрушил. А когда почувствовал, как до его нёба дотронулся чужой язык — был готов взлететь на небо от счастья. Джисону очень хотелось большего. Хотелось бежать как можно быстрее домой, чтобы не потерять настроение для продолжения, совсем как раньше. Он был уверен, что смог бы уломать Минхо нарушить свой же запрет, но теперь он чувствовал, будто не достоин чего-то большего, чем поцелуй с языком, поэтому просто сильнее впивался пальцами в талию старшего, боясь спуститься ниже. Минхо нежно погладил Джисона по щеке. Он тоже скучал. Джисон тихо застонал. Минхо разорвал поцелуй и соединил их лбы, открыл глаза. “Я по тебе скучаю”, — выдохнул Джисон. “Я тоже”, — прошептал Минхо. Джисон поднял голову и посмотрел Минхо в глаза. Он, конечно, знал, что и Минхо чувствовал то же самое, но чтобы вот так в этом ему признался? Разве Хан заслужил это знать? После измены-то.     — Давай домой, — вздохнул Джисон. Минхо кивнул.     Почему так невыносимо больно, если скандал закончился хорошо? Их первый скандал. И они оба искренне надеялись, что последний.