Я люблю тебя того

Порой светлые осенние деньки становятся самыми запоминающимися. И здесь эти дни играют важную роль. Начало осени - это всегда прекрасно. Деревья и трава ещё зелёные, солнце яркое, а погода ясная, но частенько сменяется на пасмурную, но главное, всё ещё тепло. Уже начался учебный год и многие сидят по домам в учебниках и конспектах, но не Джозеф с Эзопом. Парни так же учатся в универе и у них так же начались учебные дни, но свободное время они предпочитают занимать работой, которая нужна им. Учатся они нормально, живут в общежитии, но оба находятся на платном обучении и как-то платить за него нужно. Дружили они давно. Эзоп знает Джозефа с начальной школы. Он увлекается фотографиями, недавно накопил на новый фотоаппарат. Джозеф по характеру добрый и весёлый, если конечно его не взбесить, что сделать довольно легко, не зная некоторых вещей. А Эзоп же был более замкнут и был реалистом, увлекался кладбищенскими темами, мистикой и оккультизмом и порой делал куклы в виде уже умерших людей. Звучит страшно, но это не так, сам по себе он милый и тоже довольно добрый. Обоих парней внешностью не обделили, у Джозефа были красивые белоснежные волосы, таким волосам позавидует каждая девчонка, но для того что бы те не мешались, парень их завязывает в хвост. Кожа бледная, глаза красивого небесного цвета, телосложение как у модели, в общем, идеальный во всех смыслах. Эзоп же не был настолько идеальным в глазах у девушек, наверное из-за своего немного мрачного стиля. Волосы серые, длиною по плечи и завязанные в небольшой хвостик, кожа бледная, на лице справа сбоку рта два небольших шрама, полученных при рождении, но эти рубцы постоянно раздражают Эзопа и он носит маску, что бы скрыть их, сам по себе парень худой, но в меру. Оба друга работали в кафе официантами и именно благодаря этим ребятам, данное кафе популярно среди девушек, а из-за девушек в кафе много и парней. -Хей, Джози, там твои постоянные клиентки, отнеси им карамельный раф и яблочный пирог, - сказал Эзоп, унося другой заказ. -Да-да, конечно, боишься, что они тебя загрызут и просишь меня? - в ответ сказал Джозеф, посмеиваясь. После этой фразы Эзоп захотел кинуть в фотографа подносом с недавноприготовленным раменом и, полным горячего зелёного чая чайником, но воздержался, лишь краснея и относя заказ посетителям. А беловолосый только посмеялся от такой реакции и тоже отнес заказ. Девушки флиртовали с Джозефом, открыто намекая на отношения, однако сероволосому не нравилось такое внимание к его другу. В глубине души бальзамировщик любил фотографа и из-за этого ревновал в тихую ко всем подряд, и порой это сказывалось на его настроении, но через какое-то время и это он научился как-то контролировать. Под конец рабочего дня народу стало гораздо меньше, поэтому официанты занимались в основном уборкой и разговорами между собой. -Ещё немного и я смогу заплатить за весь этот год обучения, а затем и спокойно выпуститься из университета. - с облегчением проговорил бальзамировщик. -Хех, а куда пойдёшь работать? -спросил Джозеф, убирая со стола. -Хммм, пока не думал. - ответил тому серовласый и взял блокнот в руки. И в этот момент в кафе заходит солидный мужчина в синем костюме и явно с хорошим настроением. Он подошёл к парням, Эзоп уже хотел сказать про свободный столик, как мужчина резко повернулся к фотографу. -Здравствуйте, я из модельного агентства "*****" и я хочу предложить вам работу у нас, в качестве модели, что на это скажите, Джозеф Дезолье? Когда бальзамировщик услышал это, то почему-то захотел провалиться под землю, просто от той мысли, что если фотограф примет предложения о работе, то Эзоп попусту не сможет его больше видеть, а от этого становилось совсем не по себе. Но из-за того, что парень стоял за мужчиной, фотограф не мог увидеть всю гамму эмоций только в одном взгляде его друга. -Работе модели? С чего это вдруг? - с небольшим сомнением проговорил белокурый, рассматривая мужчину. -Мы заметили, что это кафе очень популярно, и когда узнали причину и увидели вас и ваши прекрасные данные, то мы просто не смогли дать себе упустить такого человека! Но я вас ни к чему не принуждаю, не волнуйтесь, - мужчина отвечал сразу на все вопросы Джозефа и тот согласился на работу, но после, как пообщается с директором этого всего и точно убедиться, что это всё не просто развод. После мужчина ушёл, а фотограф был подозрительно довольный. -Странный какой-то, вот так приходить, отвлекать от работы из-за рекламы.-Произнёс Эзоп, сильнее сжимая блокнот в руках. -Я его знаю, это довольно известный фотограф, - на секунду прервался Джозеф, - И я не ожидал, что моя мечта действительно сбудется...Понимаешь, я могу стать моделью, Эзоп! - радостно и с воодушевлением парень рассказывал о своей почти сбывшейся мечте, но только он сам был в тот момент рад. Другой не показывал своих истинных эмоций. - Что ж,поздравляю, рад за тебя. - для пущей убедительности снял маску и лучезарно улыбнулся, что бы тот не заподозрил, что ему грустно и больно, но уже ничего поделать нельзя, Джозеф не откажется от своей мечты, да и не надо. А фотограф на радостях обнял друга, говоря о том как тот рад, и о том, что рад поддержки со стороны бальзамировщика, если бы тот только знал о том, что Эзопу больнее от этих слов из-за того, что скорее всего они вскоре перестанут общаться вовсе, но даже если так, он решил, что оставшиеся время проведёт с любимым человеком, даже если этот человек не знает о его чувствах. И действительно, после того дня они проводили ещё больше времени вместе либо ещё с огромной кипой друзей из универа, но время течёт быстро и его не остановить, к сожалению... Спустя год они выпустились из универа и их пути разошлись в разные стороны. Несколько месяцев они хоть как-то поддерживали контакт, а спустя ещё год они больше не общались. Джозеф Дезолье стал известной моделью, а Эзоп Карл почитаемым бальзамировщиком. Но унивеситетские дни, осенние подработки и тот мужчина - этого Эзоп не забудет никогда. Ему больно смотреть на обложки журналов, на рекламные щиты, ему больно вспоминать то, что было, те светлые и порой беззаботные дни, ведь теперь это пропало и возможно навсегда. Но один день дал надежду на вторую попытку. Лето. Жаркий летний день, сочная зелёная трава, яркое солнце и ясное небо, превосходная погода для гуляний и отдыха на природе, но сегодня у бальзамировщика рабочий день. Люди умирают быстро, порой ты сидишь, а где-то недалеко от тебя умер пожилой человек, а ты об этом совсем не подозреваешь. Но не все могут позволить себе услугу бальзамировщика, который приводит даже самые изуродованные тела в идеальный порядок, и умершие становятся порой прекраснее, чем до смерти. Но даже не смотря на дорогие услуги, работы всё равно много. Спустя день кропотливой работы Эзоп закончил с телом и того увезли на хранение, а после на погребение. Уже уставший от рабочего дня, он возвращается домой, но перед тем как пойти к лифтам, он проверил почтовый ящик в котором лежало какое-то письмо и судя по виду похоже на приглашение, но это парень решил уже после того, как зайдёт в квартиру, переоденеться и поест. Спустя час он таки выполнил то что планировал и сел за письменный стол на котором лежало письмо. "И от кого же это?" - открыл конверт и чуть ли не с первого предложения упал со стула. Это было действительно приглашение и было оно на празднование дня рождения. А праздник этот Джозефа Дозелье. "Да ну, смеётся что ли, спустя два года решил-таки вспомнить про давнего друга" - хоть и мыслил он не совсем позитивно, на деле он был действительно рад и уже превкушал встречу, хотя вряд ли они будут снова разговаривать так же, как и раньше. Праздник состоится завтра и как раз этот день у сероволосого был свободен. По итогу Эзоп еле заснул в предвкушении встречи с чуть ли не родным для него человеком, но стоило ли этого так ждать, если бы он знал, он бы не пошёл и лучше бы не видел кем тот стал. Вот и настал тот день, день когда бальзамировщик увидит того, кого не видел уже два года в живую и с кем так долго не общался. Собираться пришлось недолго, парадный костюм у него был всегда, серый праздничный пиджак и узковатые штаны, а одеться и привести себя в порядок было несложно. После часа подготовки и переодеваний Эзоп был готов и подходил к своей машине, но к его удивлению, его ждал ещё один сюрприз. К нему подошёл мужчина в солидном чёрном костюме и сообщил о том, что Джозеф велел довести бальзамировщика в его личном лимузине. Парню такое положение дел не очень понравилось, но через какое то время он уже ехал в этом лимузине к месту назначения. Путь занял тридцать минут, не больше, не меньше, а когда они приехали то Эзоп увидел красивый кирпичный загородный дом, с красивым садом и площадкой для отдыха. Парень не был такому удивлён, так как модели зарабатывают много, да в принципе примерно так же, как и он. "Наверняка куча народу будет, это в духе Дезолье, а мне толпа незнакомых людей не особо нравится" - оглядывается по сторонам, всё детально осматривая. Как вдруг сзади кто-то подходит и кладёт руку на плечо бальзамировщика. Если бы так сделали года два назад, то он бы наверняка подпрыгнул от испуга, но сейчас такое не прокатит. Эзоп повернул голову в сторону человека который решил привлечь его внимание. -А я думал ты испугаешься, - раздался мелодичный и знакомый голос, и когда сереволосый увидел лицо того человека, то на секунду застыл, а потом поспешно ответил. -Два года назад возможно, но явно не сейчас. - убрал руку Джозефа с плеча и с равнодушным лицом посмотрел на того, но в душе у Эзопа было куча эмоций: радость,счастье, злость, страх, смущение. А фотограф не особо ожидал такой реакции от давнего друга, он думал, что тот будет рад его видеть и прочее, а сейчас он просто холодно смотрит на него, от этого Дезолье стало немного грустно, но холодность друга он решил посчитать, как стеснение. - Неужели ты совсем не рад меня видеть спустя два года, Эзиии?- выдал немного расстроенную моську, мол обиделся. -Ты про меня все эти два года не вспоминал и после этого я должен быть рад? Очень самонадеянно, - всё так же холодно смотрел, но в душе наверное уже взорвался от радости и счастья пять раз, но никто не может это увидеть и догадаться о том, что он чувствует на самом деле. На такое Джозеф замешкался - он никогда не видел сероволосого таким холодным, из-за чего в душе стало ныть, а с другой стороны в нём проснулся азарт, что он обязательно добьётся благосклонности парня, если не сейчас, то потом. - Неужели ты обижаешься? Но я уверен, что на такого, как я, обижаться долго просто невозможно. - тоном полным самолюбия и самоуверенности произнёс эту фразу от чего бальзамировщика, как стрелой пронзили. В голове было только одно: " Откуда столько самолюбия в одной только фразе, такого никогда раньше не было". -Ну-ну, но прежнее общение ты навряд ли вернёшь. - усмехнулся, и в этой усмешке была нотка грусти. Фотограф успешно проигнорировал его слова и направился в особняк, всем видом давая понять, что надо идти за ним. Эзоп спокойно пошёл за ним, хоть негодовал, как его всегда добрый и бескорыстный товарищ стал высокомерным богачом, но бальзамировщик решил не спешить с выводами и посмотреть, что будет дальше. Они вошли в особняк где с самого начала началась чуть ли не фотогалерея, сероволосый конечно знал о его увлечении, но он не думал, что это выйдет до такого уровня. -А здесь развешана только четверть моей коллекции. Мои фотографии очень известны на данный момент, даже моя работа не мешает моему прекрасному хобби. - Джозеф рассказывал с воодушевлением и явно ждал восхищений со стороны Эзопа, но тот лишь сказал ему "молодец" и всё. Но Дезолье не был расстроен, его лишь влекло это равнодушие и холодность, это поднимало азарт и желание добиться восхищения от этого человека. На день рождения Джозеф созвал многих давних друзей из универа. В большом окружении старых знакомых с которыми он даже общался, бальзамировщику стало намного легче. Действительно интересно пообщаться с тем, кого давно не видел и особо не разговаривал. А фотограф постоянно глядел в сторону бальзамировщика, ведь тот с ними разговаривал так же как когда то с ним, так же дружелюбно и с теплом, весело и душевно, от этого Дозелье начал вскипать, постоянно спрашивая себя "какого чёрта с ними, а не со мной?!". От этих мыслей парню хотелось просто вырвать у них Эзопа, но при всех это делать это не хотел, а от этого желание захапать юношу себе возрастало. Парень лишь недавно осознал свои чувства к бальзамировщику. Все эти два года ему его не хватало, а буквально пол года назад, модель перебирал свои вещи и наткнулся на ящик воспоминаний, который он делал с Эзопом после выпускного: там лежало куча фото, где они все радостно улыбались, там где работают в кафе, фотки с некоторыми девушками из ресторана, памятные вещи, подарки от посетителей и конечно же письмо с пожеланиями от сероволосого, подобное и Джозеф писал Эзопу, так же там лежал диск который ему подарил бальзамировщик на семнадцатилетие Дезолье, там нарезка с прошлых праздников, вечеринок, посиделок. И, смотря на это всё, по щекам Джозефа стекали слёзы, сердце ныло и душа разрывалась на кусочки. Тогда он понял, что не может жить без этого человека и то, что любит его, хоть никогда не признавал этого и именно тогда пообещал себе, что найдёт его и обязательно пригласит на свой праздник, на свой день рождения. А когда же это свершилось, то друг ему совсем не был рад, он холоден и равнодушен, а сейчас тепло общается с другими, но не с ним, и поэтому дальше всё пошло по наклонной. Весь день он издевался над кем-нибудь, высмеивал за каждую микроошибку, не давал сероволосому и слова тем сказать и даже после праздника ничего не изменилось. В каждые свои выходные фотограф звал бальзамировщика погулять, в гости, в ресторан и ещё куда-нибудь, что придёт в голову беловолосому парню. А когда хоть кто-нибудь, во время их прогулки, подойдёт, прикоснётся и даже заговорит с Эзопом, уходили после этого засмеянными и униженными. И все эти дела жутко бесили бальзамировщика, хоть он это по началу терпел, но вскоре он не выдерживал, то просто начинал наезжать на Дезолье, то просто тихо уходил как бы тот не пытался его остановить. А вдруг в один день когда юноша в маске через силу пошёл снова на прогулку с Джозефом, он был в приятном шоке, тот вёл себя нормально, как будто это его друг из прошлого: он был добрым и отзывчивым, но всему есть причина. Под вечер Эзоп даже расслабился и разговаривал с моделью мягче чем ранее. Они стояли на мостовой, смотрели на заходящее солнце, наслаждались прохладным вечерним ветерком, любовались спокойным течением реки и разговаривали, как в друг Дезолье развернул Эзопа к себе и сначала недолго молчал, а после сказал: -Возможно, это странно, но я просто не могу держать это в себе... Я люблю тебя, Эзоп Карл!- немного дрожащим, но уверенным голосом проговорил тот, устремив взгляд на ошарашенного собеседника. Бальзамировщик совсем не знал, что на это сказать, в душе он ликовал, но разум говорил о том, что тот специально был в этот день покладист, а потом он станет прежним. Из-за этих мыслей кружилась голова, но как бы не хотел это произносить юноша, как бы он не хотел врать, он всё же твёрдо произнёс: -Нет! Это не взаимно. Теперь ясно почему ты в этот день вёл себя, как хороший человек. Извини, но я не собираюсь быть с кем-то, кто дальше своего отражения не видит. - с этими словами парень отвернулся и пошёл прочь, оставляя озадаченного Джозефа на том месте. И когда Эзопа уже не было видно, у фотографа потекли прозрачные слёзы по щекам. Он совсем не ожидал такого холодного отказа, совсем не щадящего его сердце и душу, которые покрывались глубокимм трещинами и уже хотели разбиться на мелкие осколки, но Дезолье вдруг решил: он добьётся этого человека, чего бы ему это не стоило. Он станет тем, кем был когда-то давно, тем, кого с охотой ждал его друг после университета. Он изменится ради этого человека, и плевать на принципы, он его и только его, даже если это пройдет через любые пути боли и страдания. Когда бальзамировщик пришёл домой то сразу скатился по двери на пол. Ему было ужасно больно от своего поступка, от лжи и от того, что он действительно любит этого человека, но ничего хорошего не выйдет если бы тот так и смотрел в свою камеру и дальше неё он бы не видел и тогда бы сам Эзоп был бы несчастен, так что так по сути лучше, но все чувства кричали в один голос, совесть сгрызала его всего, голова болела от смешанных мыслей, что самому хотелось оказаться в гробу. По итогу оба в эту ночь не могли заснуть, они страдали, даже найдя компромисс со своими чувствами, но они всё равно не могли заглушить мысли. И с этого началась новая глава в их истории... Прошло две недели и все эти дни Дезолье пытался и выйти на контакт с Эзопом, писал смс, письма с извинениями и просил хотя бы простого общения и уломать бальзамировщика он смог только через эти две недели. И когда те всё-таки встретились, а встретились они именно в том самом кафе где когда-то работали. От этого встреча была вдвойне неловкой, ведь их узнавали посетительницы, узнал и директор кафе, хотя от этого атмосфера стала из напряжённой очень дружелюбной, уютной и ламповой. И именно во время когда все отошли, фотограф начал не особо приятный на данный момент разговор, но разобраться во всём надо было, а то по другому никак. -Хоть сейчас это совсем ни к месту, портить друг другу настроение не хочу, но я просто хочу показать, что я настроен серьёзно. - беловолосый отпил карамельного рафа и продолжил, - даже если это не взаимно, я добьюсь тебя чего бы это не стоило, только прошу дай мне шанс... - под конец голос стал совсем тихим и даже немного дрожал, но он добавил. - прошу. От такой настойчивости в начале, дикого смущения и мольбы в конце в речи фотографа, Эзоп вздрогнул, он не ожидал такого от слова совсем, но сердце подсказывало, что нужно дать шанс, люди меняются, и если он из прекрасного человека стал самолюбивым, то значит сможет заново стать кем был изначально, настоящим. - Хорошо. Я дам тебе шанс, но ничего не могу гарантировать. - Карл смотрел на Дезолье с уверенностью и с небольшим смущением на бледном лице. После этого они оба уже с лёгкостью разговаривали между собой, как будто не было этого разговора и вообще какого-то разрыва, хотя возможно это всё из-за этого кафе, которое очень много значит для них. Спустя неделю их частого общения, их чувства постепенно раскрывались, как крупные бутоны белых роз. Поэтапно и искренне. И сегодня к фотографу в гости с ночёвкой придёт объект его обожания, которого он так упорно и искренне добивается. И вот долгожданный звонок в дверь, и фотограф быстро сбегает с кухни, весь перепачканный в белой муке и подходит к двери и впускает долгожданного гостя. А гость в это время удивлённо смотрит на хозяина дома, ведь тот был в милом розовом фартуке, который был слегка помят, щёки, одежда и даже тапки были в муке и каком-то сиропе, а выражение лица было немного виноватое, тому явно нужно было бежать обратно на кухню и об этом даже говорить не надо было. - Иди готовь, я найду куда это всё повесить. - посмеиваясь и улыбаясь от милого вида Дезолье и из-за этого юноша стал представлять того полностью голого, из одежды только розовый фартук, белые волосы распущены и немного растрёпаны, щёки в муке, а руки в кленовом липком сиропе: от такого образа у бальзамировщика чуть ли кровь из носа не пошла и он почти упал в обморок, но как бы тот не пытался, образ не выходил из головы и поэтому кое-как сняв куртку и ботинки и взяв себя в руки, он направился к хозяюшке. Джозеф уже отправил партию булочек в духовку, как на кухню зашёл Эзоп. -Тебе помочь с чем-нибудь? Например с уборкой, которая этой кухне явно не помешала бы, - Карл осмотрел кухню начинающего повара, которая была вся в муке, в креме, сиропе, в раковине было куча грязной посуды, а на полу валялся листок с рецептом булочек в креме с кленовым сиропом. Смотреть на такую кухню было действительно удручающе, но если такая кухня идёт в комплекте с моделью, которая не меньше измазана теми же самыми продуктами, то ситуация становится забавной и чересчур милой. А беловолосой хозяюшке явно было неловко, но отказываться от помощи было бы глупо: -Д-да, пожалуй, помощь мне пригодится.- неловко смотрел на бальзамировщика, ведь он не для этого сюда его приглашал. -Что ж, тогда приступим, - и тогда он ещё спросил где находятся швабра, тряпки, моющие средства. И после они принялись драить кухню и на это ушёл где-то час, за этот час приготовились булочки и тогда они уже вместе покрывали их кремом и кусочками грецких орехов. И только после этого они смогли присесть и отдохнуть, но пришлось ждать ещё час, потому что Дезолье надо было привести себя в порядок. И вот они уже сидят на диване, включили какой-то фильм и едят свежие булочки, причём это были любимые булочки Эзопа, от которых он просто светился от наслаждения и радости, и сегодня не исключение. Худенький сладкоежка уже доедает третью булочку и кажется в него влезет и четвёртая, а вот в отличии от него в Джозефа больше одной с половиной булочки не влезает. Но порой любовь сероволосого к таким булочкам полезна, потому что тот измазал немножко одну щёку кремом и таким шансом фотограф не мог не воспользоваться. Он слегка притянул к себе серого обжору и быстро слизнул с его щеки сладкий крем. Бальзамировщик сначала не успел понять, что происходит, а после покрылся красным румянцем и кое-как возмущался: -М-мог бы просто сказать, что у м-меня на щеке кр-рем, а не слизывать его. - заикаясь, Карл отчитывал Джозефа, закрывая ладонью то место, где он его лизнул. - Прости, я просто не удержался, врунишка. - Ехидно посмотрел на смущашку с коварной улыбкой. -И с чего бы врунишка?! -продолжил возмущаться Эзи. -Ты же скрывал от меня свои чувства ко мне, ведь так? И отказав мне тогда, ты мне наврал, я ведь не ошибаааюююсь, Эзии~ - Джозеф наклонился к тому и посмотрел прямо на смущающиеся личико, тот явно был ошарашен словами Дезолье и не знал, что ответить, серые глаза забегали в разные стороны, а щёки всё больше алели. - Так и знал! Значит, я выиграл на этот раз, господин бальзамировщик, и спрошу второй раз, но по-другому, вы, станете моим парнем или мне продолжить вас смущать? - победно и коварно улыбаясь, проговорил фотограф. А вот серенькому зайчонку которого зажал белый волк, делать было уже нечего, сбежать уже никак, не увернуться, не соврать и пришлось ответить то что действительно у него на душе, а не сухую ложь: -Да, Джози, я согласен, поздравляю с победой. - после этих слов камень резко упал с души бальзамировщика и тот расслабился и спокойно с тёплой, и нежной улыбкой смотрел на счастливого и коварного фотографа, который медлить не стал и сразу вовлёк Эзопа в глубокий, мокрый и сладкий поцелуй, вкладывая в него все свои чувства и эмоции к этому серому зае-сладкоежке и сейчас этот зая в ответ целует того не менее страстно, немного постанывая, но воздуха перестало хватать, и Джозеф перешёл на шею любимого, целуя каждый сантиметр, и, пока он не разошёлся на полную, он спросил: -Я не буду принуждать тебя, но если ты так же хочешь этого, как и я, то... - Джозеф улыбнулся, поглаживая щёку Эзопа смотрел тому в глаза, тот хоть и был красный, как рак, но слегка кивнул головой в знак согласия и тогда Дезолье довольно улыбнулся и решил, что лучше продолжить это в спальне, на более просторной и мягкой постели. Эзоп жутко смущался, а фотограф наоборот был решительно настроен и дал волю голодному волку, который жадно хотел бальзамировщика. Они не спали всю ночь, они наслаждались теплотой друг друга, и ,наконец, оба были полностью спокойны и счастливы и только по утро они смогли погрузиться в тихий, сладкий сон, и уснули они под разговор о тех самых осенних деньках, когда они вместе работали и веселились от души, и никакие клиентки не могли помешать этому тихому счастью, ведь уже тогда они принадлежали друг другу.