Люблю тебя

— Ты так редко звонишь мне. — Пожаловался Поттер, с тоской глядя на трубку, которую держал в руке. — Мне уже чудится, я начинаю забывать твой голос, Драко! Сегодня вот кажется, что он звучит более сипло, чем в прошлый раз… Или ты настолько соскучился по мне, что хрипишь от страсти? Не сдержавшись, Малфой в ответ рассмеялся и кашлянул, прочищая горло. — Если бы не был уверен, что ты не можешь заболеть, уже бы испереживался, почему ты так хрипло со мной говоришь… — Смущённо и вместе с тем взволнованно признался Поттер. Он знал, что напрасные вопросы о самочувствии всегда выводили блондина из себя, с того самого момента, когда тот начал проходить практику, а Гарри беспокоиться, что Малфой может получить какую-нибудь травму от неадекватного пациента или передающееся через прикосновение проклятие от больного человека. Они тогда поругались. Драко убеждал, что такая вероятность мала, хоть и не исключена, и в любом случае неизбежна при его работе. Но Поттер остался непреклонен и начал разрабатывать защитный артефакт, чтобы ограждал Малфоя от любой возможной и призрачной опасности. С постоянным ношением совсем небольшой подвески тот согласился. И в свободное от больничных часов время Гарри забирал и дорабатывал артефакт, превратив его в универсальную защиту на все случаи жизни. Только из-за того, что Драко обязался его носить и ходил в нём уже больше трёх лет, Поттер мог спокойно отпустить своего блондина, хоть в жерло вулкана, хоть в морские глубины, но всё равно не перестал бы при этом скучать. — Люблю тебя! — Вдруг негромко необычайно мягко и нежно выдохнул Драко посреди разговора. — После стольких лет мне приятно, наконец, это услышать! — Воскликнул осчастливленный этим внезапным признанием Гарри. — Но ты же захочешь повторить это не по телефону, а при нашей встрече? — Хочу. — Согласился тот. — И очень тебе благодарен, что ты настоял на том, чтобы я взял твой аппарат с собой. И я уже сейчас могу это озвучить. Я так много хотел тебе сказать. Я очень… — Малфой закашлялся и хрипло добавил. — Прости меня! Мне пора… — Береги себя, Драко! Кажется, ты слишком много поёшь в душе… — Сказал Гарри, но в трубке уже слышались гудки. Он помнил, как был рядом с Малфоем, пока тот собирался на новое место, и как не хотел того отпускать. И Поттер отлично чувствовал: его скрытный блондин сейчас от него утаивает что-то важное. С тех пор Драко больше не звонил, только писал, что всё в порядке, — видимо, времени на разговоры не было вовсе. *** Пока брюнет, закинув руки за голову, валялся на кровати, он наблюдал, как Драко усердно собирает свой саквояж, куда уже отправились вещи первой необходимости, несколько сменных лимонного цвета мантий, пижама, пара брюк и рубашек, а также всякие полезные мелочи вроде бытовых артефактов. И глядя на сосредоточенного партнёра, Гарри не мог не гордиться тем, каким востребованным и ответственным колдомедиком-зельеваром за минувшие пять лет тот стал. Сначала Драко Малфою не хотели разрешать стажироваться в Мунго, памятуя о его бесславном прошлом. С этой новостью Гермиона пришла со своего первого дня в качестве стажёра колдоклиники к Гарри на еженедельный пятничный ужин, объятая жаждой справедливости. Девушка считала, что это слишком предвзято, — наказывать за ошибки молодости, как она называла поступки объекта их разговора в качестве ПСа, лишением возможного профессионального призвания. Она всегда говорила, что у каждого должен быть второй шанс и подобное отношение является суровым ограничением в правах для их бывшего однокурсника-слизеринца. Тогда Поттер не считал, что колдомедицина была голубой мечтой всей юности Малфоя, но, возможно, тот смог измениться, раз видел в помощи людям своё предназначение. И так как Гарри оказался в курсе произошедшего, то почему бы ему не помочь, если может. И на следующий же день он пришёл в Мунго и просто вступился за блондина, и того согласились принять на обучение. Но брюнет этим не ограничился и высказал кое-кому пару фраз в Министерстве. А после отношение к младшему Малфою переменилось, уже благодаря собственным усилиям. Но о том своём поступке Гарри не пожалел ни разу, как впрочем и о последовавших за всем этим событиях. Благодарный, что по протекции Поттера его приняли обучаться колдомедицине, Малфой пришёл к нему на Гриммо по наводке Гермионы с бутылкой вина, которую они тогда же вдвоём распили, вспоминая школьные годы, и зачем-то в конце поцеловались, но дружно договорились об этом забыть. Правда, получилось это у них ненадолго, потому что с того времени они часто ходили вместе выпить в какой-нибудь бар или у кого-то из них дома, и каждый раз их посиделки с алкоголем заканчивались поцелуями. А может, они и пили, чтобы непременно случился он, этот затяжной завершающий всю попойку поцелуй, который всегда можно было списать на чрезмерное потребление огневиски. После этого воспоминание о прощальном поцелуе можно было бы похоронить, если бы не его регулярное воскрешение и появление на свет в ещё более ярком и увлекающем воплощении в каждый последующий раз. Всё так и происходило, пока в один из визитов, первый не пришёл домой ко второму и, отбросив огневиски как предлог и все сомнения разом, не поцеловал другого без всяких туманных самоубеждений, что во всём виновато только алкогольное опьянение. Они стали встречаться. Потом кому-то из них надоело постоянно ходить к другому, и они съехались. И уже несколько лет жили вместе, не разлучаясь надолго, и не расставались бы столько же, а возможно, и всю жизнь, если бы Драко не решил отправиться добровольцем, покидая их дом на некоторое время. Вот уже Малфой собрал свою сумку в рекордные сроки, а Гарри обнимал того за талию перед отбытием своего возлюбленного в главный холл Мунго, где собирались все медики, которых одномоментно, скорее всего, многоместным порт-ключом отправят в закрытую для аппарации зону, в самый эпицентр магической пандемии. Чары над Великобританией уже были подняты, а магические границы закрыты. В то время, как среди маглов умирали только старики и больные дети, в магическом мире хорошо, если выживал хотя бы каждый второй. Треть населения магической Италии почти мгновенно выкосило этим неизвестным волшебникам заболеванием. При всём при том, что маги никогда не болели магловскими болезнями. Прошёл даже слушок, что где-то в азиатских странах специально разработали антимагическое биооружие, когда прознали о существовании волшебников. Никто не знал, кто является тем нулевым магом, который в итоге сумел заразить достаточное количество народа. Но все волшебные страны и поселения магических существ закрывали свои границы и самоизолировались, пытаясь решить проблему своими силами. И только магическая Италия пока захлебывалась количеством погибших и невозможностью справиться собственными ресурсами. Поэтому встречала с распростёртыми объятиями всех желающих колдомедиков-добровольцев. — Может, не поедешь? — Снова попросил его Гарри. — Ты можешь готовить зелья здесь и отсылать их, куда нужно. Он уже отчаялся упросить этого упрямца, чтобы тот остался с ним в безопасности их дома, а не рвался в неизведанные потенциально опасные дали. — Я должен быть у первоисточника. — Малфой ненадолго прижался к нему и как всегда быстро отодвинулся. — К тому же на мне собственноручно изготовленный тобой артефакт. Блондин покрутил в руках подвеску, которую Гарри изготовил одной из первых, когда понял, что работа Драко может быть опасна шальными чарами или взрывом от экспериментального зелья. Конечно, время от времени брюнет, совершенствуя защиту охраняемого объекта, накручивал на артефакт дополнительные функции, вроде самоисцеления при длительном ношении. Так, на всякий случай… Хотя раньше возлюбленный никогда не работал с инфекционными больными напрямую, особенно в условиях эпидемии. Но даже понимая, что артефакт прекрасно работает и справляется со своими защитными и целебными функциями, он не хотел отпускать Драко никуда. Все, близкие ему люди, скоротечно уходили из его жизни, поэтому за своего партнёра он боялся особенно сильно. — Телефон возьми, пожалуйста, с собой. — Попросил Поттер, вкладывая в ладонь блондина недавно доработанный аппарат. — Ты ведь знаешь, как им пользоваться. А мне будет спокойнее, если я смогу слышать твой голос каждый день. — Но, Гарри, там закрытая зона — едва ли он будет там работать. — С сомнением протянул тот, всё же убирая телефон в карман своей мантии. — Гарантирую, но мы это проверим. И надеюсь, не один раз! — Улыбнулся Поттер. — Решил снова устроить секс-марафон по телефону? — Ухмыльнулся Малфой, закатывая глаза. Но брюнет заметил, как расширились зрачки и лёгкой розовой краской окрасились аристократические скулы и кончики ушей. — У меня не будет на это времени, Поттер! Хорошо, если мне вообще удастся найти несколько минут на звонок в ожидающем нас хаосе. — Я верю в тебя и в твоё желание успокоить моё истосковавшееся в разлуке с тобой сердце. — Подшучивал Гарри, хотя на душе его было тревожно и он не мог понять отчего. — Я уже всем своим телом начал по тебе скучать. Честно-честно! — Ты идиот! — Буркнул смущённый очередной откровенностью Драко и был притянут в ещё один прощальный поцелуй. — Мне уже давно пора. Иначе я могу опоздать к перемещению. — А может, я именно этого и добиваюсь? — Проказливо улыбнулся брюнет. — И тогда мы прямо сейчас можем подняться в спальню… — Всё! Давай целуй уже последний раз и я ушёл. — Самоустранился от проявления инициативы Драко, замерший для итогового прикосновения к губам, к которым сразу же присосался всегда фонтанирующий в этом деле энтузиазмом Гарри. И если бы Поттер тогда знал, то целовал бы и целовал, и не отпустил бы любимого ни за что… *** Заболевших было так много, что Драко переживал, хватит ли его сундука с расширенным внутренним пространством, полностью забитым ингредиентами. Она не успевал варить котёл за котлом, как необходимое заканчивалось. Эта магическая пандемия началась неожиданно и точечно, словно её специально разослали в разные концы мира. Болезнь распространялась по телу вместе с кровью почти мгновенно, проникая в органы и поражая магическое ядро. И ладно бы, заболевание просто выпивало всю магию, оставляя организм живым, но при отсутствии магии, оно питалось жизненными силами заболевшего волшебника, пока не истощало полностью, поэтому процент выживших был минимален. Выживал в лучшем случае один из двух. И чем сильнее магически был носитель, тем вкуснее и интереснее он был для вируса, словно тот обладал собственным сознанием. Всё усугублялось именно тем, что от одного заражённого к другому вирус мутировал. Поэтому Драко не удавалось вычленить основу, чтобы приготовить универсальную вакцину — приходилось готовить зелье персонально под каждого мага, чтобы замедлить воздействие инфекции и облегчить течение болезни, но и то, не все успевали дождаться своей очереди. В этой ситуации Драко был рад только одному: Кингсли Бруствер, действующий Министр магической Британии, при первых же вестниках пандемии в мире сразу закрыл границы, обезопасив английских волшебников и тех, кто на тот момент находился на подконтрольной английскому аврорату территории. Лувр и Фолкстоун оцепили, на всё побережье навесили оповещающие чары для тех, кто захотел добраться вплавь. И Малфой был спокоен, что Поттер оказался так далеко от очередного бедственного эпицентра, в которые превратились многие городки магической Италии, в одном из которых он сейчас находился. Ингредиенты для зелий уходили с катастрофической скоростью. Казалось, они просто таяли на глазах. Но блондина немного успокаивало то, что все его записи дублировались и попадали прямиком в лабораторию на рабочий стол его крёстного Северуса Снейпа, выжившего после битвы при Хогвартсе и ведущего уединённый образ жизни в английской глуши. И в самом паршивом для Драко исходе, опираясь на получаемые от него ежедневно материалы, которые Малфой методично собирал, изучая вирус, тот сможет закончить работу за него. Часто за варкой очередного зелья он мог созвониться с Гарри, когда выкраивалось несколько таких минут, когда нужно было просто помешивать очередное зелье. Иногда он просто откровенно жаловался и даже ныл, получая от Поттера поддержку и подпитку, выбираясь в эти мгновения из своего приунывшего состояния. — Столько больных, Гарри, ты не представляешь! Я не успеваю ставить котлы, как они пустеют. Я ощущаю себя, словно на вечном экзамене, как если бы не управлялся вовремя сварить все необходимые зелья. И создаётся такое гнетущее чувство, что я никогда не поспею к сроку. — Малфой ухмыльнулся. — А ты? Как твой последний проект? — У меня случается творческий всплеск после разговоров с тобой. — Начал рассказывать Гарри, закидывая ноги в ботинках прямо на стол, чего не мог сделать при своём партнёре, который всячески не одобрял сих плебейских привычек. — Пока ты далеко, всю свою нерастраченную сексуальную энергию я вынужден вкладывать в работу. Да я даже специально загружаю себя ею, чтобы не было сил ни на что кроме сна. Поэтому я продолжаю работать над тем делом, которое заказал мне Кинг. Идея блуждающих перехватывающих ловушек зашла на ура. Как только на побережье со стороны воды пытается кто-то проникнуть, его перекидывает прямиком в закрытые изоляторы, где содержат сейчас всех лазутчиков, естественно, не общаясь с ними и ничего не объясняя. Пока это экстренные меры. Мы не понимаем, зачем к нам пытаются проникнуть заражённые волшебники, но они, словно под Империо, не перестают изыскивать пути, что выбраться наружу. Безрезультатно, конечно. Я же разрабатывал. — Побахвалился немного Поттер. — Если бы это были маглы, я решил бы, что они загипнотизированы либо вербованы НЛП, либо у них нет иного выхода. Знаешь, что-то вроде того, если бы их родственники были в заложниках, поэтому они вынуждены распространять по миру заразу. — Протянул брюнет. — Но не будем об этом… Ты просто не представляешь, как мне хочется твоего скорейшего возвращения. Кажется, моя сперма скоро пойдёт носом! — Весело убеждал Гарри, а затем совсем несчастно вздохнул и грустно добавил. — Или чтобы ты пришёл и хотя бы привычно отругал меня за то, что снова отдыхаю, закинув свои усталые ноги на стол. Но я бы просто знал, что ты в безопасности нашего дома. — Береги свои ноги, Поттер! — Настоятельно попросил блондин и чуть насмешливо добавил. — У меня на них большие планы… — Ох, ты ж Мерлин! И почему у тебя времени на разговоры так мало? Мы могли устроить по телефону что-то интересное, если бы не твои сверхзанятые нежные ручки, которыми ты, наверняка, ласково придерживаешь котёл, чтобы тот не улетел от счастья в стратосферу от твоего столь пристального внимания, когда ты что-нибудь в него погружаешь… — Воодушевился Гарри. — Поттер, ты пошляк! У нас с котлом сугубо профессиональные отношения: он позволяет мне приготовить в нём нужное зелье без всяких мифических полётов куда бы то ни было, а я его драю в итоге до блеска. — Хмыкнул Малфой. — Но у меня, правда, всё время заняты руки и времени свободного катастрофически не хватает. А то бы я устроил тебе секс по телефону, представляя, как ты зажимаешь меня в нашей гостиной или заваливаешь сразу у камина, как только я из него выхожу… — Я, правда, слышу от тебя такое? И ты говоришь мне об этом сам?! — Восхищённо присвистнул брюнет. — Да я готов хоть сейчас исполнить любой твой каприз! Только от неожиданности я чуть не навернулся со стула, на котором, кстати, качался. — И опрометчиво добавил. — Раз ты такое предлагаешь, видимо, где-то что-то сдохло, какое-нибудь стадо беспризорных фестралов… — За прошедшие дни умерло очень много волшебников, Гарри. — Посерьёзнел тут же Малфой. — Думаю, магические животные тоже могут заболеть этим магвирусом или быть переносчиками заболевания. Я не знаю пока, как это происходит с фантастическими тварями, но постарайся, пожалуйста, не навещать Клювокрыла какое-то время. — Ладно. — С лёгкостью согласился Гарри. — Раз ты просишь. К тому же он уже успел сегодня наведаться в Запретный лес и убедиться, что с Клювиком-старшим и двумя младшими всё в порядке. Воспитывает молодняк и учит охотиться у этих животных отец. Поэтому Поттер раз в месяц мотался к своему подопечному и его детёнышам, накладывая на них Дезиллюминационные чары. Теперь заклинания хватит на месяц и формально он не нарушил обещания, только что данного Драко. Но мысли о том, чтобы после этой встречи провериться на заражение от магической пандемии, у него не возникло. Гиппогрифы не улетали далеко от своего гнезда, когда молодняк на хвосте и ещё только становится на крыло. В уже следующий свой звонок Драко пребывал в откровенном отчаянии. — … Они всё умирают и умирают, Поттер. — От бессилия справиться с ситуацией Малфой почти плакал. — И я ничего не могу сделать. По какому принципу магвирус выбирает жертвы мы уже поняли, но остановить это пока не в силах. — Я бы хотел быть рядом с тобой в такие моменты, чтобы ты мог опереться на меня. Даже не знаю, чем тебя развеселить… — Гарри был зол, что не может поддержать в такой ситуации своего партнёра. Блондин плакал при нём только единожды за время их отношений, когда умер его первый пациент. Но в тот раз даже весь консилиум колдомедиков подтвердил, что при любой помощи тот престарелый волшебник бы скончался и по всем жизненным показателям что-либо делать было бесполезно. — Мне кажется, я был недостаточно ласков с тобой, Гарри. — Вздохнул Драко, вытирая слёзы, зажимая трубку между плечом и своим ухом, в это же время помешивая укрепляющее организм зелье. — Я всё время беспокоился, что слишком навязываюсь… И мне кажется, напрасно… — Ты до сих пор в это сомневаешься? — Заулыбался сразу брюнет, с нежностью подкалывая возлюбленного. — Мне очень приятно, что ты это сказал. И теперь я об этом не просто догадываюсь, а точно знаю из твоих уст. — Брюнет закусил губу у динамика своего телефона и вымолвил то, что всегда хотел произнести. — Ох, Драко, такими темпами я и признания от тебя к следующему разговору дождусь!.. И ведь, правда, дождался. Только больше Малфой не звонил — только часто писал сообщения, когда были силы: как ему жаль, что он не рядом с Гарри у них дома и не может обнять самого дорогого для него человека. *** — Привет, Мио! — Здравствуй, Гарри! Чего это ты вдруг мне звонишь? Соскучился по Драко? — Да, он не берёт трубку. Только пишет, что всё идёт своим чередом. Что это вообще может значить? А на днях он даже сделал мне признание, представляешь? Я был так удивлён, когда услышал это от него. Уж думал, мне никогда подобное не светит! — Хохотнул Гарри. — Вы там загружены под завязку, да? — Столько заражённых… Иногда мы просто сбиваемся с ног, как только к нам привозят новые партии заболевших. Особенно сейчас, когда у нас нет квалифицированного специалиста по зельям, чтобы придумал идеально помогающую вакцину. Это так несправедливо! — Гермиона всхлипнула. — Да Малфой вообще не должен был ехать! Эпидемии — совсем не его специализация, он же не колдомедик широкого спектра. Он мог этим заниматься и в Англии, оттуда бы уже специальными порт-ключами, как делают сейчас, нам поставляли бы необходимые для поддержания больных зелья. Но он себя не щадил, всё время сам готовил и модифицировал составы, чтобы больные ещё быстрее выздоравливали, пока не слёг… — Что?! — У Поттера перехватило дыхание. — Что ты хочешь этим сказать, Миона? Драко стало плохо? Он перетрудился? — Ох, Гарри! Он не рассказал тебе?! — Девушка ахнула. — Драко возился, когда находилось время, с маленьким мальчиком-полукровкой, у которого недавно погибли родители. Этот малыш так похож на тебя! — Чуточку веселее произнесла она. — У него тёмные взъерошенные волосы, он носит очки, только глаза голубые. Вид во время болезни у него был недокормленный. Да тут все больные похожи на дистрофиков, из которых магвирус тянет все силы. Но Драко, как увидел мальчика, крутился постоянно вокруг него. Гарри не удивился этому: когда любимый случайно прознал о его нелёгком детстве, это, кажется, нанесло тому самому непоправимую травму. И он уже начал понимать, куда сейчас клонит подруга. — Я тоже присматривала за малышом, когда Драко не было рядом. Но недавно увидела на Дэниэле, так зовут мальчика, кулон, который раньше носил Малфой. Это ведь твоя разработка, как и тот, что сейчас на мне?! Теперь малыш выздоровел, но Драко слёг с этой лихорадкой, поэтому он и не звонит тебе — голос его выдаст. Наверное, не хочет расстраивать, ведь именно чистокровные, в первую очередь, находятся в группе риска. Их кровь сильнее, более насыщена концентрированной магией, поэтому никто ещё не выжил из таких заражённых волшебников. Думаю, он просто не хотел, чтобы ты сорвался и попытался проникнуть сюда. У тебя тоже магически достаточно сильная кровь, особенно если учесть, что в ней плещутся и слёзы феникса, и яд василиска. Драко ведь понимает, что ты не будешь слушать его оправданий. Хотя тут магически закрытая антиаппарационная зона, чтобы зараза не распространилась за пределы купола. Так что попытка проникнуть сюда нелегально всё равно бессмысленна. Ты ведь не станешь рисковать чужими и рушить защитный купол… — Гермиона глубоко вздохнула. — Знаю, что ты хочешь сказать и сделать. Поэтому возражу сразу — не придумывай смертоубийственных планов, Гарри! Это не своровать дракона у гоблинов… Да и я не для того тебе всё так подробно рассказала, чтобы ты бессмысленно погиб в попытках сюда прорваться или сгорел, словно съеденный лихорадкой, у меня на глазах от этой неизвестной напасти. Я объяснила для того, чтобы ты поддержал его! Пиши ему что-то подбадривающее или просто радостное, чтобы Драко знал, что у тебя всё хорошо, чтобы сильнее боролся за свою жизнь. Это будет помогать ему справляться с вирусом. Да и он ведь не мог знать, что я тебе рассказала, потому что ты изменил и мой сотовый тоже… Гарри в бессилии закрыл глаза и хотел сжать в кулаке свой мобильный, но остановился. — Допустим. — С трудом выдохнул Поттер от сковавшего грудь онемения и какой-то опустошённости. — Но ты будешь держать меня в курсе. Ты должна мне пообещать, Миона… *** Гарри быстро нашёл своего бывшего профессора. Он знал, что Драко общается со Снейпом, но не встревал даже в их переписку, хотя любопытствовал, отчего тот не заходит к ним в гости. — Наверное, потому, Поттер, что рядом с тобой он чувствует необходимость тебя опекать. Но ты уже достаточно большой мальчик, чтобы позаботиться о себе самостоятельно. — Непринуждённо пожал тот плечами. — Северусу надо отдыхать от своей мятежной славы. Он до сих пор оправляется после нападения детёныша Нагайны в сопровождении беглых пожирателей. — Мы с ним тревожимся друг за друга. И когда он мне отвечает или я изредка бываю у него в гостях, и мне, и ему становится спокойнее. Свои поиски брюнет начал весьма удачно — с собственного камина. И когда разыскал повторяющийся со значительными промежутками незнакомый ему адрес, первым делом отправился туда, и вывалился под ноги скептически его оглядевшего и ничуть не постаревшего зельевара, того самого, кого он решил первым делом отыскать. — Здравствуйте, сэр! Драко в опасности… — Начал Поттер, даже не поднимаясь на ноги, зная надёжный принцип, что в большинстве своём лежачих не бьют. Но он готов быть битым, лишь бы его выслушали. — Он заболел этим магвирусом. — Я в курсе, Поттер. — Сипловато ответил Снейп. — И работаю над этим. — Я готов сдать свою кровь, быть испытуемым или сделать всё, что вы скажете. — С готовностью подтвердил Гарри свою позицию в данном вопросе. — Для начала встаньте с пола, Поттер. Мне некогда готовить Перечное, если вас продует от сквозняка, то Драко мне этого не простит. Но я возьму образец вашей крови для анализа — думаю, это пригодится. — Категорично объявил тот. — А сами вы займитесь изготовлением нового защитного артефакта, о котором упоминал мой крестник. И для себя тоже. Иначе вам не будет смысла даже начинать свою спасательную миссию, которую вы самовольно на себя снова возложили. *** Малфой не смотрелся в зеркало — после наблюдения за столькими заражёнными он был уверен, что выглядит сейчас тем ещё «красавчиком». Хорошо, что Гарри его не видит. И, похоже, больше не увидит. За острым магическим истощением последовала ремиссия. Драко не знал: на сколько ещё хватит его магического ядра, пока вирус не перейдёт в завершающую стадию, окончательно иссушая тело. — Грейнджер! — Позвал Драко пробегающую мимо девушку в лимонной мантии. Он так и не смог приучить себя называть её по имени, хотя они тесно и давно общались. И когда Гермиона подошла, протянул ей конверт. — Пожалуйста, передай это Поттеру, когда… В общем, ты и сама поймёшь, в какой момент нужно будет это сделать. В нём я объяснил причину своего поступка и попросил, как только всё закончится, чтобы Гарри разыскал Даниэля и пристроил его в хорошую семью. Я обещал мальчику. И ещё очень прошу: присматривай за ним. За ними обоими… Спасибо! — Как скажешь, Драко. — Кивнула Гермиона, стараясь не слишком выказывать своего сострадания гордому даже на больничной постели аристократу, и, убрав письмо в нагрудный кармашек, поспешила по своим колдомедицинским делам. Разговор с Грейнджер отнял много сил. Блондину ещё нужно было найти немного, чтобы написать очередное сообщение, которым он сможет успокоить и вместе с тем снова как-то правдоподобно обмануть своего Поттера, почему он не может с ним сейчас поговорить. Необходимо было убеждать Гарри и дальше, что у самого Драко всё нормально. Об ином он боялся даже помыслить: если тот узнает его реальное нынешнее состояние, он Малфою этого не простит. Поймёт, конечно, но пощады не будет. Впрочем, когда Поттер узнает правду, Драко будет уже без разницы. *** Гарри вернулся в дом Северуса Снейпа через несколько дней, сидел сейчас в кресле несколько мрачной профессорской гостиной и внимательно слушал своего собеседника и надежду на спасение магического мира от пандемии. — Я заметил любопытную тенденцию: этот магвирус с удовольствием жрёт именно несчастливых или несчастных людей. — Заявил бывший профессор, потирая ладони и складывая их пирамидкой. — Между мной и вами он выберет меня, несмотря на вашу чистокровность в первом поколении и более высокий магический уровень, чем моё более слабое магическое ядро при моей же полукровности. Это доказали испытания с образцами крови. — Хотите сказать, что болезнь предпочитает аристократию и представителей магических семей только потому, что у тех кровь старше? — Удивился Гарри. Снейп обречённо закатил глаза на такое предположение. — Не разочаровывайте меня в своих умственных способностях ещё больше, Поттер! Ведь вы создаёте неплохие артефакты, значит, умеете соображать, а школе просто прикидывались… Кстати, сделали то, о чём я говорил? Гарри кивнул, извлекая на свет два кулонообразных артефакта, над которыми без сна и отдыха сидел всё это время, эгоистично отодвинув в сторону все министерские заказы. Конечно, его помучала совесть, но в итоге выбрала Драко. К тому же в стране много талантливых артефакторов — он успел убедиться. — Так вот, возвращаясь к аристократии… — Свернул зельевар разговор к заинтересовавшему его феномену. — Вирусу противостоят гормоны: дофамин, серотонин, окситоцин, эндорфины как изученные, а также многие другие неизвестные магловским учёным гормоны удовольствия. — Я слышал об этом в своей школе. — Согласился Гарри. — Хотите сказать, что всем нужно больше шоколада? Зельевар только снова страдальчески закатил глаза, но одобрительно хмыкнул. — В чём-то вы правы, Поттер. Но еда даёт кратковременный эффект. Чувства важнее! Магической аристократии, старой крови, как вы её назвали, попросту почти незнакомы такие гормоны, как дофамин, вызванный удовольствием любить, и окситоцин, возникающий от ощущений доверия и привязанности. Вы где-то встречали удовлетворённого своей жизнью или испытывающего глубокую привязанность к другому у представителя старых магических фамилий Англии? К сожалению, в людях сейчас главенствуют совершенно иные чувства или убеждения. Поттеру хотелось сказать, что Драко после секса как раз выглядит удовлетворённым вне всякой меры и выказывает самому Гарри очень много доверия, когда отдаётся на волю его сексуальных фантазий. Но, скорее всего, Малфой просто исключение из большинства, которое в разлуке с ним умудрилось заболеть, видимо, растеряв вдали от него все свои окситоцины с дофаминами, а Поттер явно не в ту сторону просто думает, когда его спрашивают о подобном. — Похоже, вы абсолютно правы насчёт меня, профессор, — я не пониманию, к чему вы ведёте. — Гарри хотелось действовать и отправиться на спасение жизни своего ненаглядного блондина. Уже сейчас он мог бы его вылечить, используя воссозданный артефакт. — Вирус не сможет заразить счастливого человека, если кратко. Может попытаться напасть на того, кто в гармонии с собой и окружающим миром, но вряд ли инфекции будет, за что там зацепиться. — Резюмировал Снейп. — Вы полны светлых чувств, Поттер! На основе вашей молодой крови, переполненной нужными гормонами, у меня есть первоначальный вариант антидота или вакцины — называйте, как хотите. С этими образцами вы переместитесь к Драко и проведёте испытание на нескольких безнадёжных больных, которые сами на это согласятся. Потому что физические ощущения ни в какое сравнение не пойдут с признаками вируса — после антидота организм будет перестраивать свои гормональные структуры и связи. — Бывший преподаватель, а ныне свободный от школьных проблем мастер был полон профессионального рвения. — Как только у нас будет один выздоровевший, мы сможем изготавливать вакцину массово. Я отправлю вас в Мунго с запиской и внеочередной партией общих восстанавливающий зелий, чтобы они своим порт-ключом перебросили вас, куда нужно. Вот только дождёмся, когда зелье остынет… Вы же не думаете, что я от безделья веду с вами досужие разговоры, Поттер? Зельевар укоризненно взглянул на Гарри, ёрзающего от нетерпения, уже мысленно бросившегося в камин с назначением в Мунго. С некоторым стыдом и немым чувством вины молодой волшебник признался себя, что примерно так и думал, будто профессору просто не с кем поговорить и уже клявственно пообещал себе заглядывать к Снейпу в будущем в гости, если тот позволит, конечно. *** Малфой чувствовал, что его силы совсем уходят. Он впадал в забытьё. Несколько раз видел склонившуюся над ним Грейнджер, которая снимала диагностические показатели, взмахивая волшебной палочкой. Один раз ему показалось, что он увидел влетевшего в его палату Гарри, за которым гналась взбешённая Гермиона, но посчитал это бредом и просто навеянной его себялюбивыми желаниями галлюцинацией как побочным симптомом магвируса, хотя всё равно не мог не улыбнуться этой фантазии своего воспалённого мозга. *** — Пьяный Годрик! Гермиона, да он же похож на обтянутый кожей скелет! — Ужаснулся Поттер, едва увидел Драко на больничной койке. — Ему не хватает восстанавливающих зелий? Он уже потерял магию? — Нет — на оба вопроса. — Ответила девушка и перешла на колдомедицинскую тему. — Драко всего хватает, но он пребывал на грани потери своих магических сил. Очень похоже, что его магическое ядро самостоятельно закапсулировалось в попытке спастись, поэтому вирус перешёл на ускоренное потребление его жизненных сил. Это только предположение — у нас нет возможности и свободных рук проводить подробное исследование. — Будут. — Уверенно сказал Поттер. — Я нанял несколько мастеров на магические контракты и под магические клятвы, кто будет изготавливать защитные самоисцеляющие артефакты. Так что когда-нибудь вы с Драко останетесь без работы… — Дай-то Мерлин! — Устало вздохнула молодая колдомедичка. — Я совсем не буду против переквалифицироваться в акушера и принимать роды. Но что мы будем делать сейчас? — Сейчас ты разыскиваешь обречённых и предлагаешь им весьма болезненную альтернативу скорой смерти. — Начал брюнет объяснять ситуацию, прикидывая, где и как ему лучше сделать то, что он задумал, и спрятать то, что будут искать самым тщательным образом. *** Когда Малфой снова очнулся, в его теле не было той измождающей тяжести, которую вызывал магвирус. Блондин не знал, как так получилось, но, похоже, он всё-таки выжил. На этой мысли он почувствовал, как его руку сжали знакомые горячие пальцы с шершавинками мозолей и повернул голову в ту сторону. — Люблю тебя! — Повторил Драко, как и обещал, глядя прямо в прищуренные зелёные глаза. — Я тоже люблю тебя, Малфой! — Согласился Гарри, гневно порыкивая. — Ты об этом давно и прекрасно знаешь. Я не раз тебе об этом говорил и напоминал. Ты моё сердце, которое плевать хотело на меня и мои чувства. Да, я понимаю причину. Я её видел. Она очень милая и маленькая, несмотря на свою значительность. Но я эгоист и прощать твою самонадеянную выходку не собираюсь. Я уже один раз чуть не похоронил тебя! Поэтому от всей своей большой эгоистичной любви уже вживил, как впрочем, заметь, и себе, в твоё тело новый защитный артефакт и ты даже не сможешь его найти! И даже если найдёшь, я засуну в тебя новый! После произнесённого эмоционального экспромта Поттер выглядел довольным от провёрнутой им операции, пока Малфой несколько дней пребывал без сознания. Брюнет сложил руки на груди и с чувством выполненного перед всем миром долга спокойно откинулся на стуле, придвинутом вплотную к больничной койке любимого. А Драко ещё не знал, что от магического вируса уже изобретён действующий антидот, поэтому, улыбаясь, он только закатил глаза и был просто счастлив, что недуг оставил его и что его Гарри теперь рядом. И можно лично признаться ему во всех своих искренних желаниях и нежных чувствах