Трахома, или Способ увидеть любовь

— Я не понимаю, Гарри! Как ты мог буквально шантажировать Малфоя? Это оскорбление в его сторону! Грейнджер не могла поверить в то, что сделал ее друг, так как такое поведение было совсем не в его духе, он никогда так не поступал, а здесь полнейшая неожиданность. Когда Гарри рассказывал ей условия сделки и причины по которым Драко согласился, то девушка впервые почувствовала некое понимание к слизеринцу и приняла его сторону, хоть тот об этом не знал, что конечно к лучшему в такой ситуации. Больше всего ее злило то, что друг видимо считал, что поступил абсолютно правильно, раз просто сидел на постели и вообще не отвечал на вопросы Гермионы. — Нет, а что мне оставалось делать? — наконец Поттер взорвался от обвинений подруги, хоть та совершенно не знала ситуации, но смела что-либо ему предъявлять. — Я прямо сказал ему, что испытываю симпатию к нему, потому что не побоялся этого признать. Но я не требовал от него ничего взамен, просто поставил перед фактом, и все. А что сделал Драко? Мало того, что перестал общаться со мной как раньше, так и начал избегать и делать вид, что ему даже прикасаться ко мне отвратительно. Поставь себя на мое место! Я искал выход только чтобы помочь, больше ни о чем не думал. За эти пять дней я побывал не только на Гриммо и в библиотеке Министерства, но и в Шотландии вместе с отцом Седрика Диггори, который любезно согласился помочь мне. И ты думаешь, я развлекался там? Нет! Мы побывали в тюрьме для волшебников, и только один Пожиратель, заключенный там из-за вердикта Везингамота, смог рассказать об этом проклятье. И знаешь, по какой именно причине об этом проклятье нет ни в одной книге? Его придумали сами Пожиратели и использовали лишь к тем, кто уже считался трупом, лишь дело времени убить. — Но это все равно не повод… — Я не собирался пользоваться его положением, просто в один момент понял, что лишь так я смогу подобраться к нему поближе, ибо по-другому он просто не позволяет, Герми! Я и сам не понимаю, чем вызваны эти чувства. Просто мне выпал шанс узнать его совсем с другой стороны, понимаешь? Нет, это не означает, что Малфой белый и пушистый. Те же шуточки и подколы, откровенные намеки на мою «шрамоголовость», да только это уже не унижения, а просто его манера общаться! И я бы никогда не подумал, что Малфой может так себя вести со мной, и все это точно не из-за жалости перед моим прежним состоянием. Я увидел его, его настоящего, а не ту стену, которую он выстраивал вокруг себя на протяжении семи лет. Эта гребанная болезнь помогла мне прозреть, блядь! Поттер сорвал с себя мантию и со злом откинул ее в сторону, будто она могла являться причиной его дурного настроения. Он наконец выговорился хоть кому-то, и ему сразу стало легче, ведь держать это в себе становилось труднее с каждым часом. Гарри и не рассчитывал на мгновенное понимание, но спустя столько дней смог не оправдаться, а просто разъяснить свои поступки для самого себя, не только для подруги, которая на пару минут замолчала и села на постель Рона, смотря на Поттера более понимающе. — Хорошо, я до сих пор тебя не поддерживаю из-за этого контракта между вами, но я так же хочу помочь мистеру Малфою. Что ты смог найти? Какой информацией располагаешь? Ее рвение помочь не вызвано тем, что Гарри теперь уже замешан в этой ситуации. Просто она подумала, что Люциус ничего плохого по отношению к ним не сделал, даже в Отделе Тайн при попытке украсть предсказание, он не швырнул в их сторону ни одного заклинания, просто уговаривая словами. Может в тот момент он думал о Драко, который мог оказаться в такой же ситуации? Гермиона этого точно не знала, да и не выставляла мужчину ангелом, просто у нее было свое мнение, ведь каждый имеет серую грань. Нет полностью ужасного человека, только обстоятельства могут сделать его таким. — Я достал рецепт зелья, оно точно поможет. Разумеется, не просто так, как ты понимаешь. Мне пришлось обратиться к картине Снейпа. Я не сразу пошел к нему, ведь тот мог и не знать об этом проклятье, так как в последние годы Пожиратели подозревали его, но не решались сказать Тому, ведь тот верил профессору. Оказалось, что зелье изобрел он сам по просьбе Дамблдора, когда тот узнал об этом проклятье, то сразу же стал думать наперед, и на случай опасности для Ордена Феникса или учеников попросил Снейпа. Рецепт у меня на руках, только проблема состоит в том, что для него нужен точный ингредиент, который просто невозможно заменить другим, и я не стану искать замену, ведь это уже делал ранее Снейп, а в его способностях я не сомневаюсь. — И что это? Тоже какой-то камень, как и в твоем случае? — Нет, всего лишь растение, без него все пропадет, но растет оно лишь в дождевом лесу Амазонии. Проблема в том, что там блокируется магия, и я не знаю какого черта! Снейп сказал, что мне пора уже самостоятельно разбираться со своими проблемами, и не трепать ему нервы хотя бы на том свете. — Другого ответа я и не ожидала бы от него, ввиду всех событий, открывшихся нам слишком поздно. Но почему именно в таком труднодоступном месте? — этот лес что-то напоминал ей, она точно не могла быть там даже с родителями, но какая-то вещь не давала ей покоя. — Даберсус притвенный*, именно такое название у растения, обладает удивительными свойствами. Оно способно мгновенно срастить кожу человека, восстановить все органы человека, улучшить память и убрать амнезию, сделать кости более прочными. Разумеется, можно просто смешать зелья подобные этим свойствам, но они не подходят по составу, эксперименты Снейпа показали, что зелье может взрываться, превращаться в яд, даже пустить смертоносные пары. Поэтому подходит лишь… — Гарри, это правда?! Какого черта хорек сказал мне, что он терпеть тебя не может, но вы встречаетесь?! В спальню ворвался крайне удивленный Рон, открывая дверь почти пинком, и останавливаясь возле порога, откровенно не понимая почему друг лишь засмеялся на такое заявление. Нет, ему все равно с кем может встречаться Гарри, только если это не вредит другу, но то, что это может быть Малфой… Странно и неожиданно, поэтому он ожидал хоть какого-то комментария. — Рон, ты и вправду поверил, что Малфой может засунуть гордость в свою привлекательную задницу, и начать со мной встречаться? — Нет, но после твоего заявления о его заднице... Уже сомневаюсь. Грейнджер сложила руки на груди и посмотрел на обоих таким взглядом, когда те обычно несли какую-то чушь, и закатив глаза с нескрываемым раздражением, рассказала рыжему об идиотском договоре между парнями, однако на этом вопросы Уизли отнюдь не закончились, и пришлось рассказать ему все в мельчайших подробностях. Тот спокойно отнесся к внезапному желанию Гарри, но услышав про болезнь Люциуса и лес, нахмурился, будто что-то вспоминая. — Подождите, разве это не тот самый лес, который обозначен в книге «Десять опасных мест для волшебников»? Я видел такую у Чарли, и мама заставила меня прочитать ее во избежание, так скажем. Он мне запомнился, так как там много пауков. — Рон передернулся от самых мыслей об этих чудовищах, и посмотрел на Гермиону, которая вскочила и с облегчением посмотрела на них. — Я наконец вспомнила! В этом лесу и вправду блокируется магия, но не только по этой причине он считается опасным для волшебников. Лесом правят три амазонки, так как они кровные сестры, и у каждой из них есть своя способность. Старшая сестра умеет управлять животными и заставлять их делать то, что захочет она. Средняя сестра может заставить растения обвить человека полностью и задушить, или же шипами из диких роз пробить тело насквозь. Но младшая сестра считается самой опасной из них, так как ее дар — воспоминания и другая реальность. Она может показать самые ужасные моменты из вашего прошлого, и очень трудно отличить их от реальности, будто блокируется способность здраво мыслить, и волшебники впадают в отчаяние, либо бесследно пропадая, либо убивая себя или сходя с ума. _______________________ — Да, я знаю этот лес. В «Истории Магии» говорится, что лет двести тому назад между волшебниками и амазонками началась война, так как маги испугались такой силы, и смогли истребить почти всех, ведь раньше там не блокировалась наша магия. Воистину дьявольское место. Но остается один вопрос. Какая у вас выгода помогать мне, черт возьми? Малфой никогда бы не подумал, что в его спальне может сидеть Золотое Трио и что-то спокойно обсуждать, пытаясь помочь именно ему, хотя это и выглядело благородно, да только это ему совершенно не нужно! Он даже был зол на Поттера за то, что тот посмел все рассказать своим дружкам без его согласия, но изменить уже ничего не мог, а вышвырнуть их не позволяли обстоятельства. Но на вопрос Драко они ничего не отвечали, будто не услышали или же не поняли смысл, на что он лишь усмехнулся и откинулся на спинку кресла. — Хорошо, тогда скажу я. У Поттера понятно какая выгода, и уверен, что вам известно какая именно, а потому не вижу смысла объяснять. Уизли, с тобой проще всего, ведь твой дружок помогает мне, а ты не оставишь его одного, и ради этого даже со мной будешь пытаться вести себя вежливо. Что ж, похвально. Но вот Грейнджер… Какие мотивы у тебя, мм? Гриффиндорка скептически посмотрела на него, но не удивилась словам Малфоя. Конечно на оскорбления это не похоже, но вот на подкол и демонстрацию всезнания уж точно. Впрочем, ей скрывать нечего, и раз Драко хочет удовлетворить свое любопытство… То почему бы и не сказать прямо? Жалости она не испытывала ни капли, но вот чувство благодарности... Да. Она ведь не забыла, как Малфой притворился тогда в Мэноре, благодаря чему они смогли выиграть время и избежать встречи с Лордом, что кардинально изменило исход войны. — Потому что ты не такой плохой, каким хочешь казаться, Малфой. — возможно он ожидал другого ответа, но пришлось ответить именно так, надеясь, что тот сможет понять. И Драко понял моментально, будто сейчас переносясь в Мэнор, и снова видя перед собой обезображенное лицо Поттера, но не говоря Пожирателям, что это он. Почему он тогда просто не сдал его, раз шанс риска был очень велик? На этот вопрос Драко и сам себе не отвечал, просто старался не думать об этом. Хотя по довольному лицу шрамоголового, тот понял все по-своему, ну и черт с ним, оправдываться Малфой не собирался. — Ладно. Как я понимаю, Поттер аппарирует со мной ввиду своей надоедливости и идиотизма, поэтому требуется время на подготовку. Нужно взять хоть какое-то оружие, зелья и описание этого чертового растения, но нужно спешить, я не буду ждать вечность. _______________________ Как только они оказались на территории леса, то сразу же почувствовали сильную слабость и тошноту. Магии было некомфортно, что ее буквально запирают внутри тела, и это конечно отразилось на их самочувствии. Драко понимал, что Укрепляющее зелье не поможет, а потому не стал ждать, и пошел прямо, взглядом ища нужную им поляну. Без способности колдовать Гарри чувствовал себя как обычно, что не скажешь о Малфое, ведь тот применял магию почти с детства, что не скажешь о Герое, который узнал о волшебстве лишь перед поступлением в Хогвартс. — Странно то, что в тропическом лесу может быть поляна, ведь здесь должны быть лишь заросли. Тебе не кажется это подозрительным? — Гарри думал об этом еще с сегодняшнего утра, но почему-то не поинтересовался об этом у Гермионы, которая отчаянно рвалась с ними, но ее удалось убедить остаться в школе. — Нет, этого стоило ожидать. У меня чувство, что амазонки знают об этом зелье, и на поляне будет что-то, что сможет нас остановить, ну или попытаться. Впрочем, я не думаю… Малфой уже приготовил очередной язвительный ответ, но не смог договорить из-за шороха кустов сзади них, и резко обернулся. Заросли были просто огромными, и будто специально стали шевелиться все разом, чтобы волшебники не могли понять нахождение источника опасности. Драко достал кинжал, являющийся родовым, он передавался в семье Малфоев из поколения в поколение, как говорил ему отец лет шесть тому назад, он способен забирать души тех, кто умрет от его лезвия. И что-то подсказывало наследнику, что так оно и есть, именно в этом заключается сила кинжала, на рукоятке которого изумрудами сверкала кобра. Прямо перед ним пронеслось какое-то существо или животное, из-за скорости он не успел разглядеть конкретно, но зато заметил, как Поттер сделал пару шагов вперед, будто закрывая его собой, из-за чего Драко закатил глаза, сильнее сжимая рукоятку оружия. И в этот самый момент на них выпрыгнуло животное, которое для своего вида обладало огромными размерами. Оно неприятно оскалилось, показывая свою пасть, и Малфой заметил, что глаза ягуара приняли красный цвет. Старшая сестра… Казалось, что дальше пойти они уж точно не смогут, но и отступать они тоже не могли. — Ладно, Поттер, спровоцируй меня. Назови как-нибудь, чтобы я разозлился. — блондин не хотел раскрывать все карты или показывать такую тайну своей жизни, хоть в этом не было ничего особенного или же сверхъестественного. — Ты сдурел? Нашел время ссору затевать, Малфой. Оно же сейчас кинется, просто выжидает приказа от этой чертовой амазонки, они точно видят нас, и… — У тебя есть план лучше? Делай то, что я говорю, долбанная сирота! Драко мельком посмотрел на него не обычным взглядом, а будто и вправду жалел о том, что сказал, но это оскорбление должно заставить Поттера играть по его правилам, иначе они сейчас же станут мясом для этого ягуара. Животное и вправду выжидало приказа, не двигаясь с места, он нашел их по запаху, как ему и было велено, но прямого приказа растерзать еще не поступило. — Ты вообще не ценишь того, как к тебе относятся люди, блядь! Я помог тебе и твоей семье, сказал о моем отношении к тебе, постоянно терплю твои издевки, но мне надоело, у меня тоже есть терпение, Малфой! Пусть я и сирота, мои родители погибли, а твои? Твой отец хоть каплю уважает тебя, раз ты пытался купить родительскую любовь просто копируя его манеры?! Может ты тоже никому не нужен, не думал об этом? Гарри сорвался настолько сильно, что даже не понимал смысл своих слов, просто стараясь отплатить парню той же монетой, ведь слышать это именно от него было больнее всего. Упоминание о родителях всегда действовало на него именно таким образом, он просто впадал в состояние агрессии или же печали, и никак не мог избавиться от этого. Однако через минуту он еще раз прокрутил в голове все слова, и уже хотел попросить прощения, хоть ситуация для выяснения отношений была уж точно не самая подобающая, но не успел. Малфой услышал про отца и почувствовал дрожь в руках, да, он сам заставил Поттера задеть его и довести до точки невозврата, но отец был больной темой с детства. Драко до восьми лет не ощущал хоть какую-то заботу от отца, если не считать случаи, когда зарабатывал синяки из-за своих игр и ранних полетах на метле. Отец хотел от него слишком многого для такого юного возраста. И осанку уже Драко должен был держать, и не опаздывать на ужин, и читать не сказки, а нужные и познавательные книги, и на приемы ходить, и много чего еще! И дети таких же чистокровных и древних родов видели почти безразличное отношение отца, и не раз тыкали этим фактом ему в лицо, и в какой-то момент он поверил, что Люциусу нужен лишь идеальный наследник, а не сын. Он думал так лет до десяти и старался быть примерным наследником, но когда умер его дедушка, Абраксас Малфой, который отличался излишним самолюбием и жестокостью, то отец и поговорил с ним. Сказал, что не стоит показывать свои чувства на глазах других, иначе они поймут твои слабости, и ты не сможешь управлять ими, что нужно скрывать подробности своей жизни и идти с высоко поднятой головой в любой ситуации, и что в независимости от слов общества и некой сдержанности отца, тот любит его, и не потому что Драко наследник, а по другой причине. Потому что он его сын, а остальных это совсем не касается. Но в такой опасной ситуации для жизни, Драко все же испытывал благодарность к Поттеру, что тот смог найти случайно больное место. Он чувствовал, что тело покрывается мурашками и начинает содрогаться, будто при приступе астмы, а ногти на пальцах стали удлиняться, что тоже причиняло боль Малфою, но тот лишь зашипел и откинул голову назад, дрожащими руками снимая с себя сумку. Сама трансформация не заняла и минуты, после чего возле шокированного Поттера на четырех лапах стоял белый волк с серо-голубыми глазами…