Моя песня? Ты её больше никогда не услышишь!

Вернувшись от Сиэля, Лиззи пожаловалась на головную боль и осталась дома. Сердце девушки было разбито. – Нужно было раньше признаться! – думала она, распуская волосы. Элизабет до последнего тянула с признанием и поплатилась за это. Она всегда была уверена, что Сиэль не отвергнет её, но те самые витки страха мешали ей сказать ему о своих чувствах. Чёртов Себастьян влез в их жизнь! Может ли она помешать им? Девушка опустила глаза на своё запястье. Она сняла с руки массивный браслет и поморщилась. На светлой коже были еле заметные белые шрамы и совсем новые порезы. Мидфорд понимала, что всё это не решит её проблем, но сердце и душа болели, так что выбора не было, и Лиззи открыла ящичек стола. Под бесчисленными залежами косметики лежала коробочка. Выудив её из ящика, девушка открыла коробочку. 20 лезвий засияли в свете восходящего солнца, которое приветливо заглядывало в большие окна. Элизабет поморщилась и достала одно из общей кучи сверкающего металла. Через полминуты на ламинат капала кровь. Большие красные капли создали небольшую лужицу и, заметив это, Лиззи шумно прерывисто выдохнула. Она всхлипнула и вытерла набежавшие слёзы беленьким носовым платочком, а потом швырнула его на пол, дабы потом стереть им следы своей стыдливой грусти. Теперь позорные шрамы будут украшать обе руки юной девушки. Через минут 10 Лиззи туго перевязала порезы бинтом и посмотрела на себя в зеркало. На неё смотрели пустые зелёные глаза, утратившие блеск, на неестественно белом лице уже не было живого румянца, губы побледнели и как будто высохли, и только под глазами пестрели красноватые пухлости. Девушка не узнавала в этом создании себя, и ей вновь захотелось плакать, но она вскинула голову и, отойдя от зеркала, скрылась в ванной комнате. Она показалась вновь через 20 минут, посмотрела в зеркало. Теперь там отражалась она: шестнадцатилетняя Элизабет Мидфорд, цветущая юная девушка, стройная и очень красивая. – Пару взмахов макияжной кистью, и я вновь прекрасна, – сказала она своему некогда безобразному отражению и, откинув прядь светлых волос, покинула комнату. Лиззи решила поехать в школу. - Лиззи, что с тобой случилось? – Сиэль подошёл к девушке, положив ей руку на плечо. – Немного болела голова, но сейчас все уже хорошо, – Элизабет улыбнулась другу. – Ты надела напульсник? – Сиэль перевёл взгляд на правую руку подруги. – Что-то с рукой? – Кажется, я её вывернула, и вот немного зафиксировала, чтобы писать было удобней. – Ну, хорошо. – Пойдём, скоро начнётся урок. Не хочу ещё больше опаздывать. – девушка взяла Сиэля под руку, и они пошли в класс.