Кошмары/(Nightmares)

Было темно, но Ибо мог почувствовать небольшое движение в легких объятиях. Между ними все ещё было немного места, несмотря на сон лицом к лицу и руки на чужой талии. Короткая дрожь, и Сяо Чжань вдруг просыпается с широко открытыми глазами, беспорядочно дыша. Он медленно делает глубокие вдохи, словно только что пробежал марафон. Было слишком темно, чтобы видеть что-то в комнате, даже лицо Ибо прямо перед ним. Через несколько минут его сердце едва забилось в обычном ритме. Он вглядывался в лицо Ибо, думая, проснулся тот или все ещё спал. — Лао Ван, — сказал Сяо Чжань тихо, — ты не спишь? Тишина. — Я не сплю, — ответил Ибо. Сяо Чжань подумал, не разбудил ли он случайно юношу или тот не спал все это время. Его молчание вновь заставило Ибо заговорить. — Не можешь спать? — спросил он. — Хм-м, — ответил Сяо Чжань уставшим вздохом. Ибо обхватил рукой шею Сяо Чжаня и придвинул его ближе. Мужчина прижался лицом к груди Ибо и обнял его за талию. Юноша мягко погладил его шею, всегда зная, как расслабить Сяо Чжаня. Они оставались в этих крепких, но комфортных объятиях, в тишине. Глаза Сяо Чжаня все ещё были открыты. Он не понимал, почему, он ведь даже не мог ничего видеть. — Я хочу защищать тебя, Чжань-гэ, — сказал Ибо. Сяо Чжань не ответил, но это заставило его улыбнуться в грудь Ибо. — Сейчас у тебя постоянно проблемы со сном. Что-то не так? — спросил он так осторожно, как если бы продевал нитку в иголку. — Просто… плохие сны. Не уверен, почему, но у меня постоянно кошмары, где меня преследуют. И я продолжаю бежать и прятаться. Это не кончается, пока не проснусь, — устало вздохнул Сяо Чжань, проходивший через один и тот же кошмар снова и снова. Ибо обдумал его речь и наконец нахмурился, не сумев найти правильные слова. Он всегда говорил кратко, так что слова утешения не приходили так же легко, как он их ощущал. Он никогда не мог найти подходящих слов, чтобы выражать свои чувства, и это приводило к тому, что он не говорил вовсе. Но Сяо Чжань это понимал. Ему не нужен был ответ Ибо, он и так знал, что тот тоже понял его. Ему не нужны были слова, когда крепкие объятия Ибо говорили всё. — Думаю, теперь я могу почувствовать, почему ты боишься темноты, — сухо посмеялся Сяо Чжань. — Но с тобой я не боюсь ее так сильно, — сказал Ибо. — Мне больше не нужно включать телевизор, чтобы уснуть. Сяо Чжань улыбнулся: — Я рад, что могу быть полезен. Снова молчание. Но тишина между ними всегда была комфортной. Этот уют расслаблял их сердца, приводил мысли в порядок. — Чжань-гэ, — мягко сказал Ибо. — Даже если весь мир против тебя, я всегда буду с тобой. Верь мне. — Разве это не слова Лань Ванцзи? — Тс-с, — закатил глаза Ибо. — Это и мои слова. Лань Ванцзи выдуман. Я настоящий. Сяо Чжань улыбнулся и поднял глаза. Ибо не посмотрел в ответ, так что Сяо Чжань мог дотянуться только до его шеи, чтобы поцеловать прямо в адамово яблоко. — Спасибо, мой настоящий Ван Ибо. Я люблю тебя.