Суицидальные тенденции Кроули

План Кроули был чётко разбит по фазам. Первой фазой был уход Азирафаэля. В это утро он встречался с девушкой-книжницей (после Армагеддона они начали общаться и регулярно встречались пару раз в месяц). Он оставался с ней на скучных книжных посиделках до обеда. Нередко задерживался, рискуя прийти позже на час или два. Это было время Кроули для того, чтобы достать святую воду. Второй фазой было ожидание. Примерно пять минут, не больше. Это время было ничтожно мало в общей концепции, но важно, если Азирафаэль вновь захочет поиграть в: «Я спрячусь за углом и посмотрю, выйдет ли он за мной». Кроули знал, что Азирафаэль так делает, так как слышал шаги и никогда не попадал на эту уловку. С недавних времён их нового «Соглашения» ангел тестировал правила со всех сторон, иногда для того, чтобы узнать, будет ли Кроули пытаться вернуть свою свободу передвижения в его отсутствие. Иногда демону казалось, что Азирафаэль получает садистское удовольствие в процессе, наблюдая, как Кроули извивается, как уж на сковородке, ограниченный строгими гранями правил, связывающими его лучше любых уз. Ему "казалось", пока он не стал уверенным в этом. Ангелу действительно нравился контроль над ним. И если раньше это была вынужденная мера, то теперь она приносила ему наслаждение. Кроули был только немного удивлен. Он и раньше знал ангела, как любителя удовольствий, как бы он того не отрицал. Так что, в том, что гедонизм захватил и эту "вынужденную меру" обращая её в приятный плюс, не было ничего удивительного. Но Кроули не был против. Проявление собственничества Азирафаэля давало ему приятную возможность почувствовать себя нужным и любимым. Ну и, чего уж греха таить — это также было очень сексуально. Во время третьей фазы Кроули должен был покинуть книжный магазин и сесть в такси, которое он заранее заказал с телефона. Четвёртая фаза обещала быть самой сложной — прибыть на место, войти в церковь и залить святую воду в специальный флакончик. Его он взял заранее и заколдовал на бесконечную вместимость, чтобы получить смертельное оружие в неограниченном объёме. А вот как он будет набирать святую воду, к своему стыду, демон так и не решил, так что оставалось лишь импровизировать. К счастью, по своему собственному мнению, Кроули хорошо принимал неожиданные быстрые решения. Пятая фаза должна была ознаменовать его быстрый отход вместе со святой водой обратно в ожидающее такси, готовое быстро отвезти его обратно в магазин до возвращения ангела. Кроули в нём заранее приготовил тайник для святой воды. Таков был план. Но, конечно, всему должен был обязательно предшествовать завтрак. Именно в процессе него демон должен проявить всю свою покладистость (но не переборщить), чтобы Азирафаэль не беспокоился, оставляя его одного на первую половину дня. Кроули потянулся на кровати, откинулся на противоположную, всё ещё тёплую, сторону, и улыбнулся. Его ангел уже встал и шаманил на кухне. В последнее время Хранитель Восточных врат стал сторонником домашней кухни, и очень многое готовил дома. Конечно, это не значило, что Азирафаэль отказался от Ритца и других ресторанов (от Ритца он не откажется никогда), скорее, он просто начал больше экспериментировать. Что Кроули всегда поощрял. Как оказалось, ангел был лучше в готовке, чем фокусах. Он быстро освоился и хорошо следовал инструкциям поваренной книги или интернета (компьютер, в конце концов, не должен был стоять только для подсчёта налогов). И, хотя Азирафаэль не любил новомодные технологии, он со временем разобрался, находя полезные моменты в большом количестве информации, раздражаясь лишь тогда, когда на главную страницу выходила реклама игр, ставок и других продуктов с полу-обнажёнными телами девушек. Которые, чаще всего, оказывались во всевозможных затруднительных ситуациях, и отовсюду вылезали таблички по типу: «Спаси меня, мой герой!». Однажды Кроули похвастался, что это он придумал. Эта была одна из его лучших идей, за которые он даже в аду получил похвалу от Асмодея, к которому приток душ увеличился втрое, после того, как люди с увеличенным энтузиазмом стали посещать порно-сайты. Как и количество людей, начавших от крайнего раздражения пользоваться нецензурной бранью. Вскоре после этого откровения демон стоял, как одна из девушек на баннерах, на коленях и с кляпом во рту. Ангел был не милосерден. Это продолжалось почти всю неделю. Так Азирафаэль принял для себя, что, когда перед тобой кто-то постоянно стоит на коленях, это не всегда должно плохо. В конце концов, эту позицию можно было использовать не только для эстетического удовольствия. Время, проведённое с Кроули в этой позе, сделало ангела немного более терпимым к девушкам на сайтах. Тем часом, духовка издала удовлетворительный писк, сообщающий о том, что песочное печенье закончило своё формирование до нужной кондиции и его пора было вытаскивать. Демон же, сонный, всё ещё в пижаме, только подползал к столу. Ангел из-за плеча одарил его нежным взглядом. Азирафаэль неторопливо поставил тарелки на стол, вместе со столовыми приборами. — Хорошо спалось, мой дорогой? — Поинтересовался Азирафаэль, складывая на своих коленях полотенце. Иногда у Кроули были проблемы со слишком глубоким сном — он возвращался из него с плохим настроением и насмешливым самоуничижением. — Да... Продуктивно. — Своим красноречием демон с утра не отличался, поэтому Азирафаэль не стал давить. Однако, «двойное дно» в своих словах мог обнаружить только их автор. Сколько Кроули не ломал голову, он не мог вспомнить, что конкретно ему снилось. Демон лишь помнил, что вокруг была вода, а сам он лежал на большой глубине, не в состоянии выбраться на поверхность. Азирафаэль тоже был рядом с ним, и он… тонул? Демон покачал головой, в попытке забыть странный сон. В конце концов, было бы глупо воспринимать всерьёз игру воспалённого любовью сознания. Пока ангел трапезничал, Кроули, испытывая волнение перед задуманным, выпивал свою третью кружку кофе, в которой, на этот раз, не было ни капли виски. Ему нужно было быть полностью трезвым, чтобы провернуть то, что он собирался. Демон не хотел всё испортить тем, что он, по чистой случайности, забудет протрезветь в нужное время. Кроме того, Азирафаэль будет ругать его, если увидит, что он пьёт утром что-то слишком крепкое. Таким образом, одним выстрелом двух зайцев. — Кроули? — Демон перевёл взгляд на своего партнёра, вспоминая, что тот ему сказал, пока он сам пребывал в состоянии задумчивости. — Я не знаю, Ангел. Возможно, этим вечером мы могли бы сходить в оперу. — После напряжения со святой водой лучше всего было бы выбрать что-то спокойное. Мероприятие, на котором он мог вздремнуть. — Или в драмтеатр, который ты любишь. — Усмехаясь, Змей перевёл взгляд на салфетницу. — Будет забавно, если на премьере случится какой-нибудь незначительный казус... В этот момент Кроули пронзил строгий ангельский взгляд, смешанный с небольшой долей выпущенного в пространство эфира, из-за которого демон почти подавился невероятно нежным песочным печеньем. — Кроули, это, на самом деле, прекрасное предложение. — Голос ангела был полон скрытой стали. По его скромному мнению, театр был одним из списка тех вещей, которые должны быть неприкосновенны к влиянию ада. — Конечно, я говорю о посещении сегодняшнего концерта, а не о шалости, о которой ты думаешь. Мой дорогой демон, ты знаешь, что с тобой может случиться, если во время спектакля что-то пойдёт не так. — Азирафаэль подарил Кроули сладкую улыбочку и начал складывать посуду на полку. Демон выдохнул, надеясь на то, что дрожь в его коленях под столом была незаметной. Но, даже если ангел и увидел, то ничего не сказал. После уборки Азирафаэль был занят разглаживанием итак идеально сидящей на нём бабочки. Видимо, выглядеть с иголочки для него было обязательным пунктом перед любой встречей, о чём недовольно размышлял Кроули. И ведь, скорее всего, не догадывался Азирафаэль, какой эффект это воспроизводило на окружающих. Кроули знал, что ангел не любил его высоко-выраженное собственничество, но не мог себя в этом винить, зная, что на самом деле, Азирафаэль точно такой же. Возможно, ангел не будет открыто декларировать свою ревность каждый раз, когда к Кроули кто-то подходит. Он был слишком сдержан для этого. Но в каждом терпении всегда есть "последняя капля" и даже когда терпение было буквально "ангельским", это не спасало окружающих от взрыва. Кроули очень хорошо запомнил не сколько болезненные, сколько обидные шлепки по лицевой стороне ладоней дисциплинарным хлыстом с тонким, почти плоским краем. По мнению Азирафаэля, демон заслужил это за то, что открыто лапал клиентку в книжном магазине за грудь. Конечно, его не волновало, что неуклюжая девушка с длинным подолом новомодного платья сама зацепилась за порог и упала на него! Праведный гнев завладел Азирафаэлем настолько, что в воздухе начали проявляться кислотные для демона частички божественности. Сопротивление в тот момент было бы самоубийством. Кроули долго после этого случая обижался на ангела, а в особенности на то, что тот даже не дал ему возможности объяснить ситуацию. Конечно, в конце концов, Азирафаэль смог загладить перед угрюмым Змеем (который свернулся на маленькой тёмной полочке вещевого шкафа калачиком) свою вину, позволяя тому целый день делать всё, что захочет. И, конечно, подаренная бутылка коллекционного скотча тоже возымела значение, вместе с получасовыми извинениями. Возвращаясь к действию на кухне, Кроули вышел из-за стола и присоединился к уже готовому ангелу в коридоре. Азирафаэль достал зонт, и, оставляя его на крючкообразной ручке повиснуть на локте, целомудренно поцеловал демона в лоб. — Я постараюсь вернуться в районе трёх-четырёх часов, — ангел внимательно оглядел Змея Эдема на предмет всевозможных тревог, и, видимо, остался довольным их видимым отсутствием. — Займись чем-нибудь полезным в моё отсутствие, — вкрадчивый тон намекал на то, что разобранный по пьяни инверторный кондиционер в подсобке магазина нуждался в ремонте. В ремонте от Кроули, который соберёт его так же, как и разобрал, вручную, — осталось висеть между строк. — Да, Ангел, как хочешь, — и тихо добавил. — Если найду настроение. Азирафаэль, услышав это, улыбнулся краем губ, потрепал флегматичного демона по волосам и вышел за дверь. Кроули выдохнул и немного подождал у входа, на случай, если ангел что-то забыл. Спустя вышеописанное время, когда Азирафаэль так и не появился, Кроули заставил себя разморозиться и пойти в то место, в котором он спрятал пузырёк. К счастью, склянка порядочно оставалась на своём месте. Увидь ангел такой артефакт, и, разгадав, в чем его секрет, он бы сразу забеспокоился, устроив Кроули много проблем. К счастью, демон умел хорошо прятать вещи. Чтобы лишний раз не привлекать внимание чудесами, даже мелкими, которые ангел вряд ли сможет заметить, Кроули решил перестраховаться и одеться самостоятельно. Это заняло чуть больше семи минут. Кроули давно не помнил, чтобы втискивать себя в эти невероятно узкие тёмные джинсы без помощи чуда. С остальной частью гардероба было проще. Приведя себя в порядок, демон пошёл к входной двери. Взгляд в окно, чтобы удостовериться, что машина приехала, не требовался. Не требовался, но Кроули всё равно посмотрел. Он нервничал. Улица демонстрировала присутствие такси и отсутствие ангела. Не смотря на свою демоническую натуру, Кроули впервые пытался выскользнуть из книжного магазина в то время, когда Азирафаэль был где-то ещё. Имея нелюбовь и раздражение ко многим частям их нового «Соглашения», демон всё же старался его соблюдать. Как бы он не хотел это признавать, в каждом правиле был здравый смысл. То правило, что касалось свободы передвижения, существовало не из-за того, что Кроули, не находящийся вблизи ангела, был способен навредить себе или другим слишком сильно. Нет. По этой причине ангел не стал бы доходить до таких крайних мер. Всё было куда проще и сводилось к тому, что Кроули, будучи одним из самых популярных демоном на земле, невольно отвечал на большинство "звонков" оккультистов, ведьм, и даже обычных скучающих по выходным людей. Которые, чаще всего, несли в себе большую опасность для своенравного демона, который не желал становиться чьей-то личной игрушкой. Кроули твёрдо решил, что не станет на колени ни для кого, кроме своего ангела. К сожалению, чаще всего, мнения демона не спрашивали. И правильно нарисованные круги и сигилы могли сделать из него безвольную марионетку. К счастью, Азирафаэль всегда вытаскивал его, вне зависимости от состояния, в котором демон находился. Иногда люди были невероятно жестокими. В тех ситуациях Хранитель Восточных врат обходился с ними соответствующе. И вот, однажды, незадолго до нападения на книжный магазин, Кроули и Азирафаэль устроили партию в шахматы. В середине первой игры у демона разболелась голова. Он чувствовал, что его призывают, и попытался схватить ближайший к нему объект, чтобы использовать его, как якорь. Этим ближайшим объектом оказался Азирафаэль, который сразу понял, что что-то не так. Не по судорожным глоткам воздуха, а по энергетическим потокам, ангел понял, что Кроули что-то тянет. Азирафаэль впервые наблюдал за призывом демона в реальном времени, и не знал, как правильно реагировать. Но первой же идеей было отгородить Кроули от остального мира, что он и сделал. Барьер из эфира облепил демона, как вторая кожа, оставляя пространства в пару сантиметров. Да, Кроули не сможет двинуться, но и призыватели таким образом ничего не добьются. Это сработало. Тогда Кроули с раннего вечера до утра неподвижно лежал на коленях у ангела, пока Азирафаэль играл с длинными прядями волос, шепча бессмысленные успокаивающие вещи. Ближе к рассвету демон расслабился настолько, что смог заснуть. Таким образом они выяснили, что, если Азирафаэль заметит, как Кроули вызывают, он сможет это предотвратить. А если не успеет, то, по крайней мере, будет знать, что Кроули в беде, и сможет прийти за ним. Азирафаэль отследит его по ауре (преимущество быть единственными эфирными и оккультными существами в Великобритании). Раньше они были практически одни на всём земном шаре, но после не случившегося конца света демоны и ангелы разрешили немногочисленным желающим спускаться вниз. Это послужило главными аргументами ангела, когда он утверждал правило номер два. Ведь, однажды, один из таких призывов может стать последним. Поэтому Змей Эдема принял это и не хотел ничего нарушать. Но то, что Азирафаэль не узнает, ему не повредит. К тому же, как считал сам Кроули, у него была уважительная причина. Пейзажи тем временем быстро сменялись за окном и Кроули не успел опомниться, как был на месте. Облагороженный небольшим садом, церковный дворик буквально дышал святостью. Утренние и вечерние богослужения, проведенные здесь, оказывали хорошее влияние на окружающую среду и плохое на нечистую силу. Каменные изгороди в узорчатых орнаментах приковывали взгляд. Но Кроули пришёл сюда не за тем, чтобы наслаждаться элементами декора. Ему нужна была святая вода, и он был готов пройти по реактивной для него местности, как по парку, если это то, что было необходимо. Однако, когда он ожидал, что будет больно, он не ожидал, что настолько. Ступая к церкви, демон ощущал ожог такой силы, что создавалось ощущение, будто он шёл босиком по раскалённым пескам Сахары. Это не было удивительно. В своём выборе среди церквей Кроули положился на свои оккультные чувства. То здание, от которого он больше всего хотел шарахнуться, и было наиболее свято. Святость здания очень сильно влияла на качество святой воды в нём. Человеческая святая вода могла убивать демонов, как и святая вода с небес, с той лишь разницей, что человеческая была в разы слабее. Если для святой воды с Небес было достаточно капли для уничтожения демона, то человеческая должна была быть в куда большем объёме (ванна со святой водой с Небес в аду была скорее для показухи). Поэтому он должен был найти самую святую жидкость, качества и количества (второй пункт можно вычеркнуть, имея артефакт-пузырёк Кроули) которых было бы достаточно для убийства. По общим расчётам Кроули, на одного среднестатистического демона приходилась чашка с 350 мл. человеческой святой воды. Это так же зависело от ранга демона и святости воды. Если её окажется недостаточно, демон всё равно понесёт большой урон, после чего, вероятно, с поврежденной сущностью, вернётся в ад. А если нет, то его, ослабленного, так же можно было сдать священникам, как рождественский подарок. Люди были существами с хорошо развитым мышлением и фантазией, они бы нашли применение... Дверная ручка опалила руку огнём. Кроули сдавленно прошипел проклятия себе под нос, прижимая израненную конечность к своей груди. Ожог тут же распространился на всю ладонь и демон был рад, что использовал простое заклинание по отведению глаз. Не то, чтобы людей на самом деле было много (Кроули выбрал день с минимальной посещаемостью), но разумная осторожность никому вредила. Кроули постарался отключить работу лёгких на входе. Вдыхание ладана и сандала могло сильно повредить его горлу и лёгким, затуманить рассудок и оставить его на полу в мало соображающем виде. Чудеса так же могли плохо работать в церкви из-за того, что благодаря боли, у него сбивалась концентрация. Демону в церкви лучше всего полагаться только свои на естественные навыки искусителя. Кроули поправил съехавшие на нос очки. Его глаза слезились от запаха благовоний, но пока это ощущение было терпимым. Чего не скажешь о боли, которую он испытывал. Если раньше, во дворе, лежала пустыня, то сейчас, внутри здания, это были горящие угли. Кроули никогда не ходил по углям, но знал, что была какая-то техника, которую использовали йоги, чтобы не чувствовать боли. Возможно, если бы он знал, что ему предстоит разгуливать по церквям, он бы захотел обучиться ей в своё время. Величественные залы были пусты от священников и прихожан. Все они бежали, благодаря кинутой демоном фразе в юмористическом ключе: «Спасайтесь, летит космический корабль! Инопланетяне!», приправленной гипнотическим чудом, совершённым ещё на входе. Один лишь седовласый старичок в очках флегматично фыркнул, пробормотав себе под нос. «Ну и куда повысовывались? Космолёта, что ли, не видели?» — после чего побрёл своей дорогой. Кроули мысленно выразил уважение к этому странному непоколебимому пожилому мужчине и прошествовал в следующую залу. Пустое помещение со скамьями не дало ответов на вопросы о местонахождении святой воды. «Думай. — Мысленно зарычал на себя Кроули, — если бы я был святой водой, где бы я спрятался?» — Простой и логичный ответ, описывающий подсобное помещение быстро вспыхнул в голове и тут же потух. Демон уже знал, куда идти... А в прочем, нет. С этим он поторопился. В конце концов, Кроули только мельком видел планировку. Он не мог точно сказать, что знал, в каком направлении можно найти подсобку. Поэтому, демон просто надеялся рассмотреть бутылки, кубки, чаши, что угодно, во что люди могли бы налить жидкость. И он надеялся встретить её до тех пор, когда его тело решит начать стадию копчения. Кроули сильно сомневался в том, что сможет продолжать соображать здесь дольше часа. И чем больше времени он будет тратить на поиски, тем менее эффективными они будут становиться. Это была гонка со временем. Таким образом, второпях, демон обыскал следующие пять залов (эта церковь была действительно огромной), его очки куда-то подевались в процессе. Вероятнее всего, слетели, пока он быстро перемещался по комнатам. Кроули было всё равно, у него лежали запасные дома. Однако расстраивала потеря единственной, хоть и малозначительной "преграды" на пути жалящего воздуха к его глазам. Но что его ещё больше тревожило, так это "плавающее" состояние своего разума. С каждой минутой он чувствовал, что становилось все хуже. Демон слабел: шел медленнее, продумывал свой дальнейший маршрут с трудом, и его координация была в очень паршивой форме. Кроули даже на секунду подумал, что ему придется сдаться и вернуться в книжный магазин ни с чем. К счастью, в этот момент ему улыбнулась удача. Из арочного проема он заметил небольшую дверь с надписью: «Не входить. Только для персонала». Облегченный, демон тут же метнулся туда... Но в комнате его встретил бородатый священник, разбирающийся с инвентарем. Они уставились друг на друга, после чего Кроули понял, что он немного дымится. С гримасой боли он сделал шаг вперед по направлению к мужчине, в намерении совершить чудо, которое поможет сделать себя не интереснее пыли на шкафах. Однако, Кроули пропустил то, насколько ослаб. По взгляду священника и ширине его глаз, Кроули быстро понял, что чудо не сработало. Напротив, католик увидел змеиные глаза, после чего в его голове сложились два и два. — Демон! — Священник яростно закричал и полез себе под рясу, наматывая на кулак четки. Через полку он достал бутыль святой воды и открутил крышку. В порыве адреналина Кроули сразу же выкинуло за дверь. Но богослужитель был не из робкого десятка, он последовал за ним. — Подожди, подожди, — быстро заговорил Кроули, отползая на коленях назад и не сдерживая шипения от прикосновения рук к полу. — Я никому здесь не вредил, мне просто нужна святая вода, тебе не нужно... Но Кроули никто не слушал. Католик быстро приближался со святой водой в явном намерении вылить бутыль на демона. «Я умру. Он убьёт меня, насовсем, — в ужасе подумал он, — и я больше никогда не увижу Ангела.» С этой мыслью и последним усилием демонической воли, Змей Эдема, чертыхнувшись, отшатнулся к самому входу. Однако, он опоздал. Одна или две доли секунды, но брызги от святой воды попали на открытую кожу его шеи. Всего пара капель, но этого было достаточно, чтобы Кроули почувствовал себя в аду. Расплавляющая плоть, святая вода сжигала суть. Мучительная боль больше не регистрировалась его сознанием, всё начинало темнеть по краям. Но демон, не смотря на все мыслимые и не мыслимые мучения, заставлял себя бодрствовать. Знал, что если закроет глаза хоть на секунду, то больше не откроет их. Кроули не мог так облажаться. Он не мог умереть здесь. Он не мог оставить Азирафаэля одного на этой планете. Кроули себе этого никогда не простит. Боль от взаимодействия с дверной ручкой в последний раз слабо обожгла его нервную систему, уже пребывающую в агонии, когда он покинул здание, на мгновение почувствовав себя немного лучше. Демону казалось, что голос священника преследовал его, становясь с каждым слогом всё громче: "Дьявольское отродье, узри свою омерзительную сущность и сгинь при первой же возможности!" Проигнорировав страшный выкрик, состоящий из чистой ненависти, Кроули, на негнущихся ногах, постарался убраться как можно скорее, опасаясь преследования. Как-будто в тумане, он добирался до такси. Голова была набита ватой, когда водитель с затуманенным взором обрабатывал раны аптечкой. Тогда они целый час они не трогались с места, пока демон приходил в себя. Мысленно Кроули успокаивал себя. Он смог бы оправится от такого не продолжительного урона. Всё было хорошо. Но вот святая вода, святейшая в Лондоне — другое дело. Шрамы останутся. Возможно, не навсегда, но на пару десятилетий — это точно. Не было никакого шанса, что Азирафаэль не заметит их. Кроули закатил глаза. У него были проблемы, и он знал это. Но демон будет решать их по мере поступления. Святую воду он не добыл. Миссия провалена. Возможно, он попытается когда-нибудь снова. Но пока это не горит, у Кроули были другие дела, с которыми нужно разобраться. Это было последней его мыслью перед тем, как дать сигнал таксисту возвращаться. Бессознательное состояние накрыло так стремительно, что Кроули даже не заметил ощущение тревожного чувства у себя под кожей.