No more. Сборник работ

      Я ненавижу этого человека больше, чем что-либо в своей жизни. Особой причины для ненависти, наверное, у меня нет, но каждый раз при его виде до одури хочется ударить по красивой физиономии или хотя бы просто проводит презирающим взглядом.       Сейчас Хосок снова это делает: смотрит на меня с пакостной улыбкой и целует новенькую официантку, зажав ее прямо во время смены. Он смотрит в мои глаза, провоцирует, знает, как это каждый чертов раз действует на меня. Девчонка совсем новенькая, Хо даже имен ее не знает, но своими руками уже лезет под юбку ее униформы.       Я смотрю в его глаза всего пару секунд, прежде чем отвернуться, но внутри уже все щемит от того, как безнадега расходится по худому телу, оседая в самой глубине сердца. Как же сейчас хочется ударить его. Просто пару раз пройтись подносом в моих руках по наглой физиономии и уже не думать ни о чем. У меня всего одна причина ненавидеть этого человека — я люблю с такой же силой.       Хосок усмехается, наблюдая за мной. Ему до безумия нравится читать в чужих глазах эту злость, это отчаяние и понимать: результат его действий, его влияние. От этого взгляда глаза в глаза внутри все обжигает ревность, обида и отчаяние. Я ни за что не позволю ему прикоснуться ко мне так же, как к этой девчонке, но как же безумно хочется именно таких прикосновений. Именно рук Чон Хосока, который сейчас упивается очередной победой.       Хочется сжечь этот бар, этого козла с красивым лицом и шлюху на его коленях, которая так пошло, даже причмокивая, сейчас вылизывает шею парня. Дешево и слишком предсказуемо. Кто бы знал, что скромница, которая на днях, заикаясь, произносила свое имя, теперь вот — облюбовала колени единственного парня в этом баре, который трахает все, что движется и который так сильно нравится мне.       Срабатывает рвотный рефлекс, потому что кожа парня блестит от ее слюны, а еще желчь внутри просто расходится неприятной горячей волной по телу. Поэтому, когда Хосок снова подходит, чтобы что-то спросить, я выдаю с мерзкой улыбкой на лице:       — Не боишься чего подхватить? — на моих губах злая усмешка, а во взгляде вселенская обида, парень прочитает их раньше, чем я пойму, что дала слабину.       Девчонка неплохая, наверное, но я бы ее придушила, если бы могла. Сколько уже смотрю вот так на Чона? Сколько хочу его, пока все вокруг берут по одной ночи с ним? Просто мне этого будет мало, один раз сорвавшись, вероятно, я сделаю себе только больнее. Окончательно сдамся этому козлу.       Хосоку нравится дразнить меня, ему нравится издеваться, потому что он уверен, утром, после смены, я приду домой, встану под горячие струи душа и буду дрочить с его именем на губах. Буду выгибаться под водой, стонать и тихо произносить раз за разом:       — Хо…       И он прав. Я буду захлебываться этим чертовым именем. Получать удовольствие, снова и снова представляя, как на коленях этого парня вместо разовой официантки буду сидеть я. Буду касаться кончиком языка солоноватой кожи, а пальцы рук будут дрожать.       У меня нет другого выхода, потому что сама ни за что не сделаю шаг вперед, а парень не станет помогать. Уж слишком долго мы тянемся друг к другу. Уже и не понятно, любовь это или просто дурацкая игра. Нравится ли нам просто дразнить друг друга или чувства действительно так крепко держат обоих?       У Хосока тоже нет выхода. Он так же, как и я, вернется домой, смоет с себя чужие прикосновения, возьмет мою рубашку, которую стащил на прошлой неделе, накроет ей лицо, опустит руку на пульсирующий член и будет тихо рычать от собственного бессилия.       Однажды меня сорвет, я сяду на его колени, расстегну штаны и трахну этого парня, забывая обо всех глупостях в своей голове. Что мы оба почувствуем после? Разочарование? Облегчение? Или отвращение? Будем ли мы вместе или останутся лишь усмешки и кривые взгляды?