No more. Сборник работ

      Юнги бережно проводит пальцами по книгам на полке, чуть заметно улыбается и выдыхает. Он помнит, как она держала каждую из них в руке, как взахлеб рассказывала о том, что недавно прочла. В ее глазах всегда было столько восхищения, словно она не книги читала, а действительно путешествовала. Как-то ночью Мин встал попить воды, а его жена сидела на полу, рядом с ней сбоку, стояла кружка с кофе, а в руках был роман. Она не могла оторваться от книги. Два дня читала так, словно времени не хватит. Юнги такой и запомнил ее. Не женщиной с испуганным взглядом, которая бледная, без сил лежит в палате интенсивной терапии, а маленькой девчонкой, которая обожала читать.       Тори обожала книги и часто читала беременной, но уже вслух. Книги стали безобиднее, волшебнее. Теперь все чаще в руках жены можно было увидеть сказки. Она улыбалась, наглаживала круглый животик и читала. Читала так много, как только могла. Юнги точно знал, что их дочь будет помешана на книгах. Может быть не сразу, как и ее мать, но со временем точно к этому придет.       Роза родилась здоровой и крепкой девочкой, а ее мать не смогла выйти из больницы. Болезнь из-за беременности сожрала Тори в два раза быстрее. Юнги так боялся этого. Боялся, что никогда не сможет принять дочь за то, что она родилась ценой жизни ее матери. Но Тори улыбнулась, коснулась щеки Мина и тихо прошептала:       — Ей нужно показать мир и книги. Научи ее, пожалуйста, любить жизнь. Не оставляй.       Роза росла подвижной малышкой, часто улыбалась и смотрела на Юнги так, как смотрела ее мать. Она была копией Тори. Даже язык также нарочито медленно высовывала, когда дразнилась.       Однажды Роза в десятилетнем возрасте забрела в мамину библиотеку. С того момента мир для нее стал чуть ограниченнее и шире одновременно. После прочтения очередной книги девочка выбегала из комнаты с диким воплем радости или отчаяния. То хохотала, рассказывая отцу о том, что произошло в приключенческом романе, то рыдала на его плече, сочувствуя чужой тяжелой судьбе.       Роза становилась все больше и больше похожа на Тори. Закатывает глаза, когда отец строго настрого запретил встречаться с местным хулиганом в пятнадцать. Нарушила все запреты, сбежав на концерт какой-то популярной рок-группы.       Юнги в тот день поехал на могилу к Тори и долго жаловался, сидя прямо на прохладной земле.       — Представляешь? Я попросил ее! Предупредил, что голову ее бестолковую откручу, а она… — Мин замолчал всего на пару секунд и тут же кивнул, словно слушал ответ своей жены. — Ты права, когда-то я так похитил тебя. Помнишь? Сбежали на выступление какого-то рэпера. Я даже забыл, какими были мы. Она идет по твоим стопам, милая. Читает, крутит шашни с хулиганом. Ты за него еще и замуж вышла.       Юнги возвращается домой, дожидается как-то слишком быстро повзрослевшую дочь и долго молча обнимает ее после возвращения.       — Я люблю тебя, твоя мама была счастливой. Будь и в этом на нее похожа.       Роза не помнит маму, но, по рассказам отца, она копия Тори. И почему это так греет ее душу? Почему эта невидимая, едва ощутимая связь с рыжей женщиной на фотографии так вдохновляет, заставляет любить жизнь.       — Что мама сказала перед смертью? — Роза всегда боится говорить о матери, но отец рассказывает о ней сам, чем радует девушку.       — Что я должен научить любить тебя мир и жизнь, но у тебя это получается и самостоятельно.       Прошло много лет с того дня, как Юнги потерял свою жену. Тори все еще смотрит с многочисленных снимков на стенах их квартиры, смотрит на него глазами дочери.       — Уговорила, — шепчет ворчливо Юнги и достает ту книгу, что Тори много лет назад дала ему и сказала:       — Созреешь для чтения, она поможет тебе, малыш. Обещаю.       Мин кивает куда-то в воздух, садится в любимом кресле его жены и дочери и раскрывает самую важную книгу в своей жизни.