No more. Сборник работ

      Тори ненавидит этого «порноактёра», потому что каждую ночь сидит и слушает, как какая-то очередная баба стонет в его квартире. Это не столько раздражает тем, что не дает спать, сколько вызывает зависть и неприятное ноющее чувство внизу живота. Ещё немного и девушка реально пойдёт стучать по стене и орать матом в лучших традициях невоспитанных людей.       Секса у Тори не было достаточно давно. А хочется до одури, особенно когда эта сучка снова начинает громко стонать, а кровать в соседней квартире призывно скрипеть. Впрочем, убивать сейчас больше хочется. Да. Взять бы эту пустую башку соседа — Пак Чимина, да как… засунуть между своих ног, зажать бедрами и пока не отработает все бессонные ночи, пропитанные диким желанием, не отпускать. Эта мысль не даёт покоя, пробуждая не самые лучшие мысли о том, как бы можно это было осуществить.       Тори честно терпит ещё месяц, почти не высыпается, разве что пару раз, когда Чимин на удивление тихо проводил вечера в своей квартире или удалялся в клуб со своими друзьями.       Чимин слишком красивый, и губы у него пухлые, влажные. Он часто кусает их, чем все чаще заставляет задумываться о том, как бы Тори его сама поимела. Сначала заставила обслужить себя за все те муки, что уже пережила. А потом принялась бы за его шикарный зад. Какое же удовольствие приносят одни только фантазии о том, что бы она сделала с мальчишкой. Вот только…       Очередная ночь. Ночная шлюха снова стонет, как течная сука. Бесит до дрожи во всем теле. Уже даже мастурбация не помогает, мечты о мести и скорой расплате. Эта дрянная девчонка… Вот бы запихать ей кляп и в рот, и в задницу, и куда там еще ее этот извращенец полутораметровый трахает?! Обоих бы огромным вибратором выебать, да так, чтобы потом месяц сесть не могли. Только вместо выполнения всех этих угроз, Тори переворачивается на другой бок, втыкает в уши наушники с классической музыкой и накрывает голову подушкой. Спасения это не приносит.       Утром Тори на работу в то же время, что и Чимину в университет, поэтому они сталкиваются у лифта. Парень просто сияет. Его ночной подружки поблизости нет, удивительно, а что, секс в лифте не попробуют? Между прочим, очень даже интересно и волнительно. Тори бы с удовольствием попробовала, вот прямо сейчас, прямо с этим наглецом, мешавшим спать всю ночь.       Девушка стоит молча, даже не смотрит на эту довольную скотину. Одного раза хватило. Чтобы возненавидеть это счастье в чужих глазах. Только вот Чимин, как всегда, приветливо улыбается:       — Доброе утро, нуна.       В этот момент внутри Тори срывает какой-то предохранитель, потому что она хватает парня за футболку, впечатывает в стену и смотрит таким взглядом, что Пак сглатывает испуганно.       — Какое, блять, оно доброе?! Ты суку свою трахал, спать не давал мне! Я сквозь наушники, подушку и стену это второй месяц слушаю. Вам орать на весь дом не надоело?! Я спать хочу!       Чимин смотрит на Тори с усмешкой. В его глазах сейчас такие черти пляшут, девушке даже немного не по себе, словно она попалась в какую-то ловушку. Пак улыбается, подается вперед и уже в следующее мгновение прижимает Тори своим телом к противоположной стене.       — Два месяца, нуна, я обращал твое внимание на себя, как мог. А тебе все некогда. Я даже пару раз заходил в гости, только ты даже пройти не предлагала. И вот я перешел в наступление. От этой порнухи меня тошнит уже, а ты все терпишь. Наконец-то, надоело. Теперь готова обратить на меня внимание?       Чимин смотрит в глаза своей соседки с таким вызовом, что по коже бегут толпы мурашек. Ничего себе, так все это время парень просто дразнил ее, пытался привлечь внимание. Кто бы мог подумать, что во всем виновата чья-то терпеливость. Вот сорвалась бы раньше и не страдала столько времени от недотраха. Как все просто было.       — Ты идиот, Пак Чимин, — выдыхает Тори уже в губы парня, потому что тот не ждет больше никаких слов и целует. Грубо, влажно, терзая чужие губы зубами. Его маленькие аккуратные ладошки уже накрывают грудь под футболкой. Сначала поверх лифчика, а после пролезают и под него, сжимая пальцами соски. Тори стонет громко, примерно так, как это делала та девушка в порно. И ей совсем не стыдно, зато между ног почти сразу становится влажно. Чимин подхватывает свою соседку на руки, а она так и жмется возбужденным телом к нему. Сейчас каждый миллиметр кожи слишком напряжен, слишком чувствителен. Хочется не просто стонать от каждого прикосновения, а кричать в голос.       Пак кусает шею Тори, оставляя на ней красный яркий засос, как слышится тихое покашливание за его спиной.       — Ребят, я понимаю, страсть и все такое, но можно это делать в квартире, пожалуйста, — у дверей лифта стоит сосед — Чон Хосок, кажется, танцор. Его щеки слегка покрасневшие, а уши, кажется, горят.       Парочка сразу же отходит друг от друга на пару шагов, низко опускает голову и судорожно шепчет извинения. Парень лишь вздыхает и, качая головой, уходит в свою квартиру, больше ничего не говоря.       После того, как сосед исчезает из поля зрения, Чимин хохочет в голос, как и Тори. Им и стыдно, и жарко, потому что даже неожиданное появление стороннего наблюдателя совсем не снижает возбуждения в теле.       — К тебе или ко мне? — улыбается хитро Чимин.       — Для начала ко мне, засранец, пора тебе рассчитаться со мной за два месяца мучений.