No more. Сборник работ

      Намджун создан для грусти. Он может долго сидеть на крыше своей многоэтажки, смотреть на ночное небо и о чем-то думать. Как-то Чимин уже пытался выяснить, почему его друг так часто проводит время в одиночестве, но вместо вразумительного ответа получил лишь пожатие плечами. Ким не любит говорить о том, что грустит из-за всего одного маленького человека. Он пишет сотнями песни о ней, поет их друзьям, улыбается, а внутри все сжимается от того, как Джун снова и снова перед глазами видит ее улыбающееся лицо. Она слишком прекрасна, она его сон, который никогда не перестанет сниться по кругу. Вот только…       Намджун уже устал, строчки так и играют в его голове. Писать о Тори с каждым разом все больнее, сердце скачет глубоко внутри, разрываясь на части от этой пустоты. Только эта девушка снова и снова не появляется в его жизни. Остается старой татуировкой с именем где-то под ребрами, которую Джун сделал по глупости. Глупая подростковая шалость оставила следы на коже и глубоко в самом сердце. Больно ли Намджуну? Больно. Только о боли он каждый раз поет, складывая все свои обращения в строчки новых песен к той, которая уже не вернется.       Только все понимающий и предпочитающий молчать Юнги снова приходит этой ночью на крышу, несет с собой флешку с очередной песней. Мин обожает помогать Джуну с его творчеством. Часто корректирует строчки, иногда пишет музыку. Юнги тоже музыкант от бога, ничем не уступает Намджуну. А еще у Юнги есть секрет, который они хранят вдвоем с Кимом, Мин любит Тори не меньше друга. Она не осталась шрамом на ребрах, к сожалению, не приходит к нему во сне. Совсем не касается чужой памяти легкими видениями. Может быть, просто выбрала Намджуна, предпочитая высокого широкоплечего музыкального гения, который все время молчит и грустно улыбается? А может быть, понимает, что Ким переживает ее исчезновение сильнее, чем Юнги?       Ни одному из них не узнать. Каждый страдает так, как умеет, черпая вдохновение там, где его не нужно искать: в человеке, который исчез из их жизни. От этого песни получаются глубокие, цепляют так сильно, что иногда вечно улыбающийся Чимин перестает улыбаться, грустно вздыхает и просит немного передохнуть от обоих музыкантов. Уходит в квартиру на несколько этажей ниже, долго сидит там, в полном одиночестве. В голове Пака много мыслей о девушке, которую он даже никогда не видел. Именно он занял квартиру, после того, как она одним ранним утром молча покинула ее. Так и обзавелся двумя друзьями в новом огромном и таком неприветливом городе. Чимин понимает в такие минуты, почему Тори исчезла. Жить в шумном мегаполисе невыносимо, а с этими двумя вечно шепчущими себе под нос слова нового трека еще ужаснее.       — Расскажите о ней, — как-то просит Пак, усаживаясь с бутылкой выпивки рядом с парнями, которые каждый в своем блокноте что-то пишут. Сочиняют, наверное, опять.       Юнги реагирует первым, потому что вечно заторможенный Намджун долго думает, вспоминает, смакует воспоминания в своей памяти. Как будто их снова пробует на вкус. Мин думает, с чего бы начать. Меняет в голове картинки одну за другой и с улыбкой произносит:       — Тори была красивая очень. Улыбалась часто. Знаешь чувство, когда после затяжной зимы ждешь весну и лето? Вот такая у нее была улыбка.       — А еще она любила рисовать. Постоянно за нами ходила с блокнотом. Десятки рисунков, зарисовок, портреты, природа… — Намджун присоединяется почти сразу. Он как будто отходит от долгого сна, улыбается, потягивается даже.       — Когда мы долго сидели в студии, Тори начинала засыпать. Намджун подавал ей огромный плед, который я как-то из дома принес. Она всегда куталась в него, торчал только смешной, чаще всего ледяной, нос, — Мин чуть хмурится, смотря на Чимина — тот сидит на ее любимом пледе. Преступление в их глазах.       — А еще она с утра пила банановый латте, ей Юнги всегда варил его, — Ким смотрит на друга и протягивает ему наполненный выпивкой бокал. — Единственный кофе, который Тори пила.       Юнги и Намджун долго смотрят друг на друга, улыбаются. Им сейчас теплее, чем когда-либо. Эти двое объединились из-за несчастной любви. Парни медленно пьют, рассказывают истории о Тори, переглядываются с пониманием, даже не замечают, что Чимин так и задремал, даже не отпив из своего бокала.       — Помнишь, она как-то сказала, что наша дружба для Тори важнее, чем любовь… — Юнги усмехается горько. — Вот за это спасибо ей, наверное. У меня уже никого не будет ближе тебя…       Ким кивает, он помнит. Помнит этот грустный взгляд девушки, такой же, как сейчас у Джуна. А еще виноватую улыбку. Тори все поняла сразу, как только переехала в квартиру напротив. Влюбленные, талантливые и красивые. Они бы передрались из-за нее, вот только…       Однажды ее вещи пропали, почтовый ящик перестали проверять, а вместо улыбки Тори утром на пороге встретил Чимин. Растрепанный, странный, почти счастливый. Джуну в тот день хотелось сигануть с той самой высотки. Только девушки улыбка все стояла перед глазами, ее любящие их обоих глаза. Выбирать? Ни за что. Это больно, разрывает на части. Один из них мог остаться навсегда несчастным.       — Где она сейчас? — Намджун утыкается лбом в плечо Юнги, тяжело выдыхая.       — Где-то далеко, думает о нас, скучает. И улыбается кому-то еще, Джун. Тори никогда не грустит. Верит в будущее и ждет от него чудес. Помнишь?..       — Верит в будущее и ждет чудес… — тихо вторит Ким и усмехается. Они с Юнги тоже верят во что-то призрачное. Может быть, зря?.. Вернется ли Тори однажды?..