No more. Сборник работ

      Юнги переслушивает песню и впервые за долгие три недели выдыхает как-то слишком довольно, даже с облегчением. Песня удалась. Он написал именно то, о чем думал и мечтал все эти долгие дни в студии, пока перед его глазами всплывал образ женщины. Она с улыбкой смотрела на него, облизывала кончиком языка свои губы и словно просила скорее закончить. Мин не видел ее больше года. Между ними океан, сотни несказанных слов и один Ким Намджун, бывший муж, который лучший друг Юнги.       — Когда-то очень давно я влюбился в девушку, но… — Юнги смеется, давая интервью на радио.       — Она выбрала другого? — ведущая так искренне ахает, словно верит в слова парня. Как будто кто-то может выбрать не Мин Юнги — знаменитого рэпера, покорившего весь мир своей новой песней.       — Именно, она вышла замуж, родила ребенка, развелась, но так и не стала частью моей жизни. Об этом и есть моя песня.       Ведущая даже теряется от такой откровенности, улыбается исполнителю и только поднимает кулачки вверх, мол, держись, парень, будет у тебя таких девушек еще сотня.       Юнги не нужна сотня. Ему бы вернуть ту, чья улыбка преследует каждый раз, когда парень садится писать новую песню о любви.       — Я не люблю писать о любви. У меня слишком много травм, связанных с этим чувством, — как-то оправдывается на выступлении парень и усмехается. Мало ему было родителей, которые никогда в него не верили, так появилась еще и Пак Тори, которая слишком быстро ускользнула из рук, стала частью семьи Ким.       Юнги возвращается домой с очередной рекламной компании, интервью и кучи вопросов о том, что за загадочная женщина, которая смогла так его вдохновить.       Звонок оказывается слишком неожиданным. Мужчина несколько секунд смотрит на экран и просто не верит своим глазам:       — Это мой сон? — звучит вместо приветствия — Мин просто не верит в то, что она ему позвонила.       — Бывший муж настоял, чтобы я позвонила. Ты меня знаешь, я ни за что… — слышится чуть хрипловатый смех и тихий вздох. — Как ты? Песня печальная, хоть и наполнена светлыми чувствами.       Тори умела понимать чужие песни, слышать в них настоящие слова, видеть подтекст и любить Юнги издалека.       — Вот как песня, так и я, — нехотя отзывается Юнги.       — Так и думала, что соврешь. Ведь рад, что смог выразить, наконец, все, что действительно чувствуешь. Лучше этого я еще не слышала у тебя.       — Знаю, — Юнги опускается в кресло в своей квартире, смотрит в панарамное окно и улыбается. Ее звонок приятно радует. Тори не появлялась на горизонте слишком долго.       — Спасибо, мне твоя песня помогла. Я люблю тебя, Юнги. Думаю, тебе пора идти дальше.       — Ты же знаешь…       — Знаю, но нас с тобой никогда не было. И не будет в будущем. Так зачем ты ждешь?       — Потому что… мне тяжело решиться.       — Я решилась, малыш. Значит, пора бы и тебе, прошло больше 10 лет.       — Я…       — И только ты, малыш. Вперед.       Экран айфона гаснет. Юнги сидит и слушает тишину. Ему кажется, что сегодня он действительно закончил свой большой этап жизни. У него больше нет причин продолжать писать о любви. Разве что к музыке?..