No more. Сборник работ

      Хосок не понимает, как вообще оказался в одном вагоне метро с той, что покинула его без лишних слов. Она не кричала, не просила объяснений. Просто собрала свои вещи, улыбнулась разбитой чашке — своей любимой чашке, а после ушла.       Хосок помнит каждую родинку на теле Тары. Помнит ее утренние хриплые стоны, как она выгибала спину, когда было особенно хорошо. А еще помнит, как обожала морщить носик, если устала от работы, от глупых шуток своих коллег. Как могла заслушивать до дыр одни и те же песни.       Чон с любопытством наблюдает за девушкой. Тара читает книгу, облокотившись в тесном вагоне метро на стенку. Улыбается своим мыслям, перелистывая страницы неизвестного Хо роману. Иногда, видимо, в самые волнительные моменты, девушка замирает, слегка склоняя голову в бок. Такая старая, но до боли знакомая привычка Тары, которую Хосок обожал всем своим существом.       В голове сразу же всплывают воспоминания. Тара впервые остается у него, жутко смущается, но целует первой.       Тара пьет кофе, сидя своей тощей задницей на едва живом подоконнике, но ее он выдержал.       Тара лениво потягивается в первый день своего отпуска в постели, улыбается Хосоку, который принес ей чашку кофе.       Тара показывает кончик языка, выводя очередную линию эскиза. Она так сосредоточена на работе, что даже прядь, выбившаяся из прически, ее совсем не волнует.       Тара кутается в кофту Хосока. Ежится от холодной зимы за окном и просит какао, который бы согрел ее этим вечером вместе с объятиями Хосока.       Чувства накрывают с головой. Хосок сильнее сжимает пальцами поручень. Закусывает нижнюю губу и понимает, что скучает по этой домашней девочке, которая всегда ждала дома, любила его наглую задницу и обнимала крепче всех, кто был до и после. Просто…       Хосок делает шаг навстречу девушке, как объявляют остановку. Тара резко отрывается от стены и выпрыгивает из вагона, тут же попадая в руки какого-то симпатичного парня с большими восторженными глазами, широкими ладонями, что идеально подходят под тонкую талию девушки.       Они о чем-то говорят, пока Хосок плавно, вместе с вагоном поезда трогается с места и исчезает в том мире, где его ждет рутинная работа, нелюбимая женщина и горький кофе по утрам.       — Так бывает, ты просто больше меня не любишь, я понимаю, — звучит голос Тары в голове Хо, как всегда мягкий и чуть хрипловатый от сдержанных слез.