ну Луффи и Луффи, чё бубнить то?

"Если бы ты не случился, я бы давно умер от скуки, Стереть из памяти можно всё, но только не твои руки." Тут у Крокодайла было много времени на то, чтобы подумать. Хоть вагонами греби. Ну так он думал, садясь впервые на лавочку достаточной просторной, для одиночной, камеры. Первым делом он решил сделать то, чего ему не удавалось долгое время: выспаться. На то, чтобы уснуть, времени много не ушло. Крок достаточно быстро отключился. Примерно через два часа, как и полагается, он должен был увидеть первый сон. Фазы сна, всё такое. Тема, конечно, интересная, но Крокодалу сны не снились, так что фазы сна он воспринимал как то, что просто влияет на пробуждение и то, в каком он будет настроении. Думаю, его могли бы понять многие люди, страдавшие бессонницей, когда уже без разницы, как спать: лишь бы не разбудили не вовремя. И да, сунавани действительно никакой сон не приснился. Он просто спал, спал, всё ещё спал и да, спал. Достаточно долго этим он занимался, должен вам сказать. Целые сутки провалялся. Хорошо, что заключённых шестого уровня ни на какие задания и наказания не отправляли, а то Крок им точно всем головы поотвинчивал бы за то, что его разбудили. Ну да не будем задерживаться на биологии. Хотя, думаю, строение крокодилов и аллигаторов весьма интересная тема, но как-нибудь в другой раз. А пока что Мистер Зеро просто спал. Ан-нет, проснулся. Потягиваясь и широко зевая, он оценивал примерную обстановку. Ничего не изменилось: всё та же гогочущая толпа какого-то "особо опасного" сброда, которого одним щелчком по лбу можно из строя вывести, всё те же наручники и, хах, "ожерелье" из кайросек, всё то же замкнутое пространство. Не то, чтобы ему сильно хотелось на волю, нет, просто тут было весьма удручающе, душно, противно. Была бы это полностью ограждённая от других преступников камера, было бы легче. Но что есть, то в данный момент не изменить, так что приходилось довольствоваться малым. Проснулся он, кстати, ровно к завтраку. Тюремные служащие лениво плелись от камеры к камере, чуть ли не кидая заключённым их еду, но таким как Джинбею, Катрин Девон, Сан-Хуан Вульфу, Ширью, Крокодайлу и ещё особо выдающимся перцам они подавали пищу со страхом в глазах, чуть ли не кланяясь. Хотя, не думаю, что Вульф бы заметил хоть какие-то их действия, а тем более эмоции, даже если бы было светло, как днём. А вот Крокодайл это себе оставил на заметку - неплохо иметь пару дозорных крыс, которые из страха будут приносить газеты, сигары и прочие приятные мелочи. Вообще, король пустыни легко со всем расставался, не задумываясь о последствиях, но бросать курить и быть не в курсе нынешних событий совершенно точно не входило в его планы. И в кратчайшие сроки он-таки обзавёлся мальчиками на побегушках, приносящих ему и наисвежайшие выпуски газет, и сигары, и даже чай, иногда бывало и с принятыми бонусами вроде печенья и прочих кондитерских изделий. В первом же выпуске газеты, на самой первой странице, Крок увидел то, чего так долго не хотел видеть. Или всё же хотел? Сам он не знал, какие чувства у него вызывает теперь этот человек, но новости улыбнулся. И где это они заголовки такие угрожающие берут? "Мугивара Луффи зловеще врывается на базу морского дозора G8, где неистовствует со своей пиратской бандой" и подзаголовок "Дозор так просто не сдаётся!". Одних этих слов было достаточно, чтобы Крок понял, что Луффи со своей командой просто не туда свернул. Не умел он неистовствовать против дозора без причины. Хотя, может причина и была, но, прочитав статью, сунавани убедился в правдивости своих догадок. "Как гром среди ясного неба, в бухту базы морского дозора G8 попал корабль Мугивар! По словам очевидца плотника:" Он просто упал с неба! Это было ужасающее зрелище! Как только корабль цел остался? Не понимаю." После их внезапной атаки, корабль направился прямиком к порту, где вся ужасающая пиратская свора направилась в саму базу. Там, переодевшись в служителей правосудия, они наголо обчистили камбуз, до чего один из них успел победить местного кока в неравном поединке! Но по какой-то непонятной причине кок, как и все, кто ел стряпню кока Мугивар, утверждают, что ничего лучше в жизни они не пробовали. Вероятно, он подсыпал им какой-то неизвестный наркотик! Сейчас же все, кто в тот момент питался на камбузе, отправлены в медпункт и с них берут анализы. Их канонир переманил самого талантливого плотника базы на свою сторону, потому как они оба были застигнуты за разговором о корабле Мугивар. Вот что удалось подслушать:"- Мне плевать, пират ты или кто, но твой корабль не достоин такой учести. Он на грани гибели. Как бы мне не хотелось того признавать: ему врятли что-то поможет. Всё, что было в моих силах, я сделал. А теперь дай своему кораблю провести последние дни своей жизни достойно, с честью!", после чего они оба были схвачены солдатами дозора. В итоге их мечник вместе с капитаном, с помощью стрелка, освободили своих и скрылись в неизвестном направлении..." Также там было ещё пару слов о Нико Робин, чему Крок не особо сильно, но удивился и про какого-то тануки. Вероятно, они про того оленя-доктора, когорого и сам Крок сначала за енота принял. Ну и, конечно, очень много про самого Мугивару, с кучей цветных, на минуточку, фото. Крокодайл впитывал во все глаза: образ Мугивары - яркий, пламенный, как пожар полярной ночью на айзберге, одни лишь фото приятно жгли глаза, давали мечтам зарождаться и стремится к их достижению. Мечты у Зеро-чана, пока что, не зародились. Да и не надо оно ему было: зачем лишний раз возлагать надежду на нечто маловероятное? Верно, незачем. Потерял он это стремление ещё давно. До того, как прибыл в Арабасту, до становления на пост шичибукая. Примерно в момент казни Роджера. Это был жаркий, солнечный день, всё радовались, смеялись и пили. Лишь юнги Шанкс и Багги плакали так, как никогда раньше. И старик Рейли. Как он однажды сказал:" Я никогда не смеялся, как в тот день, я никогда не плакал, как в тот день, я никогда столько не пил, сколько в тот день...". Крок не плакал в тот день, не радовался. Роджер был первой искрой для мечты, его улыбка, его слова - в нём завораживало всё. Мугивара был ровно такой же, ворвался как снег в пустыню и ослепил своим сиянием. Он не боялся ничего: ни жизни, ни смерти. Перед ним стояла мечта, только мечта и ничего более. А по его бокам находились накама. Это было всё, о чём он мог только мечтать. Целеустремлённый, прекрасный и недосягаемый. Он не бился за чьи-то идеалы, не бился за справедливость в её общепринятом виде, не поощрял никого. Ему нужен был более вещественный повод: слёзы накама, вода из Юбы. Если брать моменты ранее, то истоптанный онигири, магазин пса, у которого умер хозяин, ложь во имя спасения деревни, шрамы Лабуна, прерванный столетний поединок, разрушение королём собственного государства и так далее. Это не было ни помехой на пути к мечте, ни тем, что помогло бы. Он просто делал это, потому что так было надо. Так было правильно. И Крокодайл это знал, но это знание ему практически ничего не давало, как и то, что Мугивара Луффи мог дать ему мечту. Быстро пролистав остальные страницы газеты, он отложил это развлечение на потом, а пока что решил поесть, раз уж принесли. Как бы странно то не звучало, но кормили тут хорошо. Ну жаловаться было не на что, хотя находились такие выскочки, которым якобы еда испорченная подана была, но дозор их быстро ставил на место, особенно если являлся Ганнибал, а того глядишь и сам Магеллан приходил. Редко, конечно, но бывало и такое. День прошёл также спокойно, как предыдущий и последующие. Раз в какой-то небольшой промежуток времени на обложках газет самым крупным планом можно было увидеть улыбку Мугивары, что, безусловно, радовало взор сунавани. Пожалуй, это единственный пират из ныне существовавших, к кому Крок имел хоть какое-то уважение. Да, он из тех дурацких мечтателей, что упрямо стоят на своём, не собираясь отступать, но даже это в нём было притягательно. Да, король пустыни проиграл ему и принял поражение, как и всегда, но желания отомстить не было. Почему? Даже он сам не знал. И снова этот Монки Ди Луффи, снова как вьюга в июле, натворил что-то ужасно смехотворное. Разрушил сам Эниес-Лобби, спас свою накама - Нико Робин, снова его награда взлетела, и даже остальным членам команды её дали. Хотя, как показалось Крокодайлу, оленя явно недооценили. 50 белли? Да на это даже газету купить нельзя. И если со спасением накама всё было ясно, то с разрешением острова - как-то непонятно. Мугивара был не из тех, кто любил делать много шума, хотя без этого, конечно, никогда не получалось. Крок как раз дочитывал последние строки статьи, в которой всё, как обычно, было слишком преувеличено, как конвой, в сопровождении Ганнибала и Магеллана, ввёл на шестой уровень Портгаса Ди Эйса. Крокодай насторожился: что пират с такой высокой наградой делает в тюрьме? Неужто кто из ёнко бушует? Белоус бы не дал просто так ему попасть сюда. Посадили его с рыцарем моря Джинбеем. Но долго голову над этим ломать Крок не стал, а просто лёг спать. Шли дни, Мугивара всё дорожал и дорожал, как самое ценное сокровище Гран Лайн, равных которому во век не сыскать. Крокодайл узнал, что они с Эйсом названные братья. Вообще этот огненный кулак любил трепаться о своём младшем брате, что в какой-то степени даже радовало сунавани. Любое упоминание об этом чёртовом резинке отдавалось ударами по всему телу. Приямо как тогда, в гробнице. Это был честный бой, и Мистер Зеро честно его проиграл. Но хоть это и было давно, ощущения горячих и влажных кулаков до сих пор горело на коже. Мугивара был чёртовым восьмым чудом света. А потом он и сам явился в Импел-Даун за своим братом, но не нашёл его, зато нашёл Крокодайла, которому, само собой разумеется, хотел надрать зад. А король пустыни просто наблюдал. Луффи изменился. В его глазах не было прежнего огня. Крок не знал из-за чего, да и не надо оно ему было, но ему надо было во что бы то ни стало пойти с ними. И у него, чёрт возьми, вышло. Скрывая довольную улыбку, он ждал, когда Мугивара расправится с его наручниками и "ошейником". Работать с восковым ключом было сложновато, но выходило достаточно неплохо, хоть и медленно. Хотя быстрота процесса Крокодайла не волновала, ему было достаточно находиться рядом, держать будущего короля пиратов в поле зрения. Через какое-то время Луффи расправился с наручниками и тем, что было на шее, затем посмотрел Крокодайлу в глаза, сохраняя зрительный контакт в течении примерно полуминуты и, также не разрывая его, добавил: - Один раз я тебе уже надирал задницу, так что если понадобится, то я сделаю это ещё раз. Мистер Зеро на это просто хмыкнул, мысленно ставя себе задачу: сильно не раздражать этого ребёнка. Теперь он был свободен. Ну почти. Иссушив стену, он направился за остальными наверх. По пути, на четвёртом уровне, они прихватили с собой Даз Бонса, после чего продолжили подниматься, понемногу то редея в своих рядах, то пополняясь очередным бесполезным сбродом. Вскоре они уже отбывали от врат правосудия, оплакивая Мистера 2. Крокодайлу чужды были слёзы, но чувства Мугивары и остальных он прекрасно понимал. Всё же Бон-чан имел какую-то особую притягательность, заставляя всех вокруг заражаться любовью к жизни и мечте. Наверняка поэтому они с резинкой так хорошо поладили ещё в Арабасте. От воспоминаний об этом месте повеяло горячим ветром, крокодильим запахом, лёгким бризом, мужским адеколоном и тоской. Фактически, равных ему там не было, но Мугивару Луффи это не волновало, он всё равно победит всех и станет Королём пиратов. Да, глупые мечты, но из уст этого человека эти самые глупые мечты звучали так правдоподобно, что не хотелось даже спорить. Не решив предаваться грустным воспоминаниям, Крокодайл пошёл в самое тихое место на судне, которое было рядом с Мугиварой. Багги уже успел создать шумиху где-то рядом с камбузом на нижней палубе, вовлеча в эту клоунаду процентов семьдесят присутствующих. Ещё процентов 28 просто бесцельно ходили по палубам и в различных помещениях, может что искали, а оставшимися двумя процентами были единственные адекватные люди в этой компании. Монки Ди Луффи, Джинбей, Даз Бонс, Эмпорио Иванков ещё несколько людей и, само собой разумеется, сам Крокодайл. Так вот, те самые адекватные личности успокаивали бунт и решали какие-то сложные вопросы, кроме Крокодайла и Луффи. Мугивара просто сидел на носу корабля и смотрел вперёд. В его глазах не было того огня, ради которого сунавани вышел из своего достаточно продолжительного заточения на шестом уровне ада. Этого резинового паршивца хотелось ударить, да так, чтобы звёзды в глазах сверкали, хоть как-то имитируя желаемое, но этого было бы мало. Разумеется, Крок хотел об этом сказать главному зачинщику сего торжества, но только не в такой обстановке, где фоном служат выкрики из разряда "Багги-сама, вы лучший!" и так далее и тому подобное. Поэтому, не тратя много времени на раздумья и прочие глупые штуки, он схватил Луффи за руку и потащил в сторону кают. - Эй! Мы куда? - сразу встрепенулся резиновый человек. - Сейчас узнаешь, - коротко и достаточно грубо бросил Крок под вопросительно-угрожающий взгляд рыцаря моря. Разумеется, окружающие не особо волновали их обоих в данный момент, одному было интересно то, куда его ведут, а другому то, что из этого всего выйдет. Затащив Луффи в самое дальнее подсобное, но по какой-то причине почти полностью пустое, помещение, Крокодайл двинул его к стене, нависая сверху грозовой тучей и ставя по правую сторону сверху свою руку на стенку. - Ты что-то хотел? Драться? - уверенно интересовался Шляпа, готовый в любую секунду ударить. - Не драться. Ты уже победил меня. Мне нужно то, чего у тебя сейчас нет. Где твой огонь в глазах? - максимально серьёзным тоном огласил сунавани то, что его гложит на протяжении уже нескольких часов, но ответом ему послужил лишь вопросительный взгляд и искренние слова непонимания. Мистер Зеро сел на деревянный ящик, стоявший рядом и махнул рукой, - забей. Как и ожидалось, Шляпа совсем не планировал делать то, что сказал Крокодайл. Он встал напротив него и начал буравить взглядом чёрно-фиолетовую макушку, пока рукокрюкий наконец не поднял взгляд. - Что ты имел ввиду? - было сложно видеть Луффи серьёзным, просто невыносимо. - Для начала сделай лицо попроще, - почти-что приказным тоном произнес бывший шичибукай. На удивление, его слова не пролетели мимо ушей и резиновое лицо действительно стало попроще. И он быльше не стоял над душой, а запрыгнул на ящик напротив, свесив вниз одну ногу и положив на другую руку и голову. - Так что ты имел ввиду? - даже голос стал звучать проще, неужели Монки Ди можно управлять? Или ему только показалось? Так или иначе стало легче его воспринимать. - Ты изменился. Очень сильно изменился. Почему я не вижу в твоих глазах стремление к мечте? Тебя неприятно таким видеть. Почему ты стал таким? - Мне нужно спасти брата, - чтож, эта фраза обнадёживала в каком-то плане, но не настолько сильно, как хотелось бы, - ты даже драться не хочешь? Я думал, ты захочешь отомстить. - Это не в моём вкусе, - Мистер Зеро поджёг сигару и сделал затяжку, после чего коротко усмехнулся и выдохнул дым. - А курить это как? Классно? - Шляпа снова оказался рядом, поставив руки на коробку Крокодайла и смотря уже снизу вверх. - Можешь попробовать, - он протянул сигару в резиновые руки и начал наблюдать за весьма смешной картиной. Луффи попытался сделать очень сильную затяжку, но почти сразу закашлялся, протягивая табачное изделие обратно владельцу. Сунавани рассмеялся. - Ты чего, блин! Как ты это вообще куришь? - всё ещё не понимал причину смеха резиновая трёсотмилионная голова. Уже успокоившийся Мистер Зеро пожал плечами и сделал очередную затяжку, выдохнул дым в лицо Луффи, - Крооооок, не наааадо. Шляпа снова начал кашлять, но уже не так сильно. Крокодайл растянулся в улыбке и подцепил Гому Гому парня крюком, сажая у себя между ног спиной к себе. Монки Ди удивлённо похлопал глазами, но ничего не сказал, просто расслабился и полностью лёг на логию песка. Докурив сигару, Зеро-чан потушил окурок об стену и кинул на пол - всё равно не их корабль. Теперь правая рука была вольна делать то, что вздумается хозяину, посему она сняла соломенную шляпу Луффи и легла на чёрную макушку, то приглаживая, то растрёпывая волосы. Мугивара положил вторую руку с крюком себе на живот и обнял, начиная засыпать. Недомолвки так и останутся недомолвками, пока они не спасут Эйса. Зато есть один плюс - Крок теперь не умрёт от скуки и руки из памяти теперь не надо стирать.