Принц и Лесная Земляника. Вбоквелы

      Нет, определенно, Северус очень удачно съездил в Италию. Собственно, ехать Принц не больно хотел. Но, во-первых, там должна была выступать с докладом мисс Корвин, а ее статьи по выращиванию волшебных растений в искусственных условиях вызывали интерес, как и все на стыке магии и маггловских технологий. А во-вторых, даже его дед Септимус, не говоря об остальных родственниках, начал рассказывать о необходимости продления рода. Берри упорно пыталась его познакомить сначала со своими подругами, потом уже с их дочерьми. Нарцисса занималась примерно тем же. Беда была в том, что половина из этих дам либо училась вместе с ним и помнила его жалким полукровкой, либо, что было гораздо хуже, он учил их, и они помнили его редкостным гадом. Северус же никак не мог найти женщину, с которой бы хотел связать свою жизнь. Нет, интрижек, коротеньких романов, просто встреч с дамами ему хватало, но женитьба… Решив дать себе последний шанс на поиск подходящей партии, Принц отправился на конференцию в Римини. В конце концов, мастер Веленозо там тоже будет, и пусть его дочери давно замужем, но у него наверняка полно всяких племянниц и прочих родственниц, которые могут составить достойную партию. Ну, а если и здесь не сложится, тогда Северус поищет ведьму, которая родит ему ребенка за деньги и откажется от притязаний на него. Он даже выяснил про суррогатное материнство у магглов. В конце концов, так ли важно, кто выносит его ребенка?       Но в Римини все пошло не по плану. Принц с удовольствием погрузился в атмосферу конференции, слушал доклады, спорил — здесь была его стихия, ведь все говорили о зельях и том, что с ними связано. После обеда был тот самый доклад, ради которого Принц и поехал на эту конференцию. Все же его увлечение маггловской химией и биологией волшебники практически не разделяли, а тут такая тема. Мисс Корвин поднялась на кафедру и начала свой доклад, сопровождавшийся записанным изображением основных результатов ее работы. Это было потрясающе. Но Северус все время боролся с мыслью, что мисс Корвин ему кого-то напоминает. Ну, конечно, пусть он последний раз видел ее подростком, а буйные волосы были тщательно уложены, но все-таки Северус узнал — это была мисс Грейнджер. Честно говоря, он удивился — даже не столько смене фамилии, с девушками такое бывает, сколько самим фактом присутствия мисс Грейнджер на волшебной конференции. Кажется, Берри рассказывала, что ее двоюродная племянница оставила Хогвартс после пятого курса и вернулась в маггловский мир. Что ж, теперь понятно, что мисс Грейнджер (или мисс Корвин?) не оставила магический мир насовсем, а смогла что-то придумать на стыке магии и науки. И это было действительно интересно. А тут еще девушка, отвечая на его вопрос — а он по глазам видел, что она его узнала — сама предложила обсудить тему в индивидуальном порядке. Чем Северус и воспользовался. И снова мисс Корвин (или мисс Грейнджер?) смогла его приятно удивить. В отличие от всех остальных его бывших студенток, девушка перед ним не робела, а даже смогла ответить колкостью на остроту. А еще она была необычайно умна, и разговаривать с ней было невероятно интересно. Да Северус и сам мог бы многому поучиться у нее. Например, тому, как сделать эту «презентацию». Давненько Принц не встречал женщин, которые бы его так восхищали в интеллектуальном плане. Нет, конечно, такие дамы были, но либо приходились ему родственницами, либо были замужем, либо вышли из репродуктивного возраста. После того разговора так и повелось, что на конференции они ходили на одни и те же секции, вместе обедали, а частенько и ужинали, и скоро их общение стало практически дружеским.       Через пару дней Северус решил взять тайм-аут. Он пропустит одну лекцию, проведет время на морском берегу, а заодно подумает над ситуацией. С одной стороны, мисс Грейнджер (или Корвин?) его невероятно привлекала не только интеллектуально, но и чисто физически, однако с другой стороны, она была намного моложе его. Вряд ли ей нужен такой поистрепавшийся кавалер. Прежде чем переводить общение в другую сферу, нужно хорошенько подумать. Поэтому Северус Принц отправился на магический пляж, чтобы море, солнце и ветер помогли ему разобраться со всем этим. Нагрузив мышцы работой, а плавать он любил, Северус отстраненно думал о том, что ему делать в этой ситуации. И тут он отчетливо понял, что влюбился. Это стало каким-то неожиданным открытием, ведь с тех пор, как было снято проклятие с Принцев, он не ощущал ничего подобного. По крайней мере он определился. И дело было даже не в продлении рода. Все отошло на второй план. Вдруг краем сознания Северус отметил, что какая-то девушка просто дрейфует довольно далеко от берега. Решив уточнить, все ли в порядке, он подплыл и, к своему удивлению, обнаружил мисс Корвин. Она от неожиданности чуть не потопила их обоих, но все же они выбрались на берег. После такого, конечно, можно было переходить к именам, чем он и воспользовался. А заодно насладился видом девушки. Пусть купальник был довольно скромный, но скрыть прекрасную фигуру в отличие от мантий не мог. А еще Северус понял, что тоже небезразличен Гермионе. По крайней мере, она очень неумело прятала свой интерес к нему. И Северус не спешил. Он ухаживал за ней медленно и нежно, постепенно узнавая и все больше влюбляясь. Но Гермиона неспроста оказалась на алознаменном факультете. И через несколько недель Принц оказался в ее постели. Узнав, что у Гермионы он будет первым, Северус решил было сдать на попятный. Все же она заслужила кого-то получше, чем мужчина со скверным характером, намного старше и с не самым лучшим прошлым. Но он глубоко ошибся, Гермиона была настроена решительно, отчитав его, девушка все же добилась своего. И кто он такой, чтобы устоять перед такой красотой и напором?       Следующие полгода Северус постепенно раскрывался перед ней, а Гермиона принимала его вместе с его непростой историей. Она ничуть не удивилась его роли в магической войне, а кивала так, словно получила фактическое подтверждение давно сделанным выводам. Родство с Блэками и семейное проклятие вызвало у нее скорее научный интерес, и Гермиона еще долго и подробно расспрашивала о подобного рода проклятиях. От его же анимагической формы она и вовсе пришла в восторг. И время от времени просила, чтобы Принц обернулся черным снежным барсом, чтобы вдоволь насладиться его мягким мехом и полюбоваться грацией дикого кота. Особенно ей нравился его длинный и пушистый хвост. Гермиона так умильно просила его дать погладить «котика», и, конечно, Северус не мог ей отказать.       Когда ему больше нечего было ей рассказывать, он сделал Гермионе предложение руки и сердца, готовый, что будет отвергнут. В лучшем случае девушка попросит время подумать. Северус уже решил, что будет с ней столько, сколько она позволит, но удерживать не станет. Ведь она просто невероятная. И эта невероятная девушка согласилась. Единственной просьбой Гермионы было повременить с наследниками, так как ей хотелось бы сначала защитить почти дописанную диссертацию. Принц летал на крыльях и, пожалуй, никогда еще он не был таким счастливым. Еще раз взойти на вершину абсолютного счастья ему довелось, когда Гермиона родила ему сына. Держа на руках маленького Принца, Северус смотрел на свою любимую, которая была прекрасна со слипшимися от пота волосами, россыпью легких, едва заметных веснушек на носу, такая уставшая, но счастливая и гордая. И спустя несколько лет брака Северус еще не до конца понимал, за что же ему выпало такое счастье. Гермиона была умна, терпела его характер, но не давала на себе ездить, постоянно училась и учила, да еще была чертовски красива. Нет, кто-то мог бы увидеть в ней недостатки — веснушки, непослушные волосы, слишком крупные зубы, но Северус с каждым годом любил ее только сильнее.       Вот и сегодня Гермиона шепнула мужу за обедом, что его ждет сюрприз. Северус знал, что чем скромнее мантия и платье, тем более интересные вещи они скрывают. У Гермионы вообще была слабость к красивому и эротическому белью, поэтому Принц принялся гадать, что его ждет сегодня — сетчатый комбинезон со стратегическими вырезами в самых интересных местах или нежнейший шелковый пеньюар? И, как всегда, не угадал.       Гермиона уже ждала его, когда он вернулся из лаборатории. На ней был маленький черный топ и коротенькая юбочка, кажется, в таких играют в теннис, а из-под юбочки свисал он — длинный и пушистый лисий хвост. — Ты овладела частичной самотрансфигурацией? — ему показалось это самым логичным объяснением.       Гермиона облизала губы, торчащие соски говорили, что она уже весьма и весьма возбуждена. Она чуть хрипло рассмеялась: — Нет, иди ко мне и проверь.       Она стала на четвереньки на кровати, призывно прогнув спину, так что ее попа стала выглядеть еще соблазнительней, а грудь практически вывалилась из топика. Больше Северуса уговаривать не было нужды. Он опустился на колени перед своей любимой и для начала страстно ее поцеловал, не забывая ласкать грудь, а потом переместился, чтобы все-таки рассмотреть, откуда у его Гермионы взялся хвост. Вот чертовка! Хвостом заканчивалась анальная пробка, которую Гермиона уже весьма удачно разместила по назначению. И в этот раз белья на ней не оказалось вовсе. Северус, уже и так заведенный, понял, что теперь его стояк просто каменный. Одной рукой он провел по промежности — мокрая и готовая Гермиона издала тихий стон, второй он судорожно избавлял себя от лишней одежды. Аккуратно отодвинув хвостик, Северус вошел в свою девочку, сначала осторожно, но Гермиона сипло попросила: «Быстрее!» И он исполнил ее просьбу. Когда первый накал чуть схлынул, он чуть отстранился, вышел и аккуратно принялся доставать пробку. Довольный стон подтвердил правильность такого решения. А он не мог оторвать глаз от раскрывшегося зрелища — ее анус манил и был готов принять его член практически сразу. Нет, анальный секс не был для них в новинку, но вот так сразу, без подготовки! Голова Северуса отказывалась соображать, но все же он призвал смазку (Гермиона, конечно, и сама была очень мокрая, но зря он, что ли, старался, разрабатывая специальный состав, чтобы избежать неприятных последствий таких развлечений?) и для начала обильно смазал анус, проникая туда одним, а затем двумя пальцами. Гермиона заерзала, и тут он вошел в нее. Нет, он никогда не привыкнет к мысли, что ему так повезло с любимой женщиной. Совершая всем известные телодвижения, Северус все ближе и ближе подходил к развязке. В зеркале он мог видеть, что его Гермиона получает не меньшее удовольствие. И тут Северус почувствовал, как сначала сжались, а потом расслабились ее мышцы, а довольный стон возвестил, что со своей миссией он справился. Больше не в силах сдерживать себя, он кончил в ее задницу. Потом еще немного полюбовался на ее широкую дырочку, блестящую от спермы, и влажную киску, улегся на кровать и притянул ее к себе, нежно обнимая. — Гермиона, я люблю тебя. — И я тебя, Северус.       Как же хорошо засыпать, держа свое главное сокровище в объятиях. — Помнишь, я обещала тебе сюрприз? — почти сонно пробормотала Гермиона. — И он удался. — Ах, да, но сюрприз не в этом. Северус, у нас будет еще один малыш. — Гермиона! Я не думал, что может быть что-то лучше, чем твой лисий хвостик, но это определенно самый замечательный сюрприз на свете.       Гермиона счастливо засмеялась.       И он прижал к себе свою девочку еще крепче. Северус не знал, чем заслужил такое счастье, но он никому ее не отдаст.