Club

Следующие дни я провел в заточении, не хотел никого видеть и ни с кем говорить. Музыка заменила мне весь окружающий меня мир. Я лежал на кровати закрыв глаза, а в наушниках играла Марай Кэрри, которую порой сменяла Тони Бракстон. Песня за песней и я все больше проваливался в мир фантазий, где я сам писал сценарий своей жизни. Голоса, такие нежные, пронизывающие до глубины души, словно окутали меня в свои объятия и не давали реальной жизни забрать меня. Телефон обрывался от звонков, кажется, все люди нашего города решили вспомнить о моем существовании и стали названивать мне. Столько пропущенных я не видел никогда в своей жизни. Мой шеф, мама, которая звонит не чаще раза в месяц, Саша, друг с работы и еще пара тройка знакомых. Но один номер, позвонивший всего два раза был мне неизвестен. Поднеся телефон ближе к лицу, и поглядев на бегущую строчку из 11 цифр, в мыслях промелькнуло, а может это он. Но я тут же одернул себя, наверное, очередной банк хочет предложить мне выгодно взять кредит. В наушниках заиграла очередная песня Мараи, что-то новогоднее, я подошел к окну, посмотрел на тусклый вид за окном, и вдруг так захотелось, чтобы наступила зима, снег бы покрыл всю эту серость и сделал город приятнее глазу. Все бы праздновали новый год, и рядом с тобой кто-то был, и на сердце было бы так тепло и чьи-то руки лежали у тебя на плечах. На самом деле я никогда не любил этот праздник, всегда казалось, что он создан для того, чтобы приносить людям не столько радости и счастья, сколько боли и мыслей о том, что они никому не нужны. «Новый год, это семейный праздник, ты должен провести его со своими близкими!», так всегда говорит моя мама. Но я не чувствую, что я для кого-то близкий человек, что же тогда мне делать, натянуть неискреннюю улыбку на лицо и делать вид, что все происходящее заставляет меня быть счастливым, ведь я в кругу семьи, самых близких и родных людей? Так и проходили все наши праздники. Папа напивался до безумия, как в последний раз, потому что в будние дни мать не подпускала и на миллиметр его к чему-нибудь спиртному. Мама закатывала скандал, поэтому каждый раз после праздника у нас в шкафу стоял полностью новый сервиз. Я в такие моменты закрывался у себя в комнате, брал старый отцовский плеер и делал звук погромче, чтобы не слышать, что происходит в квартире. Возможно, отсюда и пошла моя привычка, скрываться от проблем в мире фантазий, сопровождаемые звуками музыки. И когда я уже мог сам решать, с кем провести это «светлое и счастливое время», я чаще был один. Но почему то сейчас захотелось оказаться именно в этом моменте и ощутить на себе все те чудеса, про которые так много говорят. То ли песня так подействовала, то ли во мне действительно что-то изменилось. В тот вечер у клуба меня словно посетило озарение, и я понял, как мне стоит двигаться дальше. С походами в бары и клубы для натуралов я решил завязать, да и вообще закончить все попытки переломить себя. Ну не выходит у меня с девушками, видимо эта история не про меня. Сперва я решил поговорить с мамой, открыться ей, рассказать, кто я есть и как на самом деле мне живется. Но как только на конце провода раздалось такое знакомое «Ой, сыночка, это ты», я тут же почувствовал, как дрожит все мое тело и к горлу подкатил ком, не дававший сказать и слово. Мне стало страшно, что же она подумает обо мне. Кроме нее у меня больше никого нет, и если от меня отвернется самый дорогой мне человек, то что же будет дальше. Поэтому я решил повременить с такими открытиями. Но потом ко мне пришло осознание, раз я и близкому человеку не могу рассказать всю правду о себе, то, как я собираюсь открыться этому миру? От этой мысли на меня вновь накатила тоска, снова стало казаться, что принять себя это неудачная идея, я не могу этого сделать, так и буду метаться из стороны в сторону и в конечном итоге останусь одиноким и обезумевшим стариком. Прошла уже неделя моего затворничества. Я не помню, когда в последний раз принимал душ и брился, отросшая борода колется и чешется, но у меня совершенно нет никакого желания приводить себя в человеческий вид. Позвонил Поль, шеф ресторана, где я работаю, пообещал меня уволить, если завтра не появлюсь на кухне. Пришлось соврать ему, что подцепил грипп и пока не взял больничный. До чего дошел, вру, чтобы не ходить на работу, а ведь раньше это была моя отдушина, если можно так сказать. Я работаю в ресторане современной кухни, клиенты и представления не имеют, как должно выглядеть то или иное блюдо, поэтому ты можешь вложить в блюдо все свои сумасшедшие идеи. Так что я и слово отгул никогда не знал, лучший работник в каждом году. Только это спасало меня от увольнения. Поль в приказном тоне сказал мне быстрее выздоравливать и повесил трубку. Мне уже не хотелось слушать музыку, болели уши и я подумал, что мои перепонки не выдержать такого количества песен, прослушиваемых на полной громкости. Весь день я провел за телефонными разговорами, ведь пропущенных накопилось немало. Со всеми я старался придерживаться уже придуманной мной легенды. -«Представляете да, в конце весны взять и подцепить грипп, а говорили, что вирус уже ушел. Обман, кругом обман, и не говорите». К вечеру я дошел до того незнакомого номера. Что-то мне подсказывало, что это никакой не банк, и если я позвоню, то трубку возьмет живой человек, но что же мне сказать. Я так и не решился перезвонить, может если позвонят еще раз, то уж тогда, то я отвечу. Утром я обнаружил, что у меня совсем пустой холодильник. Смешно, у повара и нет никакой еды. По правде говоря, я для себя не готовлю, все мои кулинарные навыки воплощаются только на кухне ресторана, а дома мне достаточно закинуться пачкой заварной лапши и булочкой, а остальное время поддерживать свою жизнедеятельность огромными кружками с чаем. Проблемы душевные я решил разбавить еще и физическими. Заработать какой-нибудь гастрит, мне кажется идея неплохая, как-то скрасить свои будни. Да и от изжоги еще никто не умирал. Поход в магазин оказался задачей непростой. Я и не думал, что так плохо выгляжу, подумал я, увидев свое отражение в экране телевизора. Бритва, не рассчитанная на такое количество волос порой застревала, и приходилось вырывать ее из появившихся кущ на моем лице. Повсюду были мелкие царапины, словно разозлившаяся девушка зарядила мне букетом с шипами. Проведя пару раз рукой по волосам ничего не изменилось, из зеркала на меня продолжал смотреть изнеможённый проблемами, несчастный парень, с поцарапанным лицом и с растрепанной прической. Накинув на себя первое попавшееся худи я вышел из дома. Погода совсем не радовала, промозглый ветер пробирал до костей, солнце и не думало показываться из-за туч, все было серое и в воздухе пахло дождем. Зайдя в магазин, я взял тележку и побрел уже до боли знакомый отдел с готовой едой, по дороге прихватив пару бутылок воды и пачку чипсов. Стоя в очереди я разглядывал проходящих мимо меня покупателей. Все такие разные, тут и мамочка с ребенком, который кричит и хочет вернуться в отдел с игрушками, вот прошла старушка, шаркая ногами, как только люди ее возраста еще живут. На вид ей было лет 80, маленькая, вся сморщенная с худыми руками. Медленно везла тележку и с печальным до боли взглядом смотрела на полки, полные продуктов. Следом промчался парнишка, подросток, держа в руках скейтборд. А где-то позади него шел охранник, с важным видом осматривал свои владения, показывая, что он на страже порядка в этом магазине. И вдруг посередине моих наблюдений я услышал звонкий заразительный смех, и кто-то крикнул «Эй, сладенький». Я не хотел оборачиваться, неужели это меня. Из сотни магазинов в нашем городе Джейн выбрала именно тот, что у моего дома. Я нервно стал разглядывать людей в толпе, может и он, тоже здесь, ведь они никогда не расстаются. Вдалеке я увидел, как в толпе промелькнули черные пряди волос и скрылись где-то у кассы. Джейн была все ближе, а моя очередь все еще не подходила. -Ну ты что, не узнал меня - раздалось за моей спиной -О, Джейн, рад тебя видеть, прости, я наверное задумался, не слышал. Не принимай на свой счет. -Ну как у тебя дела, ты так быстро ушел в тот вечер – Джейн выглядела очень обеспокоенной, но под этим скрывалось большее желание утолить свое любопытство. -Грипп - неожиданно вырвалось у меня -Грипп?- удивленно переспросила меня Джейн. -Ну да, знаешь, погода и все дела, где-то подцепил. Сейчас вот решил выбраться из дома за едой – я не понимал, зачем говорю ей это, но мне просто хотелось побыстрее закончить наш с ней диалог. -Понимаю. А мы вот с Т тоже зашли сюда, по дороге клуб. Ты знаешь, что здесь недалеко открыли новое заведение, вот решили посмотреть, что там. -А где же сам Т? – я все больше начинал нервничать, понимая, что он тоже здесь и возможно тот человек у кассы и был Т. -Я увидела тебя и тут же решила подойти, Т шел за мной, видимо заглянул в какой-то отдел. Эта информация не успокаивала меня, значит в любой момент мы могли с ним столкнуться и тогда бы состоялся самый нелепый разговор в мой жизни. Наконец-то подошла моя очередь. Я набрал еды вперед на неделю и оглядываясь по сторонам пошел к кассе. С момента как подошла Джейн сердце бешено колотилось и не успокоилось, пока я не вернулся домой. Я подумал, что больше не пойду в магазин у своего дома.